Flame of empty eyes / Пламя пустых глаз

      Горячие непрошенные слезы продолжали течь по щекам, капая уже совсем холодными на светлые джинсы и оставляя крупные мокрые пятна. Это все что она могла: сидеть в туалете, закрывшись в кабинке, и заниматься самобичеванием. Как она могла так подставиться? Лишат ли ее теперь стипендии, что одновременно для нее означало и единственного заработка? Как сказать матери, что ее дочь завалила экзамен?       Хотя последнее пугало ее меньше всего. Странно, но Эмили никогда не переживала о том, как родители отреагируют на ее отметки. Им попросту это было неважно, неинтересно. Порой девушка летела на всех парах, чтобы сообщить маме с папой о своей трудом заработанной пятерке за проект, но придя домой, обнаружив квартиру в никотиновом тумане и с кучей малознакомых людей, она напрочь забывала об этом радостном волнении. И это некогда грустное воспоминание теперь приносило легкую дрожь облегчения – одной проблемой меньше. Вероятно, это и не было бы проблемой, если бы родители могли поддержать дочь, подбодрив словами о том, что она умная и все пересдаст, а оценки по жизни не имеют никакого значения. Девушка даже не замечала, сколько в ее голове было этих желанных и неосуществимых вероятностей.       - Эми, ты здесь? – за дверью раздался голос Киры.       «Этого еще не хватало», - девушка задержала дыхание, вытерла слезы и притаилась в надежде, что без ответа подруга уйдет. Эмили никогда не позволяла себе плакать на людях, это было унизительно. Столько жалостливых взглядов вокруг, так и вопиющих о своей лицемерной поддержке, а на деле всем просто по боку до каких-либо чужих переживаний. Это естественная реакция на слезы была самым ужасным человеческим качеством.       - Перефразирую: я знаю, что ты здесь, - продолжила Кира, шагая вдоль кабинок. – Во-первых, ребята сказали, что ты залетела в туалет и до сих пор не выходила.       «Ну конечно, им же нечем больше заниматься, только как следить за моей истерикой. Это же так интересно и увлекательно», - непонятный гнев вспыхивал в груди худенькой девушки с каждой фразой подруги. Раньше она за собой такого не замечала. Ее эмоции всегда находились под ее властью, даже такие спонтанные слезы обиды были для нее редкостью.       - А во-вторых? – отозвалась Эмили, стараясь расслабиться и понимая, что Кира-то тут совсем не причем.       - Во-вторых, я вижу твои ботинки. Такую простую и безвкусную обувь носишь только ты, - нежно проговорила девушка и остановилась напротив запертой двери.       Эмили заулыбалась и даже тихонько рассмеялась, запрокидывая голову и медленно втягивая воздух носом. Она знала, что Кира сказала это специально, чтоб взбодрить девушку, и сработало же.       - Нормальная у меня обувь, - мягко воспротивилась она, отпирая дверь и выходя наружу.       - Знаю, - хихикнула Кира, - зато ты перестала хлюпать носом и даже улыбнулась.       Она была права: злость отступила, уступая место вымученной усталости. Холодная проточная вода, отдающая хлоркой, освежила лицо, а косметичка Киры помогла замаскировать небольшую припухлость вокруг глаз.       - Почему ты никогда толком не красишься? – внезапный вопрос слегка удивил Эмили, она подозрительно нахмурилась и перевела взгляд на отражение подруги.       - Просто не вижу в этом смысла, красивее-то я от этого не стану, только кожу испорчу, - приврала девушка и продолжила наносить тональный крем на лицо.       Пока Кира размышляла, как реагировать на такое объяснение, Эми перевела взгляд на косметичку, с любопытством разглядывая множество тюбиков с помадами, тушью, тенями и прочим. Конечно, это бред, что она не хотела полноценно краситься, но сказать, мол, знаешь, у меня денег осталось только на буханку хлеба и макароны, было бы неразумно. Это подтолкнет подругу уговорить Эмили на подарок в качестве косметики, в душе она захочет его принять, но ей придется отказаться, это все создаст неловкую ситуацию и мало ли как еще обернется для их дружбы. Глупая ложь о том, что девушка просто не склонна к искусственной красоте, намного прагматичнее.       - Не думала об этом в таком контексте, - медленно проговорила Кира, облокачиваясь на раковину. - Может просто если пользоваться качественной косметикой, то и коже вреда не будет?       «Ну да, качественной. Это которая по сотне долларов за тюбик?» - почувствовав неприятное давление в висках, Эмили указательными пальцами помассировала их, прикрывая глаза.       - Опять голова болит? – встревоженно поинтересовалась подруга, получая в ответ утвердительный кивок. – Пойдем попьем кофе в студенческом баре? Возьмем тебе конфет с коньяком, поднимем давление?       - Спасибо, - заулыбалась Эми, протягивая косметичку ее хозяйке и закидывая сумку на плечо, - я обойдусь только кофе.       Девушки наконец-таки покинули дамскую уборную и неторопливо зашагали вниз по лестнице к столовой, отчего-то называемой баром. Конечно, диковинный интерьер, маленькие кругленькие столики, рассчитанные максимум на четырех человек, стойка у стены с высокими барными стульями – нелепый фарс для места, в котором все равно студенты только едят.       - Два кофе, пожалуйста, - учтиво улыбнулась Кира молодому пареньку, обслуживающему народ, - черный без сахара и мокко, - она протянула купюру взамен двум стаканчикам.       - Кир, сколько с меня? - поглядев на прейскурант, Эмили вздохнула и потянулась за кошельком.       - С ума сошла совсем, - недовольно фыркнула подруга и грозно поглядела на нее, - даже не вздумай. Иди столик нам займи.       Эми поджала губы и оглядела зал, отмечая неплохое место у окна. Девушка не хотела быть кому-то хоть чем-то обязанной, даже суммой кофе в пару баксов, но прекрасно знала, что скажет ей в ответ Кира и чем аргументирует этот жест. Лишняя словесная перепалка только добьет Эмили сейчас, поэтому она решила молча принять этот кофе, а потом просто как-нибудь купить ей что-нибудь на ту же сумму.       - А где твои девочки? – поинтересовалась девушка, когда Кира поставила стаканы на стол и уселась напротив.       - Поехали в кафе, праздновать, - она сделала небольшой глоток, обжигаясь и неприятно морщась. – Черт! Дурацкий кофе.       - А ты чего не с ними? – наблюдать за Кирой было смешно; всегда такая позитивная и добрая ругает кипяток. – Только не говори, что из-за меня.       - Да нет, - отмахнулась она, доставая зеркальце, чтобы оценить урон, - мне папу дождаться надо, какие-то проблемы с договором в деканате, то ли утерян, то ли испорчен, не поняла. И что такого-то, если бы я осталась только из-за тебя, м? Будто ты для меня никто и совсем этого не заслуживаешь, - Кира громко захлопнула зеркальце, сердито глядя на подругу.       - Просто…как тебе это объяснить? – Эмили положила локти на стол, пододвигаясь корпусом ближе и выдумывая правдоподобную ложь. – Блин… - простонала тихо девушка, утыкаясь взглядом в чашку.       - Что там? – Кира обернулась, выискивая причину недовольства подруги. – Каулитцы что ли? Билл, кстати, долго с преподом трепался о чем-то…       - Мне плевать, - холодно прервала ее Эми, вертя в руке стакан против часовой стрелки. – Пусть делает, что ему только в голову взбредет, лишь бы меня это никак не касалось, - закатив глаза, девушка откинулась на спинку стула. – Зашибись.       Ну не подрываться же, сломя голову, убегая.       - Привет, девочки, - пододвинув стул от стоящего рядом стола, Билл уселся рядом с Эмили.       - Привет, - тут же отозвалась Кира, мило улыбаясь.       - Если вам нужен именно этот стол, то мы… - Эми перевела взгляд на подругу, чтобы сказать братьям, что они уже уходят, но это предложение изначально было обречено на провал.       Кира, слегка покраснев, смотрела на Тома из-под опущенных ресниц. Такого Эмили точно не могла ожидать: Кире он нравится! Не то, чтобы Том был какой-то урод, очень даже наоборот, но он славился своей репутацией в качестве бабника, да и вел с девушками себя зачастую…ну очень нахально. Эми считала, что кого-кого, но ее подругу-то он точно не захомутает. И вы только гляньте: Том сморозил что-то банальное, и Кира расплылась в сладкой улыбке.       - То вы что? – хмыкнул Билл, наблюдая за реакцией Эмили; он-то уже привык к таким казусам.       - То мы не можем вам ничем помочь, - комкано закончила предложение она, ощущая в животе желание пнуть под столом Киру за ее легкомысленность.       - Это тебе, кстати, - Билл положил на стол плитку молочного шоколада.       Эмили посмотрела на него, прикидывая, к чему вообще все это сейчас.       - Спасибо, - она отодвинула шоколадку обратно, - я не голодна.       - Это типа извини, - Каулитц пододвинул плитку обратно, - но только в материально-вещественной форме.       Так вот что все это значит! Ему просто совестно за свой проступок, и он решил извиниться? Но зачем? Ну обидел отличницу, гуляй дальше. «Не думаю, что у него какие-то муки совести. Что-то другое, но что?» - думала Эмили, недоверчиво глядя на него.       - Это типа не извиняю, - она вернула ему сладость, - в словесной форме.       Билл улыбнулся. Эта игра слов и действий его забавляла, но пришел он сюда действительно не вымаливать прощения; как верно мысленно подметила Эми, совесть по поводу подставы его не грызла.       - В общем, - он пододвинулся к Уайт, - я кое-как уговорил мистера Клиффорда на досрочную пересдачу, ну, чтобы сейчас он поставил двойки на карандаш. Так вот, его единственное условие – устное собеседование по всему пройденному курсу. Слышишь, - радостно подметил Каулитц, - тебя не лишат стипендии.       Электрическая дрожь пробежалась по телу. Ощутимое облегчение.       - Спасибо за новости, - Эмили отвела взгляд и едва заметно улыбнулась.       - Не, это еще не все, - тут Билл слегка замялся, - устно-то я точно ему ничего не сдам, я знаю только базовые основы. А вот если бы меня немного поднатаскали за определенную сумму… - он внимательно посмотрел на девушку.       Эмили отчего-то заулыбалась, почти готовясь перейти на истерический смех.       - Ты создал мне проблему, от которой я едва не лишилась денег, меня с позором выгнали из класса, чего не было уже очень давно, а теперь… - девушка запнулась, ощущая, что почти переходит на крик и снижая тон. – Найми репетитора и отвали от меня, пожалуйста.       Кира и Том внимательно смотрели на Эмили, прекратив свой едва начавшийся флирт, а ей впервые в своей жизни было все равно. У нее накопилось внутри столько всего, ей так хотелось скинуть это напряжение, и вот она выговорила все, что только ей пришло в голову. Девушка довольно вздохнула и отпила свой кофе, уделяя внимание сейчас только ему.       - Как вас, пассивно-агрессивных стерв, только земля-то носит, - искренне удивляясь, сказал Билл, пододвигая салфетку и что-то там калякая. – Напиши, когда отпустит.       Он положил бумажку поверх шоколадки и встал, ставя стул на место и удалился. Том довольно нежно попрощался с Кирой и пошел вслед за братом.       - Эми, да что с тобой такое? – недовольно протянула вопрос подруга, любопытно разворачивая салфетку. – Ого! Двести баксов в день. Слышишь?       - Слышу, - глухо отозвалась девушка, допивая кофе и чувствуя, как гордость со скрежетом встретилась со здравым смыслом. – Плевать.       - И кто-то мне говорил, что критериев отбора у него нет, ага? - подло подчеркнула Кира, хитро прищуриваясь.       Дерьмо. Ведь она права. Шестьсот долларов за три дня. Это месячная мамина зарплата. «Ну почему все так? Ну почему?» - простонал внутренний голос, топая ногами от негодования.       - Уже поздно отступать, - с печалью в голосе сказала Эмили, и даже сама себе не поверила.       - Сделаем так, - предложила Кира, открывая сумку подруги и закидывая туда шоколад и записку, - подумай до вечера, как он и предложил, а потом напиши и согласись, дурочка. Это такие легкие деньги для тебя.       «Ну да, легкие. А ничего, что мне три дня с ним время проводить? Еще и пытаться научить чему-то», - мысленно воспротивилась девушка, но вслух не решилась ничего сказать. Мало ли ее припрет согласиться на его предложение, тогда перед Кирой она будет выглядеть идиоткой.       - Спасибо за кофе, - попыталась перевести тему она. – И за то, что посидела со мной.       Кира только приготовилась вернуться к обсуждению только что произошедшего, как зазвенел спасительный мобильный, вызывая подругу срочно бежать к деканату. Эми облегченно вздохнула, глядя вслед торопящейся девушке, смяла картонный стаканчик и посмотрела на часы.       Время идти домой, мама наверняка уже проснулась.