Девятый Вал: Эпизод 1

- Кристофер нас убьет. Точнее, тебя лично. Дважды. - Трижды. - Отчего же трижды? - А отчего же дважды? - Во-первых, он сам послал его за «Призмой», убрав из нашего отряда первого и последнего, кто мало-мальски разбирается в медицине. Во-вторых, не уберег девочку. - А в-третьих, он просто любит убивать! - Не кричите, вы ее разбудите. - Уже, - проворчала Аксонна, зарываясь в одеяло. – Ох, почему это не оказалось просто сном… - Потому что больно много хочешь, - нарисовалась рядом физиономия Элу. – Мы от тебя теперь долго не отстанем. Я – вообще не отстану. - Братец мой дорогой, ты дашь мне еще подрыхнуть? - Не дам. Вставай. - Свали в туман. Одеяло оказалось нагло потянуто. Аксонна вцепилась в него, точно в родное дитя, и недовольно заурчала. Однако послышался громкий шлепок подзатыльника, и Элу заойкал, выпустив одеяло. - Это нечестно! – заныл он, оборачиваясь на бесстрастно-строгого Ларгентума. – Не знаю, когда и как, она явно тебя подкупила! Это коррупция! Аксонна завернулась в теплое одеяло и тихо засопела. - Дай ей выспаться, - фыркнул Серафимов баритон. - Так и скажи, что предвзят. - Я и предвзят. А вы, два зайца, валите на улицу пастись и подумайте о своем поведении. - Зайцы не пасутся. - Вообще-то пасутся. Сердито фыркнув, Дайвер развернулся и вышел. За ним, открыв было рот для возражения, но наткнувшись на красноречивый взгляд Ларгентума, вымелся и Элу. - Мне тоже тебя оставить, чтобы ты могла выспаться? - Нет, я вполне отдохнула. Просто полежать на мягком хочется… ох, у меня, наверное, все тело в синяках. - Это так. Не приспособлено твое мясо к такому бою. - Я тронута твоей заботой к моему мясу, - закряхтела анфорка, покосившись на сталкера, присевшего рядом на какой-то стул, - но мне неясно, с чего ты вдруг ко мне подлизываешься. - Странное слово, и такого я не делаю. - Ну как же, я же спасла твое собственное мясо? Убила эту скотину? - Я справлялся. И, не убила. Ты не видела, но вокруг много мозгов было разбросано. - Оу. - Взрывные заряды. Аксонна вздохнула и потерла глаза. Ладони ее были плотно забинтованы после ожогов, как выяснилось, ей еще и поменяли повязки на плече и груди. Добавилась свежая на животе. Ощупав щеку, на которой была ссадина, анфорка нащупала по-детски неуклюже налепленный пластырь. - Это Элу лично клеил, - заметив недоуменный взгляд девушки, прокомментировал Ларгентум. – Сказал, что он – эксперт по части пластырей. Хирурги только руками развели. - Какие еще хирурги? - А мы в больнице. Здесь и повстанческий штаб. - Это многое объясняет. Слушай, не хочется использовать тебя как мальчика на побегушках, но не мог бы ты выцыганить у здешних эскулапов мой плащ? А то не привыкшая я полуголой ходить. - Ты уж прости, но плащ твой пришлось в утиль сбросить. - Это еще зачем?! - Затем, что ты вся в крови гончей была. Скажем, это негигиенично. Тем более, тебе тут хорошую броню выдали. В благодарность. - В какую еще благодарность? - Эта гончая тут много народу поела, - просто ответил Ларгентум. – Если спать не будешь, вставай и одевайся. - Уже? Но я же... как это самое, самый тяжелый в мире больной! - Аксонна, это даже не забавно. - Ну как же? А как по мне, это даже похоже на какой-то неомодернистский ад, в котором я оказалась после спорыньи на том облезлом крекере! В комнату влезла чья-то неопознанная сталкерская рожа и неопределенно что-то пролаяла. Ларгентум поперхнулся и сказал что-то в ответ. Рожа убралась, и Аксонна снова взглянула на Серафима. - Чего он сказал? - Мат опустить? - Само собой. - Он промолчал. - А если не цитировать анекдот? - Промолчал, - повторил