Соединяя сердца (Учитель. Часть 3)

      Глава 20. Переход       Она давно так не отдыхала, как в эту ночь. Импала и вправду оказалась молодой и нежной, перевариваясь весь день сладкой истомой. Он все же выполнил её просьбу! Да еще таким способом, что даже Киара позавидовала, сказав мечтательное: «Мне бы так…». В целом его охотничьи способности львицы оценили по достоинству: к полудню он принес еще несколько импал, так что другие пошли просто поразвлечься охотой на кроликов, а остальные одобрительно и с благодарностью использовали свободное время для сна. И в тот момент, когда Дарий положил тушу только ей одной, стало очень приятно на душе. Что-то сильно кольнуло в сердце: этот лев оказался все же милым. Смутно, он кого-то напомнил из юного времени жизни, счастливого и беззаботного. Нет-нет, она по-прежнему не доверяла ему, а особенно бесил его вульгарный жаргон с побережья, столь ненавидимый с той же самой юности в другой земле. Кое-кто так в прошлом тоже говорил, стараясь больше понравиться отцу, чем ей самой. Но отец не любил этот жаргон, а она когда-то считала его чем-то выделяющим из общей массы. А после ухода даже слышать не могла. Львица перевернулась на другой бок и постаралась еще уснуть. Но тут страх настиг её: вдруг этот Дарий и вправду попробует взять её силой и еще убьет ненароком? Все же лев был сильнее. И кто его знает, как он поведет себя дальше. Марша могла постоять за себя в словесной перепалке и даже исполосовать какие-то части тела, но она также понимала, что в настоящей драке победить его не сможет. Может, отказаться, пока не поздно? И чего её понесло в какую-то даль? Но подумав, она поняла, что так тянет: ей хоть раз еще хотелось увидеть папу с мамой, когда те придут к Шторму, а такое уже было, Дарий сам рассказывал. И к тому же там она будет нужной больше, чем тут. Что делать, она не знала, а потому ворочалась в дремоте, лишь под самое утро забывшись от беспокоивших мыслей. Но вскоре Маршу разбудил легкий толчок в спину. Она не хотела вставать и почувствовала толчок посильнее. Кроме толчка она почувствовала уже знакомый запах и услышала:       - Вставай, цыпочка!       Эти слова подействовали на неё как укус пчелиного жала. Она тут же вскочила и хотела было ударить Дария по лицу, но тот предусмотрительно отошел в сторону и был готов ко всему:       - С добрым утром! Как вы тут себя имеете?       - Не дождешься, котик. Еще тебя переживу.       - Я и не сомневался. Ты тут бока жмешь, а нам уже давно пора, дорогая.       - Я тебе не дорогая!       - Знаю, что дешевка. Просто хотел приятно польстить тебе.       С яростным воплем Марша атаковала Дария, но тот на этот раз был готов к такому повороту событий, увернулся в сторону и подставил ей подножку. Львица кубарем покатилась по пещере, где кроме них уже никого не было: все ушли на охоту еще перед рассветом. Марша снова атаковала Дария, но и эта попытка закончилась провалом.       Услышав возню, в пещеру заглянул Симба:       - Вы уже проснулись?       - Да. Марша разминается. Мы сейчас.       - Жду вас внизу.       Марша просто кипела от ярости. Её взгляд, полный ненависти, впился в Дария и буравил этого поца насквозь. Сейчас ничего сделать нельзя было, но потом, когда они останутся вдвоем... О, она отмстит сполна!       Небольшая прощальная делегация встречала их внизу. Дарий сначала попрощался со сводной сестрой и её мамой, потом с мамой Симбы. Когда он подошел к Кову, Рамзес сказал:       - Мы вдвоем проводим тебя до границы. Симба, пожалуйста, подожди нас здесь.       - Хорошо, Рамзес, - тот был не очень доволен, но решил послушаться Учителя. Он понимал, что тот хочет объяснить дорогу наедине, и это сильно обижало, но таковы были условия, и Симба принял их давно. Поэтому он улыбнулся и сказал: - Марша, я надеюсь скоро увидеть тебя. До свидания, Дарий! Привет Шторму.       - И вам наше с кисточкой, - отозвался уходящий гость. – Не хворайте.       Марша промолчала. Она просто пошла вслед, не оборачиваясь. По пути Рамзес подробно рассказал Дарию путь к сыну.       - За всей суетой я так и не расспросил, как тебе-то жилось с тех пор, как мы виделись в последний раз. Ну что там слышно в Долине то?       - Да что слышно… - вздохнул, прощаясь, Дарий. – Все по-прежнему. Тебя ждут. В самой Долине все спокойно, но в отдаленных Землях, я слышал, кто-то стал нападать на Королей. Зовет на дуэль, побеждает и потом уходит. Просто так, забавляется, видать. Найти эту шмондю пока не могут.       - Почему? – удивился Рамзес.       - Ой, я тя умоляю, кто из толстяков Совета имеет сильную боль головы по этому поводу? Если б он кого из их друзей тронул, а так, далеко и не видно, не слышно….       На границе они обнялись:       - Передай, что мы очень ждем его, - напутствовал Рамзес. - Пусть все забудет и возвращается скорее.       - Обязательно, папа! Ты тут тоже не скучай! И ради Бога, молчи перед чужими, что взялся кого-то учить! А то загрузят по самое не балуй!       - Ладно, - Рамзес подошел к львице: - До свидания, Марша. Берегите друг друга и постарайтесь не ссориться в пути, добро?       Та ничего не ответила, лишь кивнула головой.       Дарий подошел к Кову:       - Ну что, давай прощаться. Увидимся уже не так скоро. Я расскажу старшому, каким ты сейчас стал!       - Спасибо, но почему вы папу зовете старшой?       - Ну, таки он же старше меня, потому и старшой, - Дарий шутливо взлохматил шерсть на голове Кову и улыбнулся: - Давай, учись хорошо, а то твой папа придет и накрутит всем кисточки на хвостах, он это умеет. Адью.       - До свидания, дядя Дарий.       Они пересекли реку там же, где когда-то её перешел Шторм, и вскоре исчезли в траве. Рамзес долго смотрел им вслед, о чем-то задумавшись.       - Что случилось? – спросил подошедший Кову.       - Я вот вчера весь день все никак не мог понять, что с этой львицей не так, что в ней беспокоит. И только сейчас сообразил.       - И что же?       - Ты слышал, как она позавчера ругалась с Дарием, когда тот обозвал её шмондей?       - Я не знаю такого слова, – сказал Кову.       - Как и большинство львов вообще. Слово используют только некоторые коренные жители побережья Великого Озера, откуда Дарий и пришел, - Рамзес посмотрел в глаза Кову: - И, почитая за страшное оскорбление, могут сильно разъяриться по этому поводу. Как Марша, например.       - Хочешь сказать, - глаза внука хитро прищурились, - она была родом оттуда?       - Не исключено. Я знаю несколько прибрежных семей, чьи дочки давно сбежали из дома и не вернулись. Вот и думаю, уж не одна ли из них объявилась потом тут в поисках прибежища. А теперь идет к сыну – еще дальше от Озера….       Дарий молча вел свою спутницу сквозь щекотавшую животы траву саванны, лишь изредка останавливаясь, чтобы прислушаться или понюхать окружающий воздух в поисках тех знакомых мест, о которых ему говорил Рамзес в качестве ориентиров в дороге. Долину надо было обойти стороной. И в голую пустыню тоже не попасть.       Марша уже по-другому смотрела на Дария. Теперь он был единственным, кто мог защитить в случае опасности. У неё появилось желание идти только рядом с ним, постоянно чувствуя его тело рядом со своим. Ярость от утренней стычки давно испарилась, и Марша вспомнила, что когда-то уже проходила эти места. Правда, тогда она хотела умереть и не думала об опасности. Теперь же все было по-другому: едва покинув Земли прайда Симбы, она испытывала страх потеряться и держалась Дария, стараясь не отставать.       Ближе к вечеру Марша немного свыклась с окружающим миром. Страх почти исчез, и к ней вернулось прежнее, обычное настроение. Лев снова стал для неё большей опасностью, чем неизвестный окружающий мир.       Когда солнце совсем скрылось за тонкой линией между небом и землей, еще синее небо быстро затянуло тучами и запахло дождем. При первых каплях, достигших его гривы, Дарий стал лихорадочно искать убежище. У них на пути находился высокий холм и большое одиноко высыхающее старое дерево посредине, и им повезло найти небольшую нишу между его могучими корнями и глинистой землей. Но когда они забрались внутрь, то едва уместились, ибо места было недостаточно. Львица попыталась устроиться свободнее, не желая прижиматься к Дарию, но тот бесцеремонно подвинул её и улегся рядом, заполонив собою все свободное пространство вокруг. Марша снова вскипела от злости:       - Прибери свои грабки и задвинься подальше! Мне тесно.       - Твои проблемы, - последовал содержательный ответ.       - Ты специально выбрал такое укрытие, да? Я не собираюсь делить его вместе с тобой!       - Тогда топай на улицу, - зевнул Дарий. - Там места много.       - Очень благородно! Тебя не учили в детстве уступать место даме?       - Ой, я тя умоляю, а кто здесь за даму? – завелся Дарий. - Хочешь того или нет, но я простуде радость доставить не собираюсь. И потому сама выбирай, с кем ты будешь рядом спать: или снаружи с дождем, или внутри со мной.       - С тобой. Но если хоть раз распустишь лапы...       Дарий словно не слушал её. Наоборот, чтобы ещё немного позлить её, он стал дотрагиваться до её тела. Марша зашипела:       - Я тебя предупреждаю!       - Напугала колючками дикобраза, я тя умоляю. Цыпочка.       Марша в бешенстве вцепилась когтями в его шею. Инстинктивно защищаясь, Дарий сильно ударил её по голове и отпихнул к корню дерева. Удар был настолько сильным, что у львицы потемнело в глазах, она почувствовала, как проваливается в темноту. Словно вдалеке послышался испуганный голос Дария:       - О, нет!       Марша стала трясти головой, приходя понемногу в сознание. Дарий стоял над ней:       - Слава богу, ты пришла в себя! Прости, я не рассчитал силу! Я не хотел... М      арша посмотрела на него и тихо простонала:       - Ненавижу тебя….       Дарий молча лег рядом. Львица отвернулась к противоположной стене. Только теперь открылись все последствия стычки: её затылок украшало большое темно-бурое пятно, а кровь тихо капала вниз. Лев снова встал:       - На твоей голове большая рана, Марша! Я должен зализать её. Иначе запах крови привлечет гиен, и мы можем не дойти.       Прежде чем, та успела что-либо сделать, Дарий навалился на нее сверху и прижал к земле, зажав передними лапами её голову. Она попыталась освободиться, но сбросить навалившегося не смогла. Между тем, Дарий принялся вылизывать её загривок. Почувствовав нечто влажное и теплое на затылке, Марша немного успокоилась и прошипела:       - Отпусти меня! Я задыхаюсь!       - А ты позволишь мне зализать твою рану? Отвечаю, все будет ок.       - Да!!!       Дарий привстал над Маршей, и та улеглась на живот, обнажив затылок полностью. Когда кровь прекратила вытекать из раны под шершавым языком, он снова молча лег рядом и уставился наружу, где с небес падала стена воды.       Спустя какое-то время мрак ночи был озарен пронзительной вспышкой, и до чутких ушей не спавшей львицы донесся оглушительный раскат грома. Маршу охватил сильный страх: она почувствовала себя такой маленькой и совсем беззащитной, сжавшись и отодвинувшись как можно дальше. Заметив это, разбуженный грозой Дарий положил свою лапу на её плечо и успокаивающе сказал:       - Не сцы, Марша. Здесь мы в безопасности.       Та ничего не ответила, но инстинктивно прижалась к Дарию сильнее. Лев чувствовал пробивающую её тело мелкую дрожь и развернулся так, чтобы закрыть своим телом вход в укрытие, и пододвинул, обнимая, её к себе. Марша не сопротивлялась, а стала успокаиваться и быстро уснула. Она проснулась от того, что слегка окоченела. Яркий свет солнца заливал вход в их убежище, а на светло-голубом небе не осталось ни единого облачка. Только местами не высохшие лужи напоминали о прошедшем ливне. Дария рядом не было. Марша вышла наружу и огляделась. Дария нигде не было видно. «Неужели бросил меня одну?! О, нет!!!» - Марша не на шутку испугалась и хотела было выйти поискать его. Но окинув взором горизонт ближайшего холма, успокоилась и приняла обычный вид: раздражающая приземистая фигура спускалась, держа в пасти нечто, издали похожее на тушку барсука. Он подошел вплотную и кинул добычу прямо к лапам львицы:       - Это твой завтрак, обед и ужин. Нам пора в путь.       