"Как стать Богом?" пособие для чайников от Узумаки Наруто

      Я не спал.       Не спал не только потому, что не мог уснуть от возбуждения мозга, осознавая всю важность завтрашнего дня. Бессоннице способствовали ещё две вещи: плач Миника, которого мама так и не смогла успокоить, и боевые стимуляторы, что я свистнул из личного запаса отца. А ещё я попросил Кураму слегка подзарядить меня своей тёмной чакрой, что просачивалась сквозь меня до тренировок с Киллером Би. Тёмная чакра Девятихвостого — штука подлая и вредная — Орочимару и Пейн из моей временной линии уже испробовали её на себе, — но если ей не злоупотреблять, то она может помочь держать организм в тонусе.       Хоть я и не спал, но делал вид, что сплю. Минато не мог позволить, чтобы я увязался за ним. Примерно в шесть утра кто-то постучался в дверь. Отец вышел встретить гостя... и ушёл, щёлкнув замком. Вот оно — настало моё время!       Быстро одевшись и заправив кровать, я хотел вылезти через окно, как услышал скрип половицы за собой и голос Кушины:       — Далеко собрался?       — Спасать Минато. Да и Коноху заодно, — не оборачиваясь, отчеканил я.       — Никуда ты не пойдёшь. Тебе и на прошлом задании чуть голову не оторвали, не говоря уже про твою выходку в поместье Хьюг.       — А кто сказал, что мне требуется твоё разрешение?       — Наруто, перестань, — судя по голосу, мама начинала терять терпение, — ты слышал отца? Он ни за что не простит себя, если с тобой снова что-нибудь случится!       — Мам, — я, всё так же сидя на подоконнике, повернулся к ней, - я не жду, что ты оценишь мой новый номер, как поступок взрослого ответственного человека. И я готов смириться, если ты возненавидишь меня и выгонишь из дома, отрицая наше с тобой родство. Но однажды ты скажешь мне за это «спасибо». — И выпрыгнул из окна.       — Наруто, стой! — крикнула Кушина, бросившись к окну.       Но я её уже не слушал. При падении я ухватился за ветку и по инерции пролетел вперёд, оставляя родительский дом позади, зацепился за балкон соседней многоэтажки, взобрался на крышу и побежал.       Пробегая по крыше, я посмотрел вниз и заметил строй из примерно пяти десятков человек. У всех были жилеты джонинов с соответствующими нашивками. Но все они примерно моего возраста. И ни одного знакомого лица. Понятно. Значит, это формируются отряды подкреплений.       «Какой план?» — мысленно спросил я Кураму.       «А чё ты меня спрашиваешь?" — без энтузиазма хмыкнул он. — Мне вообще до лампочки, что будет дальше. Для меня главное — это чтобы ты не умер, иначе меня за собой на тот свет утянешь. А мне, между прочим, жить хочется».       «Вот ты сейчас сказал не в тему».       «Ладно-ладно, вот зачем бурчать начинаешь? Почему бы тебе просто не принять облик какого-нибудь левого шиноби?»       «Точно! — Я мысленно хлопнул себя рукой по лбу. — Как же я раньше не додумался? Стоп... А в кого бы мне превратиться?»       «В кого-нибудь из твоих ровесников, дубина! Сейчас никто из местных не додумается, что ты можешь принять форму их более взрослых версий».       Та-а-к... И чью бы личину мне принять? Само собой, Итачи и Тензо отпадают, как и Асума. А может, из моих друзей кого-нибудь выбрать, как и предлагал Лис? Хм... Может, превратиться в Шикамару? Не, не прокатит. Облик-то будет его, но поведением я сразу спалюсь. Или в Чоуджи? Не-а, то же самое получится. Но вот если свести общение с другими к минимуму, то меня вряд ли кто-либо заподозрит. А для этого нужна внешность необщительного, неприметного человека. И я помню лишь одного, подходящего под это описание.       Шино Абураме.       Тренировки с контролем чакры включали в себя не только упражнения с Расенганом и шарами биджу, но и со столь банальными техниками, как подмены и маскировки. Однако контроль над световыми и звуковыми эффектами по-прежнему оставлял желать лучшего. Самое главное, не спалиться за превращением, иначе раньше времени привлеку к себе ненужное внимание.       Но обошлось: я превратился в Шино не на глазах у всех, а в подворотне, после чего слился с толпой.       — Становись!       Появился незнакомый мне джонин, который, судя по реакции остальных, был старше по званию. Около семидесяти-восьмидесяти человек построились в три ряда по его команде.       — Равняйсь! — Я и остальные, за исключением крайней троицы справа, повернули головы на девяносто градусов вправо. — Смирно! — Повернули головы перед собой. — Вольно...       Все в строю слегка расслабились, но всё внимание было по-прежнему приковано к нему.       — Для тех, кто не знает, я представлюсь. Меня зовут Дзин Манконсаки, и я действующий в звании майора заместитель главы подразделения специальных операций Анбу. Но в наше неспокойное время я в экстренном порядке был назначен командиром вспомогательной дивизии, в которую вам не повезло попасть. А не повезло вам потому, что всё веселье достанется нашему Хокаге и его первым двум штурмовым батальонам, которые уже направились отбивать наши блокпосты у шиноби Облака. Однако это не значит, что вы можете расслабляться, так как вероятность словить сюрикен в лоб или кунай промеж рёбер всё ещё есть. Да и это для вас станет приятной смертью, так как наши противники — те ещё отморозки и дегенераты, у которых в привычку вошло жестоко казнить оппонентов в лице нас, шиноби Конохи, прямо на поле боя. Это значит, что ваши останки доставят домой в авоськах ваших бабушек — и это ещё в лучшем случае. Я знаю, что вы ещё не забыли ужасы Третьей Мировой Войны Шиноби, где мы уже воевали с цепными псами Райкаге, и поэтому каждый из вас готов продать свою жизнь как можно дороже. Однако я не люблю бумажной волокиты, особенно той, что связана с уведомлениями о потерях в личном составе. Поэтому просто постарайтесь не лишиться своих голов в первые минуты битвы.       — Так точно! — рявкнул весь строй.       Дзин придирчиво окинул нас всех взглядом и скомандовал:       — Напра-во! — Весь строй повернулся направо. — На указанные на брифинге позиции бегом марш!       Девяносто семь шиноби — я всё-таки сумел сосчитать нас всех — ломанулись к главным вратам Конохи и, преодолев их, взобрались на деревья, после чего пятиметровыми прыжками помчались на северо-запад от Конохи.       «Держись, Минато. Я уже иду».

