Вопреки

Я вижу, как закат стёкла оконные плавит, День прожит, а ночь оставит тени снов в углах. Мне не вернуть назад серую птицу печали, Всё в прошлом, так быстро тают замки в облаках. Там все живы, кто любил меня, Где восход – как праздник бесконечной жизни, Там нет счёта рекам и морям, Но по ним нельзя доплыть домой. Вновь примирит всё тьма, даже алмазы и пепел, Друг равен врагу в итоге, а итог один... Два солнца у меня на этом и прошлом свете, Их вместе собой укроет горько сладкий дым. Возьми меня с собой, пурпурная река, Прочь унеси меня с собой, закат. Тоска о том, что было, рвётся через край, Под крики серых птичьих стай. Кипелов «Закат»

– На хрена нам столько? – ворчит Акаме, сгибаясь под тяжестью сумок. – Ибо нас четверо, а питаться надо нормально, – назидательно отвечаю, имитируя интонации моего любимого. – Еще скажи, что приготовленная Соби еда тебе не по душе! Темноволосый Страж раздраженно взрыкивает, но больше претензий не высказывает. То-то же. Идущий рядом со мной Агатсума усмехается. Я останавливаюсь у перил, любуясь на реку. Красота. В нашем районе было только озеро в парке. – Только этого не хватало… – шепчу, оглянувшись. Быть может, удастся затеряться в толпе… Но нет, поздно, заметили. Идут прямо на нас. По пространству проходит силовая волна – обычные люди спешно покидают мост. Теперь мы одни. – Это еще что за воробушки? – говорит Нисей, оскаливаясь в улыбке. – Акаме назад! – перехватываю мужчину, а перед нами становится мой Страж. Он узнал их по моим воспоминаниям. – Мы пришли узнать у Агатсумы Соби, Нелюбимого, местоположение скрывающихся Зеро. Голоса парней сходны друг с другом и очень похожи на синтетическую речь. – Также мы видим разыскиваемых Belowed. По Школе отдан всеобщий приказ нейтрализовать Возлюбленных. Однако, вы и так в странном состоянии. – Это ты сейчас будешь в странном состоянии! – рычит Нисей. – Какие нынче наглые дети! Я вас… – Заткнись, Акаме, – обрывает Соби. – Не командуй мной, блондинка! – Наша цель иная, но был приказ не допустить, чтоб преступники вновь скрылись. «Соби, нельзя сражаться! Нужно избежать этого любым способом!», – мысленно кричу я, пытаясь понять, сможем ли мы спастись бегством. «Я понимаю, Рицка. Успокойся» – Я требую от вас объяснения неуважительного отношения к старшим, – сурово говорит брат. – Сей… – но поздно. – Аояги Сеймей, мы повелеваем этим именем! – Нет! – Приказываем – иди к нам. – Сеймей, остановись! Выверенным движением ребра ладони Соби вырубает моего брата, который покачивающейся марионеткой брел в руки смерти. Я немо смотрел, как мой любимый усадил Сеймея на асфальт, прислонив к перилам, проморгав факт того, что природный Боец Возлюбленного рванул к врагам. – Акаме, стой, кретин! Да что же это?! – Рицка! Соби бросился за мной, а я успел ухватить Нисея за волосы. Рывок – темноволосый Боец взвыл и рухнул, а я стою перед ним, раскинув руки и закрывая собой. – Какая… знакомая ситуация, – медленно произносит Жертва третьих Зеро. – Я не позволю вам! – Занятно, – повторяет подросток, склонив набок голову. – Дежавю? – Прочь! Соби вновь выходит вперед, раскрывая поле Стража в полную мощь. Я вижу, как из ушей Стража Нулей вытекает струйка крови. – Данные по Нелюбимому нуждаются в обновлении. Слова Зеро звучат сухой констатацией. Я ощущаю изумление моего Бойца. От полной инициации Силы светловолосого Стража не устояло даже защитное поле Гоуры, а эти и не пошатнулись. Мне еще раз хочется спросить – они живые или куклы? Что они вообще такое?.. Чертова Нагиса! – Выдайте нам местоположение Нацуо и Йоджи, вторых Зеро. – Ни за что! – В таком случае, мы спросим иначе. На Арене. Но в другой раз. Сенсеи должны быть уведомлены. Мы уходим. Облегченно выдыхаю, но Зеро, прежде, чем скрыться в телепорте, добавляют: – Долг обязывает наказать преступника. – Что? Однако противники уже исчезли. – Обошлось… Все в порядке? Оглядываюсь и успеваю заметить прыгнувшего в проем Акаме. Сеймея не было на мосту, как и перил, что поддерживали бессознательного брата.

