Эрагон. Забытое царство

      В этих местах день начинается рано. Сначала небо белеет, потом на нем разгорается алая зорька. Небо еще бледное, и еще не голубое, как днем. Затем из-за горизонта начинает выползать большое красное солнце. Оно очень быстро поднимается вверх. И чем выше поднимается, тем меньше становится в размерах. А небо голубеет на глазах, становится ярче, синее, прогреваясь солнечными лучами. Становится светло, как днем, но все равно все по-другому. Утренний воздух все еще прозрачен, чист и свеж. Но вскоре станет теплее, а потом начнется самое пекло.       Пустыня огромна, кажется, что ей нет конца и края. Вокруг лишь один песок, но это только на первый взгляд. Здесь часто встречаются оазисы с удивительными животными и растениями. Место, где любой заплутавший путник может отдохнуть. Самый большой оазис находиться в самом центре пустыни, это место служит домом для всех кочевников, которые живут в этих местах. Там стоит их город — Город Кочевников, там всегда можно найти помощь. — Ты уверена, что они нормально отреагируют на дракона? — спросил Торн у Кэт, вспоминая северян. — Да, Совет отправил им письмо, как только мы улетели из Черного леса. Они уже знают, нам нужно их лишь убедить.       Торн с облегчением вздохнул, он бы не хотел драться с опешившими южанами. Тем более, что они потенциальные союзники. Ему в прошлый раз хватило, когда на него напали. — А вот и город! — воскликнул Муртаг.       Это место трудно было назвать городом: огромное количество палаток стоящих в разброс, вокруг этого города была ограда из песчаника, которая больше служила украшением, чем оборонительным заграждением. Через этот город походила мутноватая река, часть которой впадала в маленькое относительно чистое озеро, а другая продолжала свой путь на запад.       Торн медленно опустился на пока еще прохладный песок, зарываясь пальцами в него, начиная рыть когтями. Сразу же из палаток показались люди в светлых одеждах. Все они были высокие и крепкие, но не такие как нофы. Их кожа была темная, а волосы короткими и кучерявыми. Еще одной отличительной особенностью были их широкие лица: нос был огромным, темные глаза казались маленькими, а губы слишком большими.       К путникам подошел молодой темнокожий мужчина двадцати семи лет. Он полностью был одет в белое, на руках золотые браслеты, а на шее висел огромный медальон. Он сильно напоминал Ботти, скорее всего являлся его родственником. За ним были его люди, которые с любопытством разглядывали дракона, но что-то в их взглядах казалось пугающим. — Мое имя Ханон, я вождь нашего народа. От моего имени мой народ приветствует вас Кейтлин, Муртаг и Торн. Мы рады видеть вас в нашем прекрасном городе. А теперь прошу пройти за мной.       Торн остался на месте, дурачась в песке, а Кейтлин и Муртаг последовали за Ханоном. Вождь прошел в самый большой шатер, он был полностью белый. Внутри все было ослепительно роскошным, на сколько это может быть возможно в пустыне, обилие деталей не давало глазам сфокусироваться на чем-то одном: большая круглая кровать с балдахином, столик из слоновой кости, множество книг с золотыми переплетениями. Все это поражало, ведь Кэт утверждала, что весь народ бедствует.       Кейтлин рассказала уже привычную историю, не внося каких-либо изменений. Ханон все это время внимательно слушал ее, не отрывая глаз от нее и изредка переводя взгляд на Муртага. Как только Кейтлин закончила свой рассказ, вождь внимательно взглянул на нее, задумавшись о чем-то. — Сколько золота мы получим за это? — Как только Дариона не станет, то мы отблагодарим своих союзников. — А кто же будет править после него? Насколько мне известно, то у него нет больше родственников, в чьих жилах течет кровь Соралов.       