Я стану твоим голосом

      Следующие две недели пролетели своим чередом. Днем Лин и Эрик учились, работали, ходили вместе в кино и украдкой целовались за каждым фонарным столбом. Ночью же альфа благополучно отсыпался, набираясь сил, а омега вновь появлялся в доме Луты и оттачивал свои навыки в травничестве, боевой и рунной магии, фехтовании и стрельбе из лука. К слову сказать, задний двор от этих «упражнений» немало пострадал, а заклинания восстановления у юноши были не очень сильны, так что нередко приходилось получать от врачевательницы неслабый нагоняй.       В Империи, к счастью, все было спокойно – никаких больше убийств, восстаний и тревожных новостей. Мальчик радовался этому, надеясь, что конфликт будет замят и вскоре все тревоги забудутся. Он так погрузился в вопросы параллельного мира, что забыл о более насущных проблемах…       Это утро для парня было ранним и началось оно с тяжелой, тянущей боли внизу живота. Согнувшись в новом спазме, Лин провел рукой между своих ягодиц. Опасения подтвердились: пальцы были запачканы блестящей смазкой, от которой исходил сильный сладкий запах омеги.       Юношу охватил страх. Он быстро соскочил с кровати, хватая свою одежду. Соседей-альф в комнате не было, за что Лин был благодарен судьбе и всем известным ему богам.       Забежав в ванную и запершись, он разделся и захлопнул душевую кабинку. Он уже чувствовал, как внутри него разгорается негасимый пожар желания. Парень заскулил, упираясь лбом в стену. Прохладные струи воды ласкали его разгоряченное тело, заставляя прикрывать глаза. Его рука сама потянулась вниз и заскользила по уже возбужденному члену. Закусив губу, Лин мягко ласкал себя, представляя, что это вовсе не пальцы, а мягкие горячие губы Эрика.       Вот он обхватил головку, проведя языком по чувствительной уздечке. Вот он медленно погружает возбужденную плоть в рот, сжимая пальцами хрупкие бедра омеги. Мужчина двигается все быстрее и быстрее, глядя юноше прямо в глаза и вырывая из груди шумные вздохи…       Уже скоро по телу прошла волна наслаждения. Это слегка облегчило мучения, но до конца снять напряжение мог лишь настоящий альфа.       Смыв следы своего «преступления», Лин вышел из душа и начал было не спеша одеваться, но его внимание привлекла какая-то возня за дверью. Подойдя к ней вплотную и приложив ухо к холодной поверхности, он четко услышал приглушенные голоса Гая и Дика. - Да там он, плещется! Разве не чувствуешь запах? Погоди, тут замок легко открывается… - Слушай, а, может, не надо? Вдруг он не даст? - У него течка, дружок. Эта шлюшка сейчас любому даст.       К Лину подкралась паника. Схватив первую попавшуюся швабру, он продел ее в дверную ручку, подперев тем самым дверь, в которую уже начинали ломиться похотливые горе-сожители.       Парень был рад, что случайно захватил с собой телефон. Трясущимися от волнения и адреналина пальцами он начал набирать СМС. «Пожалуйста, забери меня отсюда!»       Отправив и получив отчет, он сполз по стене, поджав губы, и прислонился к трясущейся двери. До его чуткого слуха доносились проклятия и угрозы в его адрес, но он старался не обращать на них внимания, сосредотачиваясь на текущем времени. Минута, две, четыре, десять… Даже при всем желании Эрик не мог бы приехать так быстро. А, может быть, он вообще не видел сообщения? Занят, работает или ему просто не до глупого влюбленного омеги, попавшего в передрягу?       Пятнадцать минут, шестнадцать, двадцать две…       По щекам Лина потекли слезы отчаяния. Рано или поздно ему придется выйти из ванной, и тогда… Нет, не нужно об этом думать.       