***

      Примерно час наша орава без остановок двигалась к границе Страны Огня. Между членами дивизии стояло напряжённое молчание, которое никто не решался нарушить. Да и я был слишком сосредоточен на грядущей битве, что не мог позволить себе отвлечься даже на мысленный трёп с Курамой.       Внезапно майор остановился. Заметив это, вся колонна затормозила своё движение.       — Достаём рации. Дальнейшие переговоры со всеми нашими будем осуществлять через них. А пока пусть кто-нибудь здесь попытается выйти на связь с отрядом Хокаге.       ...Не могу сказать, что этот нынче модный среди ниндзя девайс мне был по нраву. Сами посудите: кому он может понравиться, когда в первый раз при его использовании твои уши готовы лопнуть с кровью от оглушительного свиста? Однако, чтобы придерживаться изначального плана, а заодно и знать, как дела у Минато, я скрепя сердце таки достал из подсумка небольшую гарнитуру с отходящим от неё на тонкой ножке микрофоном и вдел её в ухо... Хм. Тихо. Может, не ловит сигнал? Или не работает вовсе?       «Включи её, олух!»       «Да ты прям Капитан Очевидность, Курама! Как же я раньше без тебя жил?!»       Стоило перещёлкнуть знакомый тумблер на боковой стороне, как этот белый шум вновь ударил по мозгам, словно кувалдой по гонгу приложили. Я, дёргаясь, как паралитик, сорвал с уха эту адскую машину и с размаху швырнул в дерево, намереваясь разбить её к чертям.       К сожалению — а может, и к счастью — задуманное мной в жизнь так и не воплотилось — какой-то парень поймал моё устройство у самого дерева, не давая ему сломаться.       — Нельзя так легкомысленно обращаться с оборудованием, — он поднёс гарнитуру к лицу, намереваясь её внимательно рассмотреть. — Эй! Да он же у тебя ещё нулёвый! А ты его сразу в расход...       — Нулёвый? — умело спародировав голос Шино, спросил я. И для убедительности слегка поднял бровь.       — Ну, знаешь... Как новые кунаи и сюрикены, только-только высланные с завода, — всё ещё в заводской смазке. Вот только рации никто маслом не смазывает, а то глупо бы получилось... — хохотнул он. — Не правда ли?       — Да, пожалуй, — я кивнул.       — Слушай, а ты мне кого-то напоминаешь... — он задумчиво почесал затылок. — Ты часом не из клана Абураме?       — В общем-то, да, — подтвердил я, лихорадочно раздумывая о том, как бы поскорее его отшить от себя, пока не накрылась моя легенда. — И как ты это понял?       — У тебя талисман твоего клана сверху на рукаве. — Он ткнул пальцем. — Да и внешне ты напоминаешь старика Юкине Абураме.       Офигеть! Я никогда не замечал этого символа на куртке Шино, а тут бездумно скопировал его, всё так же не зная о его существовании. Это что ж получается... я о нём вообще ничего не знаю? М-да, неудобно получилось... Вернись я назад в своё время, тотчас же пошёл бы извиняться перед ним.       С куртки я перевёл взгляд на моего собеседника. Если я не ошибаюсь, то он из клана Учиха — уж больно он похож отдельными чертами на Саске: гладкое лицо, широкий нос, тёмно-карие глаза и такие же растрёпанные каштановые волосы, торчащие поверх протектора Конохи. Такое ощущение, будто я однажды его уже видел, но когда — хоть убейте — не помню.       — А тебя я раньше не замечал. Вот ты кем будешь?       — Будем знакомы, — он протянул руку, — Шисуи Учиха.       «Шисуи Учиха», — эхом раздался голос в моей голове. Лучший друг Итачи. Тот самый человек, чья смерть не только дала ему новую силу, но и сподвигла предать Коноху. Я лишь слышал о нём из обрывочных воспоминаний, а он сейчас собственной персоной стоит здесь. Передо мной. Живой и здоровый.       — А теперь можешь сказать мне своё имя, — как-то подозрительно он буравил меня взглядом.       — Я... Э-э-э... Шино Абураме.       — Я имел в виду твоё настоящее имя.       — Что ты хочешь сказать?       — Что твоя маскировка хоть и на уровне мастера, но от меня ты не можешь скрыться.       Чёрт! Я забыл, что сам по себе Шаринган может усиливать любое даже простецкое гендзюцу в десятки раз. И это уже не говоря про эффект рассеивания таких слабых иллюзий, как техника маскировки.       — Неужели ты думал, что можешь одурачить нас всех? — Пока я лихорадочно размышлял, он почти незримо для невооружённого глаза буквально «подплыл» ко мне. И сейчас он шептал мне на ухо: — Хотя я могу тебя не разоблачать при всех, если ты скажешь, зачем увязался за нами, Наруто Узумаки...       — Знаешь меня?       — О тебе всё подразделение Анбу знает. Ты, так сказать, один из наших охраняемых субъектов. Тебе удалось ускользнуть от большинства оставшихся в деревне оперативников, однако ты не предусмотрел, что некоторые из наших специально не встречались с тобой лично. Чтобы ты не мог их позже опознать.       — Чего ты хочешь?       — Ты зря нарушил приказ Данзо о передвижениях вне Конохи. А это значит, что сейчас мне ничто не может помешать вырубить тебя и доставить обратно домой.       — Я не могу вернуться прямо сейчас! — сквозь зубы процедил я. — Я должен спасти Хокаге.       — Этим займутся остальные, а ты...       — Остальные не знают, что там, на рубеже, может появиться сам Райкаге собственной персоной! Намикадзе в лучшем случае сможет выстоять перед ним от силы пару раундов. Только я могу драться с ним на равных.       — Вот как? — Шисуи поднял бровь. — А ты не слишком ли много на себя взял для джинчурики?       — Нет, не много. В конце концов, я с ним уже однажды дрался...       — Что за бредятину ты несёшь?       — Не хочешь — не верь. А в Коноху я прям сейчас не вернусь, — отрезал я.       — Это не тебе решать, — он потянулся за одним из ниндзято, висевших за его спиной.       — Даже не думай. — Я до хруста сжал кулаки.       — Вы ещё подеритесь, девочки! — подал голос капитан. — На вашем месте я бы приберёг запал на битву! Если выживете сегодня, то можете набить друг другу морды, я разрешаю!       Все, кроме нас двоих, захохотали.       — Думаешь, что сможешь уложить самого Райкаге на лопатки? Ладно, — хмыкнул Шисуи, опуская клинок обратно в ножны. — Но я ни на шаг от тебя не отойду. Хочу посмотреть, соврал ли ты или просто зазнался. Или всё-таки ты шпион, засланный для повторения геноцида трёхлетней давности?       — Вот на поле боя и узнаешь. Но учти: я за твою голову не отвечаю. Да и ты уже не маленький, чтоб о себе позаботиться.       Шисуи ничего не ответил на мой сарказм и молча пошёл за мной.