Ларгентум, поднимаясь, взглянул в окно и отправился к выходу. - Пять минут тебе на привести себя в порядок и спускайся. У нас куча дел. Дверь за ним с шорохом скользнула в пазы. Аксонна откинула голову назад и, шепотом выматерившись, все-таки слезла с кровати. Броня под сталкершу ее комплекции была действительно хороша. Плотная черная, хорошо тянущаяся ткань была, как очень крупной чешуей, покрыта синими пластинами, тоже эластичными и крепкими. На груди была большая белая пластина с гербом Сталкерской Империи: стилизованное лицо сталкера-воителя, обрамленное с одной стороны несколькими листьями и цветком, а с другой – мечом и щитом. За пластиной находился операционный блок АИ брони, к которому был подключен и приложенный к броне визор-голограф с системой опознания «свой-чужой», и на полупрозрачном экранчике были выданы на общегалактическом данные о пока что идеальном состоянии щитов и самой брони. Стоял вопрос с оружием. Заправив койку, Аксонна наспех заплела себе косу и вышла из палаты, надеясь найти кого-нибудь знакомого. Знакомые обнаружились. В бывшей ординаторской, отданной врачами под микро-штаб сопротивления, находились и Ларгентум, Элу и Дайвер, и группа шкафообразных сталкеров, то и дело гавкающих на подчиненных, и еще двое, знакомых троице ранжеров. Первого, марона в лиловом стелс-скафандре, болтавшего с Дайвером, Аксонна узнала – он был на фотографии рабочего компа у упомянутого Дайвера, и из этого следовало, что его звали Ратенту Крисс’Тализ, в кругах внешних дел - Ураган. Были они с Дайвером чем-то похожи – то ли гибкостью и пластичностью силуэтов, то ли тембрами певучих и высоких голосов (они тоже общались на родном языке). Второй же был огромным акх-аем – антропоидом, похожим на огромную кошку, вставшую на задние лапы – с длинной палевой с черной шерстью, длинным пушистым хвостом и кошачьей головой, украшенной стоячими ушками с забавными кисточками, и был одет он в бронеплащ, похожий на тот, что был на Ларгентуме, но с другим высоким воротом; четырехпалые руки его по локоть затягивали плотные перчатки. Говорил этот акх-ай с некой сталкершей в черной броне на сталкерите. Отловив откровенно скучавшего на этом «празднике жизни» Элу, Аксонна оттащила его к себе в уголок. Армагеддон было хотел возмутиться и рявкнуть что-то нелестное, но, разглядев сестру, быстро успокоился. - Привет снова. Классный прикид. - Спасибо. Не подскажешь, что происходит? - О, - оживился Элу, - тут вот какое дело. Эл Джи-таки дорвался до системы связи и передал свой нерадостный отчет в Коллегию обо всем бардаке, что здесь творится. Потом с Коллегии запросили у повстанцев разрешение прибыть, и сюда, как подкрепление, прибыли Архмагистр Сэв Куа-Нон, Воздушный магистр Ратенту Крисс’Тализ и Природный магистр Файксар Даг’Онн. Первый – вон, с врио главы Сопротивления леди, ее имени я не знаю. Второго ты сама видишь, наверняка Дайвер тебе о нем рассказывал. Третий где-то в округе ковыляет, не к ночи будь помянут, старикан. - Врио, значит.. я смотрю, ты не очень-то счастлив, что они сюда прибыли? - Мне нормально, но ситуация в целом неприятная. - Это почему? Тут вообще все грустно, и Эл Джи... тьфу ты, Ларгентум тут ни разу не виноват. Этот бардак - не наших рук дело. - Потому что совсем недавно в Коллегии был крупный скандал. Файксар обвинял Эл Джи в том, что он вообще толком ничего под ответственность взять не может. Вообще, Файксар по многому лает и на других магистров, и на прочую молодежь, но тут что правда, то правда – дважды уже Эл Джи брал на себя вербовку новичков, но каждый раз не успевал, и учеников на себя брал, по-моему, троих – все они