В Бруклине все спокойно 2

- Эй, Роджерс, - окликивают его средь бела дня на людной улице, поэтому он не сразу понимает, в какую сторону смотреть, но это и к лучшему: голос, слишком знакомый, чтобы сердце не сорвалось на бешеный стук, принадлежит Баки. Вот так просто. Искать чертового Баки три месяца с тех пор, как тот вытащил его на берег и тем самым спас, искать, просматривая тонны данных в попытках отыскать малейшую зацепку, которая вывела бы его на друга - и оказаться встреченным им самим же с такой легкостью, как будто это норма, словно они каждый день пересекаются по пути на работу, здороваясь по привычке. Стив замирает, прежде чем подойти. На ум не приходит ничего, кроме глупого: - Я искал тебя. Баки хмыкает: - Совершенно не скрываясь. Я успевал уйти еще за два-три часа до твоего появления. - Я и не скрывался, - пожимает плечами Роджерс, чувствуя себя идиотом. Не так он представлял их встречу, не с этого мечтал начать разговор. Кажется, Барнс по одному его взгляду понимает, что творится у Стива в мыслях, поэтому предлагает: - Если мы можем поговорить, то... - Идем, - не дает ему договорить Капитан, разворачиваясь и направляясь в сторону собственного дома. Единственное, что может быть глупее, чем встретить Баки на улице, это обсуждать с ним произошедшее за чашкой кофе в кафе. На Барнса он не оборачивается: затылком чувствует чужой взгляд и знает, что Солдат идет следом. Почему-то привычное «Баки» мигом вылетает из головы: ему трудно назвать этого неулыбчивого незнакомца, дырявящего его взглядом, именем друга. Все оказывается совсем не так. Совсем. "А чего ты ожидал?" - читается в глазах Зимнего. И правда, соглашается Капитан, доставая фотографии, газетные вырезки и кипы своих рисунков. Джеймс проглядывает все с вежливостью гостя, которого радушная хозяйка вынуждает слушать стихи собственного чада, рассказанные с табуретки, уходит, прощаясь с такой учтивостью и вежливостью, с какой прощаются люди, в последующем посещающие ваш дом настолько часто, что вы уже и не рады, что однажды их пригласили. И не возвращается больше никогда. И не сказать, чтобы Стив жалеет хоть раз об этом.

16 ‎апреля ‎2014 ‎г