И сама смерть не посмеет встать перед ним

    - Прости меня, Лиара. Ты должна понять, я не могу подвергать их опасности. И я совершенно не стою тех усилий, - его голос, которым он так упорно старался убедить себя, коротким эхом разносился по пустому кокпиту небольшого шаттла, щедро выданного ему адмиралом Хакетом.     Сбежать из больницы незамеченным перед рассветом было невыполнимой миссией. Тщательно все просчитав, не смыкая глаз всю ночь, Шепард писал послание Лиаре, Гаррусу и Тали о том, чтобы те не волновались и думать не смели следовать за ним. В голову тогда закралась мыслишка, что Джона теперь совсем посчитают больным на голову и поместят в комнату, обитую матрасами, но она быстро рассеялась, стоило ему вспомнить о команде и Нормандии, которые были где-то очень далеко, без своего капитана. Их разделяли сотни тысяч миль, и знать, что они, возможно, попали в беду, было просто невыносимо. В груди так и саднило ощущение собственной вины за произошедшее. Шепард спас Галактику, но не спас своих самых дорогих людей от неизвестной погибели.     Джон перевел управление шаттлом на автопилот и специально медленно поднялся на ноги, словно сделал это в первый раз, самостоятельно. Просто сам факт того, что он находится в непривычном месте и его не окружают друзья, приводил сознание в шок. Возле него почти постоянно кто-то был, кто-то помогал стоять, идти, поддерживал за руку и ободряюще подталкивал вперед, ускоряя или понижая темп. А сейчас Шепард был совсем один, единственный пассажир неприметного кораблика Альянса, обычно использовавшегося для доставки небольшого количества гуманитарного груза на разрушенные планеты во время войны. Капитан чувствует себя крохотной пылинкой среди звезд, что мчится куда-то, подгоняемая встречным ветром в сторону космической дали.     Странно было чувствовать необычный пол под ногами и находиться в столь замкнутом пространстве. Его палата в больнице, кажется, была в пару раз больше. Только сейчас мужчина понял, насколько отвык от полетов в космосе и насколько рад, что хоть в этот час может насладиться всеми звездами одновременно, будто вокруг него вращалась сама Вселенная вместе с её обитателями.     Шепард прошел в заднюю каюту, которая по сравнению с маленьким кокпитом напоминала каморку, и его взгляд упал на свою броню, лежащую на приземистом ящике из-под боеприпасов для тяжелого оружия. Не так давно вся армия прошла перевооружение, адмирал Хакет и еще кучка высокопоставленных генералов деловито посещали каждую систему с проверкой боеспособности воинских частей, особенно в слабо защищенных колониях, где в большинстве своем жили обычные фермеры или рабочие. После восстановления практически всех рентрансляторов это не стало большой проблемой, поэтому перед Альянсом встал вопрос о снабжении всех войск новым оружием, техникой и броней последнего поколения. Хотя, и Джона изменения коснулись тоже, но вид его доспеха кардинально отличался от остальных.     Дымчатый цвет, отбрасывающий блики вороненой стали, углеродистое волокно, плотно въевшаяся в крепкое покрытие металлическая пыль, напоминающая сверкание кристалликов снега на солнце и приметный знак N7 на правой части нагрудника – конечно же, эта броня просто не могла не вызвать восхищения даже у того, кто с армией и близко не знаком. Адмирал Хакет не сомневался, что Шепарду понравится новое боевое облачение, ведь старое сгорело вместе со Жнецами. Пришло время принимать перемены на собственный счет и соотносить их с тем, что было раньше потому, что помнить все события, пусть самые трагичные, нужно все равно. Так что, пусть эта новенькая броня станет для капитана небольшим символом его собственной победы. Именно так было написано на датападе, лежавшим около все же одной неизменной вещи – верной "Валькирии", которую тоже не забыли усовершенствовать, зная трепетную любовь Джона к огнестрельному оружию. Эта мелочь заставила капитана улыбнуться, на миг забыв про тревоги, и вспомнить, как часто он подбирал броню для своей команды. Они рассчитывали только на его мнение, и доверяли его выбору, даже если доспех на вид казался глупым и неудобным.     Его инструментрон надрывно пискнул и заставил Шепарда встрепенуться, сделав от неожиданности целый шаг назад. Отправителя можно было не угадывать, потому что он возмущался так сильно и громко, что мужчина шумно сглотнул и открыл сообщение. Одно из них отправил Гаррус, значит, все не так плохо, как казалось сначала.          "Клянусь Богиней, Шепард, я тебе хорошенько врежу, когда ты вернешься. И я все равно тебя найду. Вообще, затея с побегом была просто идиотской. Видимо, ты совсем забыл, что я все еще остаюсь Серым Посредником. И еще… береги себя. Ты нужен мне живым, чтобы я собственноручно тебя прибила.                                                                                                                        Твоя, Лиара Т’Сони."          "Почему не предупредил меня? Неужели я больше не вхожу в твои шпионские замыслы? Ладно уж, хотя сбежал ты мастерски, Альянс даже кораблем с тобой поделился, хвалю. Только будь осторожен, постарайся не ввязываться в очередное приключение, иначе костей не соберешь, дружище.     P.S Лиара рвет и мечет. Мы с Тали попытаемся удержать её здесь до твоего возвращения. Пожалуйста, поторопись! Я пока еще не готов умереть от руки взбешенного биотика таким молодым.                                                                                                                  Архангел."          Капитан усмехнулся и тихо рассмеялся себе под нос. Он уже понял, что Вакариан сумеет усмирить Т’Сони и убедит, что все в порядке, а Тали несомненно его поддержит. Рассчитывать на лучших друзей приходилось не один раз, и Джон всегда чувствовал эту невидимую глазу опору, на которой они поддерживали Шепарда, особенно последние полгода. Как бы сильно Лиара ни злилась, она должна понять – проблема все-таки касается только его, лишь ему предстоит разобраться со всей неразберихой, произошедшей накануне. И вообще, его друзья и так сделали ради него столько, что тратить свои силы на Джона, рисковать жизнью было просто нечестно с его стороны. Шепарду просто нечего дать им взамен. Нет во всей Галактике тех сокровищ, которые стоят и части того счастья, что команда уже принесла своему капитану. Счастье иметь семью, каждый член которой невероятно важен и дорог и которой у него не было до тех пор, пока Шепард не ступил первый раз на борт Нормандии три года назад.     - Хм, а ты уже на ногах. Отличная работа, шкипер, - послышался одобряющий голос Уильямс в его голове, будто она сейчас стояла рядом с ним, уверенно положив руку на плечо и улыбаясь. – Бойцы Альянса не сдаются, верно?     - Верно, сержант, все верно, - мужчина улыбнулся уголками губ, оперся ладонью об холодную стенку и вгляделся в космос, что простирался через широкое обзорное окно на месте пилота. Система Ахерон была уже практически рядом, и Джон надрывно вздохнул, машинально касаясь пальцами до своих жетонов, висящих на шее.     - Прекрати терзать себя сомнениями. Вдруг, спасать никого не придется? – вопрос Эшли прозвучал двусмысленно: либо с командой все будет в порядке, либо придется искать их хладные тела, что пугало Шепарда еще больше.     - Я нужен им, и никакого выбора здесь уже и в помине нет. Даже если так, то мне будет спокойнее, зная, что ребята невредимы и уже летят домой.     - Ну конечно, ты же ведь никогда их не оставишь. А Лиара захочет отвесить тебе отличного подзатыльника, - резко переходя на другую тему, словно не замечая этой нелепой несостыковки, сержант легко и свободно рассмеялась, что было так несвойственно для неё. – Все будет хорошо, капитан, можешь не сомневаться.     - И я надеюсь, что тебе там хорошо, ты вечно молода и навсегда такой осталась. Я отпускаю тебя к птицам, сержант Уильямс. Теперь уже навсегда, - Джон перевел затуманенный взгляд на жетоны, провел по одному из них, чуть обгоревшему, пальцем и через боль внутри сумел улыбнуться самому себе, не сгибаясь под её смертельной волной и не теряя равновесия от мощного потока. Она придала ему немного сил, чтобы выстоять до конца.     Впереди показался ретранслятор. Джон, вспомнив о том, что надо переодеться из повседневной одежды в броню, полностью доверил управление автопилоту, спрятал дорогие сердцу жетоны, подхватил экипировку и направился в тень крошечной каюты. Возможно, времени на обмундирование позже может не быть, поэтому необходимо подготовиться заранее, как всегда, перед высадками на Нормандии. Значит, старые привычки еще сохранились, потому что ему дико подмывало вызвать Кортеза и отдать приказ готовить челнок.     