погибли, не преодолев порога и адепта. Вроде, я в специфику не лез. - Так вот что за беда. - Эл Джи стал магистром не так уж давно, всего лет... сорок как. В Коллегии он самый молодой, а посему иерархическая ступень для него – больше формальность. Да и стал он магистром по предложению Сэва, так как на Астрального магистра претендентов не было и вовсе. Файксар всегда его недолюбливал, ехидно подшучивал. На это особенно никто не реагирует: старость – не радость, маразм – не оргазм, но, знаешь, и от соломинки верблюда пополам ломает. - А чего вообще взъелся-то на него Файксар? Элу потер шрам на подбородке. - Да я вот до поры до времени тоже не понимал, чего, а вот когда Эл Джи сам все рассказал, все встало на места. Помнишь, он рассказывал, как отряд под его командованием пошел выручать команду нашего отца, попавшую в плен? Так вот, Файксар с отцом очень крепко дружили. И теперь Файксар твердо уверен, что, не отдай наш батя свою жизнь тогда Эл Джи, он мог бы и поныне жить и здравствовать. И винит Эл Джи в том, что его хороший друг лежит в могиле, а такой, цитата, "айсахов сопляк" еще дышит. - Это еще больше бессмысленно. И глупо! Тем паче, принимая во внимание то, что это не Эл Джи принимал окончательное решение. - Файксара бесполезно уговаривать. Он – приверженец своей собственной логики, от которой никогда не отступится. Опять же – старость и все про… - Тебя забыли спросить про мой возраст, недоносок! Элу горестно зажмурился. - Ля, приплыли. - Я тебе приплыву, мясо без мозгов! Думаешь, если я стар, то ничего не слышу? Так подавись и сдохни! Довольно сильно приложив охнувшего Элу в живот своим посохом, между ним и Аксонной проковылял сгорбленный сталкер в лиловом ранжерском плаще, с пепельно-серой гривой исправно заплетенных волос и огромными, протянувшимися вдоль головы старика как обруч диадемы бровями. Лицо его было изрезано глубокими морщинами, холодные, как сталь, серые глаза смотрели исподлобья и с угрозой. Аксонна сдвинула брови: она ни разу не видела и не слышала, чтобы сталкеры седели. Да и сам воздух рядом с Файксаром становился сухой и бесцветный, словно старая плесень высасывала жизнь отовсюду, откуда могла. Сколько же ему лет... - И только попробуй вякнуть, щенок, - хрипнул Файксар, покосившись на Элу. Заметив Аксонну, он смерил ее неодобрительным взглядом. – А, еще одна недоделка. Надеюсь, ты очень быстро сдохнешь здесь на улицах. Меньше народу – больше кислороду, а этот айсах наконец свалит с глаз долой… а то и повесится, что ничуть не хуже... Он успел еще пихнуть по пути Ратенту, молча отошедшего в сторону и процедить ему отдельное ругательство. Рыкнув что-то в сторону вообще безобидно настраивающего голопроектор с картой Ларгентума, Тополь прошаркал к Сэву, чтобы что-то, лязгая, ему объявить. - Рухлядь психованная… сильно ударил? – обеспокоенно посмотрела на брата Аксонна. - Да нет, - попытался улыбнуться Элу, выпрямившись. – Ощутимо, но не особенно больно. Благо пресс качаю исправно… - Как раз для подобных случаев? - Физическое и вербальное – не все формы насилия, которыми Файксар овладел в совершенстве, - мрачно фыркнул Армагеддон, складывая руки на груди. – Еще психологическое… провинишься как-нибудь мало-мальски на его уроке – запрет в пустой квадратной комнате и будет сидеть сзади, сверлить затылок взглядом. Не дай звезды, попадется к нему в руки книжка с описанием пыток Третьего Рейха… бр-р-р-р, как вспомню свой проштраф, так вздрогну. Знаешь, давай выйдем на улицу, мне резко перехотелось тут находиться. Аксонна и сама была рада выйти. Небо затянули серые, похожие на куски необработанного гранита