Между ненавистью и любовью...

Он скинул мантию прямо у двери, устало провёл рукой по шее и прошёл на кухню, где в воздухе всё ещё витал тёплый, сливочный запах карбонары. Его любимая. Гермиона действительно запомнила как он лишь единожды упомянул, что это блюдо ему особо приглянулось в маггловском мире. Но плита была выключена. Соус остыл. Посуда была аккуратно сложена рядом с раковиной. В раковине лежали только недомытые ложки и чашка с недопитым кофе. Он нахмурился. — Гермиона? — позвал, проходя по квартире. — Я дома. Где ты? Тишина. Ни звука из спальни, ни знакомого шороха страниц с дивана, ни мягких шагов по полу. — Грейнджер?! На вешалке в гостиной не хватало её плаща, хотя туфли стояли на месте. Он проверил ванную — пусто. В шкафу — тоже пусто, где раньше висели её любимые вещи. На прикроватной тумбочке не было её заколки с совушкой, которой она всегда закалывала волосы, когда что-то делала по дому, чтобы волосы не падали на лицо. Его сердце сжалось. Он подошёл к её любимому креслу — рядом лежала книга, из которой выглядывал кусочек пергамента. Он вытянул его из книги и раскрыл: "Драко, Мне жаль, но я не могу остаться в твоей жизни. Я благодарна тебе, что ты ворвался в мою жизнь, в самый нужный момент. Но я не могу позволить себе утонуть в иллюзии. Я не справлюсь с этим миром, в котором всегда нужно бороться — за признание, за место рядом с тобой, за право просто быть. Мне нужно наконец выбрать себя, пока я совсем не потерялась. Мне нужно исчезнуть. Пожалуйста, не ищи меня. — Г." Драко стоял молча, сжав письмо в пальцах. Снаружи уже темнело. Вечер пятницы обещал быть долгим и пустым. Но куда бы она ни ушла, он чувствовал одно — её исчезновение было не решением, а ошибкой. И кто-то явно ей помог ее совершить. И он узнает кто.

***

Суббота. Утро. Солнце било в глаза через оконное стекло, раздражающе яркое. Драко зажмурился, выругался сквозь зубы и медленно сел на краю кровати. Комната пахла огневиски и горечью. Он не спал — точнее, терял сознание и просыпался снова от мыслей, что крутились в голове без остановки. Письмо Гермионы лежало на тумбочке. Он перечитывал его снова и снова — вдруг там есть что-то, что он упустил. Но нет. Она ушла. Вырвала себя из его жизни. Единственное, что он знал точно — это не её выбор. Не до конца. С чего она вдруг решила, что ей нужно за что-то бороться? Он оделся быстро, грубо застёгивая пуговицы рубашки, и аппарировал к Поттеру.

***

— Малфой? — удивлённо произнес Гарри, открывая дверь. Рядом с ним, в спортивных штанах и с чашкой кофе, появилась Джинни. У неё был тот самый взгляд — когда она ещё ничего не знает, но уже готова врезать. — Где она? — Драко прошёл внутрь без приглашения, устало глядя на них обоих. — Гермиона. Где. Она? — Доброе утро тебе тоже, — фыркнула Джинни, ставя чашку на полку. — Что, поссорились? — Она исчезла. — Малфой обернулся к Поттеру. — Вещей нет, только дурацкая записка. Я был в доме ее родителей, но там тоже пусто, ни намека, что она вернется туда. — Ч-что значит исчезла? — Гарри нахмурился. — Гермиона бы не ушла вот так. Не сказала бы… — Вот именно! — Драко шагнул ближе, сжав кулак. — Это не она. Вернее, не полностью она. Кто-то точно что-то наговорил ей пока я был на работе. Что-то случилось — что-то, что заставило её уйти, бросить всё. Уйти от меня. И ты знаешь, Поттер, я бы принял это, если бы это было по-настоящему её решение. Но это не так. Этот трусливый уход не в её стиле. Значит, ей помогли. — Ты уверен? — осторожно спросил Гарри. — Ты не… ты не сказал чего-то, что могло... — Я всё портил не один раз, но не сейчас, — резко ответил Драко. — Ты знаешь её. Её не так просто сбить с пути. Если только кто-то не вложил яд прямо в её мысли. Джинни всё это время молчала, прищурившись. Потом медленно подошла к Малфою: — Она оставила мне записку. Попросила не искать. Я думала это какой-то розыгрыш и собиралась заглянуть к вам сегодня. — Покажи. — Драко вытянул руку. — Мне нужно понять, это её почерк или… — Её, — перебила Джинни. — Но фразы… были странные. Гермиона не пишет «нужно исчезнуть». Это не её стиль. Это звучало так, как будто она повторяет чужие слова. Гарри нахмурился ещё сильнее: — Есть идея, кто мог бы её толкнуть на это? Драко не ответил сразу. Но некоторые мысли уже зарождались в его голове. — Да, — сказал он наконец. — Есть одна. Если Гермиона даст о себе знать, пожалуйста сообщите мне. Это все какой-то абсурд. Джинни не успела спросить куда Малфой собрался и что пришло ему в голову, как парень уже растворился в воздухе.