–//–

– Рицка! Нет! – хватаю его за руку, не позволяя прыгнуть. – Соби, пусти! Они же утонут!!! Сейчас предо мной вновь стоит двенадцатилетний мальчик, исполненный отчаянной решимости. Он не думает об опасности, о том, что может сам погибнуть, он хочет спасти брата. Он всегда стремится помочь… – Рицка, вместе. Крепче сжимаю его руку, и мы прыгаем в темные воды. Холод захватывает тело и сознание, от шока я мало что соображаю, но выскальзывающая из ладони рука быстро возвращает к реальности. «Рицка!», – только так я могу позвать его, ведь мы под водой. «Я… в порядке», – он отвечает через несколько секунд, окативших меня большим тремором, чем ледяная вода вокруг. «Где они?» Мы вглядываемся в окружающую нас толщу, но тщетно. Я чувствую, как Рицку охватывает паника. «Постарайся почувствовать их, малыш» Я и сам пытаюсь воспринять ауру Нисея, но Возлюбленных не слышно. Я увеличиваю радиус и концентрацию, и вот, наконец-то, слышу слабый импульс. Передаю направление Рицке, и мы начинаем стремительно грести, быстро погружаясь. Через секунд двадцать мы видим их. Нисей крепко обнимает Сеймея, а течение стремительно влечет их, протаскивая по дну. «Мы вытащим их!», – младший Аояги начинает грести сильнее, чтобы нагнать Возлюбленных. «Рицка, мы слишком глубоко. Не успеем…» Даже сами не успеваем выплыть, не то, чтобы вытащить двух взрослых мужчин. Рицка это прекрасно понимает, но не в наших правилах бросать в беде людей. «Соби…» «Я понял» Его план, образ, что он передал мне… Нереально, но, похоже, это наш единственный шанс. Мы плотно прижимаемся к бессознательным Возлюбленным, заключаем их в кольцо наших рук. «Три, два», – отсчитывает Рицка, давая нам время собраться с силами. «Один!» Вода с гулом устремляется в воронку, перепад давления крошит голову и барабанные перепонки. Мы, затянутые водоворотом, падаем на пол в гостиной Нисея. Пробоина в пространстве со свистом затягивается. Закашливаюсь, сплевывая воду. Все тело дрожит от напряжения, жутко тошнит, сознание просится прочь, прочь хоть на минуту. Отдохнуть... но нельзя. Рицка… В следующее мгновение я чувствую поток Силы. Моя Жертва склонилась надо мной, пытаясь привести в чувство. Поняв, что я жив, он бросается к Возлюбленным. «Помоги Акаме», – передаю мысль, не тратя силы на разговор и объяснения. Он слышит мою решимость и не противится. Потом… О том, что сам передал свою Жертву другому Бойцу, о том, что сделаю сейчас… Я подумаю обо всем потом. Придвигаюсь к Сеймею и касаюсь его губ. Поток Силы, вдох воздуха в легкие. Ну же, Возлюбленный… Нет, не так. Сеймей, очнись! Хрип, кашель, хрип, выливающаяся из легких вода и судорожный вздох – он справился. Смотрю, как Рицка старается реанимировать Нисея, раз за разом прижимаясь к его губам. Я слышу, что моя Жертва создает Связь с другим Бойцом, он привязывает жизнь Нисея к себе, не позволяя сдаться, заставляя бороться. Он вливает ему свою Силу через поцелуй, а я молча смотрю. Сейчас я слишком устал, перенапряженный организм отказывается что-то чувствовать и воспринимать. Мы должны делать то, что должны. Я соединяю руки Возлюбленных, и Акаме реагирует мгновенно, сжимая руку своей природной Жертвы. Еще несколько секунд и, благодаря стараниям Рицки, Страж начинает самостоятельно дышать. Мы укладываемся по обоим сторонам от Возлюбленный, делимся Силой и позволяем себе отдых.