тучи, и где-то вглуби этой нахмуренной цитадели снега и дождя прокатывались раскаты грома, а вдали поблескивали молнии. Элу присел на резную скамейку рядом с деревом с длинными, гибкими, увитыми листвистыми лозами ветвями, и похлопал рядом с собой. Анфорка присела рядышком, и тот задрал голову, смотря в нахмуренные небеса. - Элу, я спрошу? - Ага? - А что ты знаешь о наших родителях? Тебе что-то об этом рассказывали? Элу примолк, опустив подбородок. - По правде сказать, знаю я о них не так уж и много. Половину из всего этого мне рассказал Сэв, еще половину – приемные родители. Знаю, что отец был магистром Астральным по прозвищу Северное Сияние, был очень сильным чебуреком. У него была своя собственная команда, ставшая элитой ранжеров и уничтожившая таких, как Дираэль, чуть ли не десяток. Тогда был Золотой век. Таких воинов уже нет. Мама… мама училась у Дубравника. Тоже была весьма одаренной воительницей с говорящим позывным Амазонка. Была на редкость хорошей разведчицей, делала упор на скрытности и ловкости, но и в торец тоже дать могла. Встретились они с папой при интересных обстоятельствах. Шла как раз битва с одним очень нехорошим человеком, с его наемниками. Отцу и его группе доверили встретиться с разведчиком на территории врага, но забыли уточнить, как разведчик выглядит. А мама тогда была в форме наемника этого плохиша, и, соответственно, папа на нее напал. Дрались они долго, потому что никто никого не мог перебороть, а потом оба просто устали и разговорились. Комичная ситуация, если подумать, но чем-то друг друга они зацепили, а уже через полгода поженились. И еще через год появились мы с тобой, сестренка… - на лице Элу появилась теплая улыбка и тут же выцвела. - …и вышел на свет Дираэль. Он украл и убил маму, а когда папа попытался со своими отомстить за ее гибель, то попался в плен. А что было дальше, ты знаешь из слов Эл Джи. Ну ничего, - мотнул анфор рыжеватым лохматым хвостом, - будем теперь держаться вместе, а? Я всегда буду рядом, запомни. Я... не могу позволить себе потерять тебя. Снова. - Взаимно, братец, - улыбнулась девушка, стукая кулаком родное плечо, и брат с сестрой вновь благозвучно затихли. Но посидеть долго не смогли. Из больницы выскочил один молодой сталкер-гонец и, найдя Аксонну взглядом, произнес на ломаном общегалактическом: - Вас… обоих… просят подойти. --- Вернувшись в ординаторскую с Элу, Аксонна обнаружила, что посторонние сталкеры вымелись, и в оказавшемся довольно просторным (и в самом деле, подумала Аксонна, меньше народу...) помещении остались лишь ранжеры. - Что ж, вот и наша новая ученица, - добродушно произнес Сэв, приветственно разведя руками. – Здравствуй, здравствуй, Аксонна. Как самочувствие? - Спасибо, неплохо, Архмагистр, - вежливо ответила анфорка, краем глаза заметив, что Элу отошел к Дайверу у диванчика. Акх-ай довольно хмыкнул. - Я гляжу, ты знаешь, кто я есть. Полагаю, тебе представили и остальных моих новоприбывших спутников, - повел он рукой в сторону учтиво полупоклонившегося Ратенту и пристально смотрящего на "ученицу" Файксара. – Что же, не будем ходить вокруг да около. На данном этапе вербовки мы – не постоянно магистры, конечно, в целом ответственные лица – проверяем уровень нынешней подготовки потенциального ранжера – и физической, и психической - и отмечаем пик его способностей, чтобы преподаватели, которыми мы являемся, могли знать, чего стоит ожидать от определенного ученика. Но некоторая информация там доступна уже заранее, - взглянул Сэв в сторону Ларгентума. - Сейчас магистр Ратенту расскажет то, что мы успели о тебе узнать, если будут добавки или