А нас просто не было...

Статус главы: переписана. Под настроение: Evansence — Heart Shape Box — Грейнджер, твою мать, ты чего опять шатаешься по ночам где попало? — сердито пробурчал Фред в тот момент, когда лучшая ученица Хогвартса, вдруг появившаяся из ниоткуда, врезалась в него, негромко ойкнув. Гермиона невольно вздрогнула, почувствовав, как Фред опустил руки на её плечи и не спеша отодвинул от себя на то расстояние, с которого вполне можно было вести разговор, никого не смущая и не задевая чьё-либо самолюбие. Она хотела было нахмуриться, но звук его голоса опять прошил её насквозь. — Чего ты молчишь, Грейнджер? Язык проглотила? Или так и будешь столбом стоять? — эти, в общем-то, грубоватые слова слетели с губ Уизли до того, как он успел прикусить язык. Это помогло гриффиндорке выйти из состояния ступора и собраться с мыслями, дабы сопротивляться ехидным нападкам близнеца. — Что такое, Уизли? Если у тебя проблемы, то не стоит срывать злость на мне, — отчеканила она, упрямо скрещивая невидимую шпагу со взглядом рыжего семикурсника. — Сейчас извини, мне пора. Грейнджер прервала зрительную дуэль так же резко, как и начала её. Внутренний голос подсказывал, что она все делает правильно, и Гермиона, привыкшая доверяться воле разума, святой святых всего её существа, не допускала и тени сомнения. Поэтому она покрепче прижала к груди какой-то предмет, тщательно спрятанный в складках школьной мантии и, обогнув Уизли справа, отправилась дальше по коридору. Фред, рассудок которого в момент помутился, не позволил той скрыться от него на этот раз. Уизли доверился секундному порыву, напрочь забыв о том, что ещё мгновение назад хотел просто пройти мимо и в буквальном смысле выбросить ту очередную встречу с Грейнджер, словно та была недостойным внимания хламом. Что-то вдруг перемкнуло, что-то задело его за живое. Возможно, тот бросающий вызов взгляд, которым гордячка одарила близнеца, сыграл роковую роль. Не суть. Факт оставался фактом: эта девчонка, пусть и неосознанно, заставляла его совершать нелепые и необдуманные глупости. Хотя ему не привыкать. Фред схватил Грейнджер за руку, когда та не успела пройти и пяти шагов. Они это уже проходили. Грейнджер, явно не ожидавшая такого поворота, не успела среагировать достаточно быстро и выпустила из своих цепких пальцев то, что тут же не преминуло упасть на холодный каменный пол с глухими тяжелым звуком. Книги. — Грейнджер, ты что, по ночам книги из библиотеки таскаешь? Ну, ты, мать, даёшь, — он готов был расхохотаться прямо здесь и сейчас, потому что комичность этой ситуации просто зашкаливала. Гриффиндорка зашипела в ответ, призывая его немедленно замолчать. — Фред, замолчи! Ты чего кричишь! — добавила она сухо, опускаясь на колени, чтобы подобрать свои пыльные ценности. На Фреда подобное замечание не произвело никакого эффекта. Он продолжал всё также веселиться, вперив сверкающие прежним озорством глаза в лицо Грейнджер, щеки который слегка покрылись стыдливым румянцем. Всё было будто бы и по-старому. — Слушай, ты точно Грейнджер? Нет, я ничего не имею против. Такая ты мне даже больше нравишься, но это практическое нарушение школьных правил. — Уизли, если не хочешь, чтобы я наложила на тебя Силенцио, молчи! — огрызнулась Гермиона, поднимаясь и отряхивая складки школьной мантии. — Спокойной ночи. Попрощавшись с близнецом второй раз за вечер, она вновь упрямо зашагала по коридору в сторону, прямо противоположную башне красно-золотого факультета. — Ладно, малышка, постой, — весело выкрикнул Уизли, подбегая к пятикурснице и вновь тормозя ее. — Я не хотел. Прости. Что так изменилось? Неужели эта нелепость с книгой помогла? Гриффиндорка на мгновение опешила, смотря на Фреда испуганным взглядом. Чтобы близнец Уизли просил прощения, да не у кого-нибудь, а у нее, у Гермионы? Никогда! Это что, шутка такая? Это ведь она его обидела. Не может быть. — Да, Грейнджер, я прошу у тебя прощения. Что тут странного? — усмехаясь, произнес рыжий Уизли, опередив на долю секунды вопрос, который чуть было не сорвался с ее губ. — Ты же попросила прощения. Вот мой ответ, если так тебе угодно. Долго же пришлось ждать. Грейнджер продолжала молчать, внимательно вглядываясь в веснушчатое лицо, видимо, пытаясь найти ответ на интересовавший её вопрос. — Ясно. Серьёзно, Грейнджер? Ясно? Какой же идиоткой надо быть, чтобы сказать такое в ответ человеку, который вроде бы вполне искренне приносит тебе свои извинения и извиняет тебя саму? — Чего тебе ясно, глупая? — Фред вновь прыснул от смеха, но в этот раз без иронии. Гермиона насупилась, всем своим видом показывая нарастающее недовольство. Грейнджер не любила такие моменты, когда приходилось поддерживать разговор на непонятную ей тему. Она чувствовала себя не в своей тарелке. Вдобавок, у неё, как у маленькой смущённой девчонки, сразу начинали потеть ладони, заставляя нервничать ещё больше. — Хорошо. Давай по-другому, — с притворной официальностью начал Уизли, вмиг сменив тон. — В последнее время мы не можем найти с тобой общий язык. Так? Так. Каждый раз получается что-то в большей степени невразумительное. Несмотря на то, что я уже предлагал установить между нами дружеское перемирие, и та попытка с треском провалилась, я готов пойти на очередной риск. Снова мир? Он протянул свою жилистую руку. Она внимательно уставилась на него, широко раскрыв глаза, потому стала похожа на маленькую любопытную птицу. Молчит. На сей раз причина была иная. Гермиона впервые не знала, как следует ответить на поставленный вопрос, который сам по себе не требует ничего, кроме застенчивого да или же грубого нет. — Фред, — начала было она, опустив взгляд. Что ты, Грейнджер? Ты же сама этого хотела. Принимай. — Хорошо. Мы вполне можем вновь попытаться стать друзьями, — наконец выдохнула Гермиона, слегка смущаясь собственных слов. — Вот и отлично! — близнец улыбнулся во все тридцать два жемчужных зуба. — Я лично в тебе нисколько не сомневался. Тогда спокойной ночи, подруга. Наградив на прощание Грейнджер хитрым взглядом, Уизли быстро исчез во мраке коридора. — И тебе. Лицо гриффиндорки смягчилось, на губах появился теплый огонек улыбки. Теперь она может спать спокойно.

***

Ноябрь не самый вдохновляющий месяц в году. Первые две недели погода выдается настолько несносной, что ты невольно ощущаешь упадок сил. В особенно пасмурные дни вполне можешь стать счастливым обладателем осенней хандры совершенно бесплатно и наградить окружающих тем же вдохновенным чувством. Однако стоит только перевалить за двадцатые числа, как всё в одно мгновение меняется. Грязные краски поздней осени исчезают под белоснежным блеском приближающегося декабря. Первый снег. Это всегда так волнительно - вновь слышать под ногами щекочущий ухо скрип, вновь ловить проворные снежинки, которые быстро тают в теплых ладонях. Особенно любим в такую пору очередной поход в Хогсмид. Толпы учеников, группами или по одиночке, парочками или гурьбой, дружно топают по заснеженной дороге к небольшому селению, чтобы отлично провести день в баре «Три метлы» или же прикупить сладостей в Сладком королевстве. Наши гриффиндорцы не были исключением. — Гермиона, берегись, — взвизгнула Джинни, обращаясь к Грейнджер, которая моментально среагировала и все-таки сумела увернуться от летящего в неё снежка, в то время как Рону повезло много меньше. Рыжая Уизли тут же залилась таким заразительным хохотом, что даже суровая гриффиндорка не смогла удержаться от сдавленного смешка. Рональд действительно выглядел презабавно: красное от холода лицо резко контрастировало с белыми пятнами рыхлого снега на нём. — Держитесь же у меня, — взревел младший Уизли, бросая гневные взгляды на своего нынешнего обидчика, а точнее, обидчиков, которые совершили это непреднамеренное преступление. Близнецы вмиг поняли, что к чему, и с громкими выкриками быстро начали отступать. — Ронни, успокойся. Побереги силы, — гаркнул Фред, видя, что брат стал преследовать их. — Мы отступаем, но не сдаемся, — продолжил Джордж, хитро щурясь на солнце. В его голубых глазах засверкали лучинки-крапинки. — И берем в плен заложников, — снова сказал старший близнец, захватывая по пути зазевавшуюся Грейнджер. Она, явно не ожидавшая такого, поэтому попыталась освободиться, но руки близнеца крепко обвились вокруг её талии. — Фред, что ты делаешь,? — тихо спросила Гермиона у Фреда, пытаясь взглянуть ему в лицо. Тот тут же не преминул посмотреть ей в глаза. — Ничего такого, Грейнджер, о чём мне пришлось бы потом жалеть, — мурлыкнул-таки он и переместил свои руки с её талии на её плечи. — Джордж, помоги мне. Не успела Грейнджер опомниться, как… Здесь автор сделает маленькое отступление, являющееся больше напоминанием: никогда не забывайте, где и в какой ситуации вы находитесь. Иначе может получиться так, что вы окажетесь, например, в сугробе.