King of Ice

      Меньше всего они, конечно, ожидали здесь увидеть именно Астрид. Здесь, в сотнях миль от их родного замка, среди какой-то глуши, в которую они ненароком забрели. При такой нелепой ситуации, при попытке завести какую-то нелепую драку, что развилась с пустого звука! Хотя с пустого ли звука? С упрёков, с отговорок, с язвительных ноток, которые раззадорили каждого из них. Кажется, такое уже было. Тогда, когда на них напали…       Несомненно, они тут же отступили друг от друга, пытаясь всеми силами сделать вид, что ничего не было, никаких проблем, ничего! Хотя, кажется, стражницу это не особо и интересовало, так как на её лице всё так же играла лёгкая полуулыбка, а блестящие голубые глаза радостно бегали взглядом от одного к другому. Она остановилась напротив Джека, поклонилась в привычной манере, выражая тем самым своё почтение.       — Я рада, что с Вами всё хорошо, Ваше Высочество, — не без улыбки сказала Астрид.       Когда она выпрямилась, Фрост просто шагнул вперёд и приобнял подругу детства за плечи, кидая короткое: «Я тоже рад тебя видеть». Отступил назад, увидел довольную улыбку девушки, но когда её взгляд упал на Иккинга, который спокойно притаился где-то за спиной Короля, недовольно сверля взглядом землю, Хофферсон внезапно помрачнела и двинулась в его сторону.       — А…Астрид? — натянув на себя улыбку, словно провинившись в чём-то, начал Хэддок.       Однако девушка не дала ему закончить. Одним резким и точным ударом она пнула его в колено здоровой ноги, заставляя зашипеть от боли, чуть ли не начать прыгать на железном протезе, а это, знаете ли, чревата тому, что юноша полетит в ближайший сугроб в первую же минуту. Когда же он относительно выпрямился, то, зажмурив один глаз, вновь посмотрел на старую знакомую, которая с недовольством смотрела на него, закусив губу. И каково же было его удивление, когда стражница поддалась вперёд, крепко-накрепко сжимая Иккинга в объятьях.       — Иккинг, я…       Астрид осеклась и, вздрогнув, покосилась на Джека, который стоял где-то позади. Из-за этого она замолчала на пару секунд, но всё же потом продолжила:       — Вы нужны королевству. Там совсем худо без вас.       Она отступила на шаг назад, явно смущаясь и стараясь отвести взгляд. И сам Хэддок смутился такому. Казалось бы, вот он, тот момент, которого он ждал долгие годы. Астрид сама шагнула навстречу, глаза её больше не светились тем высокомерием и явной усмешкой в его сторону. Он видел в них мягкость, радость, что-то тёплое, то, что когда-то было и в его глазах в её сторону. Но даже после таких крепкий объятий… почему на душе не разливается тепло?       Почему, когда девушка взяла его за руку, повела в сторону, подзывая за собой и своего правителя, почему в этот момент сердце бешено не забилось? Почему щёки не горят так ярко, горячо, как когда-то давно и то от одного только взгляда голубых глаз возлюбленной? Почему в груди ужасно защемило лишь от холодных тёмно-синих омутов, которые с такой болью смотрели на него? Отчего же теперь именно этот человек вызывает целый шквал эмоций?       — Астрид, как ты вообще оказалась здесь? — спросил Джек, ещё с секунду глядя на Иккинга, который отвёл виноватый взгляд в сторону, тащась за обнимающей его руку девушкой. Она покосилась в сторону короля, после чего кивнула и ответила:       — От вас не было слышно ничего две недели. Сколько бы мы ни искали, попусту ничего не находили. А когда к нам пришло послание из Королевства Кошмаров, что вы там: целы, живы… это утаили ото всех. Йозеф провозгласил себя королём и всех тех, кто знал про эту тайну, запер в темнице. Кажется, в конце недели будет казнь. Я же, услышав обо всём этом, тут же выдвинулась в путь. Просто не могу… сидеть без дела.       — Ты молодец, Астрид, — приободрил её ледяной маг, после чего потрепал по шее белую кобылу, которая шла рядом с ним.       — Нам нужно как можно скорее выдвинуться обратно, только… — Хофферсон запнулась, — я два дня добиралась сюда на Громгильде. Пешком мы точно не сможем добраться.       — Доберёмся в ближайший город, там можно найти коней, — предложил Иккинг, глядя куда-то вперёд.       — Отличная идея! — поддержала его Астрид, на что Джек лишь фыркнул, но возражать не стал. — Но перед тем, как выдвигаться, вам стоит хорошенько подкрепиться. Вы так… бледны.       