Свет девяти миров

После нашего с Джейн разговора, да и вообще после такого дня, насыщенного событиями, дня, который вымотал меня и физически и морально, мне необходим был отдых. Бойня возле тайной тропы, глаза асгардцев, йотунов и читаури, из которых уходит жизнь. Но если последних мне ничуть не жаль, то за остальных болела душа. Да, болела. Значит, не все еще умерло внутри меня. А я ведь думала, что стала куском льда, но, как оказалось, угольки еще тлеют в моем камине, что было крайне удивительно. Что заставляет их бороться? Они уже почти проиграли, но они стараются изо всех сил, чтобы не потухнуть. Смертельно хотелось спать, поэтому я так и поступила: легла на свою кровать и тут же забылась беспокойным сном. Но отдохнуть мне было не суждено. Распахнув глаза, я не смогла ничего разглядеть, потому что кроме темноты вокруг ничего не было, словно я и не открывала глаза. Это мне очень напомнило мой сон, в который приходил Лафей. Так оно и оказалось, потому что спустя какое-то мгновение я услышала его голос. Точнее голос Локи, что меня сначала покоробило, но это был определенно Лафей. Что он опять задумал? -Ты опять меня не послушала. Снова сделала все по-своему. – он злился, и голос его дрожал от гнева. Не знаю почему, но мне стало страшно. Этот голос проникал вглубь меня, заставляя испытывать первобытный ужас. Что же это такое? Хотелось убежать, скрыться, спрятаться, забиться в угол и переждать бурю. Но здесь не было ничего кроме этой чертовой темноты. Где же ты? Куда подевался мой друг, который говорил мне всю правду без прикрас, который защищал и давал порой ценные советы, без которых я бы не выжила? Что с ним стало? Что стало со мной? Раньше я без лишних сомнений бы сказала, что доверяю ему на все сто процентов, но сейчас даже и пятидесяти не наберется. А вдали от Йотунхейма я поняла, что мне не нужен ледяной трон, что йотуны, как бы мне не было их жаль, сами могут справиться, сами могут постоять за себя. -Потому что все это неправильно, - начала говорить я, озираясь по сторонам, ища Лафея. – Потому что это все глупо. Не этого я хочу. Этого хочешь ты, а не я. Мне не нужен Йотунхейм, мне не нужен ларец, и мне не нужна… смерть Локи. Ну, на счет последнего я не могла быть уверена, но могла сказать точно, что я не могу его убить. Хватит себя обманывать. Хватит. Лафей был моими очками, которые мне были не нужны, потому что я и так хорошо видела и без него, а с ним стала видеть хуже, перед глазами все стало размываться, мир превратился в одно сплошное мутное пятно, и я порой путала очевидные вещи. Справедливость и месть. Праведный гнев и ненависть. Жизнь и смерть. И настала пора снять эти очки и попытаться вновь научиться видеть самостоятельно. Голос Лафея вновь зазвучал, отдаваясь болью в моей голове, сдавливая мои виски. Он в моей голове. В моем теле. Чужой. Я готова была причинить себе жуткие страдания, но вытащить его из себя. Мои руки без моего ведома схватились за голову, царапая ногтями кожу, оставляя небольшие борозды. -Не нужно? – прозвучало у меня в голове. – Да что бы ты делала без меня? Валялась в лужи собственной крови. Смерть столько раз обходила тебя стороной, и мне казалось, что это даст тебе понять, как нужно поступить. Поступить так, как я тебе говорю. -Да? Но ведь именно тогда, когда я слушалась тебя, все выходило из под контроля. Столько смертей, жертв, которых можно было избежать, не послушай я тебя… Внезапно чья-то невидимая рука сжалась на моем горле, стало трудно дышать, а затем появился обладатель этой руки. Это был Локи. Точнее Лафей в образе Локи. Его глаза горели углями, а кожа была такой же синей, как и у меня. Казалось, что этот взгляд только и может, что источать злобу и презрение ко всему, а в данный момент ко мне. Он терзал меня не физически, как могло показаться, а душевно. Ведь я сплю, и мое тело вне досягаемости, но мою душу он был в состоянии тронуть. Искалечить. Он мог заставить меня испытывать животный страх, от чего я снова и снова удивлялась, как я могла довериться такому чудовищу, как он. Столько времени я винила Локи во всех прегрешениях, но монстром был тот, кто сидел внутри и шептал ему все эти годы. И я, так же как и бог, поддалась на увещевания сладкого манящего