Взгляд со стороны

- Спит? – недоверчиво переспросил Кадзи у охранника. - Да, - коротко кивнул тот, указывая на монитор. Китагава растянулась прямо на полу камеры, сложив руки на груди и прикрыв глаза. Либо девушка так коротала время до своего освобождения, либо же и впрямь ухитрилась уснуть. - В любом случае, она может быть свободна, - агент внимательно посмотрел на охранника. Мужчина, вероятно уже получивший все необходимые указания по линии Второго отдела, коротко кивнул, нажимая одну из кнопок на пульте. Дверь изолятора неслышно отъехала в сторону, открывая темное помещение. Кадзи зашел внутрь и выжидающе уставился на брюнетку. Как можно было даже притворяться спящим, лежа на сплошном металле, он не желал знать, предположив, что его коллега решила заняться йогой. Стоило заметить, получалось это у нее куда лучше, чем у многих знакомых Рёдзи. Взгляд скользнул на полоску обнаженной кожи, виднеющуюся сквозь расстегнутую рубашку, но Рёдзи мгновенно выбросил из головы все посторонние мысли. Если сейчас удастся правильно разыграть карты, то можно заложить основы для сотрудничества с этой замкнутой особой. - Суми-сан… - мягко позвал он, помня о странной неприязни девушки к собственной фамилии. Китагава, конечно, терпела официальные обращения, но агент рассчитывал на то, что в данном случае более приемлемым будет обратиться к ней именно по имени. Глаза чиновницы приоткрылись, и в мужчину уперся равнодушный взгляд. «Ни черта она не спала», - прокомментировал он про себя. Впрочем, выдержке протеже Лоренца все равно стоило позавидовать. Через пару мгновений по безмятежному лицу пробежала тень, Китагава моргнула, затем резко приподнялась с пола, отряхивая пылинки с брюк. Зевнула. «А вы неплохая актриса», - отметил Кадзи. Если бы не тот первый оценивающий взгляд, то он бы и сам уверенно заявил, что перед ним только что проснувшийся человек. - Итак? – холодно поинтересовалась девушка, скрестив руки на груди. Враждебность, недоверие, готовность защищать свои позиции. Хотя, возможно, она всего лишь придерживала расстегнутую рубашку, явно позаимствованную с чужого плеча. – Что дальше? - Прошу вас, Суми-сан, - агент миролюбиво развел руки. – Не злитесь, это недоразумение уже решилось. Я лишь пришел сюда сказать, что вы свободны. - В самом деле? – в ее голосе не было и намека на приязнь. – Какая неожиданность. Я-то уже предполагала, что сейчас меня расстреляют по обвинению в препятствовании досугу достопочтенных граждан Токио-3. - Вероятно, вы еще не до конца знаете о том, что произошло этой ночью, - Кадзи упорно сохранял на лице доброжелательную улыбку, но сейчас немного пригасил ее. Дружелюбие в сочетании с обеспокоенностью. – Прошу вас, пойдемте. Я постараюсь рассказать все, что мне известно, хотя, боюсь, это будет далеко не полная картина. «Потому что ее знаешь ты и оперативники из твоей группы прикрытия», - Рёдзи излагал официальную версию случившегося, перемежая рассказ легкими шуточками, пока они двигались по подземным переходам к административному корпусу. Рабочий день у большинства сотрудников даже не начинался, так что Геофронт выглядел практически вымершим. Мужчина в данный момент больше всего хотел не пытаться очаровать «Ледяную принцессу», как иногда за глаза звали Китагаву, а найти умника, придумавшего таким невероятно «естественным» образом избавиться от чиновницы. И что-нибудь ему выбить или сломать. Вся кропотливая работа по проверке биографии непрошеной гостьи из SEELE и анализу ее истинных целей прибытия в Токио-3 оказалась напрасной тратой времени. Не совсем напрасной, конечно, потому как сейчас Кадзи опирался на примерный психологический портрет Китагавы, пытаясь вызвать у той хотя бы минимум симпатии. Увы, но одной из очевидных особенностей ее характера было то, что девушка относилась с наибольшей приязнью к тем людям, которые даже не пытались познакомиться с ней поближе. Иными словами, чем больше знаков внимания он окажет чиновнице, тем быстрее та предложит ему пойти доставать кого-нибудь другого. Здесь следовало забыть о решительном натиске или цветастых комплиментах, выбирая обходные пути. Увы, но если «дар примирения» для Мисато получилось подобрать относительно легко, то с Китагавой задача была на порядок сложнее. Пригнать ей под окна грузовик с документацией Четвертого отдела? Образцовый интроверт. Замкнута, подозрительна, совершенно не стремится поделиться пережитым. Впрочем, вряд ли Лоренц задействовал бы для такой работы неподготовленного агента. Неважно, какую маску носить, под ней все равно будет одиночка, не доверяющий никому, кроме себя. Сама по себе затея с ограблением не была такой уж провальной, вот только ее авторы явно не имели ни малейшего представления о личности главы Комитета SEELE. Вероятность того, что на чрезвычайного инспектора ООН нападут местные бандиты, была