Двадцать четыре, двадцать пять…       В коридоре послышался громкий хлопок двери, а затем тяжелые шаги. Юноша заинтересованно прильнул глазом к щели между дверью и косяком. Там он увидел лишь смазанную возню, борьбу и мелькающие ошарашенные лица несостоявшихся насильников, которые поспешно покидали комнату, обещая кому-то что-то припомнить.       На пару мгновений воцарилась тишина, но после шаги приблизились к двери ванной комнаты. Омега испуганно сжал в руке веник, готовый в крайнем случае обороняться. - Малыш? Лин, ты там? – голос Эрика был немного сиплым, альфа часто и порывисто дышал, это было слышно даже через дверь.       У парня будто камень с сердца упал. Быстро расправившись со своей нехитрой охранной системой, он открылся. В проеме стоял альфа – взъерошенный и запыхавшийся, в расстегнутой куртке и мятой рубашке, от которой было оторвано несколько пуговиц. На лице было написано беспокойство. Подойдя к Лину, он без лишних церемоний взял его на руки и понес к выходу. Тот абсолютно не сопротивлялся. Крепко прижавшись к мужчине, омега старался успокоиться и привести свои мысли в порядок.       Только оказавшись на заднем сидении машины, омежка пришел в себя и осмотрелся.       Он был полураздет; то, что некогда называлось джинсами, было насквозь пропитано сочащейся смазкой. Парень поспешно подогнул под себя ноги и сел на них, стараясь не вымарать еще и сиденье. Посмотрев в зеркало заднего вида, он увидел не менее удручающую картину: длинные светлые волосы, обычно локонами ложащиеся на спину и плечи, были мокрыми и спутанными и висели грустными сосульками, под глазами залегли легкие тени, искусанные губы непривычно алели и кровоточили в нескольких местах, а расширенные зрачки занимали почти всю радужку.       Вдруг задняя дверь распахнулась и рядом приземлилась большая красная сумка, с которой Лин обычно ходил в университет. - Я собрал твои вещи, все, которые нашел. Думаю, на первое время хватит, - Эрик занял водительское сиденье и повернул ключ. На секунду его глаза встретились с глазами до смерти перепуганного омеги. Альфа только сейчас уловил дурманящий запах. Его руки сжали руль так, что побелели костяшки. - Это твоя первая течка?       Юноша кивнул, краснея и глядя в упор на мужчину. Тот коротко выдохнул, возвращая себе самообладание. Машина тронулась с места и поехала по оживленным в это время улицам города. - Поживешь у меня. Квартира большая, так что стеснять меня ты не будешь. И… Надень что-нибудь, - как можно спокойнее бросил альфа, не отрывая взгляда от дороги.       Резво достав из сумки какую-то футболку, парень натянул ее на себя и стал внимательно смотреть в окно. Раньше он не бывал в этом районе города и теперь старался запомнить дорогу. Вскоре машина остановилась у стандартной четырнадцатиэтажной высотки неподалеку от набережной – одной из трех близнецов на этой улице.       Эрик вышел и открыл перед омегой дверь. Прихватив вещи, Лин вышел тоже и встал рядом с альфой, переминаясь с ноги на ногу.       Мужчина осматривал юношу, пытаясь понять, что же во всей этой картине его напрягает. И, наконец, понял. Раскрасневшийся и смущенный, в забавной серой футболке с котенком и промокших джинсах, омега стоял на снегу босиком и держал в руках почти чемодан со своими пожитками.       Эрик едва не ударил себя по лбу. Он вновь взял Лина на руки и отдал ему ключи. - Тут всего два, так что, думаю, не запутаешься, - альфа немного рассеянно улыбнулся, мужественно борясь с нарастающим вожделением.       