голоса, согласилась вершить все эти ужасные дела. Он разжигал то, что я давно похоронила в себе. И сейчас, когда его пальцы сжались на моем горле, все стало ясно как день. Но поделать я с этим ничего не могла. По крайней мере, здесь. Потому что это был уже его мир. И плевать, что это мое тело и моя душа. Он стал здесь полноправным хозяином, и теперь приходилось с этим считаться. -Я столько терпел от тебя, от этого заносчивого юнца… И я говорю, что пора заканчивать. Я старался помогать, я правда старался… - говорил Лафей, но я не верила его словам. Он старался только для себя, а мы с Локи стали инструментами для выполнения его планов, но каждый из нас все равно преследовал свои личные цели, которые так или иначе брали вверх и мешали Лафею. – Мне нужен ларец! -Так… иди и за… забери, - с трудом проговорила я и усмехнулась. У меня еще были силы, чтобы это сделать. Удар. Падение. Лафей свободной рукой ударил меня по лицу и отбросил в темноту. Я с трудом ориентировалась в пространстве, перед глазами плыло и, казалось, что ко мне подходит не один Лафей, а целых три, и кто из них настоящий, я не ручалась утверждать наверняка. Но это было уже не так важно, потому что я начала словно ускользать куда-то из этой тьмы. И Лафей, кажется, заметил это, поэтому он взял меня за волосы, причиняя мне сильную боль, от которой сводило все тело, и прошептал мне в ухо, как когда-то шептал Локи: -И не думай, что ты сможешь убежать, что ты сможешь избежать страданий теперь, когда решила отречься от меня. О, нет. Все станет только страшнее и ужаснее. Ты будешь испытывать ужас, испытывать неистовую боль, которая будет мешать тебе даже думать. Ты будешь возвращаться сюда вновь и вновь… Вновь и вновь… Последнее, что я увидела, так это его лицо, искаженное гневом и ненавистью, глаза, которые говорили мне, что эти слова – не пустые угрозы. Мне стоило опасаться. И я опасалась, но не так сильно, как было необходимо. Я проснулась в холодном поту, что было невероятно странно, так как из-за температуры моего тела выделение пота было невозможно. Но, видимо, мое тело решило отвергнуть все законы физики, которые существовали в этом мире. Меня до сих пор била дрожь от кошмара, который мне только что привиделся. И не только это. Моя рука дотронулась до лица, и я чуть не вскрикнула от внезапной боли. Место, куда ударил Лафей, саднило и горело огнем, давя изнутри. Я стала аккуратно открывать рот, попыталась улыбнуться, усмехнуться, но все эти действия только причиняли мне боль. Что же это такое? Разве это возможно? И снова это странное чувство страха, которое заставляло хотеть забиться в угол и спрятаться ото всех. Осторожно приподнявшись с кровати, я огляделась вокруг, наконец, рассматривая свои покои. Это было всего лишь одна комната, но зато какая. Она была невероятных размеров, наверно, вся моя квартирка в Лондоне могла уместиться сюда. Большая кровать с золотистыми резными изголовьями, прикроватные тумбочки из редкого красного дерева. Ну, мне так казалось, я была небольшим экспертом в этом, но мне доводилось раньше видеть подобные изделия на аукционах. Высокие расписные потолки, которые заставляли тебя чувствовать себя совсем маленькой и незначительной, широкие окна, которые начинались чуть ли не от мраморного пола, который приятно холодил босые ноги. Я подошла к одному из этих окон и открыла его, впуская в комнату легкий весенний ветерок, который освежал, будил меня и прогонял ночные сновидения, которые, я надеялась, больше не увижу. Из окна открывался поистине великолепный вид: солнце только начало подниматься из-за горизонта, начиная освещать весь город вплоть до самых темных улочек, можно было видеть часть дворца, которая тоже отливала позолотой и сверкала на солнце. Еще можно было слышать лязг стали и доспехов. Мой взгляд опустился чуть ниже, и я смогла увидеть тренировочную площадку, на которой уже кто-то занимался. Там я мельком заметила Бёльторна, который держал в своих руках копье. Бёльторн. Не знаю. Сейчас я не очень злилась на него из-за вчерашнего. Все это пустое. Было у меня ощущение, что это трикстер его сподобил на это. Спровоцировал. Вполне в его духе, поэтому я решила, что нужно будет поговорить об этом с моим холодным другом. Нельзя в