неточности, пожалуйста, поправь. Взяв данный ему планшет с данными, Ураган окинул представленную информацию взглядом и начал: - В связи с проявлением высокого ментального контроля вы были изъяты… - на этом отрезке Элу как бы случайно фыркнул, - …у неофициального попечителя и переданы ученым нелегального и секретного проекта «Вектор». Несмотря на весьма жестокие и незаконные методы работы, ученые добились большого прогресса в развитии ваших способностей, в связи с чем у вас появились исключительные способности к телекинезу, искривлению и изменению материи без помощи физической силы, поглощению энергии и прочим умениям, связанным с использованием разума и прямого доступа к Астралу... так, здесь и здесь можно пропустить… В связи с бунтом, устроенном Вами же, вы "закрыли" проект «Вектор» и сбежали. Вас подобрала наемническая группа «Аспид», завербовавшая вас в свои ряды. За полтора года, проведенных в группе «Аспид», вы не только достигли больших успехов в улучшении своих способностей, но и повысили свои ловкость, силу и выносливость... и приписка от отчета, датированного сегодняшним днем: «Проявила отличное познание боя с применением холодного оружия, имеются задатки духовного лидера. Пометка «Важно»…» Эм, Ларгентум, ты ничего здесь не перепутал?.. - Не перепутал, - устало качнул головой Серафим, севший на подлокотник кресла. – Дочитывай уже. - «Пометка «Важно»: проявила способности к реплике», - закончил Ратенту. Воцарилась неловкая тишина. Разве что Дайвер едва слышно пискнул: - А я ничего такого не заметил. - Крайне интересно, - проскрипел Файксар. – Репликантов уже не было два века как. И большое подозрение, что нет и сейчас. Что, Фенариус, решил смухлевать? - Зачем бы мне мухлевать? – вздохнул Ларгентум. - Ну, как – зачем? Ты столько раз фейлился с новыми кадрами, почему бы и не отловить сразу крупную рыбу? - Так. – Серафим, стукнув каблуками сапог, слез с подлокотника. – Мне это надоело. Я на улицу. - Тише, тише, - поднял руку Ратенту. – И потом, никто не отменял пробного теста. Магистры демонстративно отвели друг от друга глаза. Сэв же укоризненно покачал головой и вновь обратил желтые глазища на Аксонну. - Извини за это. Говоря кстати о пробном тесте... нам разрешили провести его на площади перед больницей. Если ты не возражаешь, - чуть склонил он голову, - мы не будем терять времени зря и проведем его прямо сейчас. Аксонна покачала головой, и Сэв кивнул: - Все, на выход. --- На площади перед больницей повстанцы устроили своего рода арену, на которой даже сейчас проводились спарринги в полный контакт. За барьером арены стояли другие сталкеры – и медики, и солдаты, готовые, если что пойдет не так, вмешаться. Сэв подошел к распорядителю боев и вполголоса что-то ему сказал, после чего распорядитель несколькими громкими и резкими криками выгнал двух дерущихся на ножах девушек с арены. - Надеюсь, у тебя нет боязни сцены, - обратился акх-ай к Аксонне, - потому что повстанцы тоже хотели бы остаться и посмотреть на показательный, сказать так, бой. - Боязни нет, - покосилась анфорка на собравшихся и оживленно гудящих сталкеров, - но неплохо было бы попросить их отойти или что-то в этом роде, мало ли, если зацепим… - Разумная мысль, - кивнул Тамплиер, - но мы просто накинем на поле боя щит. Ничто не войдёт и не выйдет. Ларгентум, ты не будешь так любезен? - Сделаю, - качнул головой Серафим, мельком, как-то странно взглянув на Аксонну. Та сузила глаза, но ничего не сказала и отправилась за ним. На саму арену кроме Аксонны и Ларгентума, сразу отошедшего выбрать себе позицию, зашли Сэв и Файксар. Старый сталкер обошел Аксонну, постукал