И сама смерть не посмеет встать перед ним

    Рассвет. Как обычно небо затянулось в унылый серый цвет, сменив черноту. Совсем серое небо, хотя на часах показывало одиннадцать утра. А может часы и сломаны. Лиара не знала. Иногда она смотрела на этот странный пластмассовый предмет и её переполняли странные чувства. Они её гордость. Обычно стрелка меняет своё положение и из прибора раздаётся тихо — тик-так. Правда, иногда они замолкают, совсем на чуть-чуть. Знал бы кто-нибудь, как она боится, что однажды эти часы остановятся, и она больше не услышит этот успокаивающий звук. Наверное, Лиара - единственная, кто имеет эту реликвию. Поэтому очень дорожит ими.     Ближе к такому же серому полудню пошел дождь. Холодный и противный. Он так и норовил кончики пальцев неприятно зябнуть, а залезть за шиворот ему не стоило никаких сил. Барабанил в стекло одним привычным ритмом. Ветер, поддерживаемый им, раскачивал верхушки редких деревьев, заставлял небеса извергаться громом с каждой секундой. Теперь потемнело окончательно – едва ли свинцовое небо освещали резкие всполохи молнии, которые хорошо просматривались через кучные облака, низко нависшие над Торонто. Этот город сегодня, похоже, решил взять всю непогоду на себя, сгустив громадные тучи в иссиня-черный оттенок.     Стоя около окна, Т’Сони в сотый раз обернулась, словно боясь, что Шепард, мирно лежащий сзади, может исчезнуть. И каждый раз, когда она это делала, то не могла оторвать от него внимательного взгляда. Лиаре было больно видеть его таким разбитым и поникшим, но с каждым часом она старалась вселить в себя уверенность, что скоро все снова будет нормально. Главное, что теперь он точно выживет, а ей большего было и не нужно.     Капитан в ужасном состоянии, весь в трубках и иголках, измученный, перебинтованный и заметно похудевший. На небритом лице красуется сеточка шрамов, идущая от виска по скуле к самому подбородку, под глазами залегли глубокие синяки, искусанные губы чуть вспухли – даже когда его сумели привести в порядок, Шепард все равно не приобрел прежнего вида. Его широкая грудь туго перебинтована, в сильные руки понатыканы иголки с жидким панацелином. Мужчина дышит так незаметно, что Лиара постоянно проверяет его дыхание на слух, не полагаясь на высокотехнологичный прибор рядом с кроватью. Ей просто необходимо убедиться самой в правоте своих надежд, и она должна видеть все своими глазами.     - Мисс Т’Сони, я не стану скрывать от вас правду. Возможно, капитан больше не сможет ходить, в лучшем случае он будет сильно прихрамывать на правую ногу. Об армии ему придется забыть, как и о любом, что связано с активной двигательной деятельностью, - Уинстон Коллинз, известный земной доктор-нейрохирург, который сам лично вызвался лечить Шепарда, вынес неутешительный приговор прямо ей в лицо.     - Насколько все плохо? – азари едва смогла выдавить и слово, стараясь не впадать в панику прямо сейчас.     - У Шепарда повреждение переднего комплекса с вовлечением межпозвонкового диска. Я не говорю уже про закрытый перелом бедра, но когда затрагивается что-то, что тесно связано с позвоночником, нижние конечности, чаще всего, отказывают. Мы попробуем провести тщательное лечение, сделаем все, что в наших силах, но такие травмы редко проходят бесследно, - Коллинз устало вздохнул, потер переносицу двумя пальцами и машинально засунул руки в карманы больничной робы. – Не переживайте. Я не могу утверждать точно, но, учитывая его волю к жизни, может произойти любое чудо.     - Да, доктор, большое спасибо. Я и команда Нормандии глубоко признательны вам, - её сил хватило, чтобы вполне искренне поблагодарить мужчину, но через несколько секунд Лиара уже быстрым шагом удалялась из коридора приемного покоя прямо в палату к капитану.     Лишь бы сбежать от этого приговора, лишь бы больше не слышать всех тех ужасающих слов про Джона, будто это всего лишь один сплошной страшный сон, и они никак не могут проснуться, выбраться из его липкой паутины мучающих образов.     - Ау! Чтоб его пыжак драл! Эти лифты специально делают такими низкими? – из воспоминаний Лиару вытащил чей-то разъяренный бас совсем близко отсюда.     - Грюнт, эта больница предназначена для людей, а не для кроганов, - поспешил кто-то усмирить рассерженного пострадавшего от низкого потолка лифта.     - Эй, а тише никак нельзя? Я чувствую, нас скоро выгонят отсюда пинком под зад, - фыркнули следом. – Не пихайся, здоровяк!     - Мне тесно!     - Я тебе сейчас твой сран** горб оторву к чертям, если еще раз наступишь мне на ногу, громила! Мой варрен откусит тебе самое ценное и…     - Живо успокойтесь! Все! – этот молчавший прежде голос оборвал общий гомон буквально за долю секунды. Больше из-за двери не послышалось ни звука, только отражающееся от стен гулкое эхо тяжелых шагов.     - Твоя команда пришла. Готов их встретить, Джон? – Лиара улыбнулась уголками дрожащих губ и осторожно взяла слабую ладонь капитана в свою. Ей даже на мгновение показалось, что он пришел в себя и легонько сжал её, однако, все оставалось таким же, как и минуту назад. Ложная надежда. Выдача желаемого за действительное.     Они бесшумно, друг за другом, вошли внутрь, словно мыши, боящиеся потревожить покой кота, спящего рядом с норкой. Их было девять, и было не понятно, как всех их смогли пропустить за один заход. Только потом Лиара осознала, что не все из них проникли сюда обычным путем. Для этих людей нет ничего невозможного, а если они захотели проведать своего капитана, то уж никакие силы их не остановят на пути к своей главной цели. На душе уже становилось тепло от того, что Джон никогда не будет одинок. Семья не оставит его ни при каких обстоятельствах, даже если между собой их разделит верная погибель.     Хмурый Грюнт потирал ушибленную голову, Явик горделиво насупился, Джек, посмотрев на бедного крогана, натерпевшегося вдоволь за одну поездку на адском лифте, закатила глаза и несильно пихнула Джокера локтем в бок. Тот только усмехнулся в ответ, но тут же сосредоточился, стоило им всем увидеть безмятежного Шепарда. Морщины на его израненном лице немного разгладились, как будто он перестал внутренне волноваться с того момента, когда его семья ступила на порог больницы.     - Я так и знал, что они придут всей толпой! Ха, их не исправит даже могила, - в её мыслях он заразительно и радостно рассмеялся, сложив руки на груди. – От этого места останутся только кирпичики, Богом клянусь.     - Привет, Лиара, - начал было Кайден, выступив вперед, но резко захлопнул рот, заметив её напряженный взгляд, который был устремлен только на Джона. – Может быть… тебе стоит отдохнуть? Ты не спала уже несколько дней.     Азари медленно подняла глаза на них и, стараясь показать свою устойчивость, стиснула зубы. Засыпать ей не хотелось до головокружения – стоило лишь закрыть глаза, и в сознание возвращались недавние кошмары: последний поцелуй, эвакуация на Нормандии, сообщение Хакета о погибших, внезапно потяжелевший пистолет в онемевшей руке. Интересно, Аленко когда-нибудь выдаст Т’Сони Шепарду, или это так и останется их маленькой тайной? И как бы отреагировал сам Джон, если бы узнал, что Лиара хотела свести счеты с жизнью сразу после их конца. Сразу после того, как он обещал встретить её на той стороне, за тонкой гранью вечности и души.     - Дерьмово выглядишь, док, - Джек поджала губы и беспокойно оглядела азари с ног до головы.     - А где Самара, Рекс и Касуми? – она специально пропустила замечание девушки мимо ушей, упорно делая вид, что все в полном порядке, и Лиара продержится еще столько, сколько потребуется для того, чтобы охранять любимого от кошмаров и новой боли.     - Улетели. Как только мы оставили Нормандию на приколе, Рекс сказал, что его срочно требуют на Тучанке. Самара отправилась к дочери, а Касуми помогает чинить ретрансляторы вместе с бригадой, которая строила ГОРН, - вместо Кайдена ей подробно отчитался Джокер, который то и дело грустно смотрел на Шепарда. Всем казалось, что капитан вот-вот поднимется, улыбнется и с настоящим восторгом поприветствует всю свою семью. Он, несомненно, был бы рад, что они пришли к нему после всего, что преодолели вместе. Это, своего рода, можно назвать пунктом назначения, теплым домом, в который они вернулись спустя долгие годы странствий.     - Как он? – спросила Миранда, не сводя глаз с прибора-показателя жизнеспособности пациента. На самого Шепарда она старалась не обращать внимания, потому что ей тоже было больно видеть его таким. Лоусон понимала цену, которую ему пришлось заплатить за свою жизнь.     - Он выживет? С ним все будет хорошо? – подхватила её вопрос Тали довольно тревожным голосом.     - Да. Он выживет. И это все, что я могу вам сказать.     Гаррус подозрительно прищурился, едва слышно хмыкнул и посмотрел на Кайдена. К ним присоединились и остальные: поняли, что она знает больше, намного больше, чем они. Их внутреннее чутье работало безотказно.     - Незачем скрывать правду, Лиара. Неужели мы недостойны того, чтобы знать? – Вакариан высказал общую мысль вслух, и его светло-водянистые глаза, казалось, даже чуть потемнели на какое-то время.     - Доктор Коллинз сказал, что, возможно, Джон больше не сможет ходить, - Т’Сони до боли сжала челюсти, чувствуя, что внутри вновь начало неприятно саднить, а сердце заухало, как паровой молот. Её нервы опять начали быть похожими на тонкие красные ниточки: стоило потянуть одну из них посильнее - все остальные мигом рвались, не оставляя надежды на их повторное воссоздание.     Они замолчали. Слышался только писк прибора и тиканье часов на прикроватной тумбочке.      