такое время обижаться из-за таких мелочей, ведь Бёльторн до сих пор оставался единственным, кто мне был по настоящему близок, кому я могла довериться. Я захотела посмотреть в другую сторону, но почувствовала жжение в районе шеи, а, прикоснувшись, поняла, что там ничего не было. Но я ведь чувствовала боль, словно расцарапанное во сне горло давало о себе знать без видимых признаков. Это пугало и настораживало, но не настолько, чтобы думать об этом постоянно. Подойдя к зеркалу, я пригляделась к своему отражению, ища последствия сегодняшнего сна. Но на лице не было синяка от удара Лафея, на шее не было никаких царапин. Это страдает моя душа. А я страдаю физически. Вдруг в дверь постучались, а я разрешила войти. Это была служанка, которая вчера приносила мне платье. Это значило только одно: она была служанкой Локи. Я ее почему-то сразу запомнила, хотя с виду она не отличалась от остальной прислуги дворца. Может, чуть более ухоженная и менее уставшая, но не больше. Казалось, она работает меньше остальных: ее светлые длинные волосы аккуратно уложены, серые глаза сияют, на губах играет приветливая улыбка. Она входит в покои без тени страха и сомнения, словно я одна из жителей Асгарда, словно я выгляжу как все. И она всем видом говорила мне, что она видала и пострашнее. Куда уж страшнее? -Принц интересуется не нужна ли вам помощь? – служанка в приветствии склонила голову и робко подняла свой взгляд. Почему-то мне захотелось сразу ее прогнать, но я отогнала это желание. Это все из-за того, что это Локи прислал ее. Не нужны мне его подачки, и пока он не извинится, хотя бы извинится, я ему и слова не скажу. -Чья? Его или ваша? – я фыркнула, а затем усмехнулась своей нелепой шутке, что причинило мне небольшую боль. Это не так уж и плохо. Пора было начинать раскачиваться и возвращаться из состояния оловянного солдатика в состояние нормального человека. Девушка покраснела, не зная, что на это ответить. – Передайте ему, что мне от него ничего не нужно. -Да, королева, - служанка кивнула, но все же прошла в глубь комнаты и направилась к кровати, чтобы ее заправить. Я про себя подумала, что ничего страшного в этом нет. Я же все-таки королева. И пусть в моем королевстве нечего заправлять, здесь я могу почувствовать себя особой царских кровей. Почему нет? Самое время. Пока девушка старательно выполняла свои обязанности, я поняла, что необходимо переодеться, ведь я так и не сняла изумрудное платье, подаренное Локи. Хотелось быстро его снять, избавиться от него как можно скорее, будто это не просто платье. Я моментально стянула перчатки, которые тут же оказались на полу, а затем я поняла, что у меня возникнут трудности с платьем, потому что вчера его помогала мне одевать служанка. И мне пришлось обратиться к ее помощи. Раз уж она здесь, пусть поможет. -Вы не могли бы мне помочь? – спросила я, и девушка сразу откликнулась на мою просьбу. И, кажется, она немного даже обрадовалась этому, словно изголодалась по свое работе. Служанка ослепительно улыбнулась мне, но прежде, чем подпустить ее к себе, я предостерегла ее. – Вам нельзя… Она меня перебила, достав из-за спины перчатки: -Господин предупредил меня. Сказал, чтобы я ни в коем случае не прикасалась к вам. – девушка аккуратно натянула перчатки на свои тонкие пальцы и приблизилась ко мне. Какой Локи у нас предусмотрительный: и служанку прислал, и перчатки ей выдал. Прямо не знаю, что и думать. Хотя нет. Знаю. Снова очередная подстава, наверняка. Очередная шутка, смыл которой до меня еще не дошел. Ну, ладно. Посмотрим. Я тоже умею шутить. Только вряд ли ему будет смешно, а вот я посмеюсь от души. -Помогите мне расстегнуть платье. Я повернулась к ней спиной, а ее руки потянулись к молнии, и при этом она обратилась ко мне с просьбой. -Не стоит обращаться ко мне, как к особе царских кровей, королева. Я простая служанка. -Как к особе царских кровей… Я даже к твоему принцу, так не обращаюсь… - я задумалась. Я ведь никогда не обращалась к Локи, как подобает обращаться к богу, если вообще существовал какой-либо этикет, правила на этот случай. Помню, как позволяла себе учить его, не страшась участи, какой он мне пообещал. Все равно “ты”. Обиженный божок. Просто Локи. Хотя я думаю, ему бы