Доктор, мой воображаемый друг меня игнорирует!

Я вошел в квартиру. От меня пахло вагонами, чужими рукавицами и немножко мандаринами. Я устало вздохнул и плюхнулся на диван. Хотелось уснуть крепко-крепко, и чтобы долго не просыпаться. Но, конечно же, мне это не удалось. А все почему? - Н-ну? – грозно навис надо мной Джон. Я нахмурился и помотал головой. - Рассказывай! – он упал рядом. - Пошли спать, а? - Рассказывай! - Не хочу! Я готов был рычать и кидаться пустыми баночками из-под колы. Что-то прошуршало у моих ног. Я опустил голову и увидел, что на моих коленях, свернувшись клубочком, лежит безмолвный шарфик. Я тихонечко провел пальцами по вязаным узорам. - Хорошо, - Джон сложил пальцы на манере психолога. – Будем действовать по-другому. Я вопросительно приподнял брови. Мне даже стало интересно, что сейчас будет. - Расстались? - Ну… - Значит, расстались, - он удовлетворенно кивнул. – А если еще немного подумать, то еще и встречались. Я усмехнулся. Логические способности Джона как всегда на высоте. - Ты сейчас опечален. Значит, любил. - Ну не то, что бы… - я замялся. - Родство душ? – как-то иронично легла эта фраза на его губах. Но меня удивило то, как точно он определил это чувство. Да, именно. С Яшкой нас всегда связывало нечто вроде духовной близости. Мы, еще детьми бегали по дворам, таская за хвосты местных собак и кошек. Веселое было время. Потом, в старших классах, я начал бегать за Яшкой. Кажется, влюбился. Все как положено, цветочки-лепесточки, конфеты, корявые стихи. Когда дело дошло до «розы-морозы» и «кровь-любовь-вновь» Яшка нахмурилась: - Ты это брось, понял? Что задумал? Дружбу испортить захотел? – она помолчала. – А конфеты отдай. Тебе все равно много нельзя. Тогда я плюнул на это дело и демонстративно начал увиваться за какой-то хорошенькой блондинкой. Скучная и недалекая, блондиночка мне быстро надоела и я, виновато опустив глаза, вернулся к Яшке выкручивать хвосты кошкам. Потом, как следствие, разъехались по Питерам, одно время чатились на сайтах, потом, зачем-то, перешли на письма. А потом ниточка истончилась, стерлась. Остались номера телефонов и звонки на Новый год и дни рождения. Finita la comedia! Но вот, неожиданно ниточка задрожала, и Яшка приехала сюда. Видимо, произошел сбой системы. Она уезжала в командировку и проезжала мимо моего города. «Встретились, пообщались, поулыбались…» - Не люблю вокзалы. - Предпочитаю самолеты. - Я что, вслух это сказал? – я удивился. Джон пропустил это мимо ушей. - И что не так? - Все не так! Зачем она вообще мне об этом сказала? А если сказала, почему не осталась? – разом выплюнул я весь шквал эмоций. - Могу сказать, что это судьба. Могу обвинить господин Случай. А какая, собственно, разница? - Ну да, - я откинулся на спинку дивана. - Пошли танцевать! – неожиданно дернулся он. - Чего-о? Джон нажал какую-то кнопку у себя на животе, и заиграла музыка. Что-то вроде битловского «Twist and shout» Он запрыгал по комнате, вздергивая вверх длинные ноги. Я испугался за сохранность люстры и письменного стола. - Давай! Хватит сидеть. Он сдернул меня с дивана за руку и втащил в зону своего сумасшествия. Шарфик соскользнул на пол. Удивительное дело: я тоже заскакал, как полоумный по комнате, снося на своем пути стулья. Но вся труха из головы тут же высыпалась, и стало так легко. Хорошо, когда пустая голова.