Бесшумное дыхание Шепарда, его грубая кожа на стертых ладонях, покрытая небольшими ожогами, которые заживали быстрее прочих ран. Его короткий ежик постриженных волос. Двухнедельная щетина на лице с отточенными чертами, невольно притягивавшими взгляд. Ей никогда не надоест изучать его снова и снова, узнавать о нём что-то новое. И все мелочи она обязательно запомнит дословно.     - Эй, ну чего ты там такого нашла? – Шепард усмехается и старается взглянуть ей в глаза, дабы привлечь внимание к себе.     - Прекрасную родинку на шее. Просто не оторваться, знаешь ли, - азари улыбнулась ему и легко рассмеялась. – Никогда не надоедает видеть и считать все твои родинки.     - Лиара, считать родинки все равно, что считать твои веснушки, - он тепло смеется вместе с ней. – Кстати, есть еще одна родинка, которую ты точно проглядела.     - Покажешь? – Т’Сони лукаво приподнимает одну бровь, но Шепард уже бормочет что-то неразборчивое, когда прикасается горячими губами к её обнаженным плечам и ключицам. В том, что он не отказался, она была уверена точно.     - Хм, я когда-нибудь все равно посчитаю все твои веснушки, - вдруг, капитан приостанавливается где-то в районе паха, утыкается лбом в её мягкий живот и снова тихонько смеется. – Не надейся на быстрый исход моих подсчетов.     - Твое коварство меня умиляет, - Лиара продолжает смеяться, вторя ему и желая увидеть эти любимые стальные глаза в очередной раз. Требовательно притягивает его к себе, а он покорно, очень внимательно смотрит на неё. И она видит в этих глазах весь мир, что их окружает. Видит звездную даль, сияние яркого солнца, все цвета радуги, синеву неба и безграничную любовь. Она видит в них все, что только можно пожелать. Она видит истину, веру и силу, бьющие в нем бурным ключом. Она видит его так, словно в первый и последний раз.     И в них всегда переливается только живая сталь.     - И чего вы все скисли? Не знаете Шепарда, что ли? Он еще быстрее вас бегать будет! – весело прогудел Вега, в голосе которого не было ни капли горечи и расстройства.     - Он в чем-то прав, - согласился Гаррус. – Если уж ему удалось восстать из мертвых, то такие мелочи Шепард преодолеет с легкостью.     - Мы будем учить его ходить! И научим танцевать, - жизнерадостно добавила Трейнор. Все тихо засмеялись в ответ. Даже Лиара не смогла сдержать улыбку, сжимая прохладную ладонь Джона.     - Если все будут учить его танцевать, то из этого выйдет просто что-то невероятное, - Кайден закивал головой и боком развернулся к команде: – Что думаете? У нас получится?     - Конечно, получится! А если нет, то придется выкинуть этого пыжака в воздушный шлюз! – громко захохотал Грюнт, указав пальцем на Явика и полностью пародируя его любимую фразу похожим недовольным тоном, на что тот только презрительно фыркнул.     - Мы поставим его на ноги, Лиара. Все вместе, - Тали с неприкрытой надеждой взглянула на поникшую азари. – А ты нам поможешь?     Т’Сони едва выдержала все их взгляды, обращенные сейчас только на неё, притихшую и задумчивую. Они ждали ответных действий, ждали её решающего слова, которое определит их судьбы на ближайшие несколько месяцев. Верная команда не желала, и даже думать не хотела, что Лиара подумает опустить руки вновь, тем более, что теперь Шепард точно не выдержит без их помощи, а без неё все попытки казались им пустым звуком.     Сейчас она должна взять в руки не только свою жизнь, но и жизнь её возлюбленного. Она должна быть такой сильной, как никогда еще была. И если Лиара вдруг упадет, то семья её поддержит. Они не дадут ей опуститься на колени перед вероломной судьбой, что постоянно подкидывала им испытания на прочность и ожидавшая любого малейшего просчета с их стороны.     Реалист в ней проснулся уже давно, с тех пор, как Лиара постепенно научилась смотреть на все вещи трезво и подходить к ним с умом. Еще три года назад, изучая свои жалкие протеанские раскопки на Богиней забытых планетах, она могла бы поверить во что-то сверхъестественное. Шепард упрямо доказывал ей, что чудеса существуют. Он вернулся буквально с того света? Разнес базу Коллекционеров ко всем чертям? Почти голыми руками победил гигантского Жнеца? Смог объединить то, что изначально никак не могло представляться единым целым? Да, все это сделал он, тем самым в очередной раз доказывая Лиаре – чудо возможно. Просто потому, что Джону больше не во что было верить, кроме этих единственных чудес и удачи, которая сопровождает его везде, куда бы тот не держал свой путь.     Азари повернула голову и посмотрела на Шепарда, словно пыталась задать ему мысленный вопрос: "У нас все получится?".     - Получится. Прорвемся, ведь… если ты уже прыгнул, то глупо бояться упасть, верно?     Т’Сони незаметно кивнула ему, с новой надеждой сжимая его ладонь, дабы найти поддержки, потом мельком взглянула на прибор, украдкой улыбнулась и обратила взор сапфировых глаз на команду, что с предвкушением ждала её важного ответа.     - Я буду с вами, что бы вы ни задумали. Всегда.