польстило обращение “господин” или “мой бог”. Ха. Не дождется. Еще чего. В следующей жизни, когда я стану песком у него под ногами. Хотя нет. Даже тогда нет. Слишком много чести. – Хорошо. Только, если ты не будешь меня звать королевой. Мне не нравилось это обращение. Каждый раз оно заставляло меня вздрагивать и морщиться, словно у меня прихватило живот. А сейчас я понимала, что не хочу быть правителем Йотунхейма, быть королевой пустоты. Девушка покраснела, но все же кивнула. Кажется, я начинала ей нравиться. Все от того, что я была другой. Я отличалась от асгардцев. Хотя, может, Джейн тоже ведет себя так же как и я. Но эта девушка попала ко мне по милости Локи, поэтому прониклась ко мне какой-то странной симпатией. -Хорошо, коро… - она уже хотела произнести это пресловутое “королева”, но осеклась. – Хорошо. Тем временем она уже успела расстегнуть мое платье, и я тут же сняла его и отшвырнула ногой подальше от себя. Он уже одел тебя в свои цвета. Пусть только еще раз посмеет. Я не спорю, что зеленый мой любимый цвет, но он резко упал в моих глазах из-за Локи. Он напомнила мне о нем. Это не цвет листьев на деревьях, не цвет травы. Это был цвет мутного изумруда. Как мои глаза, только темнее. Служанка проследила за моим взглядом и вздохнула. Что это было? -Что? – немного раздраженно поинтересовалась я у нее. Мне показалось, что я услышала в этом вздохе упрек. Она нервно сглотнула, словно боясь навлечь на себя мой гнев. -Принц долго выбирал его. -Пусть так, - я не стала этого отрицать, но мне все равно слабо в это верилось. – Но чувства юмора у него нет, чего бы он там ни думал. Девушка хмыкнула, не отрицая этого, но и не подтверждая. Она не хотела клеветать на него, но и не хотела, так скажем, сдавать. Ведь обычно прислуга знает все о своих нанимателях, потому что “копаются в их грязном белье”. Я думаю, что и эта служанка может знать о нем что-нибудь. И если мне хотелось знать это что-нибудь, нужно было завоевать ее доверие, а для начала хотя бы поинтересоваться, как ее зовут: -Как твое имя? -Вивьен. – отозвалась девушка. -А мое… -Я знаю ва… твое имя. Кто не знает Астрид? - Вивьен засмеялась. – Как только твоя нога ступила вчера во дворец, все только о тебе и стали говорить, и эти разговоры не утихают до сих пор. Мне кажется, я их до сих пор слышу. Вивьен застыла, словно прислушиваясь, и засмеялась. Значит, обо мне шепчутся во всем дворце. Интересно… -И что именно обо мне говорят? – с любопытством спросила я у девушки, которая подошла к шкафу, который стоял неподалеку. Она то ли специально скрыла свое лицо за его дверцей, то ли так вышло случайно, но она стала говорить немного сбивчиво, аккуратно подбирая слова. -Это все досужие домыслы… не стоит воспринимать их всерьез… никто ведь не знает правды… -И все же, - настояла я на своем. Какие же глупости говорит дворцовая прислуга, что она стесняется мне об этом поведать? -Ну… кто-то говорит, что вы… ты… съела сердце йотуна, чтобы стать королевой… - пока она говорила, я постаралась сохранить спокойное лицо, но мне было трудно удержаться от того, чтобы не прыснуть или не фыркнуть на такие смелые предположения. – Кто-то сказал, что ты рождена ужасным чудовищем, живущем в Йотунхейме, а кто-то предполагает, что ты пришла из неведомых нам миров… -Достаточно, Вивьен… - я все-таки не удержалась и засмеялась во весь голос. Лицо тут же начало болеть, но это не могло меня остановить. Съела сердце йотуна? Рождена чудищем? О, боги, как же они любят посплетничать, раз такое болтают. Ужас какой. – А как думаешь ты? Девушка замерла на секунду, а затем вышла из-за дверцы шкафа с доспехами. Положив их на стул, она внимательно взглянула на меня так, будто знала обо мне все. От этого стало немного не по себе, и я нервно сглотнула, пытаясь не выдать своего волнения. Хотя, что она может обо мне знать? -Я думаю, что ты… обычная девушка… или была когда-то ей… как Джейн… Она смотрела на меня своими серыми глазами, и я видела в них жалость. Это заставило меня отвернуться от нее. Она жалела меня, и это было ужасно. Не хватало, чтобы меня кто-нибудь жалел, словно я несчастная какая-нибудь. Но была у меня одна догадка… -Ты все знаешь… Он тебе сказал… Локи… - мой голос дрогнул, предавая меня и мою