Bound

Как только Гарри вернулся домой от мастера Аругбы, он тут же поспешил отправить Северусу сову. - Милая, очень тебя прошу, долети до Хогвартса как можно быстрее, - шептал парень, привязывая к лапке птицы письмо. Сова тихо ухнула, когда осторожные пальцы провели по перьям птицы, а потом Гарри открыл окно. Взмах крыльями, и минуту спустя посыльный растворился в вечернем небе, взяв направление в сторону школы. Несколько утомительно долгих часов подросток нарезал по комнате бесконечные круги, томясь в ожидании ответа. Наконец, не выдержав напряжения, он уселся на пол у горящего камина и принялся терпеливо ждать, наблюдая за пляской огня. И вот огонь сменил золотисто-алый цвет на зеленый, и в жерле появилось знакомое лицо директора. - Должно было произойти нечто действительно серьезное, чтобы вы оторвали меня от важных дел, - ворчливо произнес Северус. От неожиданности Гарри вздрогнул и чуть поддался вперед. Прошло не так много времени с тех пор, как директор разговаривал с ним именно таким тоном. Произошло это чуть более года назад, когда мальчик был пойман во время отбоя в коридоре, пытаясь незаметно проскользнуть на кухню, чтобы немного перекусить. - Я… э-э-э, простите, сэр, - голос не слушался. Северус посмотрел на него несколько бесконечно долгих минут и, вздохнув, взял себя в руки. - Прости, Гарри. У меня сегодня был безумно трудный день, - прошло еще несколько утомительных секунд. – Можете подробно объяснить, что у вас произошло? Гарри, не доверяя своему голосу, молча расстегнул рубашку, обнажил плечи и наклонился ближе к камину, показав мужчине воспалившийся ожог на ключице в форме звезды от креста Куинси, словно тавро. - А… - начал было Снейп, но замолчал, всматриваясь в несчастное лицо юноши. - Я оставил крест у мастера Аругбы, - молвил тот тихо. – Завтра я вам его верну. Северус внимательно посмотрел на Гарри, потом резко произнес: - Отойдите от камина. Я сейчас буду. Поднявшись с колен, Гарри отошел в сторону и глубоко вздохнул, наблюдая, как директор заходит в комнату, воспользовавшись каминной сетью. - Вы правы, не стоило вас беспокоить, - быстро выпалил он в то время, пока Северус стряхивал пепел со своей мантии. – Мастер Аругба наложил мне мазь, чтобы облегчить боль. Я просто подумал, что вы должны знать об этом, - и чуть слышно: – Простите. - Вы правильно поступили, - грубо прервал его Северус. – А теперь подойдите ко мне. Гарри нехотя повиновался. А потом резко вдохнул сквозь зубы, когда Северус провел пальцем по ожогу. - Больно? Гарри покачал головой, не в силах ответить. - Что могло спровоцировать артефакт на такие действия? – тихо спросил Северус, и его спокойный тон, словно ледяная вода, окатил Гарри с головы до ног. - Я не знаю, - пожал плечами парень, переминаясь с ноги на ногу. - Я просто вырезал цветок из горного хрусталя. Вы думаете, что виной всему магия камня? – голос Гарри дрогнул от страха. Ему не хотелось прерывать обучение у мастера Аругбы. Северус нахмурился и, чуть сузив глаза, произнес: - Опишите мне всё до последней детали, что вы чувствовали. И постарайтесь ничего не упустить. Гарри поёжился под пронзительным взглядом директора, пытаясь вспомнить тот момент, когда крест раскалился. - Когда я занимаюсь резьбой по камню, - начал он объяснять, - то чувствую, что внутри меня что-то натягивается, как нить. Такие ощущения бывают, когда вытягиваешь из разума воспоминания для Омута Памяти, только у меня так тянется магия из моего тела. Не знаю, как объяснить. - Понятно, - произнес Северус, когда юноша остановился. - Я… Мне кажется, что перед тем, как крест раскалился, натяжение магии остановилось или притормозило, - Гарри потер лицо ладонями. – Будто ее что-то заблокировало. Может, это моя магия так реагирует на вампиризм? Северус покачал головой. - Нет. Наиболее вероятно то, что ваша магия сейчас весьма неустойчива, поскольку ваше тело претерпевает изменения, требующие определенной энергии. Я вас предупреждал, что крест сможет защищать вас лишь до той поры, пока не начнется процесс? Считайте это первым сигналом. - О, значит, я смогу отрастить себе длинные клыки? – пытался пошутить Гарри, чувствуя при этом усталость и страх одновременно. - У вас может развиться повышенная чувствительность к солнечному свету, - ответил Северус, беря с каминной полки летучий порох. – Пойдемте в мой кабинет, у меня для вас есть кое-что. Спустя пару минут они оказались в Хогвартсе. Гарри перешагнул каминную решетку и очутился в святая святых школы – в директорском кабинете. Здесь всё было по-прежнему: большой письменный стол темного дерева, аккуратные стопки бумаг и документов на матовой столешнице, чернильница и набор перьев. Стул с высокой спинкой был вплотную придвинут к столу. Стены украшали портреты бывших директоров школы. Они разглядывали его с любопытством, и парень вынужден был сдерживать себя, чтобы ежеминутно не дергаться под их пристальными взглядами. Гарри вдруг вспомнил, что последний раз был здесь, когда Снейп сообщил ему об отчислении из Хогвартса. Директор следом за ним прошел в кабинет и, не задерживаясь, направился прямиком к двери, расположенной в дальней стене комнаты, которая вела в его личные апартаменты. Гарри до покалывания на кончиках пальцев захотелось хоть одним глазком взглянуть в спальню этого человека. Он видел, как Северус из огромного количества всевозможных емкостей, стоящих в массивном шкафу, выбрал небольшую баночку со стеклянной крышкой и вернулся обратно в кабинет, чтобы отдать ее молодому человеку. - Возможно, некоторое время вам придется носить одежду исключительно с длинными рукавами. В тот момент, когда вы почувствуете, что солнце причиняет вам боль, воспользуйтесь этим кремом, нанося его на лицо и руки, - с этими словами мужчина сунул баночку в руку Гарри. Юноша открыл банку и понюхал содержимое. Резкий запах ударил в нос, от чего Гарри громко чихнул, а из глаз брызнули слезы. Он шмыгнул носом и повернул голову в сторону Снейпа. - Вы сделали это специально для меня? Северус ничего не ответил, но его лицо говорило само за себя. - Спасибо, - прошелестело с губ парня, и он опустил голову вниз, поскольку внезапно понял, что не может смотреть в глаза этому человеку. – Вы так много делаете для меня. - Пустое, - Северус шагнул к Гарри и почти уже поднял руку, чтобы дотронуться до лица юноши, но тут же одернул себя. – Вы будете продолжать делать всё, что запланировано: тренировки с мистером Старком и уроки Окклюменции, но теперь вам необходимо будет записывать всё необычное, что происходит с вами, чтобы мы были готовы к любым неожиданностям. Мальчик с силой сжал кулаки. - Как нам остановить это? – голос Гарри звенел от отчаяния. Он поднял голову и удивился, насколько близко к нему находился Северус. Предательский румянец вспыхнул на бледных щеках, и парень быстро сделал шаг назад. Потом, сожалея о поспешных действиях, посмотрел прямо в проницательные глаза мужчины. Северус покачал головой, сдерживая свои эмоции. Он не сделает ничего такого, что могло бы еще больше навредить этому совсем еще мальчику. - Я изучил достаточное количество древних текстов, чтобы найти хотя бы намек на ваше излечение, но всё тщетно. Единственным верным способом остановить это безумие может быть только уничтожение Квиррелла. Гарри обхватил ледяными руками свои подрагивающие плечи. - Не думаю, что я способен на убийство. Даже если это будет он. Северус резко развернулся. - Вы всё еще любите этого мерзавца? – мужчина не смог скрыть нотки обвинения в своем голосе. - Нет, - Гарри произнес это так, словно оправдывался. – Это не так. Но ведь существует огромная разница между нелюбовью к кому-то и желанием хладнокровно убить его. Северус сложил руки на груди. - Таким образом, у вас нет достаточных оснований, чтобы ненавидеть его? Гарри покачал головой, сжимая стеклянную банку в руках. - Я не знаю. Северус вздохнул. - Вы сможете узнать это, когда станете таким же чудовищем, как он. Но, боюсь, к тому времени будет слишком поздно. - Слишком поздно для чего? - Слишком поздно, чтобы уничтожить его. Вампир никогда не сможет убить своего хозяина. Иначе он просто потеряет рассудок. Плечи Гарри поникли. - Если это когда-нибудь случится, - голос парня сорвался. – Если это вдруг произойдет, пожалуйста, убейте меня. - Нет! – выкрикнул Северус, схватив юношу за руки и неосознанно прижимая их к своей груди. – Нет, - уже тише повторил он. – Никогда. Гарри посмотрел в его черные, полные непонятной печали глаза и на мгновение почувствовал надежду.

