Это все она - весна...

      Я думала, что упаду о неожиданности. Передо мной стоял тот, кого я бы захотела видеть в последнюю очередь. Зачем он пришел? Что ему нужно? — Насть, нам надо поговорить, — твердо сказал до боли знакомый голос, подходя ближе ко мне.       Не о чем нам разговаривать. Что, интересно, он хочет мне сказать? Что был не прав, что не должен был распускать руки, и все в том же роде. Господи, Щукин, почему бы тебе не оставить меня в покое, а?       К сожалению, мое примерное воспитание не дало мне прогнать Егора. Тем более, в субботу он будет присутствовать, и я не хочу, чтобы он, ляпнув мне какой-нибудь бред, испортил всю договоренность. Слишком большая цена будет этой ошибке. - Ну, пойдем, — саркастически произнесла я, поднося магнитный ключ к подъездному домофону.       Мы поднялись на третий этаж, и, открыв дверь, я пропустила Егора внутрь. Сам факт того, что Щукин снова портит мне все планы, очень меня злил. Я не понимаю, что нам нужно обсуждать. По-моему, все и так сказано, а своим появлением он лишний раз возвращает меня в прошлое. Наше с ним счастливое прошлое. Неужели так трудно просто отпустить меня? Не доставляя мне столько боли одним своим приходом. Он, правда, не понимает, что чувства так быстро не проходят? Что при виде его мое сердце все так же быстро колотится? Бред, он все понимает. — Я, конечно, догадываюсь, что ты не хочешь со мной разговаривать, но… — Так, Щукин, оставь свои глупые прелюдия для Марины, — перебивая парня, зло сказала я.- Говори, чего хотел?       Почему-то меня очень разозлило начало разговора. Я зачем-то приплела к нашему «общению» Касаткину, при воспоминании о которой моя спина покрывается мурашками. Неужели я все еще его ревную? Впервые, я задумалась над тем, что за полторы недели своей безумной жизни, я ни разу не подумала про Щукина. Вот это достижение.       Егор шумно выдохнул, проходя следом за мной вглубь квартиры. Мы зашли в зал, где творился полный бардак. Времени не оставалось даже на уборку, поэтому на диване лежал «разобранный» сценарий праздника, журнальный столик был усыпан бумажками, эскизами пригласительных и прочими незначительными вещами. — Извини за беспорядок, — без особого чувства вины произнесла я, попутно снимая куртку и кидая ее на спинку дивана.- Так, что ты хочешь мне сказать?       Я поправила волосы и присела в кресло, переводя взгляд на Щукина, который внимательно осматривался. Ему явно было неприятно видеть все эти свадебные подготовки, и, на самом деле, я понимаю его. Если бы Егору пришлось жениться на какой-нибудь девочке из группы поддержки ради безопасности его семьи, и он бы не имел права никому что-либо объяснить, он бы меня обязательно понял. Но, увы, он только осуждает меня. — Красивое, — послышался голос Щукина.       Посмотрела на него. Он стоял возле шкафа, на котором висело мое свадебное платье. Почему-то сердце забилось с невероятной скоростью. Не знаю, что вызвало этот факт, но мне ужасно захотелось, что послезавтра меня ждал ни Кисляк в костюме, а Щукин в смокинге. Сразу предстала картина в голове: я в шикарном свадебном платье, Егор в черном смокинге и розой в кармашке пиджака стоим возле свадебной арки, одновременно произнося: «Да».       Я встряхнула головой, чтобы избавиться от этих мыслей. В следующий миг, мне захотелось ударить Щукина. Залепить ему такую пощечину, чтобы след остался еще надолго. Зачем он пришел? Я поняла. Он хочет меня добить. Только я начала отвыкать от него, только начала учиться жить без Егора Щукина, как вдруг «на» тебе. Словно обухом по темени. Мне казалось, что я начинаю чувствовать к Кисляку нечто большее, чем просто неприязнь или пустоту. Меня тянуло к нему. Тянуло, как к парню. А тут заявился бывший, и все будто испарилось. Будто кто-то щелкнул пальцами, и все исчезло, как бывает в детских сказках. Черт, Щукин, как же ты меня бесишь! — Слушай, если ты пришел, чтобы обсуждать мою свадьбу, я не собираюсь этого делать!       Буквально вылетело из моих уст. Егор удивленно уставился на меня, явно не ожидая такой реакции. Я нервничала. Нервничала от того, что послезавтра замуж выхожу, от того, что Щукин снова заставил ныть мое сердце, от того, что по непонятным причинам чувствую вину перед Андреем. Господи, когда же я начну жить нормально? — Меня позвали играть в КХЛ, — стоя ко мне спиной, сказал Егор.       Сначала, я восприняла в штыки слова хоккеиста, но, когда до меня дошел смысл его слов, я поняла, что не могу ему ничего ответить. — З-здорово, — совершенно не радостно произнесла я, запуская руки в волосы.- Это отличный шанс. От него нельзя отказываться.       