Кейтлин замолчала. Она не знала, что на это ответить. — Мы справимся и без него, — ответила Кэт. — Не справимся, если он умрет, то все мы умрем, ты сама это знаешь. Если конечно ты кое-что не скрываешь. Ты слышала о моей маленькой слабости. Когда будешь готова, то ты знаешь, где меня искать.       Муртага сильно задели эти слова. Он почувствовал сильный укол ревности. Что нужно этому избалованному вождю? Неужели его Кейтлин? В эту секунду он захотел оторвать голову Ханону, но что-то его сдержало. В конце концов, он решил не принимать поспешных действий, а дождаться объяснений Кейтлин. — Ваш шатер готов, Рада проведет вас, — напоследок сказал Ханон.       Они вместе вышли из шатра, и тут же к ним подбежала маленькая девчушка, произнося какие-то непонятные слова. Она взяла Муртага за руку и потащила его подальше от дома вождя. Вскоре они оказались на окраине возле озера, здесь стоял большой персиковый шатер, немного меньше, чем дом вождя. Внутри было меньше роскоши, но было так же удобно. Две кровати, стулья, стол из темного дерева, множество амулетов и фигурок. На столе стояла посуда с едой, наполненная разнообразными лакомствами. Они поблагодарили девочку и она сразу же убежала. — Кэт, что хочет от тебя Ханон? Я не дурак, я понял, что они наемники и черные торговцы. — Ханон — это сын Ботти. Право править передается здесь так же по наследству, от отца к сыну. А Ханон — это единственный сын Ботти, остальные дочки. Это очень печально, ведь Ханон — сын, который совсем не похож на своего отца. Но Ботти ничего не может сделать с ним, ему пришлось оставить свой дом, чтобы возглавить совет. Теперь он в изгнании и не сможет никогда вернуться. Ты прав, они наемники, но все совсем не так как кажется. Ему нравятся деньги, но он следуют кодексу, воспротивившись которому его ждет верная смерть. Ханон управляет своим народом, он заботиться и помогает нуждающимся. Но все же у него есть одна маленькая слабость — это секреты, и если он сочтет, что секрет того стоит, то поможет. Но я не могу рассказать эту тайну, я поклялась, мне нужно подумать.       Кэт ушла из шатра куда-то в сторону озера. Ее не было вплоть до позднего вечера, Муртаг стал волноваться и пошел на ее поиски. Торн же после целого дня солнечных ванн, спокойно спал возле входа в город. Муртаг ухмыльнулся, завидуя беззаботности дракона. Вскоре он нашел Кэт, которая сидела на противоположном берегу озеро и смотрела на звездное небо. — Что ты здесь делаешь? — поинтересовался Муртаг, подсаживаясь к ней. — Я хотела тебе тот же самый вопрос задать. Я же сказала, что хочу побыть одна. А где Торн? — Он сейчас спит, после целого дня солнечных ванн. Он говорит, что песок отлично полирует чешую и я никак не смог оторвать его от этого занятия. Знаешь, не смотря на дикость этих мест, кочевники мне напомнили одних замечательных людей из моей прежней жизни. Я сразу перенесся в одно не очень приятное для меня место, хотя именно тогда я последний раз видел одного из великих людей. — А что потом с ним случилось? — Его звали Аджихад, он тогда был предводителем варденов, так называются воины на эльфийском, своего рода сопротивление. Он умер в тот день, когда на нас напали из-за предателей. Он был великим человеком, одним из самых удивительных, которых я когда-либо знал, конечно, после Насуады и Эрагона. — Насуады? Эта та девушка, в которую превратилась сирена? — Да. Это она. Моя первая любовь. Она дочь Аджихада, и он скорее всего был бы не против нашего союза, так как хотел счастья для дочери. Но мы никогда не сможем быть вместе. Потому что она королева, а я убийца, враг ее народа. Да еще к тому же я Всадник, а она обычная смертная. Мы улетели семь лет назад. Ей бы не позволили до сих пор быть без наследников. Она, скорее всего, сейчас замужем и у нее много изумительных детей. Возможно, я вернусь туда, но не сейчас, возможно лет через сорок или лучше шестьдесят. Сейчас мне становиться легче, раньше разлука была не выносима, но теперь… мое сердце занимает другая. — Если судить по сирене, то Насуада очень красивая. — Теперь твоя очередь. Ты когда-нибудь влюблялась? — Нет. У меня просто не было времени смотреть по сторонам. Долг для меня всегда был превыше всего. — А теперь?       