***

Не смотря на частичное изменение гардероба и использование магического солнцезащитного крема, жизнь Гарри вернулась в привычное русло. Близнецы досконально изучили состав крема, который дал юноше директор школы, и клятвенно пообещали, что изготовят совершенно такой же и в любом количестве, как только он понадобится их другу. Аругба вернул крест Куинси на следующий день, предварительно положив его в маленький кожаный мешочек. Теперь для Гарри Куинси был не опасен, хотя жар, исходивший от мешка, ощутимо покалывал руки. Парень всё еще был в состоянии наслаждаться резьбой по камню, хотя теперь поток магии, струящийся через его тело, был намного меньше, чем несколько дней назад, и его блокировка происходила намного быстрее и чаще. И в присутствии Мастера Старка Гарри вел себя как обычно, словно ничего не случилось. Он ни словом не обмолвился с тренером о кресте Куинси, полагая, что Северус сам расскажет всё постороннему человеку, если сочтет это нужным. Они продолжали многочасовые тренировки, отрабатывая бесконечные удары друг на друге. Мистер Старк по-прежнему воспринимал юношу как личность, у которой уровень интеллекта наблюдался не больше, чем у амебы. Это утешало Гарри. Ну, почти. Через неделю после происшествия Гарри с улыбкой на лице читал письмо, принесенное совой из Хогвартса. ,« Гарри, ты не представляешь, что со мной приключилось! Я стал учеником Сириуса Блэка! Моего папу так распирает от гордости, что его, того и гляди, разорвет на части. Прикинь, они когда-то вместе учились в Академии Авроров, и поэтому папа рассказал мне всё-всё о мистере Блэке. Уже в первые годы работы он был награжден медалями и был самым молодым аврором, достигшем наивысшего профессионального уровня! Все в Аврорате так до сих пор и не поняли, почему он неожиданно решил уйти в отставку. Он приезжал к нам на прошлые выходные, а позавчера сказал, что берет меня к себе учеником. Разве это не здорово?! Знаешь, Гарри, когда он специально приехал ко мне в Хогвартс, я чертовски испугался, потому что много слышал о древнем и благородном семействе Блэков. Вот, например, мама Малфоя – одна из них. А еще: он герой. И я даже представить себе не мог, о чем буду с ним говорить, когда увижу его. И тогда я написал всё на бумажке. Ведь так намного проще, чем стоять и заикаться, глядя ему в лицо. Мы встретились с ним в кабинете директора школы. Я слышал когда-то, что он и Снейп люто ненавидят друг друга. Но, прикинь, они были предельно вежливы друг с другом. Во всяком случае, он, вне всякого сомнения, жутковатая личность, но он сказал мне, что научит меня всему самому необходимому, что должен знать каждый аврор: поединкам и магической дуэли, основам слежки, и даже борьбе на мечах! Он один из самых лучших Мастеров Меча во всей Англии. Говорят, что это большая честь стать его учеником. Во всяком случае, мне просто хотелось поделиться с тобой своей радостью. А еще мой папа сказал, что мистер Блэк был лучшим другом твоего отца. И если ты захочешь, то я с удовольствием представлю вас друг другу. Только скажи!..» Гарри мял пергамент в руках до тех пор, пока тот не превратился в маленький шарик. Ему было абсолютно наплевать, был Сириус Блэк героем или нет. Этот человек ни разу не поинтересовался, как идут дела у крестника даже после того, как в прессу просочилась информация о нем и Квиррелле. Гарри снова и снова мысленно перечитывал письмо друга, устало потирая ладонью лоб. Было в письме Невилла нечто такое, что не давало ему покоя…