Локальное потрясение глобального масштаба

Не жди, время ещё не спасло никого, От таких болезней сердца нет лекарства. Разве что тайком сбежать из дома своего И в чужих открытых окнах радости искать напрасно. Lilith — Между строк IX «Сквозняками»

Бьякуран ступает осторожно, стараясь не шуметь, пока не замечает, что в постели пусто, а Шоичи спит прямо за столом, подложив под щёку ладонь. Шторы раздвинуты одним движением, и от призрачного света отражённого солнца немного светлеет. — Шо-тян такой милый, но ему наверняка неудобно, — шепчет он в ухо. — Когда… — Только что, — Бьякуран улыбается раздражению, промелькнувшему на лице ещё не проснувшегося друга. Шоичи потягивается, морщась – тело затекло, ладонь покалывают мурашки — и смотрит на часы. — Половина четвёртого, — звучит как констатация факта, но во взгляде бушует «Где тебя носило?!» Это началось несколько месяцев назад, и Шоичи напоминает себе мать, дожидавшуюся Мису с дискотек. Раньше он не понимал, зачем она это делает. Ему тревожно каждый раз, когда, легко улыбнувшись, Бьякуран уходит по делам, которые «моему Шо-тяну не интересны совсем», предварительно потребовав поцелуй на удачу. Шоичи отказать не может, ему страшно увидеть Бьякурана после такого отказа, хоть поцелуи и мелочь по сравнению с тем, в чём он всё-таки отказал. Ему страшно представить, что Бьякуран уйдёт в ночь без удачи. Бьякуран садится на тот же стул, почти спихнув его, и задумчиво спрашивает: — Как ты думаешь, кто приготовит мне ванну? «Слишком близко» — думает Шоичи, вдыхая знакомый аромат. Потом он со страхом тянется к абажуру, и стягивает с Бьякурана футболку. Тот щурится от внезапно вспыхнувшего света, и не успевает понять, что происходит, а Шоичи уже встаёт и оглядывает его со всех сторон. — Шо-тян? — Странно, — Шоичи в растерянности смотрит на него и, бросив абсолютно белую — без единого пятнышка — футболку на спинку стула, уходит в ванную. Бьякуран оставляет всё как есть, и следует за ним. Шоичи готов поклясться, что чувствовал запах крови, но раздевать Бьякурана и дальше не осмелится. Он только надеется, что это – не его кровь. *** — И как это понимать? – Занзас подошёл вплотную, и Дейзи прячется за спину босса – столько пламени полыхает сейчас в его глазах. В такие моменты он напоминает ему Закуро. Занзас успел почти вовремя, и Бьякурана задело легко, но в очень неудобном месте – и Савада, и Ирие выглядели искренне взволнованным, заметив шрамы от крыльев на его спине. Почти чёрная кровь тягучими каплями пачкает асфальт. — Мелочь, — улыбается глава Мильфиоре. — Спасибо тебе, — Занзаса передёргивает. «Я спасал свой смысл жизни, за что благодарность?!» — О чём ты думал? – ответ – взглядом за спину, на неловко переминающегося рядом с недоДесятым мусором Ирие Шоичи. «Волноваться за него сильнее, чем за себя?» — Занзас совсем забыл, что лечение не закончено, взгляд затмевает пелена запоздалого беспокойства – «А что, если бы я опоздал?» — и выворачивающая наизнанку ревность. Тсуна видит, как Шоичи бледнеет – он настоял на том, что как Солнце обязан участвовать в совместной операции – и решительно шагает вперёд. Тсуна выходит из комнаты, не оглядываясь, ведь он должен найти своих. Себя он ощущает немного потрёпанным, но на него, к счастью, здания не рушились. «Если бы такое случилось, я бы всё равно не пострадал», — думает он. Шоичи стаскивает с остолбеневшего Дейзи кольцо и отодвигает Занзаса. — Как дети, — яростно, сквозь зубы говорит он и старается не смотреть в глаза Бьякурану. Ему кажется естественным сменить своё кольцо А-ранга. Он собрался лечить бывшего босса. «Друга». «Любимого» — сладостной волной по нервам. Занзас переводит взгляд с Дейзи, без кольца показавшегося ему совсем маленьким мальчиком – где-то на периферии сознания мелькнула мысль, что он не представляет себе, сколько тому на самом деле лет, на Шоичи. Его действия кажутся Занзасу правильными. Он пытается успокоиться, и подумать о том, что его внимания заслуживают и подчинённые — о них он совершенно забыл, почувствовав, что скоро случится беда. И всё-таки он никуда не уходит, отослав Скуало для проверки состояния офицеров и выслушивания кратких отчётов. Занзас вспоминает, как нахально вклинилось это рыжее лохматое недоразумение между ним и мужем — по правде говоря, слишком часто он замечает, как Ирие Шоичи стоит между ними, и даже в спальне Занзас не чувствует себя наедине. Занзаса пугает то, что к этому он начал привыкать. Сам страх — довольно мерзкое ощущение, но ему не нравится больше всего то, что он начал понемногу понимать, почему Бьякуран так тотально влюблён в Шоичи. Шоичи же, закрыв глаза, слушает стук сердца и говорит себе, что это помогает сосредоточиться. Приятным воспоминанием легко ложится на утомлённое боем сознание шёпот «Моё сердце бьётся «тут-тук», Твоё же – «тук-тут»». Он верит этому голосу. Шоичи снимает кольцо и со вздохом протягивает его обратно Дейзи. Бьякуран доволен – один очень неудобный враг уничтожен совместными усилиями, Мильфиоре получило статус союзника, а главное – Шоичи. Он удовлетворённо жмурится, заметив разочарование во взгляде, направленном на кольцо Маре. Когда Шоичи удаётся стряхнуть с себя непривычный образ, то он понимает, что сидит один на тротуаре. В отдалении, освещённые фонарным мёртвым светом, видны силуэты ещё не разошедшихся глав Семей, и Шоичи выискивает Тсуну. Когда ему удаётся разглядеть его, Тсуна оборачивается, отмахиваясь от собеседников, и идёт к нему. Одежда и так в пыли, и Тсуна садится у его ног, заглядывая в лицо. — Тебе бы домой, — предлагает он с тревогой. — Разве нельзя обсудить всё потом, в более удобном месте? – Шоичи не хочет уходить один. Тсуна разводит руками — он так и не научился ощущать себя главным. — Скоро закончим, кажется, Бьякурану всё начало уже надоедать. Шоичи соглашается. Он обнимает Тсуну и целует его – на прощанье. — Хорошо, — улыбается Тсуна. Теперь он готов заткнуть всех несогласных и настоять на своих условиях. «Главное из которых – быстрее разойтись по домам». На хихикающего босса Вонголы смотрят с подозрением, но Тсуне всё равно. На обломках прежнего мафиозного мира Юни улыбается ему нежно.