Я попыталась придать голосу ровности и твердости. Получилось или нет, меня не волновало совершенно. Я думала, что никакие слова Егора не заставят дрогнуть мое сердце. Оказалось, совершенно не так. Внутри что-то дрожало, по телу прошел холодок. Я боялась признаться себе, что не хочу отпускать его. Признаться не могла, а головой понимала, что так будет лучше. Всем. Наверное. — Ты правда рада? — поворачиваясь ко мне, неуверенно спросил Егор.        Нервно сглотнув, я не могла найти слов, для того, чтобы объяснить ему, что у меня внутри. А внутри у меня ужасный холод, от которого невозможно избавиться. Новость, которую принес мне Щукин не то, что не обрадовала меня, она меня ошарашила. Я не знала, что дальше делать, что говорить, как жить… — Да, — слабо произнесла я, но вспомнила, что не стоит показывать Егору свои эмоции.- Конечно, я рада, ты же мне не чужой человек.       Егор хмыкнул и невесело улыбнулся.       Минут десять мы просидели в гробовой тишине. Каждый думал о своем, но понимал, что наши мысли очень схожи.       Не выдержав нервного напряжения, я спросила то, что так желала знать: — Когда уезжаешь?       Щукин поднялся с дивана и, обойдя его, тяжело сказал: — В субботу.       «В субботу». Эхом повторилось у меня в голове. Как в субботу? В эту субботу? То есть, его не будет на свадьбе… Хотя, может, это и к лучшему. Все равно, наши дороги разойдутся, и видеться мы больше не будем. Днем раньше, днем позже, какая разница? — Что же, — я встала.- Удачи тебе.       Я подошла к Егору ближе, чем планировалось. Получилась так, что я стою, упиравшись руками в его грудь. Он лишь смотри нам меня сверху вниз. Мы долго стояли в такой позиции, не делая ни шага назад, ни вперед.       Не выдержав, Егор решил прервать тишину. — Тебе тоже, — не меня взгляда прошептал парня и, наклонившись ко мне, дотронулся губами до моей щеки. Мурашки окутали мое тело. Я невольно содрогнулась, а Щукин продолжил.- Ты извини меня… Тогда в кафе… В общем…       В какой-то момент мне тупо надоело слушать его не членораздельный говор и, дабы избавить себя от него, я накрыла губы парня своими. Я чувствовала мягкость губ Егора, и понимала, что ощущаю его губы в последний раз. Он больше никогда не дотронется до моей талии, не коснется рукой моей щеки, никогда не поцелует меня так, как целует сейчас. Этого больше не будет. Никогда.       Сама того не понимая, я повалила парня на диван, падая следом. К сожалению, мой разум решил покинуть меня именно в этот момент, но я нисколечко не жалела об этом. Я наслаждалась мгновением. Наслаждалась прикосновениями Егора, наверное, в последний раз. Я хотела чувствовать парня еще и еще и не собиралась останавливаться. И он не собирался. ***       Проснулась я от хлопка закрывающейся двери. Глаза я открыла мгновенно, едва успев осознать, что произошло. Я лежала на диване, в куче своей одежды, листков, фантиков и других бумажек. Диван, на мое удивление, был разложен. Воспоминания постепенно начали выстраивать в одну цепочку. Щукин, КХЛ, «Удачи», руки на моей талии, поцелуй и… Нет-нет-нет! Я же не переспала с ним, да? Я же не могла этого сделать, верно? В попытках найти аргументы для подтверждения своих домыслов, я медленно приподняла простыню. Вашу мать…       Я отпустила край простыни, а она, с потоком ветерка, снова обложила мое обнаженное тело. Откинувшись на подушку, я снова закрыла глаза. Я пыталась уснуть, а потом заново проснуться, чтобы осознать, что это сон. Это нереальность. Это неправда. В наивных надеждах я снова открыла глаза. Черт, не сон!       В голове вертелось неисчисляемое количество вопросов: «Как я могла? Зачем я это сделала? Почему Щукин меня не остановил? И где, собственно, сам Щукин?» Как часто бывает в моей жизни, вопросов много, ответов – нет. Мысль о том, что я переспала со Щукином, за день до своей свадьбы, меня угнетала. Да, лучше бы я согласилась к Кислому поехать, чем отправилась домой и встретила здесь «сюрприз». Кстати, на счет Андрея… Это получается, что я ему изменила. Да? Что я изменила мужу, которого не могла терпеть две недели назад, с человеком, которого я не люблю, так? Может быть, я и испытывала глубокое влечение к Егору, но я не должна была этого допустить! Я уже начала испытывать к Андрею какие-то чувства, а тут «бац» и… Получается, я не намного лучше тех «девушек», с которыми развлекался Андрей. Я такая же, как они. Как я Кисляку в глаза то теперь посмотрю?       Повернув голову, я увидела сложенную вчетверо бумажку. Недолго думая, я схватила ее: «То, что здесь произошло, навсегда останется между нами. Я обещаю, что никто ни при каких обстоятельствах не узнает об этом. Прости, что не помешал этому. Желаю счастья. Твой Егор.»