Система Ахерон встретила его одинокий шаттл приветливыми, но холодными лучами местной одноименной звезды. Помнится, тогда, чуть больше трех лет назад, они высаживались на мрачном Альтаэ после получения сигнала бедствия с заброшенной станции радиоперехвата Альянса на темной стороне планеты. Казалось, это было так давно, что все воспоминания о том уже стерлись и растворились в битой памяти Шепарда. Теперь же он возвращался сюда один, чувствуя, как тревога сжимает ему сердце своими крепкими тисками. Команда должна быть внизу, где-то под ним, а Нормандия слишком большая, чтобы её не заметить – так мужчина старался себя утешить секунда за секундой, пока медленно приземлялся и выглядывал среди мрачных скал Альтаэ признаки до боли знакомого стелс-фрегата.     Джону становилось страшно; ему нужно было заморить в себе чувство действительности до такой степени, чтоб даже не было этой пустоты вокруг. Ещё несколько усилий — и он был у цели. Выбежал из шаттла навстречу северному входу в бункер, закидывая "Валькирию" за спину. Спотыкающиеся ноги из стороны в сторону носили онемевшее тело, грудь издавала не бормотанье, а хрип, самое существование как бы прекращалось. Наступало то странное оцепенение, когда капитан не знал, что делать дальше, ведь сознание судорожно перебирало столько вариантов, которые не укладывались в голове ровной стопкой за один раз.     Шепарду понадобилась целая минута, чтобы сориентироваться, и целая секунда, чтобы вновь застыть на месте, будто каменная статуя, медленно приходя в чувство. Его ноги начали немного слабеть, а дыхание участилось – в правом бедре резко и возмущенно кольнуло.     - Шепард? Какого черта ты здесь делаешь? – крайне удивленный Вега подбегает к нему так быстро, что капитан не успевает опомниться. Сзади него шагает не менее ошеломленный Грюнт с неподвижной Джек на своих могучих руках. Значит, что-то нехорошее уже успело произойти до его прихода. - Как ты оказался здесь? И что…     - Джеймс, где остальные? Что происходит? – едва произнес Джон и вгляделся в темно-карие глаза лейтенанта, мигом хватая его за плечи. – Где Нормандия?     - Мы разделились, Кайден пошел открывать дверь, но Эверетт все просчитал и устроил нам еще более хитроумную ловушку, заминировал бункер. Не знаю, что произошло дальше, потому что я был в отключке вместе с Грюнтом, но Аленко помчался выручать Самару, Рекса и Явика, а нам приказал подниматься наверх и вызывать Кортеза или Нормандию, - от спешки Вега тараторил, как из пулемета, глотал слова, глубоко вдыхал и озирался по сторонам, подняв взгляд в небо.     - Не стоило отпускать его одного, – помотав головой, СПЕКТР ослабил хватку, с которой сжал плечи парня и посмотрел на непривычно умиротворенное лицо Джек. – Я иду за ними. Выполняйте приказ Кайдена, немедленно!     - Боже, и ты туда же?! – взвыл Джеймс, по его виду было отчетливо заметно, что ему уже хватило расставаний с командирами, но прерывистый бег Шепарда было уже не остановить, который шагнул в проход и стремительно стал пропадать из виду в подземной тьме станции. – Он должен быть в командном центре! Ищи его там, капитан! И, черт возьми, не лезь на рожон!     Это были последние слова Веги, долетевшие до ушей Джона. Он молча взял себе их на вооружение, оглянулся назад и со скоростью продолжил свой путь, с каждым уровнем спускаясь все ниже. Глаза цвета холодной стали торопливо искали обозначения, указатели к командному центру, хотя только интуиция и предчувствие вели его. А также тела церберовцев, лежащие практически на каждом шагу. Вега и Грюнт явно прорывались с боем, значит, следует идти прямо по дороге из трупов. Да, неприятное зрелище, но Шепард видел на войне и не такое, поэтому не высказал должного отвращения. И теперь только вечная тишина и холод чужой планеты станут их братской могилой.     Окончательно запутавшись в бесконечных коридорах, Шепард приостановился, активировал инструментрон, пытаясь связаться с кем-нибудь на поверхности, но уровень сигнала на дисплее не показывался вообще. В его голове пронеслось сразу два предположения: либо он спустился слишком глубоко, либо сигнал глушит устройство, которое, вероятно, находится где-то поблизости. Джону пришлось полагаться на свою логику, быстро сосредоточиться и идти дальше, вспоминая нудные лекции в академии. Уж там точно подробно объясняли и рассказывали внутреннее устройство подземных баз Альянса старого образца. Просто ему теория была до жути скучна, так что за свою глупость капитан поплатился только сейчас. Забавный поворот событий.     - Кайден! – его оклик ушел в пугающую пустоту очередного коридора. – Самара, Рекс, Явик!     