С неким подобием презрения, больше от надобности заглушить чувство голода, она проглотила предложенную жертву и молча двинулась за вожаком. Какое-то время они шли молча. Наконец, Дарий не выдержал:       - Слушай меня сюда. Так далее не пойдет. Давай условимся.       - О чем? Ты ведешь меня к своему брату, я делаю все, что ты мне велишь, что еще ты хочешь с меня?       - Я не привык к постоянному взору вражды в свою спину.       - Я тя умоляю. Думала, тебя ничто не прошибет, толстячок.       Дарий остановился и повернулся к спутнице:       - Ха-ха, острячка-самоучка, хоть и за мной повторяешь. Не, ну что я тебе сделал, а? Все обычно только влюбляются с первого взгляда, ты же возненавидела меня еще до того, как я вообще успел что-либо вякнуть. Я уже и всяко с тобой: и ласково, и с матюгами, а выходит все едино: мы грыземся по каждой мелочи!       Марша посмотрела ему прямо в глаза:       - А будто по твоей развязной походке не были видны истинные замыслы? Я тя умоляю! Как ты шел ко мне, как начал слащаво шептать…. Запомни, я ненавижу такое развязное хабло. Которое только и думает о том, чтобы соблазнить, а потом бросить! Ты, очевидно, просто не привык, чтобы тебе отказывали, вот и бесишься с жиру.       - Это у тебя со всеми так или я на особом отношении?       - Не думай, что чем-то лучше других!       - Я, конечно, извиняюсь, но все же скажи, ты вообще когда-нибудь кого-нибудь любила? Попробуй сказать тебе слово поперек характера….       - Вот и не пробуй, жалкий пуриц. Не суй свое рыло, куда не просят!       Яростная реакция, блеск ненависти в её глазах подсказали Дарию, что сейчас затронута самая болезненная точка в душе львицы, а потому, возможно, стоит остановиться. Он помолчал какие-то мгновения, потом сказал:       - Знаешь, Марша, сегодня ночью ты была другая.       - Какая такая другая? - спросила, немного поостыв, Марша.       - По-моему, тогда ты была сама собой, а сейчас прикидываешься тем, кем не являешься.       - Я тя умоляю, и кто я есть на самом деле? – её голос обрел прежний сарказм. - Ответь, психолог!       - Я не знаю твоего прошлого, поэтому не могу сказать кто ты, - задумчиво ответил Дарий. - Я только чувствую твой страх и ненависть, настоящей причины которых не знаю. И если ты не изменишься, то произойдет что-то плохое с тобой. Ты плохо кончишь.       - Засунь свои чувства, знаешь, куда! – Марша едва сдерживала слезы внутри горла, чтобы не дать ему повод пожалеть её еще раз.       Дарий посмотрел ей в глаза и сказал:       - Малохольная, - это слово прозвучало с необыкновенной теплотой и заботой в смеси с большим разочарованием и сожалением. - Мой отец выбрал тебя, потому что думал, что ты – единственная, кто таки сможет устоять передо мною. Он ошибался. Это не я, я и не собирался тебя соблазнять, и это правда, веришь ты мне или нет, а в тебе проблема. Там, куда мы идем, львов как грязи, и не дай Бог, твоя ненависть выйдет наружу... Чтоб я таки был здоров, я найду своему брату неприятности.       - Тогда укажи путь домой, - заявила Марша. - Скажу, будто тебя бросила, потому что не могу находиться рядом. Думаю, Рамзес и Симба поймут. А не поймут – пойду туда, где смогут.       - И где будут одни львицы? – ухмыльнулся Дарий. - Такого места нема в природе, милочка. И куда ты пойдешь сама, когда боишься одиночества? Я это вижу в тебе. Раньше ты уединялась в обжитых местах, а здесь ты страшно боишься потеряться одной       - Если хочешь знать, я уже проходила здесь одна.       - Ой, я тя умоляю, нашла повод для гордости! И что же за радость тебя выгнала тогда в эти пустынные места?       Марша замолчала. На её глазах появились слезы. Дарий подошел к ней и коснулся лапой:       - Расскажи о себе до прихода в прайд Симбы. Станет намного легче...       Марша смахнула слезы лапой и окончательно оттолкнула помощь:       - Нет, спасибо. Легче мне как раз тогда, когда в мою жизнь никто не лезет со своими советами. Я и вправду ненавижу таких «помощников». Во мне просто все вскипает, когда кому-то хочется посчитать моих тараканов в голове. Да, они есть у меня и немало. Но они только мои. Когда же ко мне не лезть в душу, я очень мирная и спокойная. У Симбы я жила без ссор и скандалов. И у твоего брата проживу без неприятностей. Ты только мне их не создавай, психолог-самоучка.       Дарий медленно покачал головой:       - Я дал слово, что отведу тебя и сдержу его. Я также предупрежу Шторма о твоих таракашках. Но... Мне жаль. Ты очень красивая, Марша, очень красивая... Ты мне имеешь нравиться. И я никогда не позволил бы ни себе, ни кому другому заставить тебя страдать. Но, будь по-твоему, больше мы к этому вопросу не вернемся.       - Вот и хорошо. А чтобы не у тебя не возникало соблазнов побыть еще раз лекарем моей души, я буду все же спать отдельно, особенно, когда нет дождя.       - Как угодно. Лишь бы я тебя видел.       - Договорились.       - Впервые с момента нашего знакомства, - добавил Дарий.       - Ну вот, не все так и плохо уж со мною, не так ли? Ты делаешь явные успехи: немного избавился от ужасного этого говора с Озера.       - А он-то чем тебе не угодил? Как я погляжу, ты таки очень хорошо знаешь нашего языка.       - Это еще одна часть моего прошлого, - сказала Марша и неожиданно немного улыбнулась. - Спасибо, что просто спросил, а не стал подначивать. Верной тропой идешь.       - Да, но только не туда, куда хотелось бы, - прошептал Дарий и замолчал, пойдя вперед. Марша последовала за ним. Далее потянулись долгие и молчаливые три дня целенаправленных скитаний по пустоши, пока однажды утром горизонт не превратился в груду нависавших глыб, тянувшихся и тянувшихся от одного видимого края неба до другого. Неглубокий, но звонкий ручей опоясывал сию стену, неся свои воды куда-то вглубь.       - Пришли?       - Похоже, - задумчиво ответил Дарий и решился: - Идем, входом тут служит какая-то большая пещера наверху.       - Как ты её узнаешь среди других? – спросила недоверчиво Марша.       - Не сцы, гордая покорительница пустынь, - ответил Дарий и улыбнулся: - На крайняк, вернемся в Долину прайдов и всего делов то.       - Что?!       - Таки знал, что напужаю, - хмыкнул Дарий, удивляясь про себя недогадливости Марши. Интересно, эта охотница так туго соображает только рядом с ним или всегда? – Не мы первые тут проходим, значит, есть следы. По ним и найдем вход.       Вскоре перед ними нарисовалась тропка, ведущая вверх. Нос подсказывал недавних гостей, за которыми и надо последовать. Перейдя через искомую пещеру, они вышли в новый мир. Дарий огляделся и тихо присвистнул:       - Эх, слова просто выпадают из пасти…. Какая красотень!       - Шикарное местечко, - проговорила Марша, оглядевшись по сторонам, и вдруг пронзительно посмотрела на Дария: - Спасибо тебе.       - За что?       - Ты первый, кто по-настоящему позаботился обо мне. Там, в пути….       Дарий посмотрел на Маршу пристальным взглядом и слегка улыбнулся:       - Наше вам с кисточкой.       Их внизу уже ждали. Из неспешно разошедшихся ветвей кустарника появилась массивная фигура хозяина и все еще не верящим кивком пригласила спуститься к себе вниз.       Система раннего оповещения о приходе гостей работала безотказно.       Глава 21. Новые заботы       Вечер был полон веселой болтовни вперемешку с воспоминаниями о далеком прошлом и недавним визитом Дария к отцу. После ужина, когда маленьких учеников отправили на ночной покой под строгим присмотром Витани, Шторм смог переговорить с ним уединенно о том, чего сторонние уши, по его мнению, слышать были не должны. Брат не стал рассказывать всего о походе с Маршей, хотя свежие царапины не ускользнули от внимательных глаз собеседника, сосредоточившись на главном: Симбе, Rову и отце. Новоприбывшая спутница же отделилась и тепло обнялась с Маршей. Им тоже, как оказалось, было много чего вспомнить вместе, хоть и в прежней жизни виделись они не часто.       Когда все разошлись по местам для сна, она подошла к Шторму и прильнула к его уху.       - Хороший день сегодня. Столько гостей. Столько новостей…. Я все же скучаю по ним. А ты?       - Мне, честно говоря, сейчас некогда скучать.       - Так возрадуйся – вон какая подмога пришла. Теперь у тебя будет больше свободного времени.       - Ну, это мы еще посмотрим. Ты на братца моего больших планов не строй. Он только с виду кажется крепышом и задорным весельчаком. Уж я-то его хорошо знаю.       - А что скажешь о Марше? – Триша нежно потянулась и перекатилась на другой бок. – Кажется, у меня новая подружка.       - Рад за тебя. – Шторм безразлично зевнул в сторону выхода и умолк.       - Что-то ты не слишком рад ей, - Триша даже присела. – В чем дело?       - Ты видела Дария? У него свежие царапины на лице. Он, разумеется, молчит, не говорит, что произошло. И вообще чем-то озабочен или подавлен.       - Ну и причем тут Марша?       - При всем. Дарий обмолвился мне, что та скрывает свое прошлое. Мол, откуда-то пришла к Симбе, но не говорит об этом ничего. Более того, она не доверяет львам, склонна к одиночеству. А судя по царапинам на лице Дария, я так понимаю, что её отношения с моим любвеобильным братцем во время перехода порою были очень горячими.       - Ты думаешь, это Марша его поцарапала?       - Ну не он же сам себе их нанес! И это беспокоит меня. Дарий никогда не обращался плохо с львицами. Он, конечно, гуляка со стажем, но при этом я не знаю ни одной львицы, которая хотя бы раз пожаловалась на него, тем более ненавидела. Он со всеми своими подружками всегда в хороших отношениях. И я не могу себе представить, чем Дарий вызвал такой гнев, что Марша его расцарапала! Дарий никогда первым не нападал. А всегда избегал ненужного насилия. Тем более над львицей. Я буду присматривать за ними обоими. Хочу знать, что между ними происходит.       - А зачем ты запретил ей охотиться в одиночку? – удивилась Триша.       - Чтобы у неё не было предлога для уединения, – ответил Шторм. – Хочу знать, как часто она будет уединяться. И для чего.       Он нежно коснулся уха Триши и прошептал:       - Пойдем. Сегодня наша ночь.       И опустившийся мрак скрыл их в высокой траве Земель прайда. Уже прайда Шторма.       Маршу задел не очень теплый прием Шторма. Она решила, что виной этому Дарий. Он наверняка представил её в таком свете, что Учитель уже и не рад её приходу. Но и отправить её назад пока не может. В общем, она оказалась права: этому болтуну нельзя доверять ни в коем случае. А ведь там, вне этих скал она была близка к тому, чтобы все рассказать. Хорошо, что сдержалась. А не то снова стала бы посмешищем. И этот Шторм. Марша была о нем лучшего мнения, но все переменилось, когда она познакомилась с Лизой и узнала о событиях, которые произошли как раз накануне их прихода и все еще обсуждались тихим шепотом.       Днем раньше, когда все разошлись и на Скале оставались лишь Лиза и Айзек, неожиданно к ним подошла Триша и попросила молодого льва заменить её на охоте, сказав, что неважно себя чувствует. Лиза уже шла на поправку и собиралась на следующий день тоже пойти на охоту, если Шторм разрешит, поэтому сын лишь поцеловал маму и ушел. Лиза и Триша остались одни. Некоторое время они просто молча лежали, поглядывая друг на друга глазами соперничества, потом Лиза заговорила первой:       - Ты не выглядишь больной.       - Ты права, я могла охотиться.       - Тогда к чему все это?       - Хотела поговорить с тобой наедине. Я просто с мыслями собиралась.       - О чем?       - Я думаю, ты знаешь о чем. Что будем делать дальше, Лиза? После недавних событий у нас появилась проблема: мы обе любим, оказывается, одного льва. Только он – мой муж и таковым останется до конца своих дней. Я ношу его детей и скоро стану матерью. И мне не безразлично, что ты намерена делать дальше.       Лиза села и злобно посмотрела Трише в глаза:       - С чего это вдруг я буду рассказывать тебе свои планы? Ты – моя соперница, ты отнимаешь его у меня и спрашиваешь, что я намерена предпринять по этому поводу? Ты думаешь, я совсем дура?!       - Когда мы поженились, я спрашивала Шторма, нет ли у него другой львицы. Он сказал что нет. Про любовь к тебе он ничего не сказал...       - А если бы сказал, ты бы его оставила?!       - Не знаю... Но он поклялся мне в верности и никогда не бросит меня. К тому же он меня любит.       - Меня тоже! – Лиза нервно мерила узкую площадку шагами, не обращая на еще недавние раны. - И заметь, наша любовь длится дольше! У нас сын вырос.       - Без твоего участия. Да, похоже, он любит нас обоих. И это осложняет нашу проблему.       Лиза подошла к Трише вплотную и зло бросила в лицо:       - Твою проблему, милочка. Только твою. У меня нет проблем со Штормом. Я люблю его и не намерена отступать. Тем более, что он любит меня.       - Скорее, жалеет, - вставила Триша.       - Думай, что хочешь. Мы были счастливы вместе до тебя.       - А как же Камо? Ты была его несчастной женой?!       - Не язви, Триша, - устало ответила Лиза. - Камо был хорошим львом и мужем. Он любил меня, я за многое ему благодарна. Я тоже любила его. Только любовь к Шторму – это другое! Это на всю жизнь, и я намерена стать его женой!       Триша отступилась и спросила:       - Как?       Лиза опустила голову:       - Пока не знаю. Но я добьюсь своего. Любой ценой!       - Может, убьешь нас?!       Лиза вскинула голову. Её взгляд блестел:       - Может!       - И ты думаешь, - горько усмехнулась Триша, - что сможешь после этого стать женой Шторма?! Опомнись, он либо уйдет тогда, либо убьет тебя! Ты ничего не получишь убийством. А иным способом ты выйти за него не сможешь...       Лиза снова подошла вплотную и стала говорить прямо в лицо:       - Ты зачем ко мне пришла?! Я не знаю, что буду делать, не знаю!!! Но не смирюсь, ты это поняла?!       Триша посмотрела пристально на Лизу и сказала:       - Я думала, мы сможем договориться сами. Знаю, что мой муж бегает иногда к тебе. Знаю и за чем. Но всегда так быть не может. Ему придется выбирать: ты или я. И выгнать кого-то из нас.       Глаза Лизы расширились:       - Он никогда не сделает этого! Он меня любит! Ты это придумала! Или нет... Это твое предложение, да? Ты скажешь Шторму меня выгнать?!       - Я предложу ему выбор, дорогуша, и только, - голос жены был безапелляционным. - Его чувства к тебе пострадают, но ты знаешь, что он способен так поступить и наверняка пригрозит тебе, что выгонит, если ты не смиришься. Ты смиришься, если он прикажет? Только честно?!       - Не знаю.       - А если тогда он скажет тебе уйти, что будет в этом случае?       Лиза помолчала, потом сказала:       - Я уйду.       - А твои дети? – допытывалась Триша. – Кроме, положим, Айзека?       - Думаю, тоже...       - Я тоже так думаю. Тогда пусть выбирает сам.       Лиза вдруг выпрямилась. Её глаза сверкнули льдом.       - А ты уйдешь, если он выберет меня? Или не допускаешь такой мысли?       Триша изучающе посмотрела на соперницу. Переваривая её вопрос внутри сердца. И ответила так, словно заранее знала выбор мужа. От чего на душе становилось еще холоднее:       - Уйду. И слова против не скажу.       Вечером они обе нетерпеливо дожидались возвращения Шторма. Тот появился, о чем-то оживленно болтая с Айзеком. Взойдя на Скалу, он первым делом поцеловал Тришу, потом поприветствовал Лизу и сказал:       - Ну что, я вижу, Лиза уже совсем оправилась. Ты хорошо ухаживал за своей мамой. Теперь нам предстоит поговорить о твоем будущем конкретнее. Ты, надеюсь, не забыл наш разговор? Ты обещал подумать.       - Я помню, папа. Да, нам надо будет поговорить.       - Нам тоже, любимый, – сказала Триша. – И если можно, то сейчас. И желательно, только мы втроем. Айзек, подожди нас внизу, пожалуйста, и никого, прошу, не пускай наверх.       - Ладно, - удивленно ответил тот и, переглянувшись с отцом, отправился назад.       Когда он ушел, Шторм озабоченно спросил:       - Что случилось?       - Лиза уже выздоровела. Нам предстоит решить, как быть дальше. После того, как ты признался ей в любви, получается, что ты любишь нас двоих.       - Ах вот вы о чем. Давайте все же я поговорю с каждой из вас отдельно и…       - И что? – Триша повысила голос. - Лиза любит тебя! Ты не смеешь играть с её чувствами. Она уже довольно настрадалась в своей жизни. Я же знаю, что вы встречались здесь и не раз. Может из жалости, а может и из любви. Но теперь настало время решиться. Причем сейчас, а не потом!       Сильный голос короля потух:       - Решиться… на что?       - С кем ты будешь жить дальше, любимый, - сказала Лиза. – Мы не можем поделить тебя сами. Только одна из нас может быть твоей женой. Мускулистая фигура враз сгорбилась на краю выступа, словно на усталые плечи навалилась тяжесть всего несправедливого мира, и потупила взор.       - Лиза, я уже женат…. Если бы не ощущение близкой смерти, в которой я был почти уверен, я бы никогда не сказал тебе о своих чувствах.       - О-о, значит, Триша была права: ты бегал ко мне из жалости. Прости, что не сдохла тут, проблем было бы меньше.       - Не говори так, Лиза. Я не могу разорваться, не могу дать вам обеим то, что вы хотите и заслуживаете. Я бы хотел, чтобы все было как раньше...       - Как раньше?! – Лиза почти плакала: - Ты думаешь, мне было легко быть рядом с тобой, любить тебя еще больше и жить так, как будто все прошло?! Ты хоть представляешь, как мне было тяжело видеть тебя вместе с Тришей? Я утешала себя тем, что ты меня не любишь, что ты счастлив, что все временно, ты уйдешь и так далее... А потом твои визиты, свидания. Какое-то время я думала, что прошлое можно вернуть. Но сейчас, нет, я не могу смириться. Как раньше, любимый, уже не будет никогда!       Лиза сорвалась с места и кинулась на шею Шторма. Она обняла, повалила его на землю и стала страстно целовать Шторма. Оглушенный нахлынувшими чувствами Шторм не сопротивлялся ей. Триша подошла поближе и сказала:       - Тебе нужно принять решение, Шторм. Есть только два варианта: либо Лиза становится твоей женой, и ухожу я, либо ты выгоняешь её. Её дети могут пойти за ней... И скорее всего так и будет. Тебе решать.       Шторм, еще более оглушенный неожиданным поворотом событий, попытался подняться. Он остановил Лизу и тихо сказал:       - Отпусти...       Лиза села рядом с Тришей. Обе молча смотрели на Шторма. Тот тихо сказал: -       Вы обе загнали меня в тупик. Но выход все же есть.       - Какой? – спросила Лиза.       Шторм помолчал, потом сказал:       - Значит так. Решить дело так, чтобы все были довольны, нельзя. Кто-то должен пострадать. Тогда мы пострадаем все.       - Это как?! – сердце Лизы похолодело.       - А вот как. Если вы будете ссориться из-за меня, драться и ненавидеть друг друга, то я клянусь, что выгоню вас обеих, причем одних, а детей заберу себе. А если не подчинитесь, то убью вас. Это понятно?! Особенно это касается тебя, Триша. Ты первой подняла этот вопрос, тебе и отвечать наравне с Лизой, не смотря на статус жены. Вы согласны с мной?       Лиза и Триша посмотрели друг на друга:       - Но какое же это решение проблемы?! – воскликнула первая.       - Никакое. Я же сказал, пострадают все. Ты, Лиза, никогда не сможешь выйти за меня замуж. Прими это либо уйди сейчас. Одна и насовсем.       Львица молча потупила взор и отвернулась, чтобы скрыть подкатившие к горлу слезы.       - Но если останешься, мы сможем встречаться и … кхм… любить друг друга…, - закончил Шторм, помолчал и добавил: - Иногда.       - Ты хочешь сделать из меня любовницу? – глухо отозвалась та. – И это при любимой жене?!       - Триша. Тебе придется тоже смириться с этим, - не очень уверенно, но молящим голосом продолжил Шторм. – Когда мы женились, не думал, что встречу Лизу, что старая боль прошлого вернется вновь. Я сдерживался, как мог, но нет сил у меня сопротивляться тому, что кипит внутри. Я должен претворить наш с Рамзесом план в жизнь, иначе все, что тут мы делаем, лишено смысла. И выгнать Лизу просто так не могу. Я люблю вас обеих.       - Тогда женись на ней, а я уйду, - тихо ответила Триша. – У вас есть дети, общее прошлое. Я же вернусь к своим.       - Нет, Триша, нет! – Шторм страстно прижал львицу к себе и сумасбродным взглядом быстро заговорил: - Ты сейчас для меня все, в тот же миг, как ты уйдешь, я пойду за тобой! Но прошу тебя, не разрывай мне сердце на части…..       Уже почти смеркалось. Три одинокие фигуры сидели на краю Скалы, смотря вдаль.       - Если ты… иногда, - нарушила тягостное молчание Лиза, - сможешь быть со мною, как тогда в прошлом, я буду счастлива и этим. Не хочу, чтоб ты страдал из-за меня. Если Триша….       - Не против, - тихо ответила та.       Шторм резко встал и направился вниз.       - Ну что, - спросила Лиза, - решили твою проблему?       - Почти. Какая разница между нами теперь? Есть птицы, которых нельзя удержать только возле себя. Он никогда не будет только наш. Ты согласна со мною, Лиза?       - Думаю, да, - тихо ответила та. – Он всегда таким был. Нам самим придется решать. Впрочем, ты все же можешь уйти и увести его с собой. Чем для тебя не выход?       - А что потом? Он не сможет реализовать свой план и просто зачахнет где-ниюудь в Долине. Без друзей, без учеников, без Симбы. Он перестанет быть собой. А ведь я его люблю таким, каков ШЩторм есть сейчас.       - Я тоже, - вздохнула Лиза. – Придется принять все так, как есть сейчас. С ветром не поспоришь.       - Тогда мир?       Лиза молча и утвердительно кивнула головой.       - А обо всем остальном мы сами договоримся. Без него.       Внезапно на скале появился Шторм с Кейси и Айзеком, а внизу уже собрался весь немногочисленный прайд.       Молодые львы были в замешательстве. Айзек слышал Шторма урывками, но молчал, когда появился сводный брат. Спустя какое-то время Шторм спустился к ним и попросил собрать всех. По дороге Айзек сказал, что на Скале Лиза поссорилась с Тришей и ей был поставлен ультиматум. Когда же они вернулись, то Шторм кивком головы указал следовать за ним наверх. Там он обратился к Кейси с нарочито громкими словами, чтобы слышали все:       - Сегодня я хочу объявить тебя моим наследником на этой земле. После меня ты будешь владеть этой землей и станешь королем прайда. Я исполняю то, о чем говорил по приходе сюда. Ты меня понимаешь, Кейси?       - Да.       - Ты принимаешь мой выбор? Ты согласен стать моим наследником?       - Да.       В этот момент на Скале появился Макс и сказал, что к Землям Прайда со стороны Долины приближаются лев и львица.       Это были Дарий и Марша.       Прошла пара дней как один миг, отягощенный недосказанным молчанием. Наконец, идя к месту занятий, Шторм отправил Августа с учениками немного впереди, а сам пошел вместе с Дарием. Компания молодых львов почтительно чуть отстала. Тишину первым нарушил Шторм:       - Осуждаешь?       - Ну, братишка, давай уж совсем по-взрослому поговорим, – ответил Дарий, - Таки я предполагал, что с Лизой будет интересно, но, по-моему, вы зашли далеко за буераки. Ты, кто денно и нощно капал мне на мозги нравоучениями, что нельзя крутить романы направо и налево, а найти надо одну и навсегда, сам-то не слишком следуешь своим указаниям.       - Нельзя придумать указания на все случаи жизни. Я был слишком наивным. Больше я тебе ничего не буду говорить.       - Да я не о том, - ответил Дарий. – Просто ты учил одному, сам же поступил по другому.       - Двоеженство – это плохо, аморально, – вмешалась нагнавшая Витани.       - Да, дочка, ты права. Но я задам тебе вопрос. Я любил и люблю их обеих. Как же мне выбрать одну и дать отставку другой львице, как оторвать от сердца любовь, забыть её? Как я смог бы её изгнать? Ты знаешь ответ?       - Нет...       - И я не знаю. Поэтому я тянул, как мог. Они сами спросили первыми. И если бы не договорились... Кто-то бы ушел, возможно, мы все разбежались в разные стороны. А вам пришлось бы решать, что делать дальше. Вы бы этого хотели?       - Нет, – ответили почти в унисон молодые львы.       Шторм остановился. Он по очереди обнял подошедших Кейси, Айзека и Витани и сказал:       - Послушайте, дети мои. Мы здесь живем как одна семья. Я хочу, чтобы так было и дальше. Ничто не должно разрушить её изнутри. Но вы не должны повторять моих ошибок. Пусть ваши сердца поведут в любви, а разум найдет кратчайший путь к счастью. Если бы я доверился своему сердцу раньше, многих бы страданий и разочарований избежал. Но с другой стороны, возможно, и кого-то из вас бы не было на свете. Так что я не очень сожалею об этих своих ошибках, в отличие от других. Я сожалею очень о том, что причинил любимым много страданий. И доставлять муки кому-то дальше – это было бы не просто ошибкой. Ну а вы должны сделать правильные выводы и не повторить их.       - Интересно, - сказала Витани. - Будь жива моя мама и пришла сюда, ты бы тоже на ней женился?! Ты же когда-то мечтал об этом.       - Нет, – ответил Шторм. - Этого бы не случилось никогда. И еще. Ребята, я клянусь, что в моей жизни не будет больше никакой другой львицы.       - Так, молодняк, - скомандовал, Дарий, - дышим носиками и топаем на занятки. Взрослые дяди имеют что сказать друг другу наедине.       Когда троица продолжила путь впереди, он посмотрел им вслед:       - Таки они никого не подпустят к тебе.       - Это точно. С детьми трудно справиться.       - Интересно, что скажут про твое двоеженство в Долине? И особенно папа? – спросил Дарий.       - Мнение Долины меня не особо интересует. Хотя я, безусловно, все им объясню, если спросят. Большая любовь не может быть аморальной. Вот и все. Я живу с двумя и не скрываю этого уже из-за любви и потому, что она договорилась сами. И я счастлив, что у меня такие львицы. Я хочу, чтобы у тебя Дарий тоже была такая жена. Правда, только одна, чтобы не обвиняли в аморальности.       - Щас, - хмыкнул Дарий, - ты очень хорошо хочешь.       - А что касается папы..., - продолжил Шторм. - Как он отнесся к тому, что Кову женат на своей двоюродной сестре?       - Ну, ты уж не ровняй ежа с дикобразом! Это таки другая история.       - Но ведь он не расстался с Киарой после того, как узнал, что они – двоюродные брат и сестра, и их брак стал аморален?       - Нет, насколько я видел.       - Вот и правильно. Так что я думаю, мой папа все поймет и примет как есть.       Они вышли на поляну, где уже сидели все ученики и ждали их. Шторм сказал Дарию:       - Ну вот, это моя школа. Теперь и ты поможешь мне. Будешь им истории рассказывать, это хорошо у тебя получается.       - И таки я уверен, многие в Долине не поймут и не простят тебе этого. Ты перешел определенную черту, Шторм. И потом, какой урок ты имеешь дать этим детям? Ведь они могут воспринять твой поступок нормой. Это противоречит кодексу короля Долины.       - А иметь любовниц и обманывать жен кодексу не противоречит? Дарий, половина женатых королей имеет их и не одну. А вторая половина только собирается. Статус короля многое позволяет, он сам по себе соблазнителен. Власть развращает, абсолютная власть развращает абсолютно! Немногие из королей верны своим единственным женам и не обманывают их. И немногие львицы ни за что не согласятся стать любовницами женатого короля: ведь это позволяет влиять на него, а значит, дает власть и преимущество перед остальными. И всех это по умолчанию устраивает! А я не обманывал Тришу и Лизу, был сейчас честен с ними обеими, был верен Трише и буду верен ей дальше! Ей и Лизе. Я люблю их обеих, причем одинаково сильно! Другим львицам мое сердце принадлежать не будет. У меня никогда не будет любовниц! Я поступил с Лизой честно, поступил так, чтобы все были счастливы и довольны. Напоминаю, они сами обо всем договорились. И теперь меня будут осуждать за это?! Пусть лучше спросят Лизу и Тришу потом, спустя время, правильно ли я поступил, и осудят, если был неправ!       - Так долго ждать никто не станет. Тебя осудят сразу, как только узнают об этом.       - Ну и пусть! Осуждать очень легкое дело, самое главное, что оно не запрещено! Понять труднее, здесь думать надо. Пусть осуждают, мне, честно говоря, будет при этом все равно...       - Но тогда у тебя больше не будет учеников... И этих могут забрать!       - Не заберут, некуда! А вообще у меня другая цель в жизни, ты же знаешь...       Дарий окинул взором притихших учеников и проговорил с улыбкой:       - Сделаем вид, что из кодекса есть исключения и твой случай – как раз из них? Тогда имею предложить учить на примере Симбы и Налы или Кову и Киары.       - Да, ты прав, - кивнул Шторм. - Такой любви надо песни слагать. Это примеры удивительной глубины чувств, толкающей на многие свершения. Что касается меня... Скажу, что кодекс не может дать ответы на все вопросы в жизни, и иногда приходится поступать по-другому, по совести и чести и по повелению своего сердца и разума, даже, если при этом кодекс может быть нарушен. Ведь есть вещи выше его!       - Но за нарушение кодекса всегда следует наказание, – вздохнул Дарий. - Ты готов принять его?       - Оно всегда должно учитывать мотив преступления и все смягчающие обстоятельства, - ответил Шторм. - Я уверен, что если Совет Долины сочтет мой поступок преступлением кодекса короля, то вынесет справедливое решение, которое я приму и скажу об этом сейчас ученикам.       - Я вообще-то не об этом, - проговорил Дарий и кивнул на учеников: - Ладно. Они тебя уже ждут.       Возвращение было тяжелым. Уставшие будущие короли и принцы, изображавшие на мордашках дикое удовольствие от какого-то захватывающего зрелища, предваряли медленное спотыкающееся шествие пары, поддерживающей своими боками третьего спутника, чья грива имела ярко выраженный кровавый оттенок. Дарий, бывший в паре справа, тяжело вздыхал, предчувствуя весьма «теплый» прием от львиц за ужином. И все повторял:       - Ох, не надо было так увлекаться, братишка, не надо было….       - Я сам просил в полную силу, - возразил, сплевывая очередной образовавшийся сгусток крови, Айзек.       - Цыц, умник! – огрызнулся Дарий. – Кто имеет спрашивать тебя? Все орехи нам достанутся!       - Ладно тебе, - проговорил Шторм, - уладится как-нибудь.       - Кстати, хотел спросить тебя, братец, ты когда собираешься посетить чудный чемпионат Долины по боям? Давненько там тебя не видели.       - Вряд ли они жаждут потерпеть очередное поражения от меня, - ответил, улыбнувшись, Король.       - Эт точно, - кивнул Дарий, – они жаждут тебе отомстить. Ты единственный, кто пока ушел непобежденным.       - А что, появился достойный соперник? – спросил Айзек.       - Для тебя их там целые толпы, - ответил дядя. – Впрочем, и для папы найдутся. Когда я уходил, по окраинам кто-то рыскал, вызывая королей на дуэли, и убивал на них. Думаю, сей боец Чемпионат не пропустит.       - И ты считаешь его достойным противником для меня? – улыбнулся Шторм.       - Ой, я тя умоляю, и когда это мы стали такими разборчивыми? Давно ли сам бывал в неблагородных местах? Одно я скажу точно – без практики твоя теория скоро помрет. И коль скоро ты вернулся, надо собираться на Чемпионат. Иначе все решат, что ты состарился и боишься проиграть. Тогда сюда скоро аутсайдеры будут толпами ходить.       - Это точно, - задумался Шторм. – Пока я силен, они будут бояться. А силу надо периодически подтверждать. Но и сам я просто так заявляться там не буду. Поживем – увидим.       Когда впереди идущие ряды расступились и показались лица львиц, одного взгляда на которые хватило Дарию, чтобы произнести пророческие:       - Ну вот, братишка, ша мы с тобой будем иметь отгребать по самое с кисточкой, только успевай расставлять лапы….       Перепуганная увиденным, Лиза, стремглав, подлетела к сыновьям:       - Что произошло? Айзек, ответь, что случилось?! На вас кто-то напал? Кейси, ты тоже ранен? Да говорите же!       - Все в порядке, мам, – ответил тот, выйдя из-за спины учителей. – Я цел, как и все другие. Никто на нас не нападал. Просто Шторм и Айзек продемонстрировали поединок гладиаторов….       Лиза на мгновение застыла на месте, пристально смотря на Шторма и переваривая услышанное. Потом с полусвистом: «Ах, ты придурок!» подскочила к тому и со всей силы ударила по лицу наотмашь. Затем еще раз и еще раз. Учитель не защищался, смиренно принимая весьма чувствительное для самолюбия наказание. Немного успокоившись, львица повернулась вновь к сыну:       - Как ты, сынок?       - В порядке, мама... – тихо ответил Айзек. Он уже лежал на земле, тяжело дыша и пытаясь зализать раны на лапах и везде, где мог сам, хотя имел слишком мало сил для. Дарий сочувственно сказал ему:       - Ты лучше полежи спокойно, отдохни.       А Лиза в это время звала Тришу:       - Триша! Иди скорее сюда! Шторм избил нашего сына.       - Что-о?! – Та только что подошла к вернувшимся и быстро спустилась вниз:       - Шторм, что ты сделал с Айзеком?       - Он сошел с ума! – причитала Лиза, не обращая внимания на попытки отца и сына что-то ответить. - Какой из Айзека гладиатор?! Как он может быть соперником тебе, Шторм? Ты же чуть не убил его!       Шторм воспользовался возникшей паузой и попытался наконец вмешаться:       - Погоди. Дай мне хоть слово сказать!       - Ты мне рот не затыкай! Я тебе...       - Помолчи, наконец! Дай мне все объяснить!       Лиза замолчала и с яростью посмотрела на Шторма. Тот повернулся к побитому сыну и тихо спросил:       - Уже лучше?       - Намного, папа. К вечеру буду в порядке.       - Не спеши, завтра – послезавтра отдых, я позабочусь о еде для тебя сам. Потом продолжим. Особенно тебе надо потренировать мышцы шеи, слабоваты они у тебя.       - Это у тебя, папа, стальной захват...       - У других гладиаторов не хуже. Кейси, Витани! Доведите его до дома.       Айзек тяжело поднялся и, поддерживаемый братом и сестрой, медленно пошел на Скалу. Август повел остальных учеников на поляну для ужина, где их уже ждала Дуала. Элайша, вышедшая откуда-то из кустов, тоже присоединилась к ним.       Лиза хотела было пойти за Айзеком, но Шторм догнал чуть поодаль от остальных и остановил её:       - Погоди!       - Не хочу с тобой разговаривать даже.       - Айзек должен был пройти через настоящий бой, иначе из него никогда не получится толкового бойца.       - И поэтому ты его так избил? Хороша тренировка. Что дальше: прибьешь его, как это частенько случалось на чемпионате?! Ну, чтоб совсем по-настоящему было.       - Не говори глупостей. Наш сын крепок и очень силен, быстро учится. Скоро он станет побеждать даже меня.       - То есть ты будешь продолжать в том же духе?!       - Если он сможет победить меня, - вздохнул Шторм, - значит, сможет и других. Я, конечно, мог бы отправить его на ближайший чемпионат в Долине. Но он пока не готов. Хотя однажды я, наверное, так и поступлю.       - Зачем, Шторм, зачем?! – Лиза умоляющими слезами смотрела ему прямо в глаза. - Я видела, каким возвращался Камо с подобных поединков, каким приходил ты. Я не хочу видеть такими своих детей! У Айзека должна быть нормальная жизнь.       Учитель вздохнул и посмотрел куда-то вдаль. Словно там, за горизонтом было некое известно решение всех проблем.       - Жизнь обыкновенного льва, Лиза, Айзеку не грозит, - задумчиво после паузы сказал он. - Он заменит меня однажды в великом Круге Жизни и сам согласился на это. Станет учителем и защитником для одного из своих братьев, тем, кем я должен был стать для Симбы, но не повторит моей судьбы. Он будет лучше меня. Ведь ты бы сама хотела, чтобы здесь жили и правили два сильных брата, когда Кейси станет королем. Если Айзек останется тут, а не уйдет с Кову...       - Но...       - А стать таким Айзек сможет только, если будет драться как воин, - глаза Шторма блестели, голос обрел твердость и решительность. - Он должен научиться побеждать в настоящих боях, а не только на тренировках. Поэтому кровь, раны – это все впереди. И пока я буду его противником. А потом отправлю на чемпионат, где он обязательно завоюет титул чемпиона. И никак не меньше! Ты еще будешь гордиться им, как и Кейси. Из него выйдет очень мудрый король.       Шторм обнял Лизу и сказал:       - Лиза, прости меня. Я не хотел тревожить тебя, поэтому ничего не сказал о нашем уговоре с Айзеком...       - Значит, вы уже все решили без меня?       - Да. Хоть и не обо всем. Мы договорились об этом поединке еще тогда, когда ты была без сознания, и не хотели говорить заранее. Чтобы ты не помешала нам. Прости! Я обещаю, что в следующий раз, а это будет не скоро, постараюсь сделать поединок менее кровавым. Хотя и не обещаю, что это будет именно так. Может, уже я буду в листьях акации...       - Иди ты... – Лиза отстранилась от него.       В этот момент на тропе показалась Триша.       - Айзек уже спит. Раны не глубокие и быстро заживают. Ученики чего-то ждут от тебя.       Шторм внимательно посмотрел на неё и спросил:       - Тебя что-то тревожит?       - Скажи-ка, если у нас будет сын, ты его однажды тоже так отделаешь? Это его участь?       - Триша, ты говоришь так, будто Айзек наказан. Но это не так. Я потом тебе все объясню. Мои сыновья – мои преемники, но каждого ждет своя судьба.       - Надеюсь, что родятся одни девочки, - сказала Лиза. - Меньше крови прольется на земле.       Шторм обнял Тришу и Лизу, но ничего не сказал. Поцеловав их, он направился к ученикам.       Лиза и Триша смотрели ему вслед.       - Знаешь, Триша, иногда я думаю, почему я полюбила именно его? Жила бы спокойно с каким-нибудь обычным львом, дети с обычной судьбой... А с ним – как на вулкане, не знаешь, что он сделает в следующий раз. Почему он не может поступать так, как все?!       - Вот за это ты его и любишь так сильно, - ответила Триша. - Он не такой как все! Иначе ты бы его забыла давным-давно. Ты не сможешь его остановить или изменить. Иначе он бросит тебя, хоть и будет потом долго переживать и извиняться. Но сделает это, если воспрепятствуешь его миссии. Айзек согласился стать его преемником, наш сын, когда родится, тоже может согласиться. И теперь у Шторма есть новая миссия – подготовить своих будущих преемников. А мы можем лишь помочь.       - И ты смиряешься с тем, что он уготовил такую судьбу твоему сыну? Ты не повлияешь на неё?!       Триша обняла Лизу и, улыбнувшись, сказала:       - Постараюсь сделать все, что смогу.       - И своему будущему сыну ты должна будешь многое рассказать, чтобы он решал свое будущее, очень хорошо подумав. Жаль, что у меня было мало времени, чтобы поговорить с Айзеком. Если бы я знала, Триша, что Шторм так быстро его уговорит согласиться стать преемником, я бы гораздо больше ему рассказала.       - Еще не поздно. Айзек должен идти своим путем.       - Ты права, Триша. Спасибо за поддержку.       И две львицы неспешно пошли на Скалу.       Глава 22. Марша и Дарий спешат на помощь       Марша вернулась, когда все уже поужинали полуденной добычей львиц и расходились кто куда: кто спать, а кто прогуляться перед сном. Она и сама любила после охоты прогуляться в одиночку, чтобы разогнать тоскливые мысли. Её раздирали обида на незаслуженно холодный прием и на Дария за то, что настроил Шторма против неё (а кто же ещё?), и странное желание увидеть этого болтуна как-нибудь мельком. Марша за дни перехода привыкла к его постоянной молчаливой заботе, неважно ссорились они или нет. Сегодня днем она решила найти уединенное место, чтобы подумать обо всем произошедшем с ней за последние дни, и о том, что будет дальше. Такое место нашлось за водопоем, куда приходили напиться стада импал, в виде небольшой поляны, огороженной большими кустарниками, которые скрывали от чужого взора любое присутствие. Здесь можно было и побыть в уединении, и выйти на охоту, когда потребуется, и вернуться потом обратно. Теперь Марша будет приходить сюда, чтобы побыть наедине.       Мысли о будущем как-то незаметно перетекли в мысли о настоящем. Возможно, она зря плохо думает о Дарии. Причем думает гораздо чаще положенного. Может, он никого и не настраивал, Шторм сам все решил. А вот в нем она сильно разочаровалась. Шторм оказался ещё хуже, чем она думала о его брате, хотя казалось, кто может быть развратнее этого спесивого толстяка с берегов Озера? Но после всех публичных обещаний верности, других клятвенных слов при уходе от Симбы, когда все незамужние львицы просто сохли по нему, он, став королем, фактически женился на еще одной львице! Как только Триша согласилась с этим? У неё нет своей гордости? Или её любовь настолько всепрощающа, что превращает гордую львицу в покорную рабыню? Будь Марша на её месте, она ни за что не допустила бы такого! Впрочем, это еще раз подтверждает старую истину: доверять льву можно только в самом крайнем случае. Интересно, чему может научить Шторм своих учеников?       При этих мыслях Марша заинтересованно перевернулась на другой бок, уступив место другому направлению дум. Интересно было бы посмотреть хоть раз на процесс обучения львят. Ведь её толком никто не учил, сама всему научилась: и как охотиться, и как защищаться. Только правильно любить не научилась. Может ли учитель сказать, как полюбить того, кого надо: чтобы в ответ была настоящая любовь, а не игра слов для соблазна? И тут снова всплыл образ Дария, а затем еще один. Который, казалось, был давным-давно забыт. Боли она уже не чувствовала. И все же. Львица обреченно вздохнула и незаметно загрустила вновь.       Марша просидела так почти до самого вечера, и только ярко оранжевое солнце, расплавившее усталым жаром горизонт, заставило отправиться в обратный путь.       Дома её ждали последние новости. От злости разочарования захотелось вновь уйти. И у подножия она наткнулась на предмет своих одиноких дум. Правда. Видеть именно его сейчас крайне не хотелось:       - Ну что, дожили уже. Поздравляю!       - С чем? – не понял сразу Дарий.       - Твой братец избил своего сына.       - Ой, я вас умоляю, только не надо тут все этих глупостей! – разозленный Дарий перешел на привычный ему язык. – Только и всего, что пара шрамов на молодой пельке, а визгу, словно тот не своей смертью умер.       - У Айзека не пелька, а лицо. Причем не такое, как твоя пошлость на жаргоне.       - Так ты за него сильно страдаешь? Я часом думал, тебе природа сердца не дала.       - Дала, да один поц вроде тебя отнял, - Марша просто закипала внутри. - Если бы я была на месте Лизы, прибила бы вас обоих!       - Напугала колючками дикообраза, я тя умоляю, - ехидно заметил Дарий, – ты не сможешь быть ни на месте Лизы, ни за неё.       - Почему да?       - Никто не любит таких языкастых.       - Это комплимент? – Марша была готова оставить несколько острых следов обиды на самодовольной пельке Дария.       - Я просто констатирую факт.       - О, я понимаю. Правда глаза колет. Рамзес о Шторме говорил только лучшее. И что я узнала о нем сейчас?! Бабник – двоеженец избивает своего сына в целях воспитания будущих властителей саванн. Интересно, чем вы им только рты напихиваете?       - Ты не тронь того, что тебя не касается, малохольная….       - Все вы одинаковы, - Марша была сильно обижена очередной ссорой. - Может, ты немного и лучше, а может, и нет. Тем более, что оправдываешь братца. Бедная Триша. Кого она только полюбила!       Дарий быстро перехватил Маршу и оттеснил её в сторону:       - Ты забываешься, Марша. За такие слова можно нарваться на настоящие комплименты. Шторм любит её и не простит тебе попыток вбить клин между ними!       - Я тя умоляю, что он сумеет? Выгонит?! Ну и пусть. Всем расскажу, какой Шторм на самом деле, а Рамзесу – в первую очередь.       - Я тебе повторяю не трогать брата. За него отоварю пендалями так, мать родная не признает. Не лезь в чужие чувства, коль сама в них ни бельмеса. Он не бабник и…       - О-о, возможно, в сравнении с тобой он просто ангел! Даже твой отец не мог подобрать тебе спутницу в поход.       Дарий не ответил сразу. Он всматривался в искренне презиравшие его глаза, пытаясь понять, чем она его так сильно цепляет, что почти каждая попытка поговорить заканчивается ссорой. И не найдя внятного ответа, лишь грустно констатировал:       - На мою голову он тебя подобрал, кем-то обиженную. Нет, твой язычок все же натянет однажды тебе глаза на одно место.       С этими словами Дарий развернулся и пошел спать. Марша со злостью и обидой крикнула вслед:       - Да ну! Лучше за своими смотри, поц несчастный!       И убежала ночевать в свое тайное убежище.       Некоторое время они не виделись и не встречались. Марша рано уходила на охоту, еще до того, как Дарий уходил к ученикам. А после обеда почти каждый день скрывалась прочь, лишь бы не видеть его и Шторма, чтобы вновь не поссориться, и чтобы не иметь неприятностей. Однако вскоре случай снова свел их вместе.       Среди учеников Шторма был один львенок по имени Ванга. Сей неугомонный малый, чье большое любопытство всегда сулило неприятности, хранил один секрет: он не был чьим-либо наследным принцем. Аутсайдеры напали и убили его родителей, когда ему не было и пяти месяцев. Одна выжившая львица прайда сбежала, забрав с собой и спасши жизнь. Ванга мечтал стать королем, когда вырастет, и отбить свою землю назад. Но попасть у учителю в Долине он не мог: если кто и брал учеников, то только детей живых королей. И тут он узнал, что открывается школа Шторма за пределами Долины. Это был шанс. Если никто не узнает, откуда он родом на самом деле, то все может получиться. Спасительница привела его на сборный пункт и благословила. Ванга затерялся в толпе будущих учеников. В пути все сопровождавшие мамы были поглощены своими собственными чадами и не обращали на него почти никакого внимания. А когда пришли на место, он один из первых подошел к Шторму и сел рядом.       Ванга очень боялся, что его вычислят и выгонят из школы. Так уже было в Долине с другими львятами в его ситуации. Поэтому старался изо всех сил понравиться Учителю и завести как можно больше друзей. Спустя некоторое время он оказался в отдельной группе среди тех, кто лучше запоминал истории и законы, отвечал на вопросы, быстрее бегал и больше побеждал в борьбе. Им давались задания повышенной сложности. Благодаря своей целеустремленности, Ванга выбился вперед и стал одним из лидеров. Затем сменился Учитель: Шторм почти все время проводил с отстававшими учениками. С Дарием же было интересно. Он много интересного рассказывал в своей странной и смешной манере и был менее строг. А еще Ванга невольно тянулся к Дуале. Он остро нуждался в чьей-то ласке, вместо рано потерянной материнской. Молодая львица же чувствовала, что с львенком что-то не так, хотя не знала причины его периодической грусти и необычной привязанности к себе.       