Согласно такому плану, они и двинулись вперёд, по огромной растоптанной конями и немного заледенелой дороге. По пути им встречалось пару телег, какие-то торговцы, у которых они спрашивали путь, по которому им следует двигаться дальше. Но, а вообще, почти всю дорогу они провели разговаривая. А если быть точным, говорила Астрид. Исключительно о том, что происходило за эти две недели и во что стало превращаться их родное королевство.       Йозеф, который чуть ли не сошёл с ума. Он просто обезумел от власти. Конечно, посылал войска на поиски, но возвращались те на удивление быстро, бывало, порой, меньше дня тратили на поиски своего правителя. Подумав о том, что ему теперь всё можно, этот коротышка стал сажать в темницы чуть ли не каждого второго, загоняя народ в страх, изгоняя каждый день по несколько человек, а то и самих детей. Весь город просто… рушился.       Конечно, таким заявлением не был доволен никто, а уж тем более Фрост. Тот, кто ценил свою семью, то, что они из поколения в поколение несли людям того королевства, какие мир и процветания приносили почти что на бесплодные земли. Этому поколению правителей завидовали все, ибо они во многом продвинулись, народ был достаточно счастлив, дети росли в достатке. И теперь просто так рушить вековые труды лишь из-за мании величия? Нет, такого Джек не мог позволить. Как бы ему ни был дорог этот человек, что был ему нянькой… каждый в силе переступить черту.       В таких обсуждениях, ближе к вечеру, когда солнце уже давно зашло за горизонт, а на её место встала яркая полная луна и небо, полностью усыпанное яркими звёздами, что не заслоняли даже облака. В таком однообразном темпе они дошли до какого-то небольшого городка, одиноко стоявшего среди леса и бесконечных просторов поля, что расстилалось за ним. Этот городок был явно небольшой: паб, который являлся и домиком для ночлега странников, какие-то мелкие магазинчики и пару жилых домов. Вполне уютное себе местечко.       Первым делом, конечно же, была еда. Как-никак, поесть нормально, сытно, не какими-то там объедками или ошмётками костлявого кролика, а нормальной едой. Такого не было уже давно, поэтому, уловив запах жареного мяса, желудок тут же громко и жалобно заурчал, вызывая и лёгкую боль, и какие-то глупо-смущённые улыбки со стороны голодающих странников. Не теряя и минуты, они прошли за небольшой круглый столик. Благо, занятых тут было не очень много.       За всё время ужина, Астрид не сводила удивлённых глаз со своих знакомых. Как ни крути, а то, что они с таким аппетитом съедают уже далеко не первую и даже не вторую порцию еды, вводило в лёгкое недоумение. Но отчего-то это так же веселило молодую стражницу, вызывая у неё какую-то чудаковатую улыбку. Во время ужина они разговаривали уже на, казалось бы, какие-то отстранённые темы, пока Хофферсон не замолкла, решая спросить то, что откладывала до самого конца.       — Две недели назад, — начала девушка, — когда вы уехали. Что тогда случилось? Почему вы не вернулись?       Над столиком повисло молчание. Казалось бы, всё после этого вопроса вокруг замерло, затихло, не решалось нарушить эту неловкую тишину. Оба юноши пару раз кинули друг на друга взгляды, но тут же отводили их в сторону. Эта тема, пожалуй, была не очень весёлой для них. Каждый ясно осознавал, что виноват он сам, что отчасти именно из-за него они потерялись. Олень, карта, безрассудство.       Но другая часть души кричала о том, что нельзя брать вину полностью на свои плечи. Ведь он! Тот, кто сидит рядом, тоже в этом виноват! Ведь если бы не его поступки, вы бы не потерялись. Были бы дома, ничего бы серьёзного не случилось. Каждому хотелось сказать об этом, но каждый молчал. И, заметив такую заминку, Астрид уже было хотела перевести тему, но тут Джек выдохнул, начиная говорить.       — Когда мы уже хотели вернуться домой, это было где-то ближе к полудню, то я заметил оленя. Мы побежали за ним, заплутали в собственных следах, пока ходили кругом. Потом ещё из-за того, что не смогли правильно понять, где находимся, перепутали пути по карте и вышли совершенно в непонятное место. И целыми днями потом бродили.       — Если бы тогда не перевернул карту, или хотя бы настоял на своём, было бы всё иначе, — вставил своё тихо слово Иккинг, водя ложкой по пустой тарелке.       — Вам не стоит так переживать из-за этого. Иккинг, Ваше Высочество, — Хофферсон попыталась их приободрить, улыбаясь и привлекая внимание на себя. — Всё, что ни делается, то к лучше, правда ведь? Вы ведь были друзьями с самого детства, а в последнее время ваша дружба приуныла, ведь вы оба постоянно в своих обязанностях. Такое небольшое приключение научило вас многому и сблизило, ведь так?       — О, ещё как сблизило, — усмехнулся ледяной маг, кладя подбородок на руку, которую подпёр о стол локтем. Хэддок сверкнул в его сторону глазами и тихо, но всё же недовольно, начал:       — Джек, ты…       — Иккинг, можно тебя на пару слов? — перебила его гневную тираду и, возможно, новый спор Астрид, заставляя юношу отвлечься и попусту забыть о мимолётной злости. Он кивнул, после чего они встали, оставляя Фроста одного.       Король проводил их скучающим взглядом и потом, выдохнув, отпил немного из своей кружки. Лицо юноши тут же скривилось, и он резко отстранил от себя свой напиток, заглядывая в деревянное сооружение. Нет, не понять ему всей прелести этих странных напитков, которые любят обычные крестьяне. Он поставил кружку, посмотрел в пустую тарелку, попытался сложить какую-то конструкцию из посуды перед ним, но потом, плюнув на это, подпёр руками подбородок, начиная наблюдать за посетителями.       В углу, за самым крайним столиком, уснул какой-то мужчина. Но даже во сне он умудрялся крепко сжимать деревянную кружку в руке и что-то бубнить, пуская при это слюни в густую бороду. Ещё за одним столиком сидели какие-то два старика, бурно обсуждающие их следующий маршрут; видно, они были торговцами, раз тема зашла о медленных ослах. За барной стойкой сидела девушка, которая и разносила всем их заказы, но сейчас, пока её никто не тревожит, спокойно разговаривала с полной женщиной в возрасте, что стояла по другую сторону. Именно она предоставляла жильё, ну и заодно алкогольные напитки.       Можно было отметить ещё пушистого, толстого и достаточно ленивого рыжего кота, который лежал под одним из столиков, сладко причмокивая во сне. Почему ленивого? Ведь все коты могут спать! Да, но не у всех котов на животе лежат три маленьких мышки, которые, по идее, должны быть чуточку ниже. Ну, в животе, а не на нём. И Джек мог ещё долго рассматривать небольшое помещение, с деревянными столиками, стульями, редкими растениями, которые здесь, в тепле, не замерзали даже в самые страшные снегопады. Но ему надоело.       В меру своей избалованности, резвости, неугомонности юноша просто не мог сидеть на месте. Поэтому, взяв со стула свой плащ и повесив его на правую руку, он встал и двинулся на поиски своих спутников. Конечно, Джек прекрасно понимал, что, раз они отошли, значит, разговор явно был не для его ушей. Но они не возвращаются вот уже минут пятнадцать, и все эти пятнадцать минут Фрост сидел один. Ну скучно человеку, что поделаешь?       На улицу они не выходили, поэтому Фрост решил искать по зданию. И долго ему искать не пришлось, ибо, поднявшись на второй этаж и дойдя до конца коридора, там, где он сворачивает направо, ледяной маг услышал знакомый голос девушки. Но отчего-то замер в паре шагов до поворота, стараясь прислушаться к тому, о чём они говорят. Притаился, чуть ближе подошёл к стенке и начал слушать. Ох, лучше бы он сидел там, внизу.       — …я была глупой, — услышал он отрывок фразы Астрид. Голос её не звучал резко и важно, как это было обычно. В нём была вина, неуверенность, может даже капля смущения.       — Тебе не стоит так говорить, мы оба были… немного дураками, — пытался отшутиться Иккинг. Вон, даже слышно, как он посмеивается. Но потом, судя по его шипению, получил очередной подзатыльник от знакомой, которая была явно недовольна таким отношением в свою сторону.       — Я переживала за тебя, идиот! Как можно быть таким безрассудным, я же места себе не находила после того как нам сказали, что вы погибли…       — Астрид…       Голоса затихли, что заставило насторожиться молодого правителя. Он, присев на корточки, осторожно выглянул, но тут же замер, глядя на картину, на которую наткнулся. В горле застыл противный ком, грудь неприятно загорелась, вызывая приступ ярости, страшной обиды. И может даже не из-за того, что они просто целуются. Может это из-за того, что его любимый человек так охотно отвечает на этот позыв, прижимая к себе девушку за талию.       Джек ревновал, страшно, дико. Но отчего-то ему стало одновременно и смешно от этого. На что он рассчитывал? Он ведь с самого начала знал, что был заменой, но почему-то до последнего думал, что у него есть хоть малейший шанс. Но теперь, зная о том, что давняя любовь его друга ответила взаимностью, что теперь Иккинг может стать по-настоящему счастливым, что он больше не будет ныть своему правителю о неудачах или о том, что он самый бесполезный в этом мире. Это… не очень радовало.       