ее своим посохом по локтям, по коленям и наконец скрипуче сказал: - Ратенту, ты будешь с ней биться. Сэв тут же вскинул брови. Ратенту тоже удивился и вопросительно взглянул на Сэва. - Файксар, ты уверен? - чуть понизил голос Тамплиер. - Сразу на магистра? - Уверен, - отмахнулся Тополь. – Только выдайте им затупленное оружие, чтоб не поубивали друг друга. Хотя нет, мелкой можно и нормальное – у Ратенту и так перевес. Дайвер и Элу за барьером ощутимо заволновались. Ураган же, изящно перемахнув через металлическую балку, подошел к специальной стойке, взял два затупленных меча, похожих на ятаганы, и перевернул их лезвием назад. Аксонна же, подумав, взяла кинжалы, которые почему-то как-то сразу же перекинула клинками также назад. - Не волнуйся, я буду поддаваться, - улыбнулся сопернице Ратенту, надевая маску, защищающую нижнюю часть лица. - Никакой игры в поддавки! – рявкнул отошедший с Сэвом за барьер Файксар. – Это имитация настоящего боя, а не сюсюкалки с личинками! - Но Файксар… - попытался возразить Ратенту. - Начинаем! – каркнул Тополь. – Фенариус, щит! Ларгентум кивнул и, сосредоточившись, провел рукой над собой странный рисунок, завершенный широким полукругом. Аксонна ощутила, как зарябил вокруг воздух, нагреваемый и запираемый внутри чар щитового купола, хотя видно ничего подобного вокруг не было. Ратенту не стал нападать первым. Играючи провернув в воздухе лезвиями своих мечей какой-то замысловатый узор, он сунул их в ножны на своей спине и провел рукой перед собой: - Про твое холодное оружие мы уже немножко знаем. Так что сначала проверим навыки рукопашного боя. А дальше - как пойдет, м? Аксонна сощурилась, сунула кинжалы за пояс и приняла боевую стойку, сжав кулаки. Загадочно улыбнувшись, Ратенту скользнул к ней и атаковал. Анфорка едва успевала отбивать быстрые и меткие, словно жало пчелы, удары, бить в ответ же она и вовсе не имела ни времени, ни возможностей. Марон целил в уязвимые ее части, в раненые плечо и бок, пытался ударить в солнечное сплетение и мягкие ткани живота. Аксонне понадобилось пропустить два-три удара, прежде чем сообразить сердцевину тактики Урагана, отлично знавшего некоторые физиологические особенности анфоров: он наносит ей удары в незащищенные крепким скелетом места, рассчитывая вымотать чисто на болевом пороге. Потому она быстро сменила тактику, намеренно подставив вместо бока середину грудной клетки. Ратенту неожиданно купился и на миг застыл от ошеломившей его боли, и этого анфорке хватило, чтобы схватить магистра за плечи, треснуть коленом под дых и оттолкнуть раскрытой ладонью, усиленной телекинестическим толчком, подальше от себя. Не сдержалась, выругалась она про себя. Ураган ловко извернулся в полете и приземлился на камень мостовой на ноги и руки, точно кот. Довольно улыбнувшись, он беззвучно шевельнул губами и сделал едва уловимое движение рукой на уровне своих бедер. Не успев понять, что происходит, Аксонна получила сильный толчок незримой рукой под коленями и от неожиданности свалилась на землю. Кувыркнувшись назад, она встретила очередной порыв ветра уже лицом и оказалась прижатой к мостовой спиной. Новые попытки встать, новые неудачи - Ратенту охаживал ее гибким, подчиненным только ему воздухом со всех сторон, играясь с ней, как кот с клубком. Дело начинало приобретать неприятный для анфорки оборот, так как в магической самообороне Аксонна ничего не смыслила. А поэтому и кувыркалась по земле от воздушных толчков, ругаясь, бесясь, что ничего не может противопоставить. Файксар каркнул что-то презрительно. Кто-то засмеялся. Анфорка лежала обессиленная на боку, мокрая, лохматая