Шепард замер и прислушался, вглядываясь вперед. Ответа не последовало, а в голове сигнально прозвенели сбивчивые слова Веги о том, что комплекс заминирован и может рвануть в любую минуту. Ситуация складывалась, мягко говоря, дерьмово – СПЕКТР трезвым разумом понимал это. Хотя, иногда лучше не знать, сколько у тебя осталось времени до собственного конца. Такое ощущение заставляет постоянно быть настороже и в напряжении неизвестности. Всяко лучше, чем безысходно погибать от отсчета, который тебе известен уже заблаговременно.     Но тут все мысли мужчины мигом прервали несколько выстрелов из знакомого оружия, что эхом прокатились по бункеру. Кажется, это был верный "Паладин" Аленко, ведь только у него термозаряд при совершении выстрела характерно выщелкивался из-за довольно толстой обоймы. Если бы Кайден не пользовался бы им часто, то эти выстрелы можно было бы считать пустым, ничего не значащим звуком, специфическим предупреждением об опасности. Для Джона они стали спасительным маячком, светлой нитью, что точно приведут его к намеченной цели.     Капитан сразу же помчался на звук, и с облегчением в мыслях обнаружил одну вещь – их источник не был так далеко, как казалось сначала. Если Кайден стрелял, значит что-то происходит, и, может быть, ему нужна помощь. Но помощь от кого? Рассчитывает ли он увидеть Шепарда здесь? Рассчитывает, что именно он спасет их всех опять? Конечно, нет. Наверное, выручать друг друга они будут до тех пор, пока кто-то из них первым не покинет этот мир. Когда это случится, Джон больше никогда не вернется на военную службу без прикрытия друзей за своей спиной.     Когда он вышел на развилку, то, не думая, свернул направо. Впереди показалась странная дымовая завеса, а тел врагов здесь было еще больше, чем на уровнях выше. Выстрелы и едва слышный шум доносились из помещения, именуемого командным центром, которое находилось на возвышенности – к нему вела крутая лестница, куда, к счастью, еще не успел проникнуть дым из начального коридора. Шепард дотронулся до таблички с обозначениями пальцами, прижал "Валькирию" к груди, хорошенько прислушался еще раз, чтобы убедиться, что слух не обманывает его, и устремился вверх. Правое бедро, еще не до конца восстановившееся после оскольчатого перелома, буквально взвыло, когда мужчина прошел всего несколько ступенек и едва не упал. Все-таки врачи были правы, как бы обидно ему ни было это признавать. Капитану Шепарду противопоказана любая активная физическая деятельность, а пускать его в бой после того, что случилось, не рекомендовалось вообще – все это врачи втирали ему каждый день добрые полгода. Но сейчас уже поздно вспоминать их предупреждения и рекомендации.     - Черта с два… - из-за дикой боли СПЕКТР стискивает зубы, со свистом втягивает в себя горький воздух, крепче сжимает "Валькирию" в руках и устремляет взгляд вверх, откуда теперь слышатся сдавленные голоса и еще один выстрел Кайдена. – Соберись, Шепард. Забудь про эту чертову ногу, ты сейчас все равно ничего не сделаешь. Да… вперед, только вперед, Шеп. Плевать ты хотел на боль с высокой колокольни, верно?     Ступень за ступенью капитан медленно двигался вверх, преодолевая безумную боль, игравшей в голове яркими вспышками, превращающими адреналин в его крови в чистый кипяток. И по мере того, как Джон восходит по лестнице к командному центру всего комплекса, он видит страшную картину внутри – Кайден, весь пылающий биотикой, пытается вырваться из захвата сзади незнакомого человека с серыми волосами. Майор что-то шипит сквозь зубы, резко откидывает незнакомца от себя и наносит тому сокрушительный удар биотическим кулаком прямо в челюсть, но седоволосый и не думает падать, устояв на ногах после атаки Аленко.     - Решил играть по-крупному, майор? – человек встает боком к Шепарду и утирает кровь с разбитой губы. Его ясные голубые глаза горят знакомым кибернетическим сиянием, какое когда-то было… у Призрака. Чертами незнакомец подозрительно походит на него, словно это и есть тот самый Эверетт, о котором рассказывали Гаррус и Лиара.     - Сдавайся, Эверетт! Я не собираюсь драться с тобой, у меня нет на это времени! – рявкает Кайден, а Джон даже удивляется, каким яростным зверем обратился его майор.     - Что, боишься взорваться? Так или иначе, я хотя бы заберу тебя и твоих друзей с собой, - хрипло посмеивается Эверетт, подтвердив мысли Шепарда. Практически рядом с ним сейчас стоял корень опасности его и всей команды. Тот, кто не дал им жить спокойно после изматывающей войны. Тот, кто посылает к капитану убийц и до чертиков желает его смерти.     - Поверь, Шепард, Серый Посредник, Архангел и Дженнифер Нот* все равно найдут тебя, где бы ты ни спрятался, - СПЕКТР догадывается, что Кайден специально называет эти имена ради пущего устрашения. – И тогда уже ничто на свете не спасет тебя. Ничто.     - Ха, ты до сих пор яро веришь, что Шепард будет жить? Опрометчиво, очень опрометчиво, - нахальная усмешка не сходила с лица Эверетта, а поза его была готова к возобновлению атаки. – Ты не выйдешь отсюда, Аленко, даже не мечтай. И те три биотика, что заперты в ловушке. Но со временем я устраню вас всех, до единого, пока Шепард не окажется совсем один.     Иногда есть только мгновение, чтобы что-то сделать, и в таких обстоятельствах невозможно предусмотреть или отреагировать на каждую случайность. На пике необходимости использовать представившуюся возможность, не каждое обстоятельство можно принять во внимание, а ещё меньше запланировать или начать действовать по нему. Поэтому заранее составленного плана у Джона не оказалось вовсе, словно в его широком кармане появилась большая дыра, и он стал придумывать его пункты прямо на ходу, отгоняя воющую боль в дальний ящик своего подсознания.     Стараясь двигаться как можно тише и спокойнее, мужчина, наконец, добрался до вершины, быстро оглянулся назад, будто это принесло ему уверенности, и прижал палец к губам, когда ошарашенный Кайден застыл на своем месте, едва завидев его. Эверетт, стоявший спиной к Шепарду, подвоха явно не почуял, однако недоуменно взглянул на биотика и предупредительно сделал шаг вперед. В коньячных глазах Аленко то и дело плескалось молчаливое удивление вперемешку с победным огнем – он мигом опомнился, перевел взгляд обратно на Эверетта и хищно усмехнулся, загораясь биотикой с новой силой.     - Знаешь, я думаю, что даже если ты пытался убить Шепарда, то он все равно не станет желать тебе зла, потому что он – самый самоотверженный, милосердный и понимающий человек, которого я когда-либо знал, - слова Кайдена заставили капитана чуть улыбнуться и схватить оружие в две руки, бесшумно подбираясь к врагу сзади, как заправский охотник к добыче. – Но на Земле есть такая поговорка: "Не сравниться своре собак со стаей волков в силе и духе своем".** Имей это в виду.     - И имей в виду то, что вожак никогда не бросает свою стаю, - теперь из горла Джона вырывается рык, а ствол "Валькирии" упирается Эверетту прямо в затылок. – Он не отомстит за себя. Он отомстит только за стаю.     Глаза парня изумленно расширяются, в них мгновенно проносится животный страх за свою душонку и еще более яркие, озлобленные отблески жажды мести. Но прежде чем он успевает что-то сказать, Шепард хмурит брови, слегка морщится от боли в бедре и обменивается с Аленко многозначительным взглядом. Все стало ясно без лишних слов.     Одной секунды хватило, чтобы вырубить Эверетта прикладом и тяжело вздохнуть. Он бессознательно валится вниз, а Кайден все прекрасно понимает, ведь Шепард практически всегда был великодушен к своим врагам, кроме тех случаев, когда они злили его до белого каления. Этот случай не стал исключением. Пусть Эверетт попадет под тяжелый меч правосудия, и пусть уже оно решает, что с ним делать. Несомненно, его ждет тяжелейшее наказание, да и Миранда будет довольна. Все медленно, но верно шло к лучшему исходу.     - Я рад, что ты здесь, старик, - старые друзья крепко обнимают друг друга в знак приветствия, Аленко неслышно смеется и хлопает своего капитана по плечу. – Не стану допрашивать тебя, как ты здесь оказался.     - И это правильно, потому что времени у нас осталось катастрофически мало, - кивнул СПЕКТР, вновь неприятно морщась.     - Нога болит? Сильно? – проницательный майор щурит карие глаза.     - Не настолько, чтобы садиться на скамью запасных. Я еще задам жару, - мужчина тепло улыбается и указывает в сторону выхода. – Хватаем Эверетта и бегом освобождать наших биотиков. Теперь точно придется бежать изо всех сил.     - Понял тебя, - Кайден с небольшим усилием взваливает обмякшее тело Эверетта на плечо и выпрямляется. – За мной, я уже узнал, где они. Здесь недалеко, на соседнем уровне.     - Веди, - решительно произносит Шепард, пропускает ретивого Аленко с ношей вперед, в последний раз оглядывает помещение и, снова не обращая должного внимания на усилившуюся в разы боль, отправляется вслед за ним.