Несмотря на всю обиду на своего приятеля, Фрост был действительно рад за него. Ведь вон, посмотри! Он добился того, о чём мечтал чуть ли не семь лет. Теперь у него есть девушка, они непременно будут вместе. А что остаётся самому Джеку? Жениться ради того, чтобы укрепить отношения королевств, всю жизнь провести бок о бок с той, кого он, скорее всего, любить-то и вовсе не будет. Юноша покрутил в пальцах белую кроличью лапку. Да, пожалуй, его это не очень радовало.       За углом вновь послышались шорохи, но там всё так же упорно продолжали молчать. Было слышно лишь сбившееся от поцелуя дыхание, но, видно, всё же оба замерли, ожидая друг от друга хотя бы что-то. И это «что-то» не заставило себя долго ждать. Услышав последнюю фразу, Фрост лишь ещё раз усмехнулся сам себе, после чего тихо поднялся с места и так же беззвучно пошёл по пустому коридору, словно мышь, ведь его не должны заметить.       — Я люблю тебя, Иккинг.       — Я тоже… люблю…

***

      Просыпаться в относительно мягкой, но кровати, было каким-то райским наслаждением для всего тела молодого правителя ледового королевства. Он был готов ещё долго нежиться во власти тёплого одеяла, мягкой подушки и смотреть в окно, где солнце только-только стало поднимать из-за горизонта, из-за чего небо сейчас было окрашено в непривычный для зимней поры рыжий оттенок. Было красиво, несомненно. Но подниматься тоже нужно было, даже несмотря на то, что тело всячески противилось этому.       Вчера, вновь вкусив вкус чистоты, тёплой воды в небольшой ванной комнате, которая находилась на первом этаже. Несмотря на то, что она была, грубо говоря, общественная, да и тем более служила баней, Фросту повезло просидеть там два добрых часа в одиночестве, нежась в тёплой воде и отмывая от себя вековую грязь. И уже потом, когда он лёг в кровать, мысли его сразу же покинули и очнулся он только сейчас. Спать не хотелось, нет. Но и вставать тоже.       Переборов себя, Джек таки поднялся из власти белых простыней. С неохотой, недовольным стоном, потягиванием, после которого у него внезапно решили хрустнуть разом все кости, заставляя замереть и потом задёргаться в неприятном покалывании. Юноша ещё раз осмотрел комнату, после чего встал и принялся переодеваться в свою одежду, которая была небрежно брошена на невысокую табуретку. И уже потом, застёгивая на ходу последние ремешки на жилете, вышел из своей комнаты.       Спустившись вниз, его вначале немного удивило то, что он не увидел здесь ни одного из своих спутников. Однако, вспомнив события вчерашнего дня, лишь усмехнулся, в понимании кивая самому себе. Сел за один из крайних столиков, попросил принести ему еды, после чего просто стал ждать, вновь осматривая уже знакомое ему помещение. Людей сейчас тут и вовсе не было, кот лениво лежал на боку, пытаясь попасть лапой по мышкам, которые озорно пищали, проворно ускользая от без когтистой лапы якобы хищника.       Только тогда, когда ему подали еду, Фрост увидел два знакомых силуэта, которые спустились по лестнице. Астрид что-то оживлённо лепетала замявшемуся Иккингу, который что-то тихо отвечал, тормоша волосы на затылке. Но тут девушка остановилась, что-то вновь сообщила своему возлюбленному и потом, мимолётно чмокнув того в щёку, пошла в сторону стойки. Хэддок ещё с мгновение смущённо смотрел в её сторону, но потом, отведя взгляд, наткнулся на Джека и не сразу, но пошёл в его сторону.       — Вас можно поздравить? — спросил Фрост, когда его приятель приземлился на соседний стул. Стражник как-то неуверенно покосился в сторону ледяного мага, но всё же кивнул, подпирая рукой подбородок.       — Наверное, можно, — пробубнил Иккинг.       — Я же говорил, что у тебя всё выйдет. Однако если бы ты сделал первый шаг раньше, может, всё так бы гладко не вышло. Но ты молодец, не отступил.       Хэддок вновь покосился в сторону Джека, но решил на это ничего не отвечать. К этому моменту подошла и Хофферсон, пожелала своему правителю доброго утра и потом села за стол. Что, собственно говоря, здесь изменилось? Поначалу ледяной маг ничего существенного и не замечал, ибо в его присутствии его спутники даже не смотрят в сторону друг друга. Только если Астрид не ударит стражника за то, что тот скажет что-то не то, или, как оказалось, ест не так. А так… всё, как всегда.