Не без труда попав в квартиру (Лин долго разбирался, сколько раз и в какую сторону нужно повернуть, чтобы замок открылся, да и попасть в замочную скважину в таком положении было несколько затруднительно), мужчина опустил омегу на пол и уже собирался было раздеться, как ему в грудь уперлись маленькие ладони, а губы встретились с другими губами, требовательными и ненасытными. Эрик явно не ожидал от стеснительного и скромного паренька такой прыти. Видимо, течка творит чудеса…       Понимая, что желание взять этого сладкого омегу прямо здесь и сейчас берет верх, мужчина отстранился. На него смотрели два огромных зеленых озера, в которых бились надежда и мольба. Титаническим усилием воли вернув себе хладнокровие, альфа спокойно повесил куртку в шкаф и закатал рукава рубашки, направляясь на кухню. - Ванная вон там, если захочешь. А я пока приготовлю что-нибудь съедобное, - он удалился, выдав Лину чистое полотенце.       Холодильник, как оказалось, едой не изобиловал. «Так. Пиво, позавчерашний салат, печеночный паштет, пиво, кола, коньяк, пиво, просроченная колбаса, пиво, сыр, яйца, сдохшая муха, пиво… Это он точно есть не будет… Конфеты, помидоры, опять пиво… Кажется, пора в магазин», - заключил Эрик, доставая все, что было относительно свежим и не пивом.       По выходу из ванной Лина ждала яичница, немного пригоревшая, но все равно довольно вкусная.       Ели молча.       Омега задумчиво ковырялся в тарелке, стараясь не сосредотачиваться на манящем запахе сильного альфы рядом. Эрик же буквально раздевал взглядом юношу. Хотелось дотронуться до его бархатистой горячей кожи, целовать приоткрытые губы, сделать его своим, услышать его несдержанные стоны…       Мужчина прервал собственные мысли, чувствуя, как в джинсах становится тесно. «Нет-нет. Даже не думай об этом. Вы еще слишком мало знакомы, да и к тому же я уже вышел из того возраста, когда мог абсолютно бездумно наброситься на течного омегу. Надо держать себя в руках. В своих…» - с этими мыслями Фоллс доел свою порцию и поставил посуду в раковину. Омежка вызвался помыть ее и прибраться сам, так что альфа не стал ему в этом мешать: когда еще появится возможность полюбоваться хозяйственностью Лина?       Эрик ушел в соседнюю комнату, чтобы не стеснять юношу и не сорваться самому. Работы у него накопилось достаточно, чтобы провести за ней остаток дня.

***

      Лин уже тихо посапывал на диване, когда мужчина выбрался из своего кабинета и решил наведаться в зал. Вздохнув, альфа накрыл его теплым пледом и ушел обратно в свою каморку Папы Карло. К нему сон сегодня точно не придет, поэтому и ложиться не стоит.       Сев в удобное кресло, Фоллс раскрыл ежедневник и начал записывать: «День первый. Я его хочу. Безумно. Не знаю, как себя контролировать. Попытался отвлечь его просмотром фильмов, пока сам работал. Вроде помогло, но он все время принимает такие позы… Будто специально меня соблазняет. Буду надеяться, что моя выдержка меня не подведет. Он просто умопомрачительно пахнет. Честное слово, я возьму на эти две недели неоплачиваемый отпуск».       Эрик улыбнулся. Вести подобного рода «дневник» показалось ему хорошей идеей: можно было отвлечься от манящего запаха, исходящего из соседней комнаты, поэтому следующие шесть дней в ежедневнике появлялись короткие записи, отображающие текущие события. «День второй. Я и раньше понимал, что влюблен в него до крайности, но сейчас это что-то невообразимое. Мне хочется все время быть рядом с ним, оберегать и опекать. Наверное, это инстинкты альфы. Отпуск взял, но всего на неделю. Начальник рвал и метал. Придется работать сверхурочно. С Лином весь вечер общались. На время, кажется, даже забыли о течке. Говорили об искусстве… Оказалось, малыш еще ни разу не был в картинной галерее. Надо сводить его завтра. Я все еще не оставляю надежды, что если его чем-нибудь отвлечь, то он перестанет постоянно думать о сексе. И я тоже...» «День второй, продолжение. Мой омежка готовит на кухне, а я делаю вид, что работаю. Да, делаю вид, потому что работать, когда он так эротично