уверенность в себе. Мог ли он? -Нет. Я просто так думаю… и умею наблюдать… Я вижу тебя, его… - Вивьен говорила с трудом и решила перевести тему нашего разговора в другое русло, и правильно сделала. Я никто. Я ничто. Я - это пустота. И не стоит размышлять над этим. – Старший принц просил передать эти доспехи и пригласил тебя на тренировку. -Да, конечно, - рассеяно согласилась я и подчинилась манипуляциям служанки, которая принялась одевать на меня это затейливое одеяние, состоящее из металлических пластин и кожаных вставок, и ремешков. Вместо юбки темные штаны, перчатки из тонкой ткани и высокий ворот. И так всегда. Только так и никак иначе. Никаких юбок выше лодыжки, декольте и всего того, что может обнажить меня хотя бы на дюйм. Я перестаю чувствовать себя женщиной и ловлю себя на мысли, что это меня расстраивает и печалит. Хочу прикосновений рук к своему лицу, к рукам, к телу… Наверно, именно поэтому я каждый раз вздрагиваю, когда Бёльторн хватает меня за запястье или подходит слишком близко. Даже когда я чувствую тепло чьих-то рук через тонкую ткань… Локи… Из грез меня вырвал голос Вивьен, которая сказала, что все готово. Я резко распахнула глаза, а странные, но желанные мысли улетучились, обещая вернуться ко мне, чтобы снова начать меня терзать, чтобы напомнить о пустоте и безысходности, которая меня ждет в реальности. Я испустила протяжный вздох. Да, Асгард на меня, определенно, действует странно. Взглянув в зеркало, я увидела вполне нормальную женщину… Девушку? Я не знала, как себя называть. Вроде еще молодая. Девушка, наверно. Единственное, что меня выдавало, так это синее лицо. Остальные части тела были закрыты. Сколько бы я не пыталась казаться как все, так, к сожалению, не будет. Все будут смотреть на меня, как на диковинную зверушку, которую стоит опасаться из-за того, что у нее нет поводка. -Вот, - служанка протянула мне ленту для волос. Наверно, чтобы они мне не мешались во время тренировки. Но я покачала головой из стороны в стороны, давая понять, что она мне ни к чему. И так сойдет. – Тебя, наверно, уже все ждут в трапезной. Я кивнула и проследовала за Вивьен, чтобы не заблудиться. Мало ли куда меня может завести этот таинственный лабиринт коридоров и комнат. Стоит лишь повернуть не туда, и ты уже непонятно где. Не хотелось бы мне заблудиться здесь. Каждый мой шаг гулко отдавался от стен, несмотря на то, что я старалась идти как можно тише, но мраморный пол не позволял мне быть незаметной. Наш путь лежал через тронный зал, в котором уже не было тех длинных столов, не было музыки, которая заставляла всех пуститься в пляс. Ничего уже не напоминало о вчерашнем торжестве. Ничего… Кроме собственных воспоминаний. Мои неосторожные слова… Мои… В этом, наверно, все и дело. Это были мои слова, не навязанные Лафеем. Мне было так трудно говорить их, потому что он мне мешал, не хотел, чтобы я выглядывала из под пелены лжи и обмана, которую он сплел вокруг меня. Это была моя собственная воля, мои мысли, моя душа, которая все-таки решила выйти на борьбу со злым духом. И, может, душа моя не так сильна, но она не сдается. По крайне мере теперь я вижу все в истинном свете. Почти все… По-прежнему были вопросы, которые оставались без ответа, были еще неразгаданные тайны, но в этом был виноват не Лафей. Я сама была тому виной… Голубые глаза, руки, которые прижимают меня к себе, я чувствую его тепло, сладкий и терпкий аромат… Все это заставляет меня волноваться и трястись, как осиновый лист. Так близко… И все портит его усмешка и бравада, взгляд, который говорит мне, что я просто вещь… Образы вчерашнего дня тут же испаряются, когда я выхожу из тронного зала и следую дальше за девушкой. Да сколько же можно еще идти? Но, как оказалось, мы уже пришли. Выйдя из тронного зала, мы свернули налево и вошли в ближайшую дверь. Зала оказалась соразмерна с моими покоями, только здесь был один лишь длинный обеденный стол, который бы накрыт белоснежной скатертью, что было весьма опрометчиво по моему мнению. На столе стояли различные блюда, которые были полны еды, от которой у меня сводило желудок, словно мне хотелось есть. Может быть, и хотелось. Это ведь Асгард. Нужно было переставать чему-либо удивляться в этой волшебной стране, которая