Эрагон. Забытое царство

      Всадник не верил своим ушам, понимание этих слов доходило до него очень долго. Сначала он решил, что ему показалось и его слух его обманывает, несколько раз Всадник просил повторить, но все равно слышал тот же ответ. — Мы должны освободить ее! — сказал Эрагон, обращаясь к Мейфрид. — Притормози! Во-первых, я не могу и не буду рисковать людьми, ради спасения одного человека, даже если она супер важна. Во-вторых, с чего вы решили, что можете мной командовать? — Она не просто Всадница, она королева эльфов! К тому же ее дракон вместе с ней. Я как глава Ордена Всадников стою выше любого короля, тем более вас. И я могу отдавать такие приказы, но сейчас я прошу помочь мне. — Я все понимаю, Эрагон, — Мейфрид тяжко вздохнула, и ее голос снова стал мягким. — Но я не могу ничего сделать. Мы как никогда слабы. В лагере остались дети, женщины, старики и калеки. Мы не воины, мы лишь пытаемся выжить. Те немногие, кто вернулся, составляют охрану, но они ничто по сравнению с армией императора. Нас разобьют через пять минут, после нового восстания. Нужно подождать. — Время — это непозволительная роскошь! Мы не можем ждать! — Эрагон! — резко крикнула девушка, но вскоре успокоилась. — При всем уважении к вам, я уже сказала, что не могу помочь. — она замолкла, что-то обдумывая. — Но если вы сможете убить императора, тогда все проблемы будет решены. Но, к сожалению, это не возможно. Ни один меч или заклинание не может его ранить.       Эрагон глубоко вздохнул, чтобы успокоится. Он не знал, что делать. Чувства переполняли его, затуманивая разум. Он чувствовал гнев Сапфиры, сводящий с ума. Внезапно он почувствовал чью-то руку на своем плече, от неожиданности он вздрогнул. — Сестра мне всегда говорила, что всегда есть выход, даже когда кажется, что его нет. Для этого нужно только взглянуть под правильным углом, — сказала Фана и убрала свою руку. — Эрагон, я не знаю сказки ли это, но однажды Ункард рассказывал мне об одном оружии. Я тогда была напугана, возможно, он просто хотел меня успокоить, но это хотя бы что-то. Ункард рассказал мне, что есть оружие против Нетронутых, что оно может поразить самого короля. Он сказал, что о нем знал лишь орден. Но когда я спросила что это за оружие, то он сказал, что лишь Мунфаеры о нем знают. К сожалению, Кейтлин была последняя посвященная.       Эрагон поник духом, вся его надежда растаяла, как свет во тьме. Он взглянул на Фану, как бы она не старалась спрятать свою боль, это выходило у нее скверно. Он пару минут смотрел на нее, размышляя о словах Мейфрид, как вдруг его осенило. — Конечно! Она оставила письмо! В воспоминаниях Муртага я видел, как она говорила это, — воскликнул Эрагон. — Если это так, если она написала, как нам победить императора, то я помогу, чем смогу, — сказала Мейфрид. — Она оставила мне письмо? — с удивлением переспросила Фана. — Да, пойдем, я расскажу все по дороге, если ты, конечно, хочешь отправиться с нами в небольшое путешествие. — Конечно хочу! Я только захвачу с собой вещи.       Девушка выбежала из комнаты, а за ней вышел Джеймс. Эрагон даже невольно улыбнулся, наблюдая за этой парочкой. Мейфрид пока Фана собирается, предложила помощь в подготовке к путешествию. Эрагон не мог отказаться, но и сказать реальные объемы продовольствия для драконов не мог. Он попросил лишь еды для него и Фаны. Но что-то ему подсказывало, что Джеймс ее одну никак не отпустит. Поэтому он попросил не на двоих, а на троих.       Вскоре Фана вновь вбежала в комнату, теперь на ней было не милое платье, а мужская дорожная одежда. За спиной у нее была не большая сумка. Девушка просто не могла совладать со своими чувствами, ей не терпелось прочитать письмо от сестры. Конечно, это не вернет ее, но прочитать то, что когда-то писала Кэт, это получить частичку ее.       Эрагон, Фана, Сапфира и Торн попрощались с Мейфрид, а затем вышли из здания. Всадник помог девушке забраться в седло Сапфиры, хотя Торн настаивал на своей кандидатуре. Но Эрагон решил, что дракону нужно отдохнуть, тем более он был уверен, что вскоре к ним присоединится еще один помощник. Как он и ожидал к ним бежал Джеймс, переодетый в дорожную одежду и так же нес небольшую сумку на плече. — Я с вами, вы ведь не против? — спросил Джеймс.       