Обычно ближе к вечеру после обеда все ученики получали свободное время для игр под присмотром Витани и Дуалы. Август вместе с Кейси уходили на персональные занятия к Шторму, Дарий тоже куда-то уходил. Обычно на Скале оставались только Лиза, Триша и Аккра, получившие с приходом Марши возможность поспать перед вечерней охотой.       Ванга больше всего дружил с учениками Делмаром и Бохлэйлом. Оба были в группе отстающих учеников и полностью признавали авторитет одного из лидеров группы преуспевающих. Чаще всего они проводили свободное время в компании, где Ванга рассказывал выдуманные им либо подслушанные небылицы о своей земле. А еще он нередко подбивал друзей сходить в отдаленные места Прайдлэнда, хвастаясь своей способностью всегда находить путь обратно. И в этот день после обеда, как только его друзья подставили истосковавшиеся бока пригревающему солнцу, он предложил:       - Эй, хватит валяться! Вставайте, а то станете жирными, какие из вас короли тогда получатся?       - И чего тебе неймется сегодня? – лениво спросил Делмар.       - Я еще вчера слышал об одном крутом месте, оттуда все видно, кто и чем занимается. Айда туда посмотреть, чем занимаются старшие ученики!       - А где это? – заинтересовался Делмар.       - Во-о-он там. Видите ту большую гору? Она очень высока, с неё все хорошо видно. И недалеко. Мы сможем до ужина сбегать туда и обратно.       - Но там надо забираться вверх. Ты уверен, что мы сможем быстро вернуться домой? – недовольно сказал Бохлэйл. – Абы потом нам не влетело.       - Ну и сиди тут, Эл, набирайся жиру, - раздраженно сказал Ванга. - Учитель Шторм говорил, что настоящий король должен быть очень сильным и поддерживать себя в отличной форме. Для этого надо много бегать, прыгать и лазить по разным местам. А если ты будешь валяться тут, то никогда не перейдешь в нашу группу. Будешь долго учиться тут, может всю жизнь, ха-ха-ха!       Бохлэйл не хотел учиться всю жизнь и поэтому встал и посмотрел на Делмара. Тот тоже встал:       - ОК. Но сначала скажем Дуале, куда идем.       - Зачем?       - Ты же знаешь, Ван, если куда уходишь, должен спросить разрешения. Взрослые должны знать, где мы.       - Ну, ты и дурак, Дел, - закачал головой Ванга. - Кто ж нас пустит тогда туда?! Чтобы мы все увидели и чтобы о горе узнали другие?! Они тогда все рванутся туда! Нет, в такое место мы должны идти сами. Чтобы никто не знал.       - Я боюсь идти без предупреждения. А что если что-то случится по дороге? Как они нас найдут?       - Трусишка Дел боится идти. Ха-ха-ха! – Ванга демонстративно посмеялся над друзьями, потом обвел их решительным взором и объявил: - Да ничего не случится с вами, я же буду рядом! Я защищу, если что. И вообще. Настоящие львы ничего не боятся! Мы же должны себя проверить в деле. Ну, так как, идем или нет?!       Делмар и Бохлэйл некоторое время колебались, но в конце концов согласно закивали головами. Прокравшись к кустам на краю поляны и дождавшись, пока Витани и Дуала будут смотреть в другую сторону, вся троица восхищенно скрылась в них. Там они проползли к другой, никем не занятой поляне и, выйдя на неё, побежали в сторону горы, на которую указывал Ванга. Добежав до реки, они остановились.       - А как мы перейдем на тот берег? Я плавать не умею, – сказал Бохлэйл.       - Я тоже, – добавил Делмар.       - Не боись, - последовал уверенный ответ – Всегда найдется безопасный брод.       Подобно взрослым охотницам, ищущим путь на заполненный едой противоположный берег, троица проследовала вверх по течению, приближаясь к заветной загадочно-манящей горе. Речушка весело журчала, обходя путешественников, и уносила прочь чьи-то будущие силы, утоляющие в палящий дневной зной жажду выживания, пока, наконец, не обнажила некогда подводные камни, поблескивавшие на солнце полированными гранями.       Это и был искомый шанс.       - За мной, – скомандовал Ванга и первым стал прыгать с камня на камень. Друзья последовали за ним, едва не очутившись пару раз в обманчиво миролюбивой воде. На другом конце пути они остановились и стряхнули с лап воду. Берег встречал их враждебными зарослями акаций, за которыми виднелись манящие неизвестностью стволы баобабов и эвкалиптов. Ванга вздохнул и первым полез в кусты. Пробираясь, друзья периодически оглушались протяжным ревом вожака слонов, стихавшего на время лишь для того, чтобы пополнить запасы воздуха в легких. Сей клич не сулил чужакам ничего хорошего, но троица уже боялась и обратно свернуть. Внезапно кусты закончились, и львята очутились на большой поляне, оказавшимся популярным пастбищем слонов. Ванга пригнулся и едва прошептал:       - Тихо. Учитель Дарий говорил, что если слоны увидят львов, то могут в панике нас затоптать. Поэтому надо тихо-тихо ползти вперед, пока нас не заметили.       - А что-о у-учитель с-сказал делать, е-если н-нас уже з-заметили?! – испуганно заикаясь спросил Бохлэйл.       Опустив свое оружие устрашения к самой земле, издав предупредительно боевой клич, вожак начал медленный разбег прямо на их лежбище.       Мгновение оцепенения прошло с криком Ванги:       - Бежать!       И они припустили изо всех силенок к краю пастбища, куда слоны обычно не ходили. Сзади нарастал гулкий топот лап стада слонов, давивших на своем пути все формы несчастливо взошедшей растительности. Однако стена акаций была не для них, поэтому темп начал быстро замедляться. Однако маленькие бегуны на одном дыхании продрались сквозь неё, оставляя клоки шерсти и капли крови на ветвях, махом перепрыгнули через ручей и только потом остановились отдышаться.       - Ну и где мы сейчас? – спросил Делмар.       Ванга огляделся:       - Не знаю.       - И как мы попадем домой, - запаниковал Бохлэйл. - если ты не знаешь, где мы?!       - Пойдем тем же путем, что и пришли, - последовал ответ. - Учитель Шторм говорил, что всегда можно найти дорогу назад, если идти по собственному следу...       - В кустах? – угрюмо заметил Делмар. – И слоны наверняка затоптали наши следы.       Ванга сел и еще раз осмотрелся:       - Ты прав, Дел.       - Надо позвать на помощь, – предложил Бохлэйл.       - Кого?! Мы тут одни, - возразил предводительствующий друг. - Не боись, Бо. Сейчас я что-нибудь придумаю... Придумал!       - Что?! – спросили его спутники хором.       - Надо идти к горе. Сверху мы увидим путь домой! – торжественно заявил Ванга.       - А где гора-то? – спросил Бохлэйл.       - Сейчас – сейчас... Ага! Вон она! – Ванга указал на видневшуюся гору.       - Ты уверен? Мы столько прошли, а она не стала больше! – сказал Делмар.       - Значит, мы еще далеко, – ответил тот. - Пойдем теперь прямо на неё и быстро доберемся.       И, как и прежде, уверенный вожак маленького прайда повел своих последователей к цели всех приключений дня. Он шагал бодро, не обращая внимания на свои легкие следы акаций на теле, что иногда все еще припускали сладковатую кровь и на почти скрывшееся за горами светило, предупреждавшее своим цветом о скором наступлении глубоко опасной ночи. Пока искомая конечная точка путешествия не накрыла своей тенью весь обозримый горизонт, буквально выросши из-под земли.       - Вау! - все трое восхищенно посмотрели наверх.       - И как мы туда заберемся?       - По тропинке, Дел, по тропинке..., - ответил Ванга. - Вон видишь, она ведет наверх, там пещера с уступом. С него мы и увидим дом. Вперед!       Все трое стали карабкаться наверх. Но когда троица очутилась на краю уступа, рассматривая далекие точки внизу и далекий «нос» Скалы на горизонте, только тогда они поняли, как далеко зашли:       - Ванг, а дом-то вон где аж! – воскликнул Бохлэйл. - Мы успеем вовремя вернуться?!       - Не боись, Бо. Конечно, успеем! – ответил привычным стилем Ванга. - Вон у того дерева внизу повернем направо, потом до реки прямо. А там до дома один прыжок!       - Тогда давай пойдем скорее, а то уже солнце почти зашло, - Делмар, наконец, заметил ярко оранжевый оттенок неба, что означало очень скорый конец дня. Но Ванга словно застыл на месте:       - Знаете пацаны, а ведь мы сейчас как настоящие короли! Представьте: мы стоим на важной церемонии сверху, внизу все звери. Давайте рявкнем все вместе, как будто это наша земля!       Делмар и Бохлэйл переглянулись и улыбнулись. Выстроившись, как по команде,, все трое набрали в грудь воздуха сколько могли и заревели на всю имевшуюся мощность глоток. Их глас мягким эхом разнесся по окружающей местности.       - Класс! – заворожено сказал Ванга: - Давайте еще разик, в пещеру!       Ответное эхо слегка оглушило их, но не испугало. Однако стоя на краю пещеры, они почувствовали легкую дрожь земли. Песок, лежавший на склоне горы, пришел в неровное движение и устремился ручейками вниз, увлекая за собой камни. Ванга только и успел скомандовать:       - В пещеру!       Все трое юркнули туда. Поток все нарастал и нарастал, камни падали все больше и больше, дрожь становилась все сильнее и сильнее.       Внезапно все стихло. Испуганные львята по одному стали выглядывать из пещеры.       - Ну вот, ничего страшного не произошло! – бодрясь, сказал Ванга.       - Уверен? Посмотри вниз, – мрачно заметил Делмар.       Только теперь стало очевидно, что путь домой был завален камнями, причем перепрыгнуть их было невозможно для небольших львят.       - И что мы теперь будем делать? – спросил Бохлэйл.       - Искать путь вниз... – неуверенно сказал Ванга.       - На ночь глядя?! Все, пришли, можно отдыхать, кто сколько вздумает, – сказал Делмар. - Сегодня мы уже ничего не сделаем. Будем ложиться спать здесь!       - Голодными? Я есть хочу!       - Терпи, Бо. Я тоже хочу, но ничего не поделаешь. По прихоти одного нашего мечтателя - ревуна мы тут застряли без еды. Надеюсь, что нас найдут очень быстро, и, может быть, утром мы хорошо позавтракаем. После того, как получим пенделей от учителей.       - Как ты думаешь, что нам будет? – тихо спросил Ванга.       - Подзатыльников и шлепков не избежать. Еще и отцу расскажут, это точно. Как его наследный принц чуть не погиб!       - А если нас не найдут? – раздался едва надеявшийся вопрос.       - Значит, расскажут, как погиб... Хватит ныть, Бо! – Делмар разозлился не на шутку. –Конечно, учитель Шторм сможет нас найти, это точно! И лучше нам оставаться на месте, чтобы не потеряться еще раз. А теперь давайте спать возле входа. Учитель Дарий говорил нам, что так всегда сумеешь заранее учуять опасность.       Ванга ничего не говорил. Теперь его точно отправят назад, узнав всю правду. И сдалась им эта гора! Сидели бы сейчас дома, ужинали, и никто ничего не узнал бы.       Все трое сбились в кучу возле входа и тревожно задремали.       У Дуалы сердце болело еще с утра и заставляло с повышенным вниманием следить за детьми. Иногда её посещали странные предчувствия беды, часто потом становившиеся реальностью, поэтому львица не пошла на охоту, а осталась дома следить за порядком, встречать львят и охранять их. Она пересчитала учеников после возвращения с учебы и обеда, но все были на месте. Однако тревога не отступала, и через какое-то время она снова проверила, на месте ли ученики. Троих не было и среди них – Ванги. Дуала пошла их искать по следам, дошла до реки, где следы оборвались, но, ничего и никого не найдя, в слезах бросилась назад позвать кого-нибудь на помощь.       - Витани, Витани!       - Что случилось? – Та выходила из пещеры на охоту и первой столкнулась с влетевшей внутрь Дуалой. Лиза и Аккра стояли чуть поодаль наготове.       - Помоги мне! Ванга, Бохлэйл и Делмар пропали! Следы ведут к реке и там теряются. И никого вокруг нет.       