растопит даже самое ледяное сердце и душу. Стульев было много, и я сделала вывод, что кроме самого Всеотца и двух его сыновей должны сидеть еще кто-то. Пока во главе стола восседал Один, а вдоль сидели друзья Тора. Не хватало Джейн и двух принцев. Я кивнула всем в знак приветствия, удостоившись такого же скупого кивка от присутствующих. Сев за свободный стул по левую руку от Одина, так как сидеть с друзьями Тора рядом мне не хотелось, я получила вялое возражение от рыжебородого викинга: -Это место Локи. Четверо воинов уставились на меня в ожидании того, что же я сделаю. Я лишь повела бровями и пожала плечами, давая понять, что это не имеет значение: -Ничего страшного, пересядет на другое место, благо его здесь полно. Друзья Тора усмехнулись и согласно кивнули. Они сами не жаловали младшего принца, поэтому не очень настаивали. И, кажется, ответ их вполне удовлетворил, хотя меня они тоже пока не очень любили. Я перестала обращать на них внимание, хотя и оглядела каждого напоследок. Мужчина с рыжей густой шевелюрой с аппетитом поедал уже очередную ножку какой-то птицы, которая обитала в округе. Мясной сок стекал по его густой бороде и по его немного толстоватым пальцам. Было видно, что еда – это его все. Пойти в бой, не поев, это не про него. Черноволосый и молчаливый немного напоминал жителя Азии, ел мало, но аккуратно. Интересно, он вообще говорит? Но создалось впечатление, что если и говорит, то очень метко, в том смысле, что бьет в самую цель и улавливает суть. Мужчина со светлыми волосами, как у Тора, был весел и беззаботен. У него были густые усы под цвет волос и небольшая бородка, но не это бросалось в глаза. Он был красив. Мне так показалось. Наверно, многие девушки и женщины Асгарда попадались в плен этих светло-голубых глаз и голоса. Да, так и было. Он одаривал служанок, прислуживающих нам, весьма дерзкими и обольстительными взглядами, а те в ответ глупо хихикали или смущенно улыбались. За ним глаз да глаз нужен, это точно. Последняя в списке, но не по значению, была женщина-воин. Свои волосы она собрала в высокий хвост, чтобы не мешались ей во время битвы. Она единственная во всем дворце носила доспехи. Ее никак нельзя было назвать наивной и инфантильной девушкой, которая попадется на увещевания светловолосого, хотя я не сомневаюсь, что он не раз пытался к ней подойти. Она меня заинтересовала, а я ее. Девушка смотрела на меня с нескрываемым любопытством. Интересно, она тоже думает, что я съела чье-то сердце? Или Тор им все рассказал? Но заводить разговор первой я не хотела, поэтому приглушила свое желание разузнать ответ на интересующий меня вопрос. И, видимо, мое везение было на моей стороне, потому что светловолосый, который судя по всему был душой компании, решил нарушить напряженное молчание, которое возникло, когда я подсела к столу. Он решил представить их четверку, чтобы завязать хоть какой-нибудь разговор. Он ослепительно мне улыбнулся и заговорил, показывая поочередно на каждого из компании: -Этот мужлан, который постоянно только и делает, что ест, Вольштагг. Слева от меня можно увидеть серьезного и всегда задумчивого Огуна. Затем, конечно же, леди Сиф, наш бесстрашный воин в обличии прекрасной женщины. И я, ваш покорный слуга, Фандрал… -Скромный и стеснительный похититель женских сердец? – вырвалось у меня нечаянно. Как он разглагольствует, как говорит, как смотрит. Смех Вольштагга разразился с такой силой, что обеденный стол затрясся, чем викинг заслужил строгий взгляд Всеотца, и тот извинился, но смеяться не перестал, лишь отодвинулся от стола, чтобы больше его не сотрясать. У Огуна приподнялся один уголок рта, и я сочла это за усмешку, а леди Сиф улыбнулась, не выдержав, прыснула. Сам же похититель женских сердец сделал вид, что он оскорблен в лучших чувствах. -Она тебя раскусила, а ты только начал говорить, - сквозь смех проговорил Вольштагг. -Я всего лишь хотел поддержать дружескую беседу, - всплеснул руками Фандрал и продолжил поддерживать эту самую беседу, раз она все-таки завязалась. – Вы сегодня почтите нас своим присутствием и сразитесь с нами? Он всегда так говорит или просто пытается произвести впечатление? Или же я просто не привыкла к такому? Все-таки на Земле так говорили