Фана посмотрела на Эрагона с мольбой. Она всем сердцем желала, чтобы Эрагон согласился. Всадник это прекрасно понимал, он видел, какие на самом деле отношения между этими двумя. Пусть пока они и думают, что это всего лишь дружба. — Я могу понести его, — предложил Торн. — Ну раз так, то мне не из-за чего возражать, — согласился Эрагон и запрыгнул в седло.       Пушистые облака быстро проносились под ними, в мгновение ока оказываясь позади. Под облаками простиралось огромное зеленое поле, чередующиеся с прудами и реками. Поскольку ветер был попутным, то они добрались до Водного Предела буквально за три дня. И уже почти достигли Авалордэна. Фана с удовольствием рассматривала свою родину, о которой мало что знала. Но когда увидела город, то хотела отвернуться.       Авалордэн когда-то был поистине прекрасен. Но теперь это были лишь руины. Заросшие плющом остатки стен показывали очертания огромного города. Сотни улочек и кварталов, на которых когда-то было полно народа, теперь представляли собой лишь груду камней, заросших мхом. Но их интересовал не город, а замок, который располагался почти в центре города. От когда-то громадного замка, осталась лишь громадная куча камней, но все же некоторые части стен остались целыми. Но главное для них была уже наклонившаяся башня с прохудившейся крышей.       Сапфира не стала церемониться и подлетела прямо к замку, даже не глядя на что, она приземлилась. Торн фыркнул, но все же последовал за ней, пытаясь все сделать аккуратнее, но когда он приземлялся, то нечаянно задел хвостом одну из стен и та рухнула вниз, подняв столб пыли.       Эрагон оценил замок и решил, что будет лучше, если Фана и Джеймс останутся внизу вместе с драконами. Всадник медленно стал подниматься в башню, боясь сделать лишнее движение, чтобы та не развалилась. Когда он поднялся на верх, то увидел не большую комнату, которая больше была похожа на детскую, вот только эта комната так же, как и дворец, пострадали от пожара. Он догадался, что когда-то это была комната Кейтлин.       Всадник огляделся, думая куда же девушка могла спрятать письмо. Его внимание привлекла книга на столе, почти все вещи в этой комнате сгорели, но книга была целая. Он открыл ее и тут же увидел письмо. На котором красивыми буквами было выведено «Любимой Фане».       Эрагон не стал его открывать и читать прямо здесь. Он положил его себе за пазуху и спустился вниз, молясь, чтобы башня не рухнула раньше, чем он спуститься. Внизу его ждали обеспокоенные друзья. Фана буквально кинулась к нему, Эрагону ничего не оставалось делать, как отдать ей письмо.       Трясущимися руками Фана вскрыла конверт и стала громко читать:       «Дорогая, милая моя Фана! Если ты читаешь это письмо, то меня больше нет в живых. Я не буду просить, чтобы ты простила меня за то, что я оставила тебя совсем одну. Этому нет прощения. В своей жизни я сделала массу ошибок, а самое главное я врала тебе. Я врала тебе постоянно, пытаясь уберечь. Но здесь, на руинах замка, некогда служивших домом семьи Мунфаер, я поняла, что должна была тебе все рассказать с самого начала. Но я боялась… Я боялась, что ты возненавидишь меня, что ты больше никогда не захочешь меня видеть. Я так боялась этого, что даже не замечала насколько ты у меня добрая, мудрая, сильная и храбрая! Я тобой так горжусь!       Пришло время рассказать тебе правду. Ты уже знаешь часть правды, я Охотница, таковыми были и родители. Я часто просила тебя говорить незнакомцам, что наши родители были простыми селянами. И ты лгала всем, хотя ненавидела это делать. В этом виновата я, из-за меня вся твоя жизнь, вся твоя история — ложь.       