Кейтлин усмехнулась, а потом взглянула ему в глаза. В них отражалась эта звездная ночь. Она медленно и не решительно потянулась к нему, а он потянулся к ней на встречу. Их губы соединились в мягком поцелуе. Это было, как наваждение. Поцелуй становился все глубже и более страстный. Вскоре они упали на песок, но не разорвали поцелуй. Муртаг обнял ее, прикасаясь губами к шее, заставляя ее кожу гореть. Он водил руками по ее спине, в рамках приличия, но Кэт это явно не устраивало. Она хотела прижать его к себе, вдавить так, чтобы они стали одним целым. Ими завладела какая-то непонятная эйфория. Вдруг Муртаг понял, что сейчас самое время признаться в своих чувствах. Он отодвинулся от нее и сбившимся голосом произнес три заветных слова. — Я люблю тебя. — Мне кажется, что я тоже люблю тебя.       Поцелуй возобновился с новой страстью. Сейчас была уже ночь и в пустыне стало холодно, но для двоих влюбленных было самое пекло. Кейтлин отстранилась от Муртага, в ее глазах горело пламя страсти, точно такое же как у Всадника. Она толкнула его спиной на песок, а потом ловко села сверху на его живот. Он целовал ее ухо и покусывал мочку, добираясь поцелуями до шеи. Кэт наклонила голову, и положила руки ему на шею, не желая его останавливать. Их сердца стучали очень сильно, сливаясь в один громкий такт. Их дыхания становились учащенными, они сливались в одно целое. Но вдруг они услышали какой-то крик, который заставил их отлепиться друг от друга.       На другом берегу они увидели девочку, ту самую, которая провожала их в шатер. Она застыла от страха перед кем-то, не способная больше двигаться. Муртаг не думая помчался к ней, так быстро насколько мог. Добежав, Всадник увидел перед девочкой огромного крокодила около семи метров в длину, который распахнув пасть, только и ждал, чтобы сожрать ее. — Скулдрак, Брисингр! — первое что пришло в голову Всаднику.       Крокодил сразу же загорелся алым пламенем, превращаясь в сытный завтрак для Торна. На яркое пламя и крики вскоре прибежали люди. К девочке подбежала молодая женщина и крепко обняла, что-то тихо шепча, на непонятном для Муртага языке. Из толпы вышел Ханон, что-то говоря девочке и женщине. — Ханон, я не могу выполнить твою просьбу. Нам пора улетать, — сказала Кэт, решив уйти как можно скорее.       Но вождь ничего не ответил, он лишь смотрел на девочку. Затем он подошел к женщине, которая обнимала девочку и крепко поцеловал ту, после чего потрепал по голове девочку и обняв, что-то тихо зашептал. Вскоре Ханон вспомнил о всей толпе, которая смотрит на него. Он выпрямился и подошел к Муртагу. — Ты спас мою дочь, что ты хочешь? — спросил Ханон у Муртага. — Я хочу, чтобы ты и твои люди приняли участие в восстании.       Ханон опустил взгляд на землю, обдумывая просьбу Всадника. А потом протянул руку, закрепляя сделку. Ханон хотел устроить пир, но Кейтлин и Муртаг отказались.       Они разбудили Торна, который был этим явно не доволен, а потом заставили его взлетать. Но дракон все же сожрал зажаренного крокодила, радуясь такому сытному завтраку. Вскоре они уже летели прочь из пустыни, направлялись к Водным Просторам. В то место, куда Кейтлин так тянуло и одновременно отпугивало. Но другого пути не было, их следующей остановкой было не большое королевство Юникард.