Жизнь на болотах продолжается

      Малефисента от услышанного была в шоке. Она поспешила к Диавалю, который всё ещё сидел на переплетении лиан и пытался придумать, что же ему теперь делать.       Ошарашенная фея подошла к Диавалю и, не дожидаясь его реакции, села рядом. Диаваль заметил её, и хотел было резко встать и отбежать. Но фея была быстрее, а её реакции можно было только позавидовать. Ворон успел лишь оттолкнуться. Фея резко подставила перед ним руку и прижала его назад.       И вопреки ожиданиям ворона, она не убрала руку, вместо этого она привстала и села к нему поближе. Малефисента почти касалась своим плечом его собственного, при этом ни разу не убрала руку.       Она ласково провела рукой по его груди к плечу и буквально вцепилась ему в рубашку. — Что ты делаешь, Малефисента? Слушай, не хочу тебя расстраивать, но твой отец Уильям против подобной близости… как и тот парень, — он хотел договорить, но умолк, однако не из-за того, что не хотел говорить про угрозы насчёт его клюва, дело было в том, что он ощутил, что фея прижалась к нему всем телом и положила подбородок ему на плечо, обдавая его шею своим тёплым дыханием. — Не волнуйся, я всё слышала. Я слышала ваш разговор… но с того момента, как я спасла тебя в том поле… тебе, поверь, некого боятся кроме меня, никому нельзя угрожать моей чёрной пташке кроме меня, — она произнесла это тихим голосом, но довольно чётко и ласково. — Не волнуйся?! — Диаваль почти проскулил. По телу у него пошли мурашки и, если до этого фея дрожала от его близости, теперь от её близости дрожал он. Ворон сам не мог понять почему он трепещет от её близости, ведь он верил её словам, что ему нечего боятся с ней.       Солнце было к тому времени в самом зените и на болота опустилась во истину настоящая жара. Все существа стремились укрыться под кронами деревьев или направлялись к водным местечкам, кто куда: к озёрам, к прудам, к речкам, омутам, водопадам. Однако, несмотря на жару, фея и Диаваль не спешили уходить. Диаваль по-прежнему трепетал и судорожно дышал оттого, что Малефисента так нежно прижалась к его плечу. — Диаваль, ты весь дрожишь, с чего бы это?       Ворон нервно сглотнул: — Холодно…хм… — «Что за чушь я несу? Ведь вокруг жара! Или это у меня жар?» — думал ворон, но не произнёс вслух. — Холодно?! — она сначала изумилась, но вспомнив о том, как ещё утром сама дрожала от его близости, смекнула в чём дело. — Тебе холодно? — шатенка убрала руку с его плеча и приложила её ко лбу Диаваля. — Диаваль, да у тебя жар! — фея театрально ахнула и, не удержавшись, хихикнула.       Оборотень предпочел пока молчать. — Давай пойдём обратно к Лунному озеру, — предложила та, вспомнив про то, что неподалёку от этого озера есть высокая скала. Внутри нее есть тайная пещера с небольшой прохладной запрудой внутри, куда может зайти только она и тот, кого она будет держать за руку. — Я знаю одно местечко недалеко от него. Идём? — она наконец отпрянула от оборотня и встала, вопросительно посмотрев на Диаваля, который не сразу решился встать. — Идём! Тебе понравится это место, — заверила его фея.       Ворон покачал головой: — Ладно, идём. В конце концов, что я теряю?       Фея приподняла бровь и хитро улыбнулась: — Ничего, ты ничего не потеряешь, быть может, только получишь. — «Ага, получу… от твоего папаши, если он узнает, что я и его дочурка только что сидели вместе, рядом»: подумал ворон, но всё равно пошёл за Малефисентой.       Когда они подошли к скале, фея взяла Диаваля за руку и провела его сквозь толщу скалы. Предупредив о том, что ворону нельзя отпускать её руку.       Когда они вошли внутрь скалы, они очутились внутри гигантской пещеры. В вершине была дыра размером с кратер вулкана, заросшая терновником. Посередине округлой пещеры была тёмно-синяя лагуна, напротив них был небольшой выпирающий островок, который сверху был устелен листьями гигантского папоротника. — Красиво? — решила удостовериться фея. — Очень красиво. Но что это за фокусы? Как мы прошли сквозь толщу скалы? — Магия, — просто и чётко ответила фея. — Сюда могу пройти только я и тот, кого я приведу, держа за руку, кстати, ты уже можешь отпустить мою руку. — Не хочу… — Боишься?! — Нет, напротив. Хочу взять за обе руки, — Диаваль встал перед ней и улыбнулся, взяв фею за вторую руку.       Бледная кожа феи налилась румянцем. Она немного задрожала, но через несколько минут осмелела и подошла к ворону поближе. Диаваль вздрогнул и, отпустив её руки, приобнял фею за талию. Малефисента поддалась вперёд и, когда её лицо оказалось совсем близко к нему, подняла руки, обхватив того за шею, тем самым слегка притянув к себе.       И наконец, набравшись смелости, о Мел подарила ему первое слово любви. Она подарила ему первый, лёгкий, нежный, еле ощутимый поцелуй. Она прикрыла глаза и на мгновенье отпрянула от его губ, опустила руки. Диаваль воспользовался возможностью и, приложив руки к её скулам, притянул к себе, даря фее ответный более глубокий и страстный поцелуй.       Наконец-то им никто не помешал рассказать друг другу о своих чувствах, хотя они и не сказали толком ни слова. Эти поцелуи, казалось, говорили сами за себя.       Вот только как теперь сказать новоявленным родственникам о том, что теперь фея тем более не подпустит к себе Альберта. И что своё столетие теперь твёрдо намерена провести наперекор традициям, ведь партнер должен был быть ее вида.