крутит попкой у плиты, просто не получается. Мои нервы уже на пределе, не знаю, сколько еще продержусь. P.S. Ему очень идет передник. Надо будет как-нибудь устроить ролевые игры. Но сейчас я стараюсь об этом не думать». «День третий. Ходили в музей искусства. Удивляюсь тому, как этот мальчишка умудряется с самым невинным видом прижиматься ко мне так, что мне потом приходится прикрывать стояк. А потом еще и глазками так удивленно хлопает, будто бы он тут ни при чем. Желание просто прижать его к стене и хорошенько… Как выяснилось, Лин – фанат импрессионизма. Не думал, что у нас такая культурная молодежь. Хотя Лин, пожалуй, исключение из всех правил...» «День четвертый. Начали сниться эротические сны. С Лином. Во всех грязных подробностях. Приходится каждое утро по полчаса заседать в душе. Скорее бы прошли эти несчастные две недели». «День пятый. Завтра к нам приезжает одна из любимых групп моего милого омеги. С великим трудом достал два билета и теперь наблюдаю радостно бегающего по дому Лина, думающего, что же ему надеть. Звонил шеф, просил выйти завтра на работу. Не знаю, как я буду все совмещать. Наверное, придется попросить Брендона его подвезти до клуба. Надеюсь, обойдется без приключений. Ходили в супермаркет. Все, глядя на нас, умиляются, думая, какая же мы красивая пара, а я только натужно улыбаюсь, чувствуя, как его рука гладит меня пониже спины. Ей-богу, я его чуть прямо там не изнасиловал. Боги, пошлите мне терпения…»       Субботнее утро альфы началось с того, что к нему в постель залез изнывающий от течки омега и начал будить его страстными поцелуями. Эрик, которому вновь снился сексуальный кошмар, открыл глаза и перевернулся, подминая под себя Лина. Тот мгновенно обвил плечи мужчины руками и закусил губу в предвкушении. - Доброе утро. Как спалось? – самым непринужденным тоном спросил Фоллс, целуя парня в обе щеки и вставая с кровати, направляясь на кухню.       Гневно шипящий мальчик запустил в него подушкой, прилетевшей точно промеж лопаток. - Будешь разбрасываться вещами - оставлю без сладкого, - тоном строгого папочки произнес Эрик, не оборачиваясь. «И так уже оставил!» - подумал омега, скрещивая руки на груди и жалея, что альфа не может и не сможет его услышать.       Эрик уже опаздывал на работу. Стоя перед зеркалом и завязывая галстук, мужчина почувствовал, как чьи-то цепкие ручки обвивают его за пояс. За спиной стоял возбужденный Лин, почти умоляюще смотрящий на альфу.       Вздохнув, Эрик улыбнулся и погладил омегу по щеке, аккуратно целуя. - Скоро увидимся, - не без труда отстранившись от очень мило нахмурившегося омеги, мужчина ушел, отдав мальчику ключи и велев запереться.       Уже по пути, сидя в машине, он набрал одному из друзей, тоже омеге. - Здравствуй, Брэндон. - Вау, какие люди почтили мою скромную персону своим звонком. Чего желаете?       Альфа усмехнулся. - Чтобы было чисто. Слушай, тут такое дело. Нужно моего омегу сегодня до рок-клуба довезти. К восьми. Поможешь? - Стоп-стоп, с этого места поподробнее! - голос студенческого друга стал крайне любопытствующим. Таким обычно сплетни собирают, хотя Брэн всегда был выше этого. - У тебя появился омега, а я и не в курсе? Вот как ты, значит, своих друзей любишь! - Брэндон, не драматизируй. Кстати, живет он у меня. Зовут Лин. И да, он… Как бы тебе сказать… В общем, он не разговаривает. Долго объяснять, думаю, ты на месте разберешься. - Ладно, заметано. В восемь мы будем в этом твоем клубе. Не скучай, - друг отключился; очевидно, кто-то из его двоих детей требовал к себе срочного внимания. - Пока, Брэндон. Спасибо.       На душе у Эрика стало немного легче.       