несколько веков назад. -Конечно, почту, только если вы перестанете так на меня смотреть, - сказала я, стрельнув своими углями в Фандраля, потому что, что бы я там не думала, чем бы не заняты были мои мысли, поддаваться на его ухищрения я не собиралась. Я медленно наполнила кубок вином, а затем сосредоточилась, и это вино превратилось в лед бордового цвета. Перевернув кубок, я потрясла им немного, и оттуда вывалился кусок льда. Я протянула его Фандралу, и тот с некой паузой взял его в руки, ожидая, что же будет дальше. – Это мое сердце. У тебя есть минута, чтобы его растопить. Время пошло. На этот раз Франдал, действительно, оскорбился и пропустил смешки своих друзей мимо ушей, положив кусок льда на стол. Он пробормотал что-то на счет того, что он еще возьмет вверх, а я лишь хмыкнула в ответ, не говоря ничего. На этом наша маленькая беседа была окончена, поэтому я принялась за еду, которая так и манила меня своим запахом и видом. Сначала на моей тарелке оказалось мясо различных птиц. У меня были сомнения насчет того, что это курица, хотя я и не исключала того, что она могла быть здесь. И еще был восхитительный черничный соус. Я ела и ела, пытаясь представить, куда вся эта еда могла поместиться. Чувство насыщения все никак не приходило, что было очень странно. Птица сменилась бараниной и говядиной, а потом в ход пошли какие-то пирожные, которые так и таяли у меня во рту одно за другим. По мере того, как еда исчезала у меня из тарелки, глаза сидящих напротив воинов делались все больше и больше, и Фандрал, который, кажется, немного оттаял сказал: -Друг мой, да она тебя может переплюнуть, смотри с каким аппетитом ест. И куда это только девается? – поражался светловолосый друг Тора, обращаясь к Вольштаггу, который тут же сомнительно усмехнулся. -Чтоб меня кто-то мог победить? Ха! Никогда в жизни! -Может, тогда заключим пари? – спросил у меня Фандрал. Недолго подумав, я отказалась. Пари мне навевало воспоминание о вчерашней шутке, да и у меня имелись сомнения, что я смогу съесть больше, чем этот рыжий воин. -В следующей жизни, может быть, но не в этой. Мне не сравниться с тобой, Вольштагг, - я усмехнулась, а затем снова замолкла, погружаясь в свои размышления. Но не успела я о чем-то задуматься, как Вольштагг прошептал, что-то типо “легок на помине”. Я уже хотела было обернуться, чтобы посмотреть, что и так было очевидным, но тут чьи-то длинные изящные пальцы легли на мое плечо, от чего я вздрогнула. Хотелось скинуть руку трикстера сей же час, но я не стала. Я обещала себе молчать. Тем временем Тор поприветствовал отца и друзей и сел по правую руку от Одина. Темные круги под его глазами свидетельствовали о том, что он не спал те несколько часов, что прошли с торжества, но от этого он ничуть не выглядел несчастным, а наоборот, радостным, как будто сегодня произошло что-то грандиозное. Хотелось бы знать, что же такое произошло. Старший сын Одина кивнул и напряженно посмотрел мне за плечо. -Это мое место, - произнес голос у меня за спиной. Я шумно сглотнула и прикрыла глаза, потому что подозревала, что там пляшут огоньки страха. Я не боялась Локи. Нет. Но это голос из моего сегодняшнего сна, голос Лафея, который по неведомым мне до этого момента причинам принял образ Локи. Теперь стало ясно, зачем. Потому что каждый раз слыша голос бога и видя его, я буду видеть перед собой Лафея, который душит меня и угрожает расправой. Вновь и вновь… Открыв глаза, я повернулась лицом к нему и приподняла брови вверх, говоря этим, что мне плевать, что это его место. Но страх меня не покинул. Локи не был синим, его глаза не были красными, но моргнув у меня перед глазами вставал Лафей, поэтому я быстро вернула свой взгляд к тарелке, которая уже опустела. Локи еще какое-то время так постоял, но вскоре сдался и сел рядом. Еще лучше. Только этого мне не хватало. Младший сын Одина, взяв кубок, наполнил его и тут же услышал укоризненный возглас Тора: -Мне кажется, Локи, на сегодня хватит. – рука Локи дрогнула, и вино пролилось на белую скатерть. Сколько же он уже выпил? Даже знать не хочу. Но, кажется, это остановило Локи, и тот поставил сосуд на стол и налил себе воды в пустой. С появлением Локи напряжение усилилось, и мне показалось, что