***

— Блейз?! — рявкнул Малфой, так что голос его эхом отозвался где-то в глубине мраморных коридоров Забини-Мэнора. Ответ не заставил себя ждать: — Хэй, ты чего в такую рань? — раздалось с верхнего этажа, и через минуту на лестнице показался Блейз — полусонный, босиком, с бокалом воды в руке и лёгким раздражением на лице. — Скажи-ка, твоя благоверная здесь? — Малфой буквально влетел внутрь. — Есть пару вопросов. — Пэнси? — Блейз нахмурился, отступая на шаг. — Да. Спит, как и весь нормальный мир. Ты вообще в курсе, что сегодня суббота? — Подними её. — Голос Малфоя был как лезвие. — Немедленно. — Драко… — Забини спустился на пару ступеней. — Что случилось? Малфой сжал кулаки, стараясь не сорваться: — Грейнджер ушла. Исчезла. Оставила записку в духе: «мне нужно выбрать себя, не ищи меня». Это не она, Блейз. Это не её слова. Я знаю, как она думает и как пишет. — И ты думаешь, Пэнси… — Блейз приподнял бровь, но уже стал серьёзнее. — Думаю, она могла… «помочь» ей осознать, что она не вписывается в мою жизнь. — Он почти процитировал что-то, что Панси явно могла сказать. — Пэнси — не злая, но ты знаешь, как она умеет добивать правдой. Особенно если думает, что защищает кого-то. — Чёрт. — Блейз провёл рукой по лицу. — Окей. Я разбужу её. Но Драко… если ты начнёшь на неё кричать — это ничем хорошим не кончится. — Я не собираюсь кричать на беременную девушку, пусть я зол, но не идиот. — Его голос всё ещё был холоден, сдержан. — Я просто хочу понять, замешана ли Пэнси в этой внезапной перемене Гермионы. Блейз на секунду задержал взгляд. Малфой выглядел хуже, чем тогда, когда решалось — упекут ли его в Азкабан. — Подожди здесь. Я приведу её. Через несколько минут послышались шаги. Пэнси спустилась по лестнице, кутаясь в шёлковый халат, с приподнятой бровью и слегка помятым видом. — Малфой. — Она прищурилась. — Разбудить беременную женщину в субботу до девяти утра — весьма смело. Даже для тебя. Что ты натворил? — Грейнджер ушла. — Он произнёс это прямо, без вступлений. — Исчезла. Оставила дурацкую записку и ушла. Но, Пэнси, это не её слова. Она не могла просто исчезнуть, даже не поговорив со мной. — Он протянул ей записку. — А я тут при чём? — Пэнси вскинула подбородок. — Если ты забыл, я — беременная бизнес-вумен, и у меня нет ни времени, ни желания лезть в твои отношения с Грейнджер. Я видела, как ты наконец начал светиться от счастья, как твой взгляд перестал прятать всю ту тьму, что раньше в тебе сидела. И мне этого хватило. — Мерлин… — Драко опустился в кресло, сжав голову руками. — Но почему она написала эту дурацкую записку и исчезла? Даже Поттеру не сказала, куда направилась. Пэнси не ответила сразу. Подошла к столику, налила себе воды, сделала глоток, снова перечитала записку. Потом повернулась к нему: — Знаешь, ко мне на днях приходила Астория. Очень взвинченная. Говорила, что в министерстве все шепчутся, будто ты встречаешься с нашей заучкой. А как ты помнишь, Гринграсс никогда не умела проигрывать. И, если ты не знал, так до конца и не отпустила ваше расставание. Пэнси изменила голос, пародируя Асторию: — «У нас просто пауза. Мы оба устали от этих ужасных событий, но очень скоро всё вернётся на круги своя…» Она хмыкнула, бросив на Малфоя быстрый взгляд: — А тут бац — и какая-то гряз... — Пэнси осеклась под его суровым взглядом. — Магглорожденная распустила свои ручонки на моего Драко. Если что, это была цитата. Она на мгновение замолчала. — В общем, она в тот день наговорила кучу гадостей. Я сказала, что ей пора уходить, потому что больше не могла это слушать. Хоть мы и подруги, но временами она просто невыносима. — Пэнси задумалась, нахмурилась. — Постой. Перед уходом она вдруг попросила меня сфотографировать. И ушла какая-то довольная. Поблагодарила меня еще как-то странно… Сказала: «Спасибо, что ты так вовремя залетела».