***

      Удары молний, призванных с неба, вместе с грохотом взрывных печатей сливались в единый поток, охвативший этот лес вместе с пожаром, вызванным техниками призыва бури и огненного дыхания. В соседнем селе, несмотря на полную эвакуацию местного населения, тоже шли бои не на жизнь, а на смерть. Обе стороны убивали друг друга, несмотря на огромные потери, и не желали останавливаться по собственной воле, если не по принуждению. Кто-то поливали друг друга элементарными атаками от всего сердца, кто-то обменивались разовым метанием кунаев с привязанными к ним бомбами, а кто-то по-кабацки обменивались тумаками и трындюлями, лёжа в лужах.       Должен заметить, что нам с Шисуи повезло меньше — нас фактически зажали в угол: полукольцом нас окружал охваченный пламенем лес, идти сквозь который — чистой воды суицид, а единственный выход из этой петли намертво преградил взбесившийся Гьюки.       «Как ты умудрился забраться сюда, Наруто?» — спросите вы. Что ж, позвольте рассказать...       ...Радиоконтакт с первым эшелоном установить нам не удалось, зато разведчики, что залезли на деревья повыше, чтобы поймать сигнал, заметили подозрительную активность в роще неподалёку от места нашей остановки. Ловушки мы не ждали, поэтому для нас это стало ударом под дых: последнее, что я запомнил, прежде чем приложился затылком об дерево, это крик капитана Манконсаки «Стоять!», слившийся с рёвом внезапно поднявшегося у нас перед носом карликового торнадо шарообразной формы. А дальше раздался какой-то лязг, и циклон-карлик взорвался, раскидывая по округе всех, кому не повезло оказаться в зоне поражения. Судя по звону в ушах, мой удар затылком об какой-то дуб смягчился за счёт того, что я на лету протаранил макушкой три-четыре толстые ветки. Маскировка как раз полетела к чертям, являя мой истинный лик Шисуи, который появился буквально из ниоткуда и поймал меня на лету. И, как назло, из крон деревьев на нас попадали человек тридцать в военной форме шиноби Облака. Как можно было уже догадаться, их тактика оказалась до банальности простой: одним ударом добить всех, кого не убила ловушка, а потом броситься на деморализованных товарищей убитых. Вот только они не предусмотрели того, что наши шиноби не лыком шиты, а значит, такая ловушка не страшна даже генинам Конохи. И началась стычка, переросшая в поножовщину.       Я не из тех людей, что могут без зазрения совести использовать других, как мне заблагорассудится, но у меня не было времени помогать им сделать то, в чём они и так мастера.       — Стой! — окликнул меня Шисуи. — Ты куда?       — За Хокаге, — отрезал я и, повернувшись к нему спиной, побежал по земле — скакать по деревьям сейчас было бы не самым лучшим решением.       — И где ты его будешь искать? — судя по обеспокоенным ноткам в его голосе, он и сам мало понимал, что ему делать сейчас.       — Там, где сейчас жарче всего.       А плана у меня, как такового, и не было... А хотя почему это «не было»? Всё, что мне нужно было, — это найти отца. А для этого мне нужно найти кого-нибудь знакомого, кто попал в ряды первой волны. Хотя бы те же Какаши и Гай.       И, словно читая мои мысли, сбоку раздалось эпичное «Хэй-хэй-хэй! Это всё сила молодости!», после чего мимо нас с Шисуи кубарем прокатился избитый до полусмерти шиноби Облака. А прокатился он до ближайшего дерева, после чего приложился спиной об ствол от инерции Гаевского пендаля и обмяк. Из кустов напротив незадачливого шиноби вышел собственно сам Зелёный зверь Конохи.       — Наруто? Ты ли это? — раздался голос Какаши откуда-то сверху. Я поднял голову и, заметив его, помахал рукой.       — Какаши! Где Четвёртый?       — Если я не ошибаюсь, а я скорее всего могу и ошибиться, то он сейчас дерётся с Райкаге в районе косорога. Это в паре километров к северу от того села, которое сейчас хотят отбить наши.       — Дорогу покажешь? — прищурился я.       — Давай за нами — и будет тебе счастье, — ответил за Какаши Гай.       Примерно десять минут мы вчетвером двигались к двум Каге по составленному на скорую руку обходному маршруту для обхода стороной всех мест и районов, где можно словить сюрикен. И эти десять минут были для нас чем-то вроде передышки, так как нам реально никто не встретился за это время. Но, к сожалению, всё хорошее имеет дурацкую тенденцию быстро заканчиваться. Ибо мы не в сказке живём, а в мире шиноби...       Ведущим отряда был как раз Какаши, когда в ближайшее дерево слева от него ударила большая золотистая молния, разнёсшая бедное дерево в прах. Я с ужасом понял, что в тот момент, когда она прошлась по дереву, Какаши бежал по одной из его веток, а значит, что он мог прямо сейчас поджариться.       Но нет, обошлось. Вон он висит на кунае, вонзённом в ствол соседнего дерева. Но долго он дыхание переводить не стал, поэтому сразу бросился в сторону, откуда прилетел этот «гостинец».       Вот только там никого не было. Да и вообще не было видно ни черта — весь воздух заполонила стружка уничтоженного растения, а запах озона просто выжигал глаза. Мы остановились, думая, что делать дальше. Какаши почему-то всё ещё стоял на том же месте.       Внезапно из-за пелены импровизированной дымовой завесы вырвались... вырвалось... вырвалась какая-то тварь — хоть убейте, я и сам без понятия, что это такое было! — схватившая Какаши за руки и дёрнувшая кверху. Он не кричал, но отчаянно дёргался, пытаясь вырваться. Что-то блеснуло под его ногами, там, где он только что стоял.       Нет...       Короткая вспышка... и вниз полетели обрубки его изуродованного тела, рассечённого надвое.       — Нет... — с ужасом выдохнул я.       — Ах ты... — Гай в порыве ярости бросился на эту дрянь, но на полпути был сметён лёгким ударом, словно муха газетой.       — Твой друг уже мёртв, толстобровый чувак, и к жизни его не вернуть уж никак! — раздался голос из дыма. Слишком знакомый голос с знакомым мне стилем повествования.       Киллер Би.       