Начну с того, как все началось. В тот момент мне было четырнадцать, и я только закончила обучение, стала полноправной Охотницей. Уже через день после моего посвящения меня позвали на совет, на котором присутствовала вся семья, старейшины и несколько самых преданных друзей семьи. Они посвятили меня в тайну, которая навсегда изменила мою жизнь. За несколько дней до совета к нам пришла молодая девушка и умоляла помочь ей. Эта девушка была беременна, и отец ребенка был не кто иной, как сам Дарион Сорал. Ночью была страшная буря, что не редкость в наших землях, у нее начались роды, а когда дитя появилось на свет, то все внезапно прекратилось. Она родила девочку, назвав Фандилионой, и этой девочкой являешься ты. После твоего рождения она попросила позаботиться о тебе и спрятать до нужного часа. Твоя мать исчезла так же внезапно, как и появилась.       За день до совета и моего возвращения разведчики сообщили, что вся армия Русдана Сорала идет на наш замок. Это означало лишь одно — верную смерть всем Мунфаерам. Из всей семьи именно мне доверили самую важную миссию — я должна была тебя спасти любой ценной. Наша старая подруга семьи, которая еще воевала бок о бок с моей бабушкой, отправилась со мной в это далекое и опасное путешествие, чтобы ухаживать за тобой пока ты маленькая. По дороге я придумала историю о наших родителях, а так же решила, что твое имя слишком длинное для простолюдинки и сократила до Фаны. Вот так мы и добрались до Туманного озера. Я должна была открыть тебе тайну лишь в день твоего шестнадцатилетия. Теперь я сожалею, что не поведала тебе обо всем с самого начала.       Я думаю, ты хочешь узнать почему именно ты должна править? Ответ прост, я рассказывала тебе эту историю много раз. Ниирия всегда была домом для всех магических существ и именно отсюда в другие земли пришли драконы. Но в наших землях вечно была война, никто не мог решить, кто должен править. Эти войны длились по сто лет с переменным успехом, и вот представители от каждой расы встретились и решили, что пора заключить мир. Но была проблема — нужен был правитель, который будет беспристрастно относиться ко всем народам. Конечно, драконы и эльфы предложили свою кандидатуру, но им было отказано. После долгих споров было решено выбрать людей, тех кто не имеет даже крупицы магического дара. Но драконы и эльфы были против, ибо эльфы не могли подчиняться чужаку, а драконы слишком любили свободу, поэтому многие из их народа покинули Ниирию.       Было трудно выбрать правителя из людей, но когда уже все отчаялись, то он появился. Простой мальчишка-сирота четырнадцати лет. Однажды он скитался у гор Нангос, он заметил дракона и хотел подойти ближе, но вдруг случился оползень. На дракона упал камень и сломал тому крыло. Мальчик помог ему выбраться из завала, а в награду за это дракон нарек его королем. Узнав о подвиге мальчика, все народы согласились с решением старого дракона. Через некоторое время была коронация, на которой все народы поклялись, что будут служить новому королю. И настолько была сильна эта присяга, что сама земля запомнила это. Вот только Охотники не присягали на верность самому королю, во время клятвы мои предки поклялись защищать всех существ, даже если придется убить короля и прервать его род, но тогда вся магия из Ниирии просто исчезнет, а этого допустить мы просто не можем. Поэтому править в Ниирии может только Сорал и это никак не изменить. Именно поэтому ты ключ ко всему. Ты та, которой суждено править.       Я знаю, что ты запуталась. Ведь я всегда говорила, что нас осталось лишь двое. Я не врала. У меня остался младший брат, Джеймс. Он наверно меня совсем не помнит, ведь он был совсем маленький, когда родители отдали его Братству на обучение, а я уехала с тобой. Он старше тебя всего на три года и надеюсь, что ты когда-нибудь его встретишь и передашь, что я сильно его люблю.       Я уверенна, что ты справишься. Ведь я видела насколько ты сильная. Я сама когда думала, что не смогу, посмотрев на тебя, я становилась сильнее. Помни, внутри тебя сокрыта великая сила. Слушай свое сердце и не поддавайся искушениям тьмы, будь стойкой. Прими себя, и тогда ты найдешь в себе новые силы, о которых даже и не подозревала.       Спасибо, тебе за то, что изменила мою жизнь. Пусть мы и не кровные сестры, даже не родственники, но ты навсегда останешься моей любимой младшей сестренкой.        Я люблю тебя больше жизни,        Навечно твоя Кэт.»       