***

Пятница Гермионы после разговора с Гринграсс прошла почти на автопилоте. Каждое движение — словно защита от боли, от мыслей, от желания всё переосмыслить. Одежда летела в чемодан вперемешку с книгами, кое-как сложенными документами и баночкой варенья от миссис Уизли, которую она так и не открыла. В груди будто зияла дыра, и только стремление поскорее уехать отсюда, из Лондона, помогало не разорваться на куски. «Мне нужно выбрать и узнать себя, не думать больше ни о чем…» — Она повторяла эти слова про себя как мантру. Только чем дальше, тем сильнее осознавала, что это были не её слова. Но сейчас важно было одно — улететь. Уже через несколько часов она сидела в самолёте, глядя в иллюминатор на омытые дождём огни. Где-то над проливом Гермиона оформила аренду квартиры. Париж — новая жизнь, новые стены, новые шансы. Пусть хоть немного станет легче. Позже в Париже. При посадке, Гермиона решила дойти пешком до дома — ей казалось, что прогулка поможет немного выдохнуть, впитать атмосферу нового места. Но погода была явно не в подходящем настроении. Над городом разверзлось небо, и на неё обрушился поток холодного дождя, насквозь промочивший её пальто. Не противясь ненастной погоде, она добежала до подъезда своего нового дома и забежала внутрь. Лифт. Кнопка «8». Двери почти закрылись когда в последний момент в кабину заскочил парень — мокрый с головы до пят как и она сама. — Вам на какой этаж? — вежливо спросила Гермиона, выжимая с рукава капли. — Восьмой, — ответил незнакомец, откидывая со лба мокрые русые волосы. — Мне тоже, — она взглянула на него, немного улыбнувшись. — О, так значит, вы и есть моя новая соседка? — парень внимательно изучил её лицо. — Похоже на то. А что, вы против? — Ни капли, только за. Меня зовут Лэй. Лэй Боггарт, — он протянул руку. — Гермиона Грейнджер. Можно просто Гермиона, — она ответила на жест, мысленно задержавшись на его фамилии. «Боггарт», — эхом отозвалась память. Ну надо же, магическая часть ее жизни видимо насмехалась над ней и не планировала давать так легко о себе забыть… Двери лифта открылись. Он бросил взгляд вниз: — Вам помочь? — заметив её внушительный чемодан. — Было бы здорово. Спасибо, — искренне улыбнулась она. Они вошли внутрь. Квартира оказалась небольшой, но удивительно уютной. Светлые стены, деревянный пол с лёгким скрипом, просторная гостиная — всё это будто шептало: здесь ты сможешь начать сначала. Гермиона с облегчением выдохнула — всё было именно как на фотографиях, если не считать пропавшей местами мебели. — Я приготовлю чай, — предложила она, заглядывая на кухню. — Интересно, из чего мы будем его пить? — усмехнулся Лэй, оглядывая пространство. — Если моя интуиция меня не подводит, бывший жилец был таким жлобом, что уволок даже последнюю вилку. — У меня с собой только одна чашка… — слегка растерянно призналась Гермиона. — Ну, значит, чай — в другой раз, — с лёгкой улыбкой кивнул он. — А пока отдыхай. Устанешь — стучи три раза, я пойму, что это ты. Она чуть приподняла бровь, заметив, как их разговор перешёл на «ты», но спорить не стала. Почему-то это ощущалось… естественным. — Договорились. Завтра вечером жди в гости, — с теплотой сказала она, провожая его до двери. Когда за ним закрылась дверь, Гермиона сбросила пальто, оставила чемодан в прихожей и прошла в спальню. Она села на край кровати, откинулась на спину и уставилась