Он стоял там, где стоял Какаши мгновение назад. В руках он держал пару своих фирменных кинжалов, а тело было окутано покровом чакры биджу, из которого уже сформировалась пара хвостов.       — Так вот как ты выглядишь, — хмыкнул голос за моей спиной. — Пришлось пожертвовать своим прикрытием, но только так я смог вынудить тебя показать своё личико.       Я обернулся. За моей спиной стоял Какаши. Живой и здоровый.       — Что? Как ты... — Гай, потирая спину после жёсткой посадки, готов был разрыдаться от радости.       — Это невозможно! — черёд возмущаться перешёл к Шисуи. — Я видел, как твои потоки чакры остановились, когда он разодрал тебя!       — Глиняный клон, — будничным тоном промурлыкал Какаши, — идеальная техника, если хочешь сымитировать своё присутствие в компании шиноби-сенсора.       — Я порхаю, как бабочка, жалю, как пчела, уже прощаться с жизнями детишки вам пора! — пропел Киллер Би и бросился в атаку.       Мы тоже просто так не стояли и кинулись на него: Гай, оттолкнувшись от дерева, выставил обе ноги вперёд, целясь в его лицо; Шисуи молниеносно сложил печати руками и плюнул в сторону Киллера Би потоком пламени, а я и Какаши накинулись на него с Чидори и Расенганом наперевес.       Не знаю, как он это сделал, но за долю секунды Киллер Би достал все свои кинжалы и перешёл в контратаку. Используя кинжалы как лопасти для полёта, он так быстро крутанулся вокруг своей оси, что буквально взлетел в воздух, уходя из зоны поражения техники Шисуи. Я, Гай и Какаши, оттолкнувшись от веток, втроём устремились вверх, надеясь застать его врасплох. Но не вышло.       Из его покрова возникли ещё пара хвостов. Крутанувшись в воздухе, хвостами он отогрел по нам словно плетью. Гай опять потерял равновесие и, описав в полёте большую дугу, полетел к чёрту на куличики. Удар второго хвоста пришёлся по левой руке Какаши — он, в отличие от Гая, не упал, но поток чакры был нарушен, поэтому его Чидори пропало. А я... так как третий удар пришёлся мне по лодыжкам, то я, как бы глупо это не звучало, споткнулся в воздухе. Ну ладно ещё не смог исполнить Расенган, так ведь в добавок приложился лбом о ветку, что аж искры из глаз полетели.       Когда я встал, Шисуи с обоими мечами на голо сошёлся с Киллером Би в рукопашной. И, между прочим, проигрывал: танец с мечами в исполнении джинчурики Восьмихвостого был уж очень непредсказуем для шарингана Шисуи, отчего последний всё же пропускал единичные удары по рукам и ногам, в то время как Киллер Би полностью парировал все удары Шисуи, не давая себя задеть. А между тем Какаши заходил за спину джинчурики с обоими саями в руках и с открытым левым глазом — видать, хочет сделать контрольный удар. И всё бы у них получилось, если бы сверху на всех троих не обрушился бы Гай с диким рёвом: «Узри всю силу Конохи!»       Промелькнула чёрная молния, и раздался такой мощный взрыв, что всех троих раскидало в разные стороны. Снова рассеялся дым — и перед нами уже стоял Гьюки собственной персоной.       — Не может быть! — ошарашено выдохнул Шисуи.       «Проклятье!» — от злости я скрипел зубами. В мои планы не входило встречаться с Киллером Би, а тут ещё эта война, которая, кстати, началась по моей вине. Надо было действовать аккуратней, а сейчас... Сейчас я даже простым обезглавливанием от него не отделаюсь.       — Каков план? — Какаши посмотрел на меня.       — Он даже мне едва ли по силам. Поэтому уходим...       — Уже уходите? — пророкотал Гьюки. — И куда же? Я вас никуда не отпускал!       После чего попытался одним взмахом щупальца-хвоста собрать нас всех в одну охапку. Но и мы так просто не остались стоять: когда мы вчетвером прыгнули что есть мочи вверх, Шисуи в воздухе выпустил плотную струю пламени изо рта.       Щупалец, естественно, загорелся. Биджу взвыл от невыносимой боли и начал бить им по растительности и земле — лишь бы сбить пламя. Но вместо этого он только поджёг ближайшие деревья, ускоряя горение леса. Мы же вчетвером пережидали его припадок в овраге.       — Пока он бесится, выходить из укрытия в высшей степени безрассудно и вредно для здоровья, — рассуждал вслух Какаши.       — А если выйдем сейчас, то тогда у нас будет шанс проскочить у него под носом незамеченными, — с умным видом попытался блеснуть эрудицией Гай.       — Если он нас по случайности не прихлопнет, то сгорим или задохнёмся в этой части леса.       Шисуи оказался прав: пламя, которым он пытался сжечь как Киллера Би, так и Гьюки, упорно не желало гаснуть и всё больше разбегалось по лесному массиву вокруг Восьмихвостого. За пятнадцать минут мы и сами не заметили, что оказались в клетке с хищником. Но это было не самой большой моей головной болью...       — Я пошёл...       — Наруто! Надо уходить пока оно и нам двоим головы не поотрывало!       — Я пришёл сюда только за Минато! Без него я отсюда не уйду!       — Он же тебя раздавит!       — Да плевать я хотел на него! У меня есть неоплаченный счёт к Хокаге. И пока я с ним не поквитаюсь, я не умру!       — Вот ты где, маленький гадёныш!       Гьюки заметил меня и в скором порядке обрушил на меня щупальце. Я от безысходности просто застыл на месте: всё тело как будто свинцом налилось, а внутри похолодело. Ну вот и всё — отбегал я свой срок...       Поначалу я подумал, что вновь погиб. Но, судя по окружавшему меня треску горящей древесины и запаху гари, я был всё ещё жив. Я приоткрыл глаза... и понял, что так и стою на том же месте. И Гьюки стоит, а его щупалец просто застыл в воздухе над моей головой. Как будто он сейчас думает «А не прихлопнуть ли мне это болтливое насекомое?»       — Я держу его!       — Пацан, ходу! Нашёл время прохлаждаться! Давай-давай-давай-давай-давай-давай!       Я повернулся в поисках обращавшегося. Позади нас, как раз напротив биджу, на ветке дерева стоял Асума, а сверху, на соседнем дереве позади него, стояла Куренай, удерживая треугольную печать руками и что-то шепча себе под нос.       — Юхи поймала его в гендзюцу. Не знаю, на сколько её хватит, но на вашем месте я бы рвал когти отсюда.       