и раскрасневшаяся, старающаяся продышаться. Ратенту уже не трогал ее, но отмашки никто не давал. Аксонна сплюнула очередное ругательство и что было силы стукнула кулаком по земле, но только руку отбила. На глаза ей попались Элу и Дайвер, неспособные вмешаться, попался Ларгентум, внимательно следивший за ней и ее катаниями, но не опускавший щит. Горячий стыд обжег горло, и Аксонна отвернулась, перекатилась на колени и, сцепя зубы, поднялась, обернулась к Ратенту. - Что выключил-то вентилятор свой? - крикнула она, потирая побитое и ноющее от только накануне вытащенной пули плечо. - Мне жарко, вхреначь посильнее. Марон приподнял брови, но руку поднял, снова хлестнул пальцами по воздуху, посылая стремительную волну, но Аксонна увернулась от нее, только коса хлопнула по плечу. Тут же смех и шепотки затихли. Вторая волна прошла под ее ногами, третья заставила скользнуть на коленях вперед и изогнуться дугой, не то вбилась бы в живот - анфорка уходила от столкновений, распознавая колдующие жесты, и сокращала расстояние между собой и Ратенту, который это тоже понял и начинал пятиться. Четвертый порыв он изобразил летящим и новым жестом, и Аксонна, заслонясь руками, немного отъехала на напряженных ногах назад, но ухмылки уже не прятала. Ратенту бросил в нее пятый шквал, и она пропустила его вдоль спины, но, мгновенно расчертив воздух перед собой точно таким же, как у марона, пассом, тут же подхватила порыв и, задрав чарующую руку пальцами вверх в завершении, чего Ураган не делал, но что подсказало ей наитие, послала пыльный вихрь прямо в него. Ратенту не ждал такого ответа, и его откинуло, как воробья, покатило по земле, пока Аксонна повторяла, рыча, все то же самое, гоня и гоня воздушные волны и Ратенту вместе с ними, как он поступал с ней. - От сучка!!! - в сердцах крикнул, кажется, Дайвер. Но коса должны была найти на камень, и Ратенту, разыскав паузу в колдовстве Аксонны, резко ударил ее более широким, скорее ошеломляющим, чем атакующим знаком. Та потеряла концентрацию всего на мгновение, но этого хватило, чтобы марон оказался совсем рядом и напрыгнул на нее с мечами. Анфорка кинулась наземь, грохнулась на колени и откатилась в сторону. Затупленные клинки с заунывным звоном ударились оземь и ринулись за летящим и быстрым Ратенту, чтобы уже встретиться с кинжалами Аксонны, запевшими выше и протяжней. Марон широко улыбался за маской, довольный таким спаррингом, но стоило его голубым глазам встретить зеленые, обжегшие его чистой яростью, как улыбка тут же исчезла. Он помнил, что кандидатка в ранжеры - не новичок, помнил, что она много интересного умеет. Однако он позабыл, что Аксоннеса Эннобили помимо всего прочего умеет и убивать. Она рванулась, расцепляя ятаганы Ратенту и свои кинжалы, дернула руки вниз, бросая их, и молниеносным, абсолютно точным, скопированным до миллиметра движением расчертила перед собой щит Ларгентума, но не описала в финале полукруг, а словно бы выстрелила сложенными вместе указательными и средними пальцами вперед, точно в грудь Ратенту. Марон отлетел назад, как пушечное ядро, грохнулся оземь, пропахал спиной с десяток метров и наконец остановился, поднял пустые ладони в жесте капитуляции. - Мне кажется, достаточно, - прохрипел он. - Достаточно! – крикнул, подняв руку, Сэв. Аксонна не слышала ни первого, ни второго. Оказавшись рядом с Ратенту, как призрак, она грохнула коленом о грудь вскрикнувшего не столько от боли, сколько от страха марона и замахнулась подобранным кинжалом. Громкий, отдавшийся в ушах эхом хлопок, и ее мучительно, невыносимо больно схватили за запястье и дернули наверх, как