это напряжение можно даже ножом резать, настолько оно стало заметно. Вольштагг уже без удовольствия стучал вилкой по тарелке, ковыряясь в остатках пищи, Фандрал уже не пытался завести дружескую беседу, потому что атмосфера явно не располагала к этому, а рассматривал кусок льда, который уже успел немного подтаять, Огун как молчал, так и сидел с закрытым ртом, Сиф безучастно изучала узоры на скатерти, которая уже успела испачкаться. Один не стал обращать на это внимание, встал и пошел прочь, погруженный в свои раздумья, его старший сын положил себе немного еды и приступил к трапезе, будто не замечая неловкости, которая висела в воздухе, а младший, осушив кубок стакан с водой, вновь наполнил его до краев. И все присутствующие прекрасно понимали, что в этом виноват именно Локи. Все до сих пор не знали, как к нему относиться. Он вроде бы здесь, да, несомненно, но после всего того, что он сделал, доверия к нему не было. Я даже не была уверена, есть ли надежда на возвращение этого доверия. Я не могла этого сказать, потому что не была частью всего этого, не могла залезть к Тору и бравым воинам в голову и прочитать их мысли по этому поводу. А вот я не знала, куда себя деть, потому что поесть, я уже поела, воды попила, делать за столом мне было уже нечего, но и нарушать эту тишину первой мне не хотелось ничуть. Мои глаза иногда оглядывали всех вокруг, но так или иначе возвращались к Локи, который с невозмутимым видом пил воду, но ничего не ел. Видимо, все это его задевало ничуть не больше, чем Тора не волновала эта гробовая тишина, которая царила в трапезной. Но в итоге бог коварства, сделав глоток, раздраженно воскликнул: -И не надо на меня так сердито молчать. Локи поставил кубок на стол, от чего вода расплескалась и попала мне руку, которая лежала на столе. Это он кому? Все сначала уставились на него, а потом проследили за его взглядом. Локи смотрел на меня, ожидая хоть каких-нибудь слов или хотя бы вздоха, но я лишь замолчала еще сердитей. Не дождешься, Локи, не дождешься. Буду молчать как рыба, пока не извинишься, шут гороховый. Видимо, трикстер понял, что я не собираюсь подавать признаки жизни, поэтому обратился к Фандралу, который до сих пор игрался с куском бордового льда: -Пытаешься растопить этот лед? – ехидно спросил Локи у светловолосого, и тот, осторожно посмотрев на него, ответил так, как будто и не было напряжения, царящего вокруг. -Да, вот размышляю над этим, - Фандрал кинул взгляд на меня и вернулся к изучению его новой игрушки. Ну, размышляй. Удачи. Локи усмехнулся. Он понял всю эту несложную метафору. Трудно не понять. Он сложил два и два. Кто кроме меня мог превратить вино в кусок льда? Правильно, никто. А то, что Фандрал сидит и неустанно смотрит на этот лед, многое дает понять. По крайней мере, Локи у нас не дурак и достаточно догадлив, чтобы понять, в чем тут дело. Бог махнул на Фандрала рукой, будто пренебрегая им: -Попробуй. Это меня позабавит. В глазах Фандрала зажглись какие-то непонятные мне огоньки. Локи, видимо, задел его за живое, и теперь друг Тора не смел отступить. -Думаешь, не выйдет? Давай поспорим? – во второй раз предложил светловолосый. До этого момента я спокойно наблюдала за этим, пока это не перешло некую границу. Ау, я еще здесь! Они будто не видят меня и не воспринимают как живое существо, которое может думать и мыслить. Я предмет мебели, который дополняет интерьер, не более того. Снова хотят сделать предметом своего спора. Мужчины! Но я не сказала ни слова, а Тор внимательно на меня посмотрел, потому что знал и видел, что глаза мои сверкают отнюдь не добро. Я резко отодвигаю стул, от чего трапезную наполняет неприятный звук, от которого хочется закрыть уши. Таким образом, я поставила точку моего участия во всем этом. Уже уходя из залы, я бросила напоследок: -Увидимся на тренировочной площадке. Да, увидимся. Я уж постараюсь, чтобы Фандрал об этом не позабыл, я постараюсь втоптать в грязь его самодовольное лицо. Может, я просто человек. Землянка. Но кроме Тора и Локи скорее всего этого никто не знает, но они все равно позволяют себе обращаться со мной как с грязью на подошве их сапог. Ну уж нет. Я не позволю. Не для того я столько преодолела, чтобы меня унижали такие, как они.