Я перевёл взгляд на остальных. Какаши, Гай и Шисуи лишних вопросов задавать не стали, поэтому, воспользовавшись преимуществом, они взобрались на деревья и поскакали как можно дальше от зверя. Да и я что-то задержался здесь, а ведь мне отца ещё спасать надо...       ...Стоило мне проскочить мимо Куренай, как она закричала:       — Он вырвался! Вырвался! — И в подтверждение её слов прозвучал чудовищный рёв.       Когда я перевёл взгляд на Гьюки, я увидел, как он поворачивает к нам торс, по инерции швыряя какой-то огромный продолговатый предмет. Чёрт возьми, он швырнул нам вдогонку дерево!       Мы были на приличном расстоянии от него, когда импровизированный снаряд мести ударил по другим деревьям, стоявшим между нами и биджу. Ударная волна захлестнула не только верхний ярус, по которому мы хотели убежать, но и землю, вызывая локальное землетрясение в миниатюре. От удара мы все попадали вниз, а сверху на нас обрушились скошенные броском деревья.       — Все живы? — крикнул я, пробивая себе путь из кроны рухнувшего дерева Расенганом.       — Не знаю, что с остальными, но я — да, — послышался из-за поднявшейся пыли голос Асумы.       — А-а-а! Мои ноги!       Окончательно вырвавшись из зарослей, я устремился на звук воплей. Это кричал Шисуи — его тело ниже пояса придавило довольно-таки необъятным дубом. А сам он истекал кровью. Рядом с ним уже стоял Гай, безрезультатно пытавшийся в одиночку поднять громадину. На помощь подоспели Какаши и Асума, но гигантское бревно упорно не желало отпускать парня.       Из-под земли раздался ещё один толчок. Шисуи ещё сильнее закричал от боли.       — Он идёт, — почуяла неладное Куренай.       И правда. Завеса пыли понемногу рассеялась, и сверху неподалёку показалась голова Гьюки.       — Ну всё!       ...И вот тут меня осенило. Какого чёрта я тут перед ним просто кривляюсь, если я джинчурики Девятихвостого?       Сосредоточившись, я, как в своё время меня научил Киллер Би, разогнал светлую чакру Курамы. Всё моё тело вместе с одеждой поглотило золотистое пламя, на животе из-под толстовки проступила печать, которая начала расползаться незамысловатым узором по моим рукам и ногам. Как и прежде, я почувствовал прилив сил и уверенность в себе. Вот теперь можно и повоевать!       Самый большой плюс этого режима — это моя скорость, в сотни, если не тысячи, раз превышающая любые, даже сверхчеловеческие показатели. По сути, я могу двигаться с той же скоростью, что и Минато с помощью своей фирменной техники, но без кинжалов-маячков. Порой мне даже кажется, что это весь мир тормозит вокруг меня.       На дозвуковой скорости я побежал вбок, взбежал вверх по целому дереву, оказавшемуся вне зоны поражения, оттолкнулся обоими ногами от ствола и направил своё падение по широкой дуге прямиком на Восьмихвостого, создавая при помощи фантомных лап Курамы Расен-Сюрикен.       Чего у биджу не отнимешь, так это того, что реакция нервной системы у них по скорости сравнима с человеческой — и это при их габаритах! Вот только Гьюки оказался внимательнее, чем я предполагал. Заметив меня краем глаза, он устремил ко мне свои хвосты-щупальца, намереваясь сбить меня или же просто поймать.       Как тогда в бою с Какудзу, я, увернувшись от первого хвоста, побежал по нему, уворачиваясь от следующих ударов, перепрыгивая щупальца или скользя под ними на пятой точке. Когда он попытался меня прихлопнуть, я вовремя спрыгнул с щупальца и свободной рукой зацепился за следующее. Машинально раскачавшись на нём, словно на турнике, я спрыгнул, на финишной прямой летя прямо в голову Гьюки и выставляя вперёд руку с готовым к атаке Расенганом.       Если бы я попал ему прямо в голову, то я бы убил этого биджу, просто взорвав его голову, как перезрелую дыню. А так я метил в его рог. И, попав туда, куда метил, я мысленно поблагодарил Дзёшико за хоть и маленькую, но всё-таки нормальную дозу везения на сегодня.       Взрыв двух противоположных видов чакры — моего Расенгана, усиленного чакрой Курамы, и чакры Гьюки, из которого частично состояло его тело — раскидал нас обоих в разные стороны. Я, к счастью, на лету зацепился рукой за ветку и, как гимнаст, вскочил на неё ногами. А Гьюки, оглушённый выбросом чакры, завалился набок. Поначалу я подумал, что всё-таки убил его, но потом я расслабленно выдохнул, заметив, как в конвульсиях дёргаются его хвосты.       Ослабив контроль над чакрой, я принял свой прежний облик и, спустившись, пошёл искать своих. И нашёл я их довольно-таки быстро. Шисуи сидел на камне, опираясь на плечо Гая, пока Куренай перебинтовывала его ногу, а Асума, как всегда, стоял в сторонке и курил.       — Как он? — спросил я у Какаши, кивнув в сторону раненного.       — Когда дерево рухнуло на него, то одна сравнительно небольшая ветка пронзила его ногу. Сейчас его нога выше колена как варёная сосиска — вся распухла оттого, что большая часть мышц порвана в клочья. Хорошо ещё, что кость цела.       — Его срочно нужно доставить в Коноху или хотя бы к ближайшему взводу медиков. — Куренай отошла от Шисуи, закончив с перевязкой. — Если повезёт, то они подлатают ему ногу хотя бы немного.       — А если нет? — хриплым голосом простонал Шисуи.       — Тогда ампутация, — заключила она, отряхивая руки от крови.       — Вот вы этим и займётесь, — сказал я, поворачиваясь в сторону, откуда доносилось эхо от взрывов и электро-разрядов, — а я пошёл искать Хокаге.       — Наруто, — Какаши положил мне руку на плечо, — ты уверен, что тебе стоит идти одному?       — Драка с Восьмихвостым — это были для вас ещё цветочки. Убойные ягодки будут тогда, когда встретитесь лицом к лицу с Райкаге. Лучше не испытывайте удачу и доверьте это дело тому, кого он не смог убить.       — Удачи, — по-братски обоими руками пожал мою руку Гай.       — Предупреди всех наших, кого встретишь, что здесь Биджу. Потому что я не думаю, что он будет долго лежать без сознания. — Асума ограничился одной рукой.       — Просто не убейся, — слегка улыбнувшись, кивнула мне Куренай.       — И вам удачи, ребята! — Я помахал им рукой и, вскочив на дерево, помчался на поиски отца.