примерно равна тому, что Командующий погибнет под внезапно рухнувшим потолком кабинета. С аналогичным успехом можно было вызвать Лоренца и прямо заявить старику, что они успешно организовали заговор, но конкретные детали ему сообщать пока стесняются. Неважно, отправили бы исполнители заказа девушку в реанимацию или сразу в загробный мир, но SEELE обязательно бы отреагировало. Кадзи и так был вынужден вскочить посреди ночи и мчаться в штаб-квартиру на максимальной скорости, чтобы успеть спасти то, что еще было можно. Подумать только, о происшествии ему сообщили не собственные информаторы, не Второй отдел и даже не Командующий. Ему позвонил лично Лоренц – сам Председатель! – и в ультимативной форме потребовал немедленно разобраться, что за чертовщина творится в НЕРВ. Выражения старик, разумеется, подбирал вполне культурные, но агент прекрасно разобрал скрытый смысл послания. Председатель Комитета знал о покушении и ждал лишь сигнала от своих людей: смогут ли они сами урегулировать ситуацию по официальным каналам или же «ООН» должно вмешаться в происходящее. Кадзи, как мог, уверил его, что за попыткой избавиться от Китагавы должны стоять люди, интересам которых представляла угрозу проводимая девушкой проверка финансовых потоков Института. Вне зависимости от наличия проворовавшихся служащих в НЕРВ Командующему придется их найти в кратчайшие сроки и показательно скормить Службе безопасности. Второй отдел, впрочем, сегодня сделал все, чтобы перепилить сук, на котором сидел, вооружившись для этой цели даже не топором, а настоящей бензопилой. Мало того, что на месте «ограбления» были найдены шесть трупов, так еще и потом вместо имитации нормального расследования они задержали Китагаву «до выяснения всех обстоятельств». Кадзи не считал себя великим детективом, но тут и слепому было ясно, что у беззащитной хрупкой девушки в действительности имелась группа прикрытия, которая и вмешалась в инсценировку. Себе он поставил задачу в кратчайшие сроки собрать максимум информации о происшествии, пока внимательно слушая «легенду» Китагавы. Как и подобает хорошему агенту, она станет вводить в свою историю минимально необходимое количество прямой лжи. Официальное сообщение Второго отдела дало Кадзи даже меньше информации, чем звонок Лоренца. «Обнаружено шесть мужских тел с признаками насильственной смерти. Личности устанавливаются. Сообщившая о происшествии инспектор Китагава задержана для дачи показаний». - Вам очень повезло, Суми-сан, - в его голосе веселье сменилось тщательно дозированной тревогой. – Прошу, не рискуйте так больше. Я не прощу себе, если с вами что-то случится, - мужчина многозначительно улыбнулся: - Равно как и мое начальство. - Рада слышать, что вас так заботит собственная карьера, - отрубила Китагава, даже не думая поддержать шутку. Они зашли в лифт, который должен был поднять их в один из гаражей Геофронта, где оставляли свои автомобили сотрудники Института. – Однако вы правы – я более не собираюсь рисковать подобным образом. - Я уверен, что в Центральной Догме найдется жилье, которое подойдет вам намного больше нынешнего, - непринужденно продолжал Рёдзи. – Когда такая прекрасная девушка живет среди серых унылых стен, то это же настоящее преступление. - Вероятно, вы находите вполне нормальным, что Четвертый отдел определил в те трущобы пилотов Ев, - девушка задержала на нем мрачный взгляд, - единственных, по большому счету, незаменимых людей во всем Токио-3. «Ну и ну, она точно настроена на войну», - тоскливо признал Кадзи, размышляя над тем, как же все-таки заручиться подобием доверия со стороны неприступной особы. Доктор Акаги номер два, да и только. Даже хуже, потому Рицко отшивала его хотя бы вежливо. - Я искренне убежден, что Служба безопасности приложит все силы для того, чтобы подобного никогда не повторилось, - совершенно искренне заметил мужчина. – И все же я… - Это сборище любителей изображать из себя пародию на агентов ЦРУ может прикладывать свои усилия к чему-нибудь другому, - глаза Китагавы зло сузились. – И о том, чтобы подобное не повторилось, позабочусь уже я сама. Вернее… - двери разъехались в стороны, открывая перед ними почти пустую территорию гаража, - уже позаботилась. Метрах в пяти перед ними, возле одной из массивных светло-серых колонн со скучающим видом стоял мужчина средних лет, размеренно нажимая кнопки на телефоне. Легкая светло-зеленая куртка и потертые джинсы странно смотрелись в Геофронте, царстве униформ и деловых костюмов. - Лид? – обратилась к незнакомцу Китагава. Тот коротко кивнул, даже не взглянув в ее сторону. Девушка направилась к своей черной «Мицубиси», по пути бросив брелок с ключами оторвавшемуся от своего занятия оперативнику. Рёдзи подавил желание выругаться, осознав, что только что слышал отнюдь не фамилию. GEHIRN – мозг. SEELE – душа. NