Взгляд со стороны

- Это все материалы, которые Второму отделу удалось найти по нашей… гостье? – Фуюцки неодобрительно смотрел на разложенные на столе документы. Ничего серьезного там не было, просто общие факты. Родилась за четырнадцать лет до Второго Удара, училась, выпустилась, работала… Пустые слова, бесполезные бумаги. Ничего из этого не объясняло того, как Китагава попала в поле зрения SEELE, почему именно ее прислали в НЕРВ, наделив при этом такими полномочиями. Пожилой японец все сильнее подозревал, что за молодой женщиной стоял даже не сам Комитет, но лично Лоренц. Уж слишком уверенно и нагло она действовала. Собрание высших лиц SEELE было органом по-своему аморфным, каждый из теневых властителей Земли преследовал собственные цели, на словах декларируя верность их общему делу. Именно на постоянно возникающих противоречиях и играл Икари, искусно лавируя между открытым неповиновением и необходимостью отказаться от собственной интерпретации Сценария. Но за Китагавой чувствовалась чья-то единая воля, не размытая компромиссами, альянсами и взаимными уступками. Фуюцки был убежден, что ее прислал именно Председатель. Оставалось лишь понять, что это сулило для них с Икари. - Да, - коротко отозвался Командующий, складывая бумаги обратно в папку. – Ее биография совершенно чиста и явно не имеет ничего общего с реальной. - Ну и ну, - Кадзи, самым циничным образом присевший прямо на край массивного стола, подхватил документы и стал листать. – Ах, Суми-сан, в детстве вы были столь же милы! - Что тебе известно о ней? – сухо спросил Гендо, никак не выказав своего отношения к поведению подчиненного. – Каковы ее мотивы? - О, женщины – это вечная загадка, - усмехнулся агент, но тут же продолжил более серьезным тоном. – Самое забавное во всем этом то, что большая часть биографии Китагавы-сан соответствует реальности. Неудивительно, что это сбило ваших рыцарей пиджака и рации со следа. В свое время я навел некоторые справки, когда она только появилась в поле моего зрения. Китагава Суми – единственная дочь своих родителей, училась в Принстоне, позже вернулась домой и устроилась в аудиторскую фирму. А вот все документы, касающиеся дальнейших событий, можете смело отправить в мусорную корзину. Наша гостья, тогда еще совсем молодая, но уже полная амбиций, зарылась в отчеты «Аджо Хэви Индастриз» и неожиданно обнаружила там множество дурнопахнущих секретов. Если не вдаваться в подробности, удар по организации был страшным. И все потому, что одна девушка слишком серьезно подошла к своей работе. Фуюцки кивнул сам себе. Да, тот скандал он прекрасно помнил. В конце концов, оборудование с маркой «Аджо» поставлялось и для НЕРВ. Всплывшие в одном из подразделений подозрительные финансовые операции оказались той самой ниткой, выбившейся из общего узора, потянув за которую можно распустить всю ткань. Компания выдержала испытание, но потеряла доверие большинства клиентов и кредиторов, была вынуждена распродать часть активов и серьезно обновить совет директоров. Было даже несколько самоубийств. - Так вот, директор одного из филиалов решил, что раз уж он потерял лицо, то стоит восстановить справедливость, - Кадзи помолчал, обычная ехидность сменилась серьезным выражением. – Вряд ли Китагава-сан ожидала, что он вместо упреков, ругани или угроз выплеснет на нее пару литров кислоты. - Это было три года назад, - заметил Командующий. – Сколько времени заняли восстановление и операции? - Операции? – агент выразительно хмыкнул. – Мне было бы интересно познакомиться с врачом, который восстанавливал обратно ее облик. Икари-сан, я видел копии отчетов о ее состоянии. Кислота сожгла ткани до кости, девушка выжила буквально чудом. - Полагаю, ее любовь к людям с тех пор значительно уменьшилась, - прокомментировал Фуюцки, прикидывая, насколько глубокий отпечаток это происшествие оставило на личности инспектора. Гендо, как бывший профессор твердо знал, сейчас был занят тем же самым. - Увы, я не был знаком с Китагавой-сан до происшествия, но пара ее старых знакомых подтвердила этот грустный факт, - Кадзи рассматривал первую страницу личного дела инспектора с прикрепленной к нему фотографией. – Есть некоторые дополнительные обстоятельства, которые делают произошедшее еще более странным. Уже через пять месяцев после трагического случая она впервые появилась в одном из подразделений SEELE. Чудесное исцеление, не находите? Я видел снимки из чикагского филиала, куда ее перевели – никаких заметных шрамов нет. Есть кое-что, куда более важное. В первом, реальном отчете, а не фальшивках, где говорилось о «легких ожогах», врач писал, что кислота сожгла девушке глаза практически полностью. Если вы знаете хирурга, способного вернуть зрение при таких травмах, то я пас. - Значит, двойник, - заключил Икари. – Или клон. - Возможно… - уклончиво отозвался Кадзи, откладывая папку в сторону. – Вот только к чему такие сложности? Заменить обычно могут кого-то ценного, занимающего важное место. Китагава Суми была для SEELE никем, просто жалкой калекой, обреченной на жизнь в темноте. Что такого нашел в ней Комитет, что решил дать еще один шанс на полноценное существование? – агент снова хитро улыбнулся. – Женщины так часто подбрасывают нам загадки, но именно за это мы их и ценим, не так ли?