в потолок. Шкаф стоял в углу — небольшой, но вместительный. Слава Мерлину, хоть его не унесли, — мелькнула усталая мысль. Сбросив одежду, она встала под душ. Тёплая вода стекала по телу, смывая остатки тревог, обиды, усталости. Смывая воспоминания. Хотелось верить, что с ними уйдут и тяжёлые мысли. Но это было бы слишком просто. Слёзы вновь подкрались — где-то между Роном и Драко, между тем, что было, и тем, что больше никогда не будет. Гермиона тихо всхлипывала, не пытаясь сдерживаться. Её сердце устало терпеть. Засыпая, она поймала себя на мысли: я даже не пробыла здесь и дня, а уже завела знакомство. Лэй — странный, но приятный… Что это? Издевка судьбы? Или тонкая попытка вселенной поддержать её, не дать провалиться в одиночество и завести нового друга? Суббота. Утро Гермионы. Солнце пробивалось сквозь лёгкие шторы, растекаясь по комнате золотистыми бликами. Гермиона встала, осознавая, что у нее нет ни посуды ни продуктов для завтрака, отправилась за покупками. Супермаркет в Париже оказался раем для хозяйственных нужд. Она купила всё: ложки, вилки, кастрюли, разноцветные чашки, мыло, полотенца, новую духовку — прежний жилец забрал даже её. «Хорошо хоть холодильник оставил», — подумала она, поправляя тележку. В этот момент тележка врезалась во что-то — вернее, в кого-то. Кто-то упал. — Ой! Простите… — Гермиона узнала Лэя и подала ему руку, — я задумалась... — Тогда тебе стоит думать пореже, а то так и покалечить кого-нибудь можно, — рассмеялся он, отряхиваясь. — Что ты тут делаешь? — Продуктов пришёл купить. А ты, судя по тележке, собираешь новую жизнь. — Почти. Это только кухня. Остальное впереди, - тяжело, но с радостными нотками сказала Гермиона. — Есть план: идём домой, разгружаем всё это, потом возвращаемся и докупаем остальное. Как тебе идея? — предложил Лэй, глядя на переполненную тележку. Гермиона с сомнением вздохнула: — Я была бы благодарна… Но у тебя, случайно, не было более захватывающих планов на выходной? Он усмехнулся, облокотившись на ручку её тележки: — Разве что провести день перед телевизором, зевая над скучными сериалами и щёлкая пультом. А вот облагораживание квартиры таинственной новой соседки… звучит куда заманчивее. Он подмигнул, взял Гермиону под руку — неожиданно легко, словно они были знакомы вечность — и уверенно направился в сторону касс. — Ладно, мистер, — усмехнулась она, бросив на него взгляд, — посмотрим, не сбежишь ли ты после второго рейда. — Ни за что. Лэй Боггарт не трусит перед трудностями! — с важным видом произнёс он и выпрямил спину, демонстрируя что готов к подвигу. Они справились только к полуночи. Устало, но с чувством выполненного долга, сели за стол. — Вот он — обещанный чай с кексами, — Гермиона поставила перед ним чашку и тарелку с выпечкой. — Спасибо тебе огромное. Одна бы я возилась целую неделю. — Всегда рад помочь. Завтра загляну? — Конечно, — мягко улыбнулась она. Когда дверь закрылась, Гермиона села за стол и написала письмо Джинни. Рассказала, что устроилась, но ей нужно немного времени побыть с самой собой и она даст знать, когда с радостью примет друзей в ее новой квартире. Сова унесла письмо в ночь. — Ну всё. Спать. Эти два дня были слишком насыщенными даже для меня, — пробормотала она, заваливаясь в кровать. Сон пришёл почти сразу. А впереди было ещё много нового, неизведанного — и, возможно, чего-то хорошего.