собачонку за шкирку. Анфорка взрыкнула, обращая полный глухой, почти первобытной ненависти взгляд на того, кто посмел отнять у нее добычу, и замахнулась второй рукой, подсознательно метя ногтями обидчику в лицо. Взявшийся будто из ниоткуда Ларгентум держал ее за руку с кинжалом, приподняв над землей, и смотрел прямо ей в глаза, ясно и бесстрашно, что мгновенно сбило Аксонну с толку. - Ну же, - тихо и низко, почти на инфразвуке сказал он. - Сделай это. Аксонна обескураженно взглянула на замершего, сжавшегося внизу Ратенту, на безмолвную толпу за барьером, среди которой различила прижавшего руки ко рту Дайвера и совершенно белого Элу, на сжимающую до белизны рукоять кинжала собственную руку, и с трудом вернула взгляд на Ларгентума. - Я... прости меня, я... - прошептала она и зажмурилась; мокрый от пота кинжал, выпущенный ею, со звоном упал вниз, по ее плечу, и в руку Ларгентума. Ратенту наконец отошел от шока и отполз в сторонку отдышаться; сталкер отпустил анфорку, и та, очутившись на дрожащих ногах, попятилась от Фенариуса, который стоял над ней, не пугающий и не угрожающий, но в странной, абсолютно непривычной для девушки манере серьезный, уничтоживший в ней убийцу одним взглядом. - Никогда больше, - сказал он четко и размеренно. Она кивнула. - Ты хочешь учиться? Она кивнула. - Я буду тебя учить. Она кивнула. И он кивнул. А после, метнув ее кинжал в землю, развернулся и ушел. Тишина потихоньку рассеялась. Были разговоры, шепотки, Аксонна чувствовала на себе десятки глаз и чувствовала себя грязной, нечистой, недостойной. Плеча ее коснулись, и она вздрогнула, оборачиваясь. - Отличная была драка! - улыбнулся Ратенту, потирая ушибленную грудь. – Честно! Давно меня так не зашибали… ой, ребро… - И... извините, магистр Крисс'Тализ, - пролепетала анфорка, - я не... не вполне себя контролирую. - Эй, малышка, - хлопнул ее по спине марон, - успокойся. Все хорошо. Я не в обиде, и ты давай выше нос. И, зови меня Ратенту, меня все так зовут. Если понадобится помощь – в любое время обращайся... Пожав магистру руку своей, еще не вполне гнущейся, Аксонна с сомнением проводила его взглядом. К ней подбежал бледный и дрожащий Элу и, крепко обняв сестру, выпалил: - Черные дыры и сверхновые, как я за тебя боялся! - Эй, Элу, Элу, успокойся, - прошептала анфорка, хотя сама не была спокойна ни разу: в крови просто кипел адреналин. – Все хорошо… если я Ратенту не поломала ничего… - Да не поломала, - проинформировал тоже подбежавший Дайвер. – Ты отлично его ушибла, но это дело не очень серьезное. - Я его чуть не убила. - Не убила. - Дайвер... - Не убила! - отрезал Элу, хватая анфорку за плечи. - Не убила. И никого больше не убьешь. Теперь ты - ранжер. Ты - одна из нас. Запомни это. - Запомнит, все всякого сомнения, - произнес появившийся справа Сэв. – Что скажешь, Файксар? - Скажу, что девочку определенно нужно тренировать, - скрипнул Тополь, высунувшийся слева. Его совиные глаза сощурились, Аксонна не смотрела на Файксара, но почувствовала их липкий и пыльный взгляд. - Фенариус, хм! - Ты не против? - взглянул на него Сэв. Он не спрашивал, это было больше похоже на поддевку, которую Файксар, несомненно, раскусил, но оставил без внимания. - Не против. Ну, чего стоишь?! - рявкнул он на вздрогнувшую анфорку. - Ищи Фенариуса и составляйте план обучения, у нас времени в обрез. Честное слово, какая же эта вся молодежь до невозможности тупая и медлительная, - продребезжал сталкер, направляясь к Ратенту. - Как будто завтра не наступит. - Ты абсолютно прав, старый друг, - отправился следом Сэв, но Аксонна успела поймать его улыбку, адресованную ей.