"Как стать Богом?" пособие для чайников от Узумаки Наруто

      О боже! Как же я соскучился по маминой еде! Ей-богу, она самый лучший повар на свете. Я понял это, когда попробовал еду, которой нас кормят в больнице. Даже те противные корешки бамбука под рыбьим соусом сейчас кажутся для меня деликатесом по сравнению с тем, чем меня кормят.       Что ещё ужаснее, так это то, что я нахожусь в больнице уже третий день. Чувствую себя отлично но выписывать меня, кажется, не собираются. Раз в сутки ставят какой-то болючий укол, и всё тут, блин! А дальше что?! Сиди, Наруто, помирай со скуки! Хорошо хоть, что Гай с Какаши иногда меня посещают... правда, в основном ближе к ночи, когда освобождаются от заданий. Приходят с картами, так что скучать не приходится. Гай, как обычно, подбивает нас на споры и соревнования, но я при первом же намёке отказался. Неохота мне потом неделю отлёживаться.       Но это так, обычно я всё время скучаю, сидя в палате, как... даже не знаю, как кто.       Минато частыми визитами не радует. За эти три дня был только раз и то, чтобы проверить, всё ли со мной в порядке... Мама навещает каждый день, но надолго не задерживается. Всё-таки у неё есть домашние заботы и маленький непоседливый сынок, который так и норовит где-нибудь нагрезить. Так что дел невпроворот. Поэтому днём мне в основном приходится скучать, а с медсёстрами особо не пообщаешься.       Мама сегодня обещала прийти вечером и принести мне домашней еды.       А пока прогулка.       Начинаю уже привыкать к этому грёбаному режиму. Утром завтрак, потом прогулка, отдых, горячие источники, обед, вновь прогулка и «ничегонеделанье» до следующего дня. Ну разве что ещё укол придут поставить. Не, ну блин, неужели меня нельзя выписать?! То же самое я мог делать и дома.       До обеда я действовал строго по графику, но потом пришла мама и, в прямом смысле, спасла меня от поедания больничной еды. О-о-о да! Она принесла домашнюю пищу!       — Привет, Наруто! — весело улыбнулась она, выглядывая из-за двери, и вошла в палату.       — А где малыш? — заметил я отсутствие мелкого, чуть приподнимаясь с кровати.       — Он с отцом в резиденции, — ответила она, садясь на край моей кровати.       — Надо же, Минато решил хоть как-то провести время с сыном. — Я наигранно поднял бровь вверх.       — Не надо так. — Мама посмотрела на меня печальным взглядом. — Ты ведь знаешь, что он очень занят.       — Ну да, на меня-то он время находит, — прыснул я, скрещивая руки на груди. Кушина укоризненно посмотрела на меня, но ничего не сказала. Видать, понимает, что я в чём-то прав. Я же взял из её рук пакет и начал опустошать его содержимое.       — Давай сменим тему, — немного неуверенно предложила она.       — Я не протиф-ф, — попытался хоть что-то сказать я с набитым-то ртом.       — Как ты провёл сегодня время? — с печальной улыбкой спросила мама.       — Ты издеваешься? — фыркнул я, наконец прожевав. — Как можно проводить время в больнице? — Кушина замялась... Видимо, сменить тему не удалось. Ладно, возьмём инициативу на себя: — Лучше расскажи, как ты провела сегодня время.       — Я? — хмыкнула мама. — Да у меня всё как обычно. Наруто сегодня разбушевался, вот я его и оставила Минато, пусть присматривает.       — Это ты правильно сделала, — я весело засмеялся, но, чувствуя, что мы вот-вот вернёмся к прежней теме, продолжил: — Расскажи что-нибудь.       — Э-э-э... Что рассказать? — спросила Кушина.       — Ну... не знаю, — протянул я. А действительно, о чём её спрашивать? Я стал спешно перебирать в голове вопросы, на которые мама смогла бы ответить, но в голову ничего не пришло, кроме как... — Цепи! Расскажи мне, как ты их создаёшь! — тут же взорвавшись интересом, попросил я. Мама немного засмущалась...       — Даже не знаю, как объяснить тебе это, — протянула она, словно погружаясь в свои мысли. — Я просто их создаю, и всё... Давай, я расскажу тебе древнюю легенду клана Узумаки. Слушай внимательно, Наруто, и ты всё поймёшь.       