А нас просто не было...

Статус главы: переписана. Под настроение: Kris Allen — Lost Все молчали, ожидая ответа гриффиндорки, которая чувствовала себя явно не в своей тарелке. И к чему такое внимание? Это раздражает не хуже жеста паясничества со стороны Уизли. — Хорошо. Будь по-твоему, — процедила Грейнджер сквозь зубы, всё еще впиваясь морозным, несколько диковатым взглядом в глаза близнецу. Фред победно ухмыльнулся. Вот какая ты, Грейнджер. Внимания хочется и не хочется. Всё это последствия занудной твоей жизни. Зал радостно заулюлюкал, животрепещуще защебетали женские и мужские голоса. Вот странная субстанция, эта толпа. Она же, Гермиона, всего лишь дала согласие на один единственный разговор. Не больше и не меньше. Того и гляди сделают из них новую пару Хогвартса. Какая мерзость! — Весь мир вокруг сошёл с ума, — недовольно пробурчала Грейнджер, складывая руки на груди и становясь в закрытую позу. Закрытая поза — подальше от них. Не трогайте. Не называйте. Уизли ловко спрыгнул со скамейки прямо перед носом у Гермионы, да так неожиданно, что та не успела отшатнуться. И опять этот взгляд, и опять Уизли близко. Что за манера! — Не думаю, Грейнджер. Скорее, в другой мир ушла ты, — Гермионе показалось, что Фред сказал эти слова очень музыкально и как-то нараспев. — Не ёрничай! — почти шёпотом ответила она, лёгким толчком в бок направляя Уизли к выходу. — Да не будь же ты букой и квакершей. Дай пообщаться с поклонниками. — Не шути, если не получается, — ответила гриффиндорка ему его же словами, изо всех сил стараясь казаться серьёзной, но лёгкая полуулыбка всё равно тронула её губы. Уизли не смог не заметить. Как не мог не заметить, что она по-настоящему больше не сердится. Это всё искусственное в тебе. Готов поклясться, что и серьёзность более чем напускная. Его взгляд на долю секунды остановился на её аккуратных и мягко очерченных губах, таких полных сейчас, особенно нижней. Спустя мгновение Фред уже смотрел в другую сторону, продолжая разговаривать с Гермионой. — Ты слишком строга ко мне, малышка, — полуобиженно буркнул он. И вновь излюбленный жест — руки в карманы брюк. Выйдя из Большого зала и завернув за угол, волшебница довольно резко остановилась, что имело некоторые последствия: Фред, всё это время идущий за ней следом, рассматривал гриффиндорку со спины и, между прочим, раз за разом приходил к выводу - Грейнджер недурна собой. Только своеобразного зазнайства чересчур много. После проведённого внешнего анализа немедленно захотелось провести сопоставление — благо то, что сравнивать было с кем — Грейнджер и известной особы. Только без этого, брат. Плохая идея. Кэти тут совершенно не при чём. Врезался, чёрт. Задумался и врезался прямо в неё. Гермиона недовольно цокнула языком и вдохнула через нос. — Грейнджер, Мерлина тебе в жёны, тормози аккуратнее. Я ведь не железный, — недовольно отозвался тот в ответ, следя за тем, как она закатывает глаза. Гермиона развернулась. Ты не злая сейчас. Не притворяйся. — Я тебя слушаю, — выдавила гриффиндорка из себя, в ожидании слегка постукивая ногой. Вот зануда. — Всё, Гермиона, финита ля комедия*. Я уже извинялся и не поленюсь извиниться ещё раз. Ясно, что тебе и дела нет до своего покорнейшего слуги, но извольте, моя леди, не буравить и не испепелять меня взглядами. Тем более что я твёрдо намерен предложить тебе мир или хотя бы перемирие. Не спрашивая зачем, ответь: да или нет, — выпалил Уизли почти на одном дыхании, не скрывая своей взволнованности. — Грейнджер, каков будет твой ответ? Рыжий Уизли протянул руку. Гермиона прищурилась. Вот ещё и это. Теперь мир? А так бывает? Фред Уизли предлагает ей, Гермионе Грейнджер, мир. Мировая? Гермиона всерьёз задумалась. Зачем ей, вообще говоря, он нужен? До сего момента всё было более чем в полном порядке. Они практически чужие и незнакомые друг другу люди. Они и не разговаривали никогда толком. Насмешки и редкие, довольно вялые переругивания не в счёт. Почему именно сейчас? Грейнджер совершенно растерялась. Как отвечают на подобного рода вещи? Стоит ли отказаться? Она откровенно не видела во всём этом смысла, о чём не преминула сказать вслух. — Надо же когда-то начинать. Время уходит. Решайся. Ты не пожалеешь, — голос становился тише и интимнее, — обещаю. Это обещание и пугало. Чистый и откровенный соблазн. Скрывалось что-то там, за завесой этого голоса, и настораживало, приводило в волнение каждую клетку её тела. — Хорошо, договорились, — ответила Гермиона, несмело протягивая руку в ответ и несильно пожимая её. Щёки еле-еле зарделись, почти незаметно. Это всего лишь Фред. Он ничего плохого не сделает. Внутри разгорелся интерес, но опасливо прятался от хозяйки. — Только у меня есть условия. Рыжие брови взлетели вверх. Какие же у неё, интересно знать, условия? — Никакой леди и Мионы, не дай Мерлин, — слова вылетели нечаянно и перекатывались устало. — Разумеется, — Фред лукаво подмигнул Гермионе, но не спешил отпускать её ладонь, которая отчего-то была обжигающе горячей. — Теперь, когда мы заключили мир, я думаю, ты не будешь против сходить с нами, очаровательными