Фана вся тряслась от переизбытка чувств, слезы текли по щекам, не переставая. Она не могла ничего сказать, лишь пыталась успокоиться, но от этого больше всхлипывала. Джеймс подошел к ней, чтобы успокоить, но ее взгляд полный ярости остановил ее. — Это ты. Ты ее брат! — сквозь слезы кричала девушка. — Фана, прости меня, я хотел тебе рассказать, но не знал как, — Джеймс попытался обнять девушку, но та вырвалась из объятий. — Нет, не подходи ко мне! — закричала девушка.       Девушка бросила письмо и убежала в неизвестном направлении. Джеймс хотел было побежать за ней, но Эрагон преградил парню путь. Юноша с непониманием посмотрел на Всадника. — Ей надо побыть одной, — ответил Эрагон на немой вопрос юноши. — «Знаток нашелся!» — с сарказмом сказала Сапфира, но Эрагон пропустил ее слова мимо ушей. — Ты прав, — кивнул Джеймс и поднял письмо. — Но что нам делать? Кейтлин не написала, как нам победить Дариона. А мне не успели передать эту тайну.       Джеймс некоторое время вертел письмо в руках, затем-то перечитывая его снова и снова. Он уже отчаялся, но вдруг в его взгляде что-то изменилось. Юноша пальцем провел по бумаге, а затем начал ее немного тереть. — Конечно! Кейтлин часто отправляла мне такие письма. Скорее, мне нужен огонь.       Эрагон непонимающе посмотрел на него, но перечить не стал. Эрагон огляделся и заметил наполовину сгоревшую балку. Сапфира тут же поняла, что от нее требуется и лапой оторвала половину, бросив перед ними. А затем выдохнула не большое сине-голубое пламя.       Джеймс быстро достал из сумки головку лука и разрезал ее пополам кинжалом. Затем он начал тереть обратную сторону письма половинкой, выдавливая из нее сок. Эрагон с удивлением наблюдал за этими действиями, так же как и драконы. Джеймс отложил остатки лука в сторону и приблизил письмо к костру, но так чтобы оно не воспламенилось. Через пару секунд на обратной стороне стали появляться слова, а уже через минуту проявилось все послание.       Джеймс громко зачитал письмо:       «Мой дорогой брат! Я рада, что Фану есть кому защитить. Помоги ей, она нуждается в поддержке, как никогда. Моя миссия, ложиться теперь на твои плечи. Закончи дело нашей семьи. Но тебе потребуется помощь. Мать Фаны оставила у нас письмо, но адресовано оно было некому Эрагону. Ты должен найти его и помочь ему. Письмо ты найдешь в сердце нашего дома.       С вечной любовью, Кейтлин.»       Джеймс улыбнулся и провел пальцем по аккуратно выведенным буквам. Кейтлин все предусмотрела, что его радовало и настораживало одновременно. Эрагону же было интересно откуда мать Фаны знала его? — Сердце дома? Это тронный зал. Ты не помнишь, где он располагался? — поинтересовался Всадник. — Нет, его там нет. Для моей семьи главное было поддержание порядка и защита магических существ. А без долгих и изнурительных тренировок это было бы не возможно. Сердце нашего дома — это тренировочный зал.       Джеймс повел его через руины, вскоре они оказались у единственной части замка, которая еще не развалилась. Юноша тяжело вздохнул и вошел внутрь. Эрагон направился за ним, но драконам пришлось остаться снаружи. Внутри была кромешная тьма, даже огромная дыра в потолке не освещала зал хотя бы наполовину.       Эрагон магией зажег несколько магических шариков света и те осветили зал. Выглядел он еще хуже, чем детская. Но Джеймс направлялся именно к дальней стене. Она была очень высокая, и Эрагон мог бы сказать, что она была самая крепкая. На ней были выступающие камни, ведущие под самый потолок. Такое Всадник видел впервые. Юноша подошел к стене, пытаясь нашарить какой-то камень. Вдруг он вытащил довольно увесистый булыжник и протянул руку в отверстие. Оно было явно глубже, чем сам камень. Вскоре Джеймс что-то достал и поспешил к выходу. Эрагону ничего не оставалось кроме как последовать за юношей.       Как только они вышли, то Джеймс протянул Эрагону очень старое письмо. Всадник осмотрел его, только после этого вскрыл. Письмо было очень большим, написано очень красивым почерком. — Пункт 1, пункт 2… Это инструкция! — Эрагон стал читать ее про себя. — Нам потребуется время, много времени и помощь, огромная помощь.       Он еще раз взглянул на послание. Кто бы ни была эта женщина, она точно знала, что делать. И благодаря ей, Эрагон теперь тоже был в курсе.