На работе его ждал полнейший завал: за все дни его "отпуска" документации накопилось столько, что из-за горы бумажек не видно было стола. Альфа тихо присвистнул, садясь за работу.       Минуты тянулись словно часы, мужчина еле дождался завершения рабочего дня, чтобы наконец поехать на концерт. Хотелось, конечно, выглядеть побрутальнее, но время поджимало, и альфа решил, что и в костюме он вполне солиден.       Пробок, к счастью, уже не было, поэтому Фоллс добрался до места назначения достаточно быстро. Вылетев из машины, он нырнул в полуподвальное помещение, где и располагался рок-клуб. Его глаза быстро привыкли к полутьме, и он смог рассмотреть за барной стойкой две фигуры, одна из которых явно принадлежала его любимому омеге. Тщательно разглядеть его он не мог, потому что любезный друг его старательно загораживал. - Эрик Фоллс, неблагодарная ты скотина! – радостно возопил невысокий стройный омега с копной недлинных каштановых волос, раскидывая руки в стороны и явно собираясь обнять старого друга. – Как давно мы не виделись.       Хрупкому на вид омеге удалось заключить альфу в стальные объятья. Наклонившись к его уху, он быстро прошептал. - Я не знаю, где ты отхватил такой кусок счастья, но я не понимаю, почему на нем еще нет метки. Ты что, импотентом вдруг стал?       Мужчина задохнулся от возмущения, но сказать ничего не успел. - Вот и я думаю, что нет, - улыбнулся Брэндон, ехидно сверкая глазами. – Так что дерзай. Завтра заеду – проверю. И да, я жду подробного рассказа.       Хлопнув напоследок Эрика по плечу и махнув рукой Лину, он выбежал, сославшись на срочные дела и капризных детей.       Альфа наконец смог рассмотреть предмет своих терзаний.       Омега сидел за барной стойкой и нежно улыбался. Его лицо выражало полнейшую невинность. Чего нельзя сказать о наряде.       Его аппетитная попка была обтянута коротенькими кожаными шортами, на которых красовались всевозможные цепи и заклепки. Просторная черная майка с логотипом группы обнажала нежное круглое плечико. Кудри россыпью ложились на спину Лина, делая его чем-то похожим на куклу.       Это уже была тяжелая артиллерия. Вид омеги, развратного в своей наивности, его запах, усиленный течкой, - все это просто сводило Эрика с ума, заставляя тихо порыкивать. Он возблагодарил высшие силы за то, что никаких альф поблизости не было.       Парень спрыгнул со стойки и подошел к Фоллсу, мягко обнимая и целуя в щеку. Мужчина мысленно собрал в кучку остатки своей стойкости.

***

      Выступление было зажигательным и ярким. Музыканты выложились на все сто, заведя публику, скандирующую название их команды.       Альфа же весь концерт провел как на иголках, сходя с ума от запаха течного Лина, только и успевая кидать на других альф предупреждающие взгляды. Омега же, кажется, вовсе и не замечал взвинченного состояния объекта своих воздыханий, веселясь. Даже сев в машину, он послушно пристегнулся, мило улыбаясь едва сдерживающемуся Эрику. Правда, улыбка его была какой-то лукавой.       Едва они зашли в квартиру, Эрика ждал неожиданный поворот событий.       Юноша, повернувшись к нему спиной, медленно шел по длинному коридору в кухню. С каждым шагом одежды на нем становилось все меньше.       Сначала он через голову снял майку, улетевшую в неизвестном направлении. Альфа даже не обратил внимания на то, куда она приземлилась.       Он буквально пожирал глазами тоненькую фигуру с выступающими лопатками, между которых лежали пшеничные локоны. Дальше со стройных ног были спущены кожаные шорты и тоже отброшены куда-то в сторону. На омеге остались только черные кружевные трусики, уже влажные от смазки. И, видимо, с ними Лин решил поиграть.       Сначала он слегка приспустил их, нагибаясь, потом медленно стянул с одной ноги, затем с другой...       