Витани подошла и положила лапу на плечо Дуалы:       - Успокойся! Возможно, они просто где-то заплутали и сейчас придут к ужину. Ведь никаких следов там крови или еще чего не было?       - Нет, не было, - мотнула головой та.       - Ну, вот видишь. За границу Земель прайда они выйти не могли. Успокойся, Дуала, мы сейчас пойдем на охоту и заодно посмотрим, может, встретим их по пути...       Но и к ужину троица не появилась. Такого еще не было. Теперь уже и Витани забеспокоилась всерьёз. Вместе с Дуалой они побежали к Шторму, занимавшемуся Августом с Кейси.       - Папа! – первой заговорила Витани. - Ванга, Делмар и Бохлэйл исчезли со Скалы и до сих пор не вернулись!       - Их следы теряются возле реки..., добавила Дуала, оправдывающимся тоном недосмотревшей воспитательницы. - У меня очень плохое предчувствие….       - А вы куда все смотрели?! – беспокойство передалось Шторму       - Пап, мы не виноваты! Они, наверное, тайком сбежали, – сказала Витани.       - Но это не оправдание! Когда вы их видели в последний раз?       - После обеда, – едва не плача, ответила Дуала. – Я их просто пересчитала. А потом не досчиталась троих. Узнала, кого нет, пошла по следам, никого не нашла и вернулась….       - Так, понятно. Значит, они могут отсутствовать уже полдня, а вы даже не заметили вовремя их ухода со Скалы! Август, Кейси, бегите вперед домой объявить общий сбор. А вы покажете мне, где заметили их последние следы.       На Скале их уже ждали все львицы. Шторм позвал Чаку и сказал:       - Собери всех наблюдателей вместе с Максом. Мы разыскиваем троих львят, что ушли к реке и не вернулись, нужна помощь свысока.       - А как же граница, Ваше величество?       - Присмотрят гиены. Кстати, Корбана мне тоже нужна. Давай, быстро!       Чака улетел. Шторм подошел к остальным:       - Так! Надо разбиться на группы и прочесать все земли прайда из конца в конец. Со мной пойдет Лиза в сторону восхода солнца, Дарий и Марша пойдут на заход солнца.       - Я извиняюсь, - сказал Дарий, - но лучшее, если я пойду с кем-нибудь другим.       - Дарий, не время спорить, - ответил Шторм. – Вы неплохо ходите парой, этого вполне достаточно. Так, Август и Элайша отправятся к проходу в сторону Долины Прайдов и поищут там, Кейси и Триша останутся здесь. Остальные пойдут к реке и поищут место, где львята перешли на другой берег. Айзек, ты будешь за главного. Найдите их следы на реке. Теперь я с Лизой останусь дожидаться подмоги, а всем остальным разойтись.       Едва последняя львица спустилась и исчезла в сумерках, как на Скале появились гиены.       - Корбана, - строго сказал Шторм, - у нас пропали львята. Мы все идем их искать. Я хочу, чтобы твои острые глаза присмотрели за границами, а чуткие носы помогли найти пропавших. Если кто найдет их живыми, всем дам хорошее вознаграждение. Но предупреждаю, если кто осмелится их съесть, пусть и мертвыми…       - Не стоит нас пугать, - ответила Королева, - их никто и когтем не тронет. Все знают, на что ты способен. Мы присмотрим и поищем. Но для начала надо их запах узнать.       - Хорошо. Лиза, покажи гиенам лежанку детей.       Когда гиены скрылись внутри пещеры, Триша заметила:       - Зря ты их пустил внутрь. Вряд ли гиены станут помогать, зато вонищи будет надолго.       - Я сам им не особо доверяю, - ответил Шторм, - но нам нужна любая возможность найти. А эти падальщики чуют жертву гораздо дальше нас. Потерпи, родная.       - Знаю. Лишь бы деток поскорее нашли.       Гиены появились под хлопанье крыльев воздушных разведчиков, что собрал с собою Макс, и молча исчезли со Скалы. Триша тут же собрала остальных испуганно перешептывавшихся учеников и увела их вглубь пещеры. Шторм, пропустив вперед себя Лизу, подошел к Кейси и почти отечески сказал:       - Если будет какая опасность, уводи всех подальше.       - Ничего не будет, Шторм, но я понял.       И мгновение спустя Скала погрузилась в темную тишину.       Дарию не очень-то хотелось вновь ссориться с Маршей, поэтому он кивком головы послал её впереди себя на поиски следов, а сам пошел чуть сзади. Та только хмыкнула, но повиновалась. Какое-то время они искали молча, но долго мучавший львицу вопрос все же сумел прорваться наружу:       - Почему ты отказывался сразу идти со мной? Испугался, таки да?       - Щас! Ты еще скажи, что сама на меня шороху навела. Я же думаю об поиске, а не гвалте с тобой. Чтоб ты ни мне, ни себе не нервничала. Пойти с кем-нибудь другим тебе бы было самое то.       - Таки да?! А ты бы тогда с кем пошел?       - Таки я тебе и ответил. Слушай, давай, ты не будешь нарываться и вспомнишь для порядку, чего нас Шторм вдвоем отправил. Чай, не для страстных взаимных комплиментов, цыпочка.       - Не зови меня так, – ощерилась Марша. – Я тебя уже предупреждала. Другим разом сразу отведаешь моих когтей на твоей толстой пельке.       - Ой, я тя умоляю, возьми полтона тише, красавица, - Дарий тут резко переменился в тоне и тихо выдал совсем нежданное, но самое искреннее: - Прости. Я же сказал, просто не хочу ссоры с тобой. А он меня словно нарочно с тобой сводит раз за разом. Только хуже нам делает.       - О ком ты?- тихо спросила Марша, и так зная в душе ответ.       - Да о братишке, о ком же еще. Словно и не знает, что ты немножко странная.       - Это ты намекаешь, что я, по-твоему, хорошо больная?! – обида Марши быстро закипела вновь.       - Тогда скажи, - Дарий смотрел в её кристальные глаза, - какого перепугу ты то бегаешь от меня как от чумы, то вдруг грязные намеки какие-то строишь, словно ревнуешь! То ты одна, то вдруг совсем другая.       - С чего ты взял, что я от тебя бегаю или ревную?! Ты уж совсем великим пурицем заделался, как я посмотрю.       Дарий остановился:       - Сделай милость, дыши носиком! А то и вправду могут быть пламенные комплименты. Как обнаружишь след, дай знать.       И тронулся дальше. Но им не посчастливилось никого найти. Пройдя, не чувствуя усталости, до самых крайних гор Земель прайда на заходе солнца, на его рассвете они вернулись обратно.       Другая пара тоже не могла найти следов. Август был не слишком доволен, когда его отправили вместе с Элайшей, считая это бесполезной тратой времени. Навряд ли Ванга и его друзья полезли бы в пустыню. Больше всего он хотел бы сейчас быть вместе с Витани, полагая, что так они бы быстрее нашли пропажу. К тому же не далее как после обеда они проходили по этим местам и ничего интересного не нашли. Следовательно, зачем туда ещё раз идти? Но Шторм распорядился иначе...       Элайша, наоборот, излучала большой энтузиазм от предстоящего похода. Август придирчиво осмотрел её, потом вздохнул и сказал:       - Ладно, следуй за мной. Я буду идти впереди, а ты не отставай.       - Хорошо!       - Ты чему так радуешься?       - Ничему. Просто у меня хорошее настроение...       - Давай будь внимательной, смотри, не пропусти следов со своим хорошим настроением...       Элайша ничего не ответила на эту неожиданную грубость. Она видела, что он чем-то сильно расстроен, и даже догадалась чем или даже кем. Недавно Август разговаривал с Витани. Элайша видела их, но не слышала, о чем они смущенно и ошарашенно говорили. И с того дня практически не виделись. Львица решила, что они поссорились. И теперь молодой лев ищет повода вновь поговорить, естественно, наедине. Но сейчас ему это не удалось, хотя повод был просто замечательный. Вот это и расстроило его так. А значит, Август будет молчаливым спутником, скорее всего, до самого конца этого похода. Элайша тяжело вздохнула. А ей так хотелось тоже хотя бы просто услышать его голос. Если они не наткнутся случайно на пропавших детей, то ей, возможно, не удастся перекинуться с ним даже парой слов! Но чуда не произошло. И они так же молча на рассвете вернулись на Скалу.       Там уже собрались почти все.       - Подведем итоги, – сказал Шторм, выслушав многих. – За пределы Земель прайда никто из них не выходил. Ни на заходе, ни на восходе солнца отсюда их следов не обнаружили. Зато нашли следы на той стороне реки, ведущие к пастбищу слонов, где те их благополучно вытоптали. Следов крови или костей там тоже не нашли.... Каковы выводы и предложения?       - Надо искать дальше, папа, - Айзек, пожалуй, впервые употребил это слово, - Вывод один же – плохо искали. Сейчас отдыхаем, потом возвращаемся, надо прочесать все кусты и так далее...       - Молодец, племяша! – одобрительно прогудел Дарий.       Дуала тут же выступила вперед:       - Я не устала! Я пойду туда сейчас! Я их потеряла, я их и найду!       - Я тоже! – сказала Витани.       - Слушайте, девочки, сюда, - вмешался Дарий. – Путь для вас был не легкой прогулкой, да и орава спасателей все оставшиеся следы затрет. Пусти меня, братец, туда одного или в компании львицы, что я выберу сам.       - Хорошо, - согласился, подумав, Шторм, – пусть будет по-твоему. Однако возьми кого-то из тех, кто был там, чтобы путь к следам указали. А мы передохнем и придем позже. Тогда вы отправитесь спать без всяких пререканий. Если поиски не увенчаются успехом сейчас, то мы поделимся на две большие группы и будем искать по очереди – одна отдыхает, вторая группа ищет. Макс же полетит с вами в качестве связного наблюдателя.       - Слушаюсь, Ваше Величество, – бодро ответила уставшая птица.       Когда Дарий проходил мимо Марши, то бросил, едва замедлив шаг:       - Пошли. И постарайся быть крайне милой со мной другой раз. Покой тебе сегодня лишь приснится.       Марша ничего не ответила, но послушалась. Вместе с ними без всяких слов отправилась Дуала. Её никто не останавливал.       К тому времени, как на старое пастбище явился Дарий со спутницами, там уже не было никаких слонов: из-за пристального внимания львов те решили на всякий случай освоить другие места. Однако там оказалась Витани и быстро провела всех туда, где в затоптанной траве стирались едва уловимые запахи львят. Марша осмотрелась и сказала:       - Мда-а… И как нам тут отыскать то, чего не смогли найти другие?       - Как, как, - пробурчал в ответ Дарий. – Каком сверху и по быстрому.       - Очень умно, - огрызнулась Марша. – А по конкретнее?       - А по конкретнее надо понять, что ту вообще с ними произошло. Никто из них не погиб, следовательно, они отсюда ушли.       - Может, они спасались от слонов? – предположила Дуала.       - Похоже на то. Но надо понять, куда они побежали? Вы осмотрели здесь все?       - Да, - ответила Витани. - Мы обошли все кусты в своей стороне и осмотрели все на этой земле. Следы просто теряются.       - Так, - сказал Дарий, - а ну-ка вернись к камням и покажи мне тут весь их путь по следам. Хочу со стороны посмотреть.       - Как это поможет нам найти детей? – разозлилась Марша. – Надо искать новые следы, а не ходить вокруг старых.       - Хватит лепить умняки, я давно уже забил за то, что ты не знаешь . Раз прошу, значит, сделай Дуала.       Когда та прошлась по следам львят, Дарий, наблюдая за ней, что-то беззвучно бормотал под нос, будто объяснял самому себе. Наконец, его осенило:       - О! Я понял. Они не сюда идти, они крались через пастбище, пока слоны не заметили. И тогда побежали, а те за ними, и потому следы затоптаны.       - И что, гений? – спросила Марша.       - А куда в страхе бегут дети?!       - Домой? – робко предположила Дуала.       - Потом да, - ответил Дарий. – Но сначала по прямой в укрытие. А что сейчас перед нами будет, если мы побежим по прямой?       - Большие заросли акации, которые, наверное, никто толком в темноте не обследовал, - ответила Марша. – Предлагаешь нам туда залезть?       - Ты тоже гений, - злорадно кивнул Дарий. – Причем дамы вперед.       