близнецами Уизли, в Хогсмид на будущей неделе? Заметь, предлагаю и Джорджа, чтобы, Морганова ночнушка, не подумали, будто у нас свидание. Мне проблемы не нужны. Верный ход. Доверительный жест, но Джордж не пойдёт с ними, разумеется. — Я обещала Гарри и Рону, — невнятно пробормотала Гермиона, щёки которой всё больше и больше заливались краской. Нет, в этот раз не из-за смущения. Она откровенно говорила неправду, но ничего не могла с собой поделать. Предложение Фреда было неожиданным и ловко обвело её осторожность вокруг пальца. — Полагаю, малышу Ронни твоя компания едва будет необходима. Я уже слышал о его интрижке с Лав-лав, а третий лишний есть всегда восхитительный обломщик в таких делах, — Фред всё же отпустил её руку, дабы показать пальцами кавычки, — а наша звезда всея Хогвартса, мистер Поттер, как мне донесли, выбрал себе в спутницы Джинн. Так что наша компания тебе не повредит, Грейнджер. Гермиона поняла, что попалась. — Не знаю,  Уизли, — она и правда не знала, стоит ли ей принять это очередное его предложение. Было до жути неловко отказываться, но и соглашаться сразу же было стыдно. Недоверие не покидало её сердце. — Хорошо. Я буду ждать твой ответ до следующей пятницы, — Фред вновь спас ситуацию. — Подумай и вынеси свой окончательный вердикт. Запомни, Грейнджер, не позднее пятницы. Гермиона занервничала, пытаясь найти нужные слова, однако, в следующее мгновение Уизли и след простыл. Как ловко у него всего выходит. Гриффиндорка всё же смогла перевести дух: чего это она так затряслась. Как глупо с её стороны так серьёзно и близко к сердцу воспринимать эту шутку. Она была невероятно недовольна собой. Наивная, наивная дурочка! Повелась на его очарование и природный шарм. По её мнению, эта идея с прогулкой в Хогсмид в компании двух близнецов Уизли не имела смысла и стояла в логической цепочке не на своём месте. Ощущения последовательности вовсе не возникало. Итак, она, Гермиона, найдёт завтра Фреда и скажет, что у неё большое эссе, или проект по нумерологии, или заболел ёж у девочки с Когтеврана, посему нужно помочь. Неважно! Гермиона печально вздохнула, проведя рукой по волосам, и расслабила наконец плечи. Грейнджер, в последнее время ты слишком много стала врать. Пора прекращать издеваться над речью. Ровно в девять часов утра Гермиона спустилась в общую гостиную. Опять новый день, опять те же стены, опять те же лица. Всё вновь и вновь идёт по кругу. Честно говоря, она устала. Замкнуто и скупо на эмоции. Ей уже претит вся эта гора домашнего задания, вечера, проведённые в завалах свитков, а ведь ещё только конец октября. Скоро Хэллоуин. Надо же! Уже так скоро и праздничный бал! Плотный ужин в Большом зале, свечи, тыквы, маскарад. Но какое ей до этого дело? Она всё равно не пойдёт. Зачем? Одна же. Нет. Слишком предсказуемо. Хмуро, хмуро опять. Воспоминания о предстоящем празднике заставили проявить в памяти вчерашний разговор с рыжим близнецом. Надо срочно отказаться. Гермиона замерла, оставшись стоять у подножья лестницы. Её мальчишки, Гарри и Рон, как всегда, сидят на диване и дожидаются её прихода. Она тепло улыбнулась. Стало приятно от ощущения, что она всё же кому-то и нужна. Да, может быть, друзья и пользовались своей подругой как средством получения нужной информации для выполнения того или иного домашнего задания, но только по той причине, что гриффиндорка сама этого хотела. Это очень личный выбор. — Слушай, Гарри, ты идёшь в Хогсмид на следующей неделе или нет? — в несколько бестактной форме спросил Рональд. — Нет. То есть, да, — запинаясь, начал Поттер, не зная как выкрутиться из неловкой ситуации. Всё же в Хогсмид он пригласил Джинни и не знал наверняка, как Рон к этому отнесётся. — У меня там встреча. Грейнджер всё ещё продолжала стоять за спинами гриффиндорцев так, что они её не видели и осторожно слушала. Сдавленно хихикнув над бессвязным ответом темноволосого друга, она мысленно поставила галочку — подарить Гарри тетрадь по риторике. Это никуда не годится. Святая наивность. И как Рон не обратил на это внимание? — А как же Гермиона? Она же останется одна! Как всегда, — обеспокоился Рональд. Его рыжие волосы, знаменитая семейная черта, даже будто поблекли. Дела делами, а бросать близкого человека совершенно не хотелось. Так по-свински поступить мог только, наверное, Малфой, вечный пример того, как делать нельзя. Гриффиндорка была искренне тронута дружеским порывом Рональда: он хоть и был жуткий растяпа и местами даже казался человеком невежественным, но сердце у него было доброе и отзывчивое. Открытый душой, он часто проявлял беспокойство о Гермионе, и она это знала, потому и ценила очень сильно. Весёлые будут выходные, одинокие и мрачные. Надо отказать Уизли. Непременно отказать. ____________________________________________________________________________ *Finita la commedia (с ит."комедия окончена") - устойчивое сочетание (фразеологизм). В русской литературе впервые появляется в произведении М.Ю Лермонтова "Герой нашего времени". Неверно истолкованный перевод, так как в оригинале фраза звучит как la commedia è finita.