Альфа благословил того архитектора, который спроектировал этот дом с такими длинными коридорами. Низко рыкнув, Фоллс в долю секунды преодолел разделявшее их расстояние, крепко прижав парня к себе за талию, впился в губы несдержанным, голодным поцелуем.       Лин не сопротивлялся, обвивая руками шею мужчины и утаскивая его в спальню. В глазах омеги читалось неподдельное желание. Он слегка закусил губу, кладя руку альфы на свое бедро. В голове у Эрика что-то щелкнуло. «Была не была», - решил он, властно целуя согласного на все мальчишку и осторожно укладывая на кровать.       Рука альфы плавно скользнула по ребрам юноши, лаская кожу, очерчивая едва заметные косточки. Тот выгнулся, прикрывая глаза и вздыхая. Просунув ладонь под спину омеги, Эрик приподнял его, освобождая от верха.       Парень прижался к нему, взглядом буквально умоляя не останавливаться, но альфа и не думал об этом. Нежные губы мужчины дотронулись до вытянутой шеи Лина и начали плавно опускаться, целуя ключицы.       Эрик даже не предполагал, что его омега будет настолько отзывчивым даже на легкие надавливания и поглаживания. Стоило ему лишь едва ощутимо провести кончиками пальцев по подтянутому животу или коснуться губами груди омеги, как тот выгибался, прикрывая глаза и покусывая пухлые губки.       Наконец поцелуи альфы перешли на грудь, губы обхватили напряженный от возбуждения сосок, мягко лаская. Лин дышал громко и часто, комкая простыни тонкими длинными пальцами. Иногда он проводил ладонью по спине альфы, словно поощряя, направляя.       Чувственные губы Эрика не останавливались, путешествуя по разгоряченному телу юноши, лаская живот, бедра, опускаясь, наконец, к самому интересному. Глядя на то, как покраснел омега, разводя стройные ноги и позволяя мужчине обдать горячим дыханием твердую плоть, Фоллс усмехнулся. Кончиком языка он провел по головке, слизнув выступившую капельку смазки. Блондин едва не дернулся, запрокидывая голову и неосознанно подаваясь бедрами вперед, но Эрик не стал спешить. Проведя по всей длине, он плавно обхватил член юноши губами, лаская плавно, медленно, растягивая им обоим удовольствие.       Уже скоро, когда Лин начал метаться под ним, извиваясь от страсти, альфа оторвался от своего увлекательного занятия. Нависнув над омегой и слившись с ним в долгом поцелуе, Фоллс медленно и плавно ввел в него палец, растягивая и подготавливая. Потом второй, третий...       Альфа был благодарен течке за то, что она снимала все болезненные ощущения, позволяя юноше наслаждаться процессом, нетерпеливо покусывая губы.       Запах мужчины сводил с ума неопытного мальчишку. Он был терпким, таким пряным и до невозможности приятным, хотелось чувствовать его все время. Он смутно понимал, чего именно хочет он и его тело, но осознавал лишь, что желает гораздо, гораздо большего. - Прости, будет немного больно, - предупредил мужчина, извлекая из Лина пальцы и приставляя ко входу головку, неглубоко толкаясь.       Юноша выгнулся едва ли не до хруста костей, сцепляя лодыжки на пояснице Эрика, позволяя входить еще глубже, ритмичнее, что альфа и делал, неосознанно порыкивая на ухо своему омеге, ускоряясь с каждой минутой.       Финишировали они почти одновременно. Излившись внутрь парня, Фоллс отстранился, отыскивая в прикроватной тумбочке салфетки и помогая красному, как рак, омеге стереть следы их недавней близости со своего живота. - Я люблю тебя, - прошептал альфа, притягивая светловолосого к себе и касаясь его губ своими.       Лин с радостью ответил, едва не плача от невозможности высказать свои чувства тоже, а после устроил голову на груди мужчины. В душ идти им обоим было лень, да и сил на это не было, поэтому они заснули почти сразу, вымотанные, но счастливые.