Всё началось с Айори Узумаки. По древним преданиям она была одной из первых основателей деревни Водоворота. Айори была очень красивой. У неё, как и у всех представителей клана Узумаки, были красные волосы, которые она заплетала в косу. Девушка была единственной в семье, её родители были очень старыми людьми, поэтому ей приходилось зарабатывать самой. На тот момент деревня Водоворота была лишь небольшим поселением с несколькими семьями. Селение жило бедно, поэтому жителям приходилось подрабатывать в других, более промышленных деревнях.       Айори, как и многие Узумаки, была мастером фуиндзюцу, но лучше всего ей удавалось лепить из глины. Этим она и подрабатывала. Лепила глиняную посуду и отвозила её в соседнюю деревню. Торговля шла хорошо, и со временем девушка смогла взять в залог торговую лавку, где она продавала свой товар. Девушке приходилось на неделю уезжать из селения и жить в деревне, а потом снова возвращаться к своим родителям и лепить посуду.       И всё бы ничего, но в один пасмурный день к ней в лавку зашёл очень странный мужчина. Он был высоким и темноволосым, но всегда прятал своё лицо от девушки, словно боясь чего-то. Незнакомец всё время молчал и пристально рассматривал товар. А затем уходил, но на следующий день приходил вновь. Но опять-таки ничего не говорил и ничего не покупал. Айори вскоре всё это надоело, и как-то раз она спросила его:       — Уважаемый человек, может быть, Вас что-то беспокоит?       — Нет, — тут же поспешил ответить незнакомец, немного заикаясь, но скорее всего от неуверенности. — Мне просто нравится Ваш товар, но купить я его не могу. — Девушка была смущена. Многие люди хвалили её посуду, но этот мужчина... он говорил это так искренне.       — Хотите, я подарю Вам что-то, если Вы так сильно хотите купить его, — сжалилась Айори.       — Нет, не стоит, — возразил мужчина. — Я не могу принять подарок от девушки... тем более от такой красивой. — Незнакомец поднял свой взгляд на Узумаки, и той на какое-то мгновение показалось, что в его глазах блеснул огонёк, но мужчина почти сразу же опустил свои глаза.       — Меня зовут Айори, — представилась девушка. — А как зовут Вас? — Мужчина ничего не сказал. Лишь испуганно посмотрел на выход и, пятясь к нему спиной, убежал.       На следующий день он не пришёл, а Айори вскоре уехала в своё селение, где провела несколько недель, лепя посуду и помогая родителям по дому. Но на её удивление незнакомец не покидал мыслей. Его таинственность, его странное поведение заинтересовали её, и к своему ужасу девушка поняла, что хочет увидеть этого мужчину ещё раз.       Когда Айори приехала в деревню с новым товаром, мужчина встретил её прямо у входа. Он поприветствовал её, вновь стоя с опущенным взглядом. Изменения в нём сразу же бросились Узумаки в глаза. Мужчина сильно похудел и побледнел. Его изящная прямая осанка заменилась сутулостью и некой скованностью.       — Что-то случилось? — спросила девушка, беспокоясь за здоровье незнакомца. — Вы больны?       — Нет, — хриплым голосом ответил незнакомец. — Всё со мной в порядке. Просто я очень много... работал.       — Понятно, — ответила Айори, но его словам почему-то не поверила.       — Вы сами лепите эту посуду? — неожиданно для девушки спросил мужчина.       — Да, — робко ответила Узумаки.       — Очень красиво... — задумчиво произнёс незнакомец. — Вы настоящий мастер своего дела.       — Спасибо, — произнесла Айори, смущённая комплиментом.       — Простите, но мне нужно идти. — Мужчина неожиданно направился к выходу, схватившись за горло. Айори хотела остановить его, спросить, что случилось, но мужчины и след простыл.       На следующий день мужчина пришёл вновь. Он выглядел ещё бледнее и ещё сутулее. Айори спросила, всё ли с ним в порядке, но мужчина просто промолчал, продолжая рассматривать посуду. Ближе к вечеру он заговорил с ней. Он задавал ей различные вопросы: откуда она, из какого клана; узнав, что она Узумаки, спросил, умеет ли она пользоваться фуиндзюцу, на что Айори ответила, что она мастер в этом, как и все Узумаки. Мужчина загадочно улыбнулся и ушёл.       В остальные дни он приходил вновь. Айори показалось, что он стал более общительным и весёлым. Иногда мужчина шутил, разговаривая на различные темы, отчего девушке становилось весело и нудный тяжёлый день проносился незаметно.       В день, когда Айори должна была уехать домой, мужчина пришёл вновь. Он был чем-то взволнован и напуган.       — Прошу Вас, помогите мне! — с мольбой в голосе обратился незнакомец к Айори.       — Чем я могу помочь?! — девушка испугалась такому неожиданному поведению мужчины.       — Мне нужна маска!       — Маска? — непонимающе переспросила Узумаки.       — Да, я хочу чтобы Вы слепили мне маску из глины. Я прошу Вас, помогите мне! Я умоляю! У меня нет денег, но я отдам Вам. Я обещаю, что отдам. Я сделаю всё, что Вы пожелаете, только, пожалуйста, помогите мне!       — Но я не умею лепить маски, — возразила девушка.       — Я молю Вас. Ради всего святого! — отчаянно закричал мужчина, падая в колени девушки. — Помогите мне! Он убьёт меня! Он приходит ко мне ночью уже целый месяц! Он сжирает меня изнутри! Вы мастер фуиндцюцу, помогите мне! Мне нужна маска, способная запечатать демона! Он... он вселяется в моё тело и пожирает мою душу! Прошу Вас, спасите меня, я сделаю всё, что Вы попросите, только сделайте маску. Я одену её и запечатаю демона!       — Но подождите! — воскликнула девушка. — Это ведь очень опасно! — Девушка подняла мужчину с колен. Она слышала о подобном ритуале и понимала, о каком демоне говорит незнакомец. Они озлобленная человеческая душа, не нашедшая покоя на земле. Эти демоны ужасны тем, что они пожирают человеческие души, вселяясь в них. Потом они срастаются с человеческим телом и управляют им, как того пожелают. Очень страшные и опасные создания. Единственный способ извлечь его из тела человека — это маска демона с наложенными на неё специальными печатями, которые знают только Узумаки. Процесс очень сложен и опасен, ведь есть риск, что вместо демона маска запечатает душу человека.       Айори не могла согласиться, но мужчина неутомимо просил её о помощи. И вскоре ей пришлось согласиться. Узумаки сказала, чтобы он подождал её два дня. Она сделает маску и наложит на неё печати. Мужчина согласился подождать, хоть и с трудом. Он сказал, что будет ждать её на этом же месте и ушёл.       Айори уехала в своё селение. Два дня она не ела и не пила. В её мыслях были только тот незнакомец и его просьба. Она сделала безликую маску и наложила на внутреннюю часть сложные печати. Девушка очень сильно волновалась, боялась за того мужчину.       «Почему?» — задавалась она вопросом. — «Почему я так беспокоюсь за него?»       Как и обещала девушка, она приехала в деревню через два дня, но, вопреки её ожиданиям и желанию, мужчина в тот день не пришёл. И даже записки не оставил. Айори стала беспокоиться и в тот же вечер, закрыв лавку, побрела по улицам древни, расспрашивая прохожих, не видели ли они высокого и бедного мужчину. Но те лишь отрицательно махали головой и спешили скорее пройти дальше.       Шло время, и на улицах стало темнеть. Люди всё реже попадались девушке на пути, и Айори уже совсем отчаялась найти незнакомца. Узумаки вернулась к своей лавке, посчитав, что, должно быть, они разминулись и мужчина уже давно ждёт её у лавки, но его там не было. Сердце Айори безжалостно заболело. Она не знала, что случилось, почему мужчина не пришёл, и боялась, что уже произошло худшее.       В груди громко ухнуло, когда девушка увидела вдали яркий свет. Со всех сил Узумаки побежала к тому свету, а когда стала приближаться к нему, услышала мужской вопль. Было легко догадаться, кому он принадлежал, и это придало Айори ещё больше сил для бега.       Свет исходил из заброшенного кладбища. Оттуда же доносились и крики. Айори без устали бежала мимо могил, приближаясь к светящемуся объекту, пока не увидела огромного трёхметрового монстра. Это был демон. Он склонился над кем-то и злобно рычал. Его лицо было изуродовано: острые уши, свирепый взгляд с ярким пламенем внутри и огромный, полный острых зубов рот. Сам демон истощал едкий могильный запах и неведомо откуда взявшийся, голубоватый свет.       Девушка, сама того не поняв, замерла на месте. Образ демона вселял в неё ужас, заставляя каждый миллиметр её тела застыть. Широко раскрытые глаза смотрели прямо в пасть демону. Маленькие пухлые губы дрожали от страха.       — Помогите! — голос того самого незнакомца, который сейчас лежал на земле и всячески отбивался от монстра, вырвал Айори из оцепенения. Девушка бросилась к мужчине, заслонив его от демона.       — Уходи! — закричала она дрожащим голосом. — Оставь его в покое!       — Нет, — пророкотал грубым и противным голосом демон. — Он мой! Он должен умереть. Его тело теперь принадлежит мне!       — Я не позволю тебе его убить! — уверенно закричала Узумаки.       — Тогда ты умрёшь вместе с ним! — Демон замахнулся на девушку своей огромной рукой с острыми чёрными когтями. — Ты пожалеешь, что бросилась его защищать!       Девушка испугалась не на шутку. Не за свою жизнь, а за жизнь незнакомца. У неё не было достаточно сил, чтобы противостоять такому сильному демону. Да её никогда и не учили сражаться, она всю жизнь провела лепя посуду. Айори решила в последний раз посмотреть на звёздное небо, манящее своей загадочностью. Оно сегодня было необычайно красиво... И неожиданно Узумаки вспомнила старую сказку, что рассказывала ей мать. В этой сказке говорилось про молодую девушку, которая погибла защищая своего мужа. Её любовь к нему была настолько сильна, что она возвысилась к небесам, чтобы охранять своего любимого от разных невзгод. Она стала Богиней звёзд, Еру Хоси, и иногда исполняла желания смертных людей, если они того заслуживают.       И тогда Айори взмолилась. Она просила Богиню дать ей сил, чтобы защитить бедного незнакомца, она была готова умереть, пожертвовать собой ради этого мужчины лишь по одной причине... Она любила его! Пусть она не знала его имени и кто он такой, но она полюбила его, потому что увидела в его сердце свет. Полюбила его больше жизни. Он стал для неё светом в темноте, дождём в жаркой пустыне. Он стал для неё спасением. И Айори было всё равно — полюбит он её или нет. В тот момент она думала только об одном: спасти его!       И вот, когда демон был уже готов ударить своей огромной рукой сразу двух жертв, Айори закричала, что есть сил. Она кричала так громко и пронзительно, что её крики были слышны даже за несколько километров от кладбища, и обращены они были к демону:       — Я не позволю тебе его убить! Ни за что! Никогда! — Яркий свет золотистого цвета окружил красноволосую девушку, и из её груди вырвались огромные золотые цепи. Они обвились вокруг демона, не давая ему шевельнуться. Настолько они были прочны. — Убирайся прочь! — Айори схватила маску и с помощью цепей придвинула демона к себе. Он растерянно зарычал, не понимая, что вообще происходит и что это за странные цепи, что схватили его. Демон попытался вырваться, но ему этого не удалось сделать, а тем временем Айори надела на его лицо маску, и того в ту же секунду засосало в неё. Разъярённый вопль разнёсся по всему кладбищу, а маска, что была безликой, исказилась в злобной гримасе и приобрела форму лица демона.       Айори с облегчением вздохнула и цепи исчезли. Они отняли у неё много сил, но девушка всё ещё стояла на ногах. Узумаки повернулась к незнакомцу. Тот лежал на земле и удивлённо смотрел на девушку. Из его левого плеча сочилась кровь, а на щеке красовался шрам. Айори присела к нему, чтобы залечить рану.       — Не бойся. Теперь всё позади. Демон больше не будет беспокоить тебя, — мягким и успокаивающим голосом сказала она мужчине.       — Благодарю Вас, — дрожащим голосом произнёс незнакомец. — Как я могу Вас отблагодарить? — Девушка ласково улыбнулась и лукаво посмотрела на спасённого.       — Лучше скажи мне, как тебя зовут.       — Кадо... — неуверенно произнёс мужчина. — Кадо Сенджу.       — С тех пор золотые цепи стали нашим наследием. Что-то вроде реликвии Узумаки. Не каждый может овладеть ими. Из всех Узумаки, которых я знаю, было только трое — Мито, жена первого Хокаге, мой отец и я. Говорят, что это переходит только по наследству. Не знаю, правда ли это, но говорят, что Айори была прабабушкой Мито. А маска, в которую был заточён демон, сейчас находится в храме Узумаки, который стоит на краю Конохи. Но! Это всего лишь легенда, Наруто, никто точно не знает, откуда у нас эти цепи.       Мама посмотрела на меня своим добрым и любящим взглядом, а затем вздохнула.       — Что-то я засиделась у тебя. Нужно идти, готовить ужин. — Мама встала с постели и, подойдя ко мне, поцеловала в лоб. — Не скучай. — Взъерошив мои волосы, она напоследок улыбнулась и ушла. Ну а я опять остался один.       — Мда... Вот это история, — задумчиво произнёс я.