24 плюс 1

      Сегодня же вечером я снова зашёл в медкорпус. Конечно, я должен был сидеть у себя и никуда не выходить, но я решил, что просто обязан хоть немного побыть со своим Воином. Может быть, она даже очнётся. Хотя я на это особо не надеялся, потому что так быстро прийти в себя от такой тяжёлой травмы почти невозможно.       Костя несколько минут держал меня в дверях, не давая пройти дальше и пристально меня рассматривая. Потом он наконец произнёс с подозрением: - Ты же должен сидеть у себя.. Насколько я знаю, Антон не разрешил тебе никуда выходить. - И из-за этого ты запретишь мне увидеть Вику? - я попытался защититься. - Опять же, насколько я знаю, ты для неё опасен.. Тут я не выдержал: - Я могу себя контролировать! Неужели, ты думаешь, что я смогу убить девушку, которую люблю?       Я сболтнул лишнего. Глаза Кости моментально поползли на лоб. - Ничего себе.. - проговорил он, придя в себя. - Ну ладно. Иди.       Я быстро прошёл в кабинет, проклиная себя. Вот кто меня за язык дёргал? Мог же промолчать.. Теперь Костя скажет Антону, Антон - Ольге или, ещё лучше, Кириллу.. Какой же я идиот.       Я вошёл в палату Вики. Девушка лежала на кровати без сознания. На бинтах крови уже не было; лишь кое-где виднелись тёмно-бордовые следы заживших порезов, покрывавших её руки и лицо. Рыжие волосы беспорядочно разметались по подушке.       Я сел на край кровати и положил свою ладонь на ладонь девушки. Она была еле тёплой. Я взял Викину ладонь уже в обе свои ладони, пытаясь согреть её и оживить, и прижал к своим губам. Я начал мысленно разговаривать со своим Воином, надеясь, что она меня слышит, просил у неё прощения, рассказывал про Кирилла. Мне показалось, что по моей щеке потекли слёзы. Я провёл одной рукой по лицу: это было так.       Вдруг мне показалось, что Вика пошевелилась. Я насторожился, начал всматриваться в её лицо. Но там я ничего не нашёл: оно не выражало никаких эмоций. Но тут я явно увидел, что она дёрнула головой вправо, скривив губы от боли, и снова вернула прежнее выражение лица. Я вскочил с края кровати и замер, ожидая нового движения. Ждать пришлось недолго: девушка снова скорчила гримасу боли и тихо простонала. Я хотел было обнять её, но тут же одумался и побежал за Костей.       Он мигом собрал нужные лекарства, взял бинт и ещё что-то и понёсся в палату. Там он обработал все раны Воина, поменял повязки. Я сглотнул комок в горле: напряжение в моём теле начало возрастать. Затем врач откупорил маленький тёмно-коричневый пузырёк, смочил ватку его содержимым, натёр Вике виски и дал немного понюхать. Девушка поморщилась, несильно помотала головой в разные стороны и открыла глаза.       По палате пополз резкий, неприятный запах. Я тут же узнал его: это был нашатырь. Вика давала мне его нюхать, когда приводила в чувство после падения. Я почувствовал прорастающие клыки во рту и сделал над собой усилие. Надо терпеть.       Вика озиралась по сторонам, пытаясь понять, что происходит. - Ну привет, - сказал Костя, улыбаясь и снимая очки. - Давно не виделись.       Девушка заулыбалась в ответ и попыталась кивнуть. - Голова не кружится? Не болит? Тошноты не чувствуешь? В глазах цветные пятна есть? - Нет.. - Вика сделала огромное усилие и проговорила с большими паузами между звуками. - Хорошо. - Костя встал. - Я сейчас вернусь.       Как только он вышел из палаты, я подошёл к кровати, изо всей силы сдерживая своё желание. Клыки просились наружу, взгляд затуманивался, подкашивались ноги. Я улыбался и не мог ничего сказать.       Вика смотрела на меня большими, казалось, испуганными глазами. Она отодвигалась к левому краю кровати и привставала, пытаясь сесть. - Уходи. - отчётливо, но тихо сказала она. - Уходи, или я закричу. Не понимая, в чём дело, я приблизился к ней и проговорил сквозь зубы: - Ты чего? Всё хорошо, успокойся. Это я, Лёша. - Уходи! - почти крикнула девушка, и я почувствовал в её голосе страх. Она меня боится, потому что я пытался её укусить.       В этот момент меня переклинило. Тело начало гореть желанием попробовать кровь Иной. Я представил, как клыки впиваются в нежную кожу её шеи, и хищно облизнулся, обнажая их. Злобно смеясь, я приблизился к Вике и нагнулся над ней, вдыхая запах её плоти и крови. Её беспомощность была мне только на руку: она не могла ничего со мной сделать из-за физической слабости и страха. От удовольствия я закрыл глаза и улыбнулся. Крика девушки я не слышал. Я приготовился вонзить клыки в её шею, уже облизнул её кожу..       Но тут внезапно возникший из ниоткуда Костя плеснул чем-то мне в лицо. Я закричал, почти зарычал от дикой боли: что-то выжигало мне глаза и кожу. Руками я пытался стереть с лица жидкость, по запаху которой я понял, что это был спирт. Я зашатался, сбив на своём пути лекарства, забытые Костей на тумбочке в палате, и растянулся на полу, ударившись затылком.       Сознание меня не покинуло, после спирта оно наоборот вернулось на место. Сквозь дымку в голове я слышал, как Вика плакала, а её кто-то успокаивал. Приподнявшись на локтях, я увидел Кирилла, который обнял девушку, прижав рукой её голову к своей груди и убеждая её, что всё в порядке. Время от времени он бросал в мою сторону полные ненависти взгляды. Я лишь уткнулся в пол: я чувствовал себя виноватым и был готов провалиться под землю. - Ну что, герой, довыпендривался? - сзади послышался голос Антона. Он встал передо мной и продолжил. - Я тебе сказал: не выходи из комнаты. Нет, ты на всё наплевал. И что теперь? - он сел на корточки, заглядывая мне в глаза. - Если бы Костя с Кириллом не пришли вовремя? - Я и так знаю, что я дебил, - проговорил я, не отрывая невидящего взгляда от пола. - Зачем напоминаешь? - Чтобы глупостей не творил. Поднимайся и иди к себе, я скоро приду.       Я встал с пола и вышел из палаты. Выходя, я услышал голос Кирилла: - Прости меня.. Я тебя больше никогда не оставлю.