***

      «Так. Давай, ещё раз повтори, что я должен для тебя сделать и что мне с этого будет», — Курама, откровенно говоря, был в ступоре.       «Попробуй отследить потоки однородной чакры Биджу», — терпеливо повторяю я ему.       «Да-да, я помню: отследить мою чакру в этом районе, чтобы выйти на твоего папашу. Это я понял».       «Умница», — облегчённо выдохнул я.       «А мне-то что с того, найдёшь ли ты его или же нет?» — м-да, он умеет поставить вопрос боком.       «Ты со мной не пререкайся! Я твой носитель, а значит, я за главного!»       «Ты?! За главного?! А-ха-ха-ха-ха-ха! — взорвался смехом Курама. — А-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!»       «Надеюсь, ты закончил?» — буркнул я.       «Ой, ё-моё! Давно ты так меня не веселил. Честное слово, в этот раз ты переплюнул сам себя!»       «Ну?»       «Чёрт с тобой. Я согласен. Отслежу твоего родителя».       На душе было противно оттого, что Лис хоть и в заточении, но всё же умудряется вертеть мной как заблагорассудится. Но тут ничего не попишешь — придётся, стиснув зубы, терпеть такое соседство до конца жизни. Потому что я очень сильно сомневаюсь, что кто-нибудь по доброте душевной нас разъединит. Особенно как в случае Гаары и Шукаку.       Уже двадцать минут я пересекал основное пекло этого дня — небольшую дельту реки, впадающую в местное озеро. Как и везде, где я уже прошёл, там царил апофеоз смерти: относительно целые или изуродованные трупы шиноби с обеих сторон, воронки от взрывов, распространяющийся с не по сезону быстрой скоростью лесной пожар. Даже воздух тут тошнотворен, не говоря уже про окрашенное в багровые тона мелководье.       — Тэнгу-1 вызывает Штаб. Приём. Тэнгу-1 вызывает Штаб. Как слышите? — раздался знакомый голос из этой дурацкой рации.       — Какаши! Это я, Наруто. Как у вас дела? Приём, — чтобы рация не разрывала мне барабанные перепонки снова, я держал её поодаль от головы, как будто говорил по громкой связи. Сам знаю, что на войне греть чужие уши - дело заведомо неблагодарное и гиблое, но мне по-другому просто никак.       — Наруто? Слава богу, ты цел! Ты добрался до Хокаге? Приём.       — Ещё нет. Но если я не ошибаюсь, мне идти осталось всего ничего. А как там Шисуи? Ещё не помер? Приём.       — Пока нет. Мы наткнулись на наших медиков. Рану ему зашили и уже отправили в Коноху в сопровождении наших. Как только мы вчетвером разберёмся с местными недобитыми диверсантами, то постараемся нагнать тебя. Приём.       — Хорошо. Будем ждать вас. Конец св...       — Наруто, постой! — перебил меня Какаши. — Надо предупредить тебя: джинчурики Восьмихвостого сбежал...       — Что?!       — Мы думали, что его тело рассосётся в воздухе, как какой-нибудь клон или призванное животное. Но вместо этого он изнутри вскрыл брюхо Биджу и под шумок сбежал. Приём.       — Проклятье! Он, должно быть, пошёл за мной, чтобы поквитаться...       — А это значит, что прямо сейчас ты выводишь его на Хокаге, — закончил за меня мысль Какаши. — Бой два на два — думаю, это будет честно, хоть и не сподручно.       — Поверь, Какаши, ты не знаешь этих двоих, как их знаю я. Я проворен так же, как и мой отец, но в ближнем бою с ними этого может оказаться недостаточно. В общем, вы там поторопитесь. Приём.       — Сделаем всё, что сможем. Главное, вам двоим продержаться как можно дольше. Как понял?       — Понял отлично. Конец связи, — поковырявшись немного с устройством, я всё-таки нашёл тумблер с надписью «Вкл./Выкл.» и передвинул его в соответствующее положение.       Дело оставалось за малым — найти Минато. Вот только где?       «Используй мою чакру, тупица!»       «Можешь перестать обзываться? А то я сейчас так разозлюсь, что мы оба пожалеем».       Курама мысленно что-то пробубнил, но я не предал этому значения и сосредоточился на контроле над его чакрой. Мне было нужно совсем немного её концентрации на общий объём от моего тела, чтобы засечь резонирующие частоты, производимые смесью чакры совершенно другого Курамы и отца.       И, кажется, у меня получилось: когда я раскрыл глаза, то воспринимал окружающее уже в чёрно-белом спектре. Весь мир стал бледным и бесцветным, едва различимый чёрный ветер поднимал с земли пепельного цвета пыль, и по всюду вокруг мелькали синие огоньки, причём с каждым мгновением они менялись: то становились больше, то тускнели или вовсе исчезали. Забавно, но, по сравнению с этим фокусом Курамы, даже Режим Отшельника смотрится жалким подобием и без того убогой второй ступени Проклятой Печати.       «Дурак ты, Курама. У твоей чакры есть такая интересная особенность, а ты всё это время молчал».       «А ты и не спрашивал. Поэтому сам дурак».       Я вглядывался вдаль и заметил одну из точек чакры, сильно отличавшуюся от других. В отличие от них, она была огненно-красной, из-за чего её можно было спутать с очень ярким костром.       Сомнений быть не может. Это точно он.       «Наруто, — когда я преодолел половину дистанции до этого «огонька», Курама заговорил обеспокоенным тоном, — я чую чакру Гьюки. Он где-то поблизости. Будь готов».       «Понял», — отрезал я.       Я не ошибся в двух вещах: в том, что тем источником чакры был мой отец, и в том, что Киллер Би главным образом увязался за мной.       Минато сражался с Эем. Райкаге молниеносно подлетал к отцу и наносил разрушительные удары нижним основанием кулака по земле — метил-то он по Минато, но папа успевал вовремя отскочить из-под пудовой руки судьбы. Вот он снова в одной руке закручивает потоки чакры, формируя Расенган, и бросается на Эя. В ответ на его контратаку, Эй поймал его за руку и, сжав её до хруста в костях, потянул на себя, наклоняя голову вперёд. Удар его лба пришёлся на переносицу отца. Раздался душераздирающий хруст, и Хокаге отлетел на полметра назад, опрокинувшись на землю.       — Минато! — не выдержал я.       Оба Каге перевели взгляд на меня.       — Ты ещё кто такой?! — дерзко рыкнул Эй.       — Н-н-наруто... Ты что здесь... — промычал отец, вставая с земли. Судя по тому, как его шатает, удар об жбан Райкаге гарантирует ему черепно-мозговую.       — Минато! Какого чёрта ты творишь?! Не может такого быть, чтобы тебя, Четвёртого Хокаге, так просто отделали!       — Заткнись, шкет, а не то ляжешь рядом с ним.       — А ты, Эй, допускаешь серьёзную ошибку, недооценивая нас, шиноби Конохи.       — Знаешь меня? — хмыкнул он.       — Познакомились бы мы раньше, могли бы стать друзьями. А так я вынужден попросить тебя убрать руки от...       Договорить мне помешала резкая боль в груди. Всё произошло настолько быстро, что я ничего не успел понять. Опустив взгляд, я заметил окровавленное лезвие, вылезающее у меня из верхнего отдела брюшины. Хлынула ярко-красная кровь, заструившаяся тонкой линией вниз и за пару секунд пропитавшая мою одежду.       — Никто не уходит от Киллера Би, а если ушёл, то скорее беги, — пропел над ухом всё тот же голос, после чего я почувствовал толчок в спину.       Соскользнув с клинка, я полетел с ветки, с которой наблюдал за боем, на землю. Я рухнул, как мешок с картошкой, но ничего не почувствовал — должно быть, болевой шок от проникающего ранения вызвал отёк остальных рецепторов тела. Голова была невольно повёрнута набок, и я смотрел за происходящим.       — Не-е-е-е-т! — Отец бросился ко мне, но Райкаге вновь поймал его за руку и, заломив её назад, опрокинул его на землю лицом вниз. И, как будто этого было мало, наступил ему ногой на лицо, фиксируя голову.       — Будешь смотреть, — сказал он.       В поле моего зрения появился Киллер Би. А точнее его ноги, ведь голову я поднять не мог. Вот он садится на корты и наклоняется, чтобы посмотреть мне в глаза.       — Ты достойным противником был для меня, но жаль, что решится судьбина твоя, — усмехнулся он, вытирая окровавленный кинжал об мою ветровку. — Быть может, встреться мы до этой войны, то сейчас бы были с тобою дружны. Я вначале подумал, ты какой-то дурак, но потом убедился, что это не так. Ты очень силён, таких, как ты, не найти, раз смог ты мастера так легко обвести.       — Это ты про себя, что ли? — хохотнул Эй.       — Заткнись! — рявкнул Киллер Би ему, после чего вновь перевёл взор на меня. — Серьёзно, чувак, наш бой славным был, но, вижу, бороться у тебя нету сил! Есть для тебя просьба одна, ждёт тебя где-то большая страна. Эта страна Токоё* зовётся, передай там привет Дзюбей Хамодзи. А сейчас прошу меня извинить, но к концу подошли твои жалкие дни.       С поляны донёсся душераздирающий рёв. Что там происходило, я не видел — ноги Киллера Би загородили обзор.       «Пожалуйста, Дзёшико. Пусть это будет не то, о чём я только что подумал», — мысленно взмолился я.       «Думаю, на этот раз она твои молитвы не услышит...»       О нет!       — Ах ты тварь! — рявкнул Эй. — Пусти!       Услышав это, Киллер Би побежал на поляну с двумя кинжалами наголо. Я попытался встать. Всё тело как ватное, а рана, хоть и немного, затянулась, но горела огнём. К горлу подступил желчный комок... и я понял, что кровь потоком сочится из моего рта.       Я поднял голову. На поляне Эй и Киллер Би с кем-то боролись. И этот кто-то... это что-то было уже не Минато. Это существо было чем-то средним между человеком и Биджу: по форме туловища, головы и конечностей можно было с трудом угадать человеческие черты, но всё тело было покрыто сверхплотным слоем чакры, буквально горящим от контакта с кислородом. С нижнего основания поясницы произрастали пять похожих на щупальца, но не как у Гьюки, хвостов. Голова по форме походила на человеческую, но на макушке были два удлинённых лисьих уха. Вместо лица — чудовищная гримаса: безгубый рот с оскалом пираньи и два светящихся белым светом бездушных круга, замещающих глаза. Даже на расстоянии в тридцать метров я слышал, как шипит его объятая псевдопламенем кожа. Оно по-собачьи на четвереньках бежало то на одного, то на другого, вблизи нанося разрушительные удары своими аршинными клешнями, а на дистанции оно на манер скорпиона или осы выбрасывало вперёд свои хвосты.       Это плохо. Очень плохо. А плохо это тем, что в таком состоянии это тело контролирует не Биджу и не джинчурики, а тёмные стороны их подсознания, стремящиеся друг друга разорвать к чертям собачьим. И их потуги в этом деле проявляются в виде потока необоснованной ярости и ненависти ко всему окружающему. Именно поэтому ему по силам прихлопнуть нас троих, как мух, и глазом не моргнув.       А что делать-то? Этого я уж точно не знал. Ни малейшей мысли, как его успокоить. Ожерелье первого Хокаге я благополучно профукал, капитана Ямато и старого развратника где-то черти носят, а как изготавливать печати для подавления чакры Биджу я так и не поинтересовался. И только сейчас я понял, что зря.       Но что же делать? Не могу же я просто так взять и метелить отца, пока он не успокоится. Тем более, что от каждого моего удара его желание устроить резню растёт по экспоненциальной прогрессии.       — Минато. — Я пошёл к чудовищу, примирительно вытянув руки вперёд.       Чудовище повернуло голову в мою сторону.       — Минато, это я, Наруто.       Человекобиджу корпусом повернулся ко мне и встал в стойку тигра, приготовившегося к прыжку.       — Минато, посмотри на меня. Разве ты меня не узнаёшь? Это же я, твой сын.       Он побежал на меня.       — Минато, хватит! Я прошу тебя!       Не добежав несколько метров до меня, он прыгнул, занося в воздухе лапу для рокового удара.       — От-е-е-ец!       Одно мгновение отделяло его когти от моей головы, когда его в бок ударила огромная жёлтая молния, принявшая очертания Киллера Би и Эя. Парный удар смёл «гибрида», как вафельный стаканчик, и отправил его на другой конец поляны.       — Эй, бро, подскажи, что творится в глазах? Этот парень из Конохи ещё на ногах?! — тыкал в меня пальцем джинчурики.       — Ты что, головой долбанулся? Он же чуть не располосовал тебя! — рявкнул мне Эй.       — А что прикажешь делать, если я не знаю ни одного способа его успокоить?       — Пф-ф-ф. Нашёл тут проблему! С чего бы начать? Присобачь-ка на лоб ты вот эту печать, — Киллер Би потянулся за пазуху и достал пару бумажных квадратиков, внешне напоминающих лейкопластыри, — другую на сердце ему прилепи, да поспеши лучше, с этим ты не тяни!       — Как-то быстро ты забыл про то, что он тебя чуть не обезглавил, — Эй скептически покосился на своего друга.       — Подумаешь, поцапался с ним я мальца, но смог я увидеть в нём удальца! Йоу! И, в общем-то, мы как братья близки, — взглядом он окинул меня и монстра, уже встающего после удара, — потому что все трое — джинчурики. Кстати, чувак, имя мне назови, моё ты ведь знаешь — я Киллер Би!       — Наруто Узумаки. — Протянул руку в знак знакомства и уважения. Хоть мы и по разные стороны баррикад, я не думаю, что эта вражда может длиться неопределённо долго.       — Не хочу прерывать столь «трогательный момент», — Эй специально выделил голосом два последних слова, — но знакомиться будем после того, как выживем.       Он показал пальцем на бегущего к нам на всех парах «гибрида». И был чертовски прав: конец передышке, пришло время действовать.       Существо снова прыгнуло и, занеся сжатую в кулак руку, ударило по земле со всей дури. Почва под нами буквально взорвалась: в воздух взмыли пласты воспламенившейся земли. Хорошо, что я успел прыгнуть: такой мощный хлопок кого угодно с ног собьёт. Перейдя в режим Биджу, я, молниеносно перепрыгивая от одного крупного пласта земли к другому, проскочил вплотную к нему. Он заметил меня и попытался ударить хвостом. Уйдя в перекат, я увернулся. Он снова и снова наносил пронзающие удары хвостами, но я, отскакивая назад, не давал до себя дотронуться. Сложив печать, я призвал нескольких клонов. Клоны, уворачиваясь от хвостов, напали на чудовище... и взорвались.       