Едва они стали продираться сквозь колючий кустарник, как Дуала громко закричала:       - Нашла! Они тут и вправду шли.       - Скорее, летели без разбору. Выбирайся быстрее из колючек, - проговорил Дарий. – Пока сами тут всю шерсть не оставили.       Пробравшись на другую сторону кустарника, Дуала уверенно взяла след и повела дальше. Но вскоре остановилась:       - Тут следы вновь теряются.       - Не важно, - ответил Дарий, глядя куда-то в сторону. – Кажись, я знаю, куда идти….       И он махнул в сторону видневшейся горы.       - Горы?! Да как они туда заберутся? – воскликнула Дуала. - И зачем бы они туда полезли?!       - О! Этот вопрос меня всю дорогу мучает: только поняв, куда они шли, можно их найти. А не далее как позавчера на уроке я объяснял им места для наблюдений. Я говорил, что сверху все видно, а наблюдатель при этом незаметен. И еще сам показывал на самую высокую гору, которую видел с места нашей школы... очень похожую на ту. Она даже со Скалы хорошо просматривается!       - Так ты думаешь..., - начала Марша.       - Они могли забраться туда, чтобы узнать путь домой, и просто не смогли спуститься вниз... К тому же эта гора не так уж и далеко отсюда.       - А ведь логично! – снова воскликнула Дуала. - Если бы мы знали, куда они собираются, то запретили бы им... Поэтому они сбежали тайно! Нам надо немедленно её осмотреть.       Дарий посмотрел вверх и крикнул:       - Макс! Лети вперед, вон на ту гору! Посмотри, нет ли пропажи там.       Ястреб лишь едва заметно кивнул и устало полетел вперед, а львы стали пробираться к горе.       Ванга проснулся гораздо раньше своих спутников и готовился мысленно принять на себя удар всей правды про свое сиротство. Ведь рано или поздно их найдут и тогда-то все и откроется. Внезапно в небе показался знакомый силуэт. Он тут же вскочил и заорал изо всех сил:       - Мы здесь! Помоги-и-ите!!! Мы зде-есь!!!       Чуткое ухо ястреба не пропустило криков о помощи, и мгновение спустя он уже пикировал на небольшую площадку перед проснувшимися львятами.       - Как вы здесь? – спросил Макс, отряхнув острые кончики крыльев.       - Нормально пока. Только кушать очень хочется, – ответил Ванга.       - Ну это ничего. Вы продержитесь ещё немного, помощь уже близко. Я полетел.       Пролетая над тропой из пещеры, Макс осмотрел завал и полетел к Дарию. Его он застал уже у самого подножия:       - Они там! Я обнаружил их в пещере, но тропа наверх завалена камнями. Поэтому они не могут спуститься сами.       - Покажи кратчайший путь.       Подойдя к завалу, Дарий понял, что подняться будет не так просто. Он посмотрел на Витани:       - Ну, крутые девочки, какие будут предложения? Учтите, что старый дядя акробатизмом в детстве сильно не страдал.       - Если для тебя эта кучка камней – непреодолимая преграда, - сказала Марша, привычными движениями разминая подушечки лап, - тогда задвинься и не зевай понапрасну.       - О, с нами великий профессионал? - иронично заметил Дарий и сделал шаг назад. – Тогда прошу вперед. Только шею не сломайте, не огорчайте уж нас.       Марша подошла почти вплотную к завалу и попыталась запрыгнуть на вершину. Не долетев до цели совсем ничего, она поцарапала в бессилии выступавшие камни и медленно сползла вниз.       - Кучка оказалась не такой уж и маленькой, верно, профи? – язвительно спросил Дарий.       - Чем трепаться попусту, - ответила Марша, - лучше бы придумал, как помочь. Мне высоты не хватило всего немного.       - А вот это всегда пожалуйста, - довольно ответил Дарий. - Значит так, я подставлю тебе свою спину и немного приподниму. Дальше прыгаешь как обычно. Только когти не распускай, мне моя шкура на спине еще сгодится. Макс, там спрыгнуть и запрыгнуть назад можно?       - Да, учитель, можно, - ответил ястреб. - Там подъем круче.       - Ну и ладушки. Значит, прыгаешь, хватаешь одного в зубы, запрыгиваешь назад и здесь я тебя ловлю. Понятно?       Марша молча кивнула.       - Макс, - приказал Дарий, - доложи Шторму, что дети найдены, снимаются с горы и возвращаются домой вместе с нами. Лети!       - А мы что, просто так стоять тут будем? – спросила Витани. - Я тоже пойду. Я легче.       - Давайте все по очереди, - предложила Дуала. – Ведь их там трое.       - Хорошенькие новости, - проговорил лев. – А шкура моя потом не даст дуба от ваших лап?       - Не сцы, толстячок, - быстро проговорила Марша и решительно взобралась ему на спину: – Я буду такой же нежной, как та утренняя грудинка импалы.       Вся троица львиц быстро запрыгнула на обвал и скрылась за ним, оставляя на спине проклинавшего судьбу Дария ощутимые следы. Потом появилась Дуала с Вангой, затем Витани с Бохлэйлом и, наконец, Марша вернулась с Делмаром. Вскоре они все были внизу, целые и невредимые. Дарий осмотрел всех троих и сказал:       - Привет, школота! Ну-с, кто из вас оказался особо шибко грамотным? Кто за главного?       Ванга молча вышел вперед. Учитель оценивающе посмотрел на него и сказал:       - Таки мои брови не кидаются на лоб. Тогда вопрос заключаться в следующем. И зачем вы полезли в гору?       - Хотели посмотреть сверху, - неуверенно ответил Ванга.       - Посмотрели?       - Угу.       - Шибко интересно?!       - Угу.       - И как вы попали в западню? – строго спросила Дуала.       - Не знаю..., - ответил Ванга. - Оно само так получилось...       - Что именно? – настаивал Дарий.       - Мы просто хотели проверить наш голос и порычали немного..., - начал оправдываться Бохлэйл. - А потом обвал.       Витани и Дуала переглянулись и тут же повалились в траву, одаряя окружающий мир своим раскатистым и открытым смехом. Дарий сам едва удержался, сдавив улыбку на подходе к горлу, и с нарочитой строгостью сказал:       - Таки вот что я вам скажу. Ждет вас прием не шибко радушный, зато долгожданный. И слова вас ждут далеко не теплые, но от души. Так что шея вымыта и бикицер вперед!       - Да, учитель Дарий, - понуро ответили львята разноголосым хором.       - Теперь в одну шеренгу становись! Напра-во! Домой шагом м-марш!       Домой они пошли молча, уткнувшись мордашками в землю. Ванга шел рядом с улыбавшейся Дуалой и стал тихо спрашивать её:       - Скажите, а учитель Шторм обязательно расскажет родителям о том, что случилось?       - Думаю, да. А что? Ты боишься?       Ванга отрицательно мотнул головой.       - Нет. Просто у меня их нет.       Дуала остановилась и посерьёзнела:       - Как нет?!       - Они погибли... Еще до того, как я пришел сюда.       Эти слова дошли до ушей ошеломленного Дария и он остановил всех:       - Таки я не понял…. Как это у тебя все предки умерли до прихода сюда? А кто ж тогда тебя привел как не мама? Или нет?       Ванга рассказал всю свою историю.       - Таки ты еще и добрый фантазер, - заметил Дарий, внимательно выслушав львенка. – И зачем тебе тогда понадобился рассказ номер раз?       - Я боялся, что меня выгонят. Как тех в Долине, у учителя Траяна. А я должен стать королем и отвоевать свою землю назад!       - М-да, – философски заметил Дарий, - либо ты отчаянный малый, чтобы зная о своем полулегальном положении, еще и приключения на свою попу искать, либо безгранично самонадеян и глуп. В первом случае тебя может ждать блестящее будущее героя, в другом мы просто теряем время зря. Таки только оно может показать, кто ты есть на самом деле.       И продолжил путь.       Шторм не стал дожидаться возвращения и встречал всех у покинутого пастбища слонов. Солнце уже вновь клонилось к горизонту, и пронзительный взгляд гневных очей громадной фигуры был еще более устрашающ: львята едва слились с землей под сенью сопровождавших львиц.       - Кто главный зачинщик? – последовал неизбежный вопрос.       Ванга выполз вперед.       - Отлично!       - Погоди, братец, - вмешался Дарий. – Позволь мне с тобой тишком переговорить в стороне.       - Не сейчас, - ответил Шторм. - Мне надо придумать для них наказание.       - Ой, я тя умоляю, кто тебе мешает?! Я буду говорить, ты думать. Только знать ты нечто должен, пока головы с плеч не поснимал в горячке. Пойдем.       Шторм с братом отошли в сторону и стали тихо переговариваться. Точнее, Дарий пытался что-то горячо объяснить. Вскоре они вернулись       - Значит ты, – сказал Шторм: - Ванга, получается, сирота и обманом пришел в мою школу? Не доверяешь своему учителю? Ты должен был рассказать мне все сразу. Я никого не выгоняю, если не нарушаются грубо мои правила.       - А я их нарушил? – тихо спросил Ванга.       - Да, - кивнул Шторм, - ты подверг опасности не только свою жизнь, но и жизни своих друзей. И должен ответить за это. Дарий, я лишаю всех троих свободного послеобеденного времени до особого распоряжения. Будешь им рассказывать законы Долины так, чтобы они выучили их наизусть, заодно и мои правила. Проверю лично! И это еще не все. Ты, Ванга, должен будешь сам выкрутиться из той истории, в которую попал со своими выдумками.       - Как?       - Тебе придется сказать правду всем, малыш, - подсказала Марша.       - Можно, я скажу, что они погибли недавно? Когда я был здесь?       - Знают двое, знает и последний кабан, - проговорил Дарий. – Таки зачем тебе и дальше врать? Настоящий король не нуждается в примитивном обмане своих друзей, чтобы быть в центре внимания       - Я больше никогда не буду обманывать. Я хочу стать настоящим королем!       - Хорошо, Ванга! – сказал примирительно Шторм. – Я рад от тебя слышать это.       - Клянусь, учитель Шторм! Я больше не буду.       - И еще. По правилам, я не имею права учить тебя, так как ты – сирота без родителей и земли. Но я думаю, - Шторм посмотрел на Дуалу, - мы можем решить эту проблему. Тебе нужна приемная мама. Может, кто из присутствующих тут согласится?       - Меня не спрашивай, - сказал Дарий, - я даже на папу слабо еще гожусь.       - Не о тебе речь. Я знаю одну львицу, которая волновалась за Вангу сильнее других. Ей и предлагаю в первую очередь.       Дуала заулыбалась:       - Да, Шторм, я согласна!       - Отлично! А теперь домой. Из-за вас мы пропускаем ужин!       Эту историю еще долго потом обсуждали на Скале. Дуала выглядела очень счастливой. Даже её мама приняла Вангу как своего и тоже полюбила, так до конца не поняв, за что именно. Да и было ли это её важно? Авторитет Дария заметно подрос. И Марша не раз позже пожалела, что тогда так плохо о нем думала. И с того дня она была уже не в силах сдержать своего интереса к Дарию. Поэтому стала тайком после утренней охоты наблюдать за его учительствованием, подсматривая, как тот говорит и что делает с детьми. А после занятий убегала в свое укрытие, чтобы побыть наедине со своими мыслями. В этот момент она не догадывалась, что тоже становилась объектом наблюдения. Дарий все время хотел понять, что представляет собой Марша и почему прячется от остальных. Поэтому после занятий иногда искал и затем шел по её следам и, найдя, присматривал за ней. Еще спустя какое-то время Дарий осознал, что ходит за ней просто потому, что хочет видеть её. Любовь к Марше – штука крайне серьезная. Но как к ней подойти? И что за тайну она скрывает в себе? Дарий решил, что если он не узнает причину её душевных мук, то никогда не сможет добиться её лапы и сердца. А именно такую цель он поставил перед собой. Еще никогда он не испытывал столь сильных чувств: львица сводила его с ума, заставляя его сердце одним своим видом переходить в галоп испуганных газелей. И со временем все становилось только хуже. Дарий много думал об этом. И решил, что только откровенный разговор с Маршей может хоть как-то помочь. А поскольку разговор с признанием для него – дело крайне сложное, то он не стал спешить, а стал выжидать подобно хищнику, охотящемуся на определенную жертву. Чем смог хоть немного унять свою страсть.