А нас просто не было...

Статус главы: переписана. Под настроение: Within Temptation — Final Destination Грейнджер возмущённо вздохнула и насупилась, отчего показалась взглянувшему на неё в этот момент Гарри очень подозрительной. Ушли. Куда это так поздно? Приличным людям незачем таиться под покровом ночи. И чего Джордж на неё так поглядывал всё это время? Думал, что делает это так уж и незаметно? Гермиона ещё сильнее сдвинула брови, тучнее нахмурилась и бросила беглый взгляд на циферблат своих часов, что были всегда на её тонком запястье. Времени до отбоя ещё около часа. Ничего, она успеет. Грейнджер решилась идти следом за рыжей парочкой, но ещё секунду после принятия такового решения не двигалась с места. Внутри неё всё бунтовало, и истинно строптивая натура оголяла свой темперамент. Ты ведь не собираешься отправиться на ночь глядя за этими Уизли, соплохвост их побери? Конечно, нет. Безнадёжна. Гриффиндорка резко вскочила, неслушающимися пальцами собрала в стопку книги из библиотеки и, прижав их двумя руками к груди, уже было направилась в сторону выхода, но голос Гарри заставил, остановившись, вздрогнуть. Правда, не стоит привлекать внимание. — Гермиона, ты куда? Что-то случилось? — спросил вдруг Поттер, повернувшись к сокурснице лицом. Та поймала его взгляд, обеспокоенный и немного нервный. Гарри, Господи, только не сейчас, прошу. Маг явно обратился к Грейнджер с подозрением, он полагал, что у неё что-то случилось, но она из лишней гордости и самостоятельности, как всегда, умолчала о проблеме. — Нет, всё отлично. Я скоро вернусь, — бросив на ходу и коротко, Гермиона всё же успела скрыться в дверном проёме прежде, чем друг успел опомниться. Зачем ты так с ним? Он же твой друг и, разумеется, проявляет свою обеспокоенность и заявляет о своём участии в твоей судьбе таким образом. Грейнджер прекрасно понимала, что таким поведением она, наверняка, обидела Гарри, но сейчас был неподходящий момент. Ничего, всё хорошо, она найдёт способ загладить свой проступок завтра же: она, конечно же попросит у него прощения, но это будет после, а сейчас её главная задача — проследить за Уизли. Зачем это нужно? Какой прок от этой бессмысленной погони? Грейнджер неловко повела острым плечом. Надо, да и баста. На душе было гадко и как-то липко, ведь в таких делах она не профи, но времени совершенно не было. Надо было спешить. Тик. Тихие и осторожные шаги по каменному полу. Трепетное уханье ветра прямо из-за угла. Так. Тихое перешептывание двух голосов. Перехваченное дыхание. Тихо-тихо в коридоре. Вдруг треск. Тишина. Треск, и опять всё тихо. Держись. Держись! — Джордж, стой, — шипел Фред, пытаясь уговорить брата идти чуть помедленнее. Близнецы уже минут десять блуждали по пустым и пугающим коридорам школы, и Фред искренне недоумевал почему. Близнец всё тянул и тянул брата за собой, не давая ни минуты форы тому, кто их преследовал, как казалось. Джордж убегал и тянул время, иногда оборачиваясь и мягко замирая. — Тихо, Фред.— пробурчал он и не спеша в очередной раз завернул за угол. — Уймись, пожалуйста, и смотри сюда, — добавил он через пару минут молчания. Фред посмотрел туда, куда указывал близнец, и был крайне удивлён, увидев на ярко освещённой светом факела стене тёмную человеческую тень. Уизли ещё раз свернули, и опять тень ползла за ними и постоянно озиралась по сторонам. Странно и жутко. Кто же это следит за ними? Рыжие гриффиндорцы переглянулись, и хватило секунды, чтобы они поняли друг друга. Как же, чёрт возьми, удобно быть близнецами! Тень всё ближе. Раз. Давай! Ближе. Два. Тень в нерешительности остановилась. Три! Грейнджер не смогла сдержать испуганного вскрика, когда неожиданно из-за угла на неё выскочили Уизли. Впервые в жизни они, казалось, находились в смятении. Лицо девушки выражало полнейшую растерянность