Скажу честно, уж больно забавными мне показались техники, которые мне продемонстрировали в своё время Итачи и Дейдара. Создаёшь клона — и его же используешь как бомбу. Дэйдара лепил их из взрывной глины, Итачи — фиг его знает из чего, но они всё-таки детонировали. А я просто сотворил клонов из тёмной чакры Курамы. Именно поэтому они выглядели как я, но без золотистого покрова из светлой чакры Лиса и с чёрными склерами.       Взрыв не причинил существу вреда, но временно дезориентировал, чем и воспользовались Эй и Киллер Би. Метнувшись к нему, Эй сотворил свой фирменный покров из молний и долбанул «гибриду» под дых, подбрасывая его вверх. Пролетавший мимо Киллера Би, успев достать все свои клинки, снова как юла крутанулся в воздухе, нанося множество быстрых ударов по его спине. Когда эта тварь шлёпнулась на землю, Эй и джинчурики Восьмихвостого, уже сотворивший покров из чакры Гьюки, схватили ее за руки и подняли с земли, после чего опрокинули на спину.       — Твой выход, пацан! — бросил через плечо Эй, удерживая «гибрида». — И давай побыстрее — уж больно он горячий!       Опомнившись, я побежал к ним, на ходу доставая печати. Печать в левой руке я приложил к его груди. Раздалось громкое шипение, и «гибрид» взвыл, разбрасывая моих помощников в стороны. Мне же достался удар шестым хвостом по лицу. Вся правая сторона головы буквально горела от боли. А монстр истерично выл и ревел, дёргаясь, как чересчур прыткий конь, желающий сбросить своего наездника. Он хотел смахнуть лапой печать, но от прикосновения его псевдокожа покрывалась чем-то вроде пузырей, да и сам он от этого орал ещё громче. Более того, он в конвульсиях колошматил пространство вокруг себя хвостами и плевался уменьшенными версиями Биджудамы. Подходить к нему сейчас было опасно для жизни.       — Ты прикрепил обе печати? — крикнул мне Киллер Би.       — Одну, — пытаясь переорать монстра, ответил я.       — Этого мало, чтоб монстра сдержать! Чувствую, скоро придётся бежать!       Я перевёл взгляд с джинчурики на монстра, потом опять посмотрел на него, потом опять на эту образину.       — Всё нормально? — настороженно спросил Эй.       Я посмотрел на оставшуюся печать в моей руке.       «Наруто? Что ты задумал?»       «Сколько у тебя чакры ещё осталось?»       «Примерно одна треть. Этого может хватить только на следующие десять минут борьбы, не более того... А что?»       «Десять минут, говоришь? Хм. На девять больше, чем мне надо».       Я снова бросился в атаку. На ходу я создал с два десятка клонов и скомандовал им броситься на тварь. Заметив нас, он нанёс широкий удар хвостом, скосивший примерно пять-шесть моих двойников, я же отделался ожогом плеча. Ещё три клона рассеялись, когда попытались ударить его Расен-сюрикеном.       Я вплотную добрался до него, когда тот плюнул в меня карликовой Биджудамой. Сосредоточившись, я... ослабил свой контроль над чакрой. Золотистый покров чакры Лиса пропал за мгновение до того, как сверхплотный сгусток чакры прошёл сквозь мой живот. Земля под моими ногами разверзлась и обратилась в пламя, но я был по большему счёту бестелесен. Однако я почувствовал адское жжение в ногах и там, где сквозь меня пролетел шар. Что ж, значит, я всё ещё смертен...       Из последних сил я прыгнул, выставляя руку с печатью вперёд, прямо на чудовище. И я прошёл сквозь него. Всё моё тело горело, будто я залез в печь. Но всё же оно того стоило.       Такого громкого вопля я ещё не слышал. Не прикрой я уши, барабанные перепонки точно бы лопнули. А хотя... они уже, наверное, лопнули. Готов поспорить, что все бои в этом районе приостановил этот вой, и сейчас все гадают «А что это такое могло бы быть?» или «Это каким методом надо вырывать конечности, чтобы жертва так визжала?».       Я поднял взгляд. Монстр встал на задние лапы, взявшись передними за голову. Резко дёрнувшись, он посмотрел вверх, после чего упал на колени. Покров чакры, формирующий псевдокожу, начал как бы «расходиться по швам»: вначале появилось лицо Минато, потом его руки начали приобретать прежнюю форму, под конец весь покров собрался в локализованном районе на брюшной стенке, после чего просочился внутрь и исчез. Изнеможённый Минато с колен упал на живот.       — Минато! — я бросился к нему.       Состояние у него было отвратительное: кожа на ощупь горела огнём, пульс слабый и редкий, дыхание поверхностное и медленное, он никак не реагировал на мои попытки вернуть его в сознание. Но он хотя бы подавал признаки жизни, что уже было хорошо.       — Чувак, ты красава, вот это улёт! Но как ты это сделал — никто не поймёт! — пропел Киллер Би.       — Я просочился сквозь его тело и оставил твою печать внутри него.       — Ты... что сделал?! — переспросил Эй.       — Наруто, — прохрипел Минато, после чего зашёлся кашлем, — где я? Что случилось?       — Всё в порядке, Минато. — Я взял его за руку. — Ты потерял сознание, а я здесь, рядом с тобой. Всё хорошо.       — Я... Я тебя не вижу. Почему я не вижу тебя? — Он повернул голову на мой голос, но его глаза были абсолютно белые, вместе с радужкой, и без зрачков.       — Наверное, это последствие удара головой. Лоб Райкаге — смертельное оружие. — Намеренно умолчав о его «превращении», предположил: — Надеюсь, через пару часов пройдёт.       — Хах... — кашлянул он, намереваясь что-то сказать.       — Тэнгу-1 вызывает Хокаге. Приём. Тэнгу-1 вызывает Хокаге. Как слышите? Приём, — несмотря на обращение к моему отцу, звук исходил почему-то из моей гарнитуры. Отец с трудом мог дышать, поэтому я ответил за него:       — Какаши, это я, Наруто. Я нашёл Четвёртого.       — Слава богу! У вас всё в порядке?       — Ну... — протянул я, оглядывая поляну после учинённого на ней побоища, — вроде того. Но Хокаге в тяжёлом состоянии. Нужна срочная медпомощь и эвакуация.       — С нами один из членов клана Хьюга. Он засёк огромный выброс чакры Биджу. Я думаю, что если это не ты, то Киллер Би на тебя вышел. Мы идём к вам.       — Хорошо, — сказал я, поднимая отца с земли и закидывая его руку себе на плечо, — мы уже идём к вам. Или нам встречать вас здесь? — После чего повернул голову вбок.       Эй коротко кивнул мне, повернулся и пошёл восвояси.       — Би, мы уходим. И передай приказ об отступлении всем нашим подразделениям.       — Неужели закончилась вся веселуха?! Эх, очень жаль, видать, что непруха!       — Мы свою миссию выполнили, — многозначительно произнёс он, последний раз оглядываясь на меня. — А не отступим сейчас — потеряем ещё больше людей.       После чего запрыгнули на деревья и скрылись в лесу.