и упаднический настрой. Это конец. — Грейнджер? Ты что за нами следишь? — воскликнул старший. Мерлинова борода, лучшая ученица Хогвартса за последние сто лет занимается не иначе, как шпионажем. Шпионка-шампиньонка Джин Грейнджер. Гермиона вся покраснела до корней волос. Надо же было так оступиться. Могла бы быть и поосторожнее, тогда бы ничего этого и не произошло. Уизли не отвяжутся теперь. — Нет, — вяло и слабо звучало сопротивление. Репутации настал конец. Эти двое его ей обеспечат. — В библиотеку шла опять? Не поздновато ли? — решил подыграть Джордж, подмигивая близнецу. Грейнджер, наверняка, покраснела бы еще сильнее, если бы это было возможно. Красней, красней. — Да, Джордж. Именно туда, Джордж. Тот фыркнул и отвернулся от зазнобы.  — Теперь позвольте, я пройду, — заявила Гермиона, уже мысленно радуясь, что вот-вот ей удастся сбежать. — Прошу, миледи, — старший близнец склонился в шутливом поклоне. Уйдёт ведь сейчас. Держи её! Грейнджер уже собралась уходить и только сделала шаг, как её остановили довольно беспардонно. Она вдруг осознала, что оба брата всё это время, не отрываясь и не отвлекаясь, следили за каждым её движением. В голубых глазах уже плясали чертята, и цвет их отнюдь не был голубым, но синим, блеск — влажным и вязким, словно патока. Это не могло её не зацепить.  — Что вы на меня так смотрите? — бойко возмутилась Грейнджер, подходя чуть ближе к братьям. — Или же я стою перед вами нагишом? Что она такое говорит? И так опозорена, но ей мало. — Мышонок сегодня в ударе, Фордж, — обратился Фред к брату, полностью игнорируя её хмурые, но в глубине стыдливые взгляды. — Сначала слежка за двумя обаятельнейшими волшебниками Хогвартса, то бишь нами, теперь такие вот реплики. Ты нас соблазнить хочешь, малышка? В его голосе была такая явная насмешка, что Гермиона так и кипела от гнева и ярости. — Я не малышка, и, чтобы начать хотеть вас двоих, я должна для начала раз двести приложиться головой о стену, потом ещё пристрастить к огневиски, на год уйти в запой, связаться с Малфоем и его компанией, а потом, может быть, мне придёт такая мысль в голову. Однако это еще не факт. Долго ждать придется, Уизли. Боюсь, не дождётесь, — прошипела она, скрипя зубами. — Да, Миона, именно так. Обязательно дождёмся. Отправь нам сову срочным. Мы тебя найдём и решим твою проблему из списка неудовлетворенностей, — отшутился Джордж и неожиданно для Грейнджер подмигнул ей. — Хватит! Не выводите меня из себя. Я вам не ребенок и не позволю издеваться над собой. Какого фестрала я тут перед вами распинаюсь? — Гермиона, видимо, в конец решила обрушить на голову близнецов весь свой запал. В пределах допустимого, конечно. — Ты чего скалишься? Этот гневный вопрос был задан лишь Фреду, который был не в силах скрыть своего веселья. — Достала ты, Грейнджер. Видят боги, достала. Гриффиндорка явно превысила лимит допустимой порции гнева. — Нет у меня больше терпения. Нет его, родная, — вздохнул близнец. Терпение и правда вдруг ни с того ни с сего лопнуло: Фреду захотелось позлить её, воспользоваться её же слабостью и ранимостью. Уизли наклонился, и не успела Гермиона опомниться, как он уже целовал её. Так ещё никто и никогда её не целовал. У Грейнджер вдруг подкосились ноги, но Фред вовремя подхватил гриффиндорку за талию правой рукой, а левой — за локоть. Откуда в нём оказалась вся эта страстность по отношению к этой невероятно глупой в быту и гордой по характеру Грейнджер? Она не могла вызывать у него никак чувств, совершенно не могла. Она же Всезнайка. Ему такие не нравятся. Слишком надменна, не для него. Сложная Грейнджер. Последний кроткий поцелуй, и Уизли отпустил Гермиону, чей рассудок был так хитро усыплён, а чувства отчего-то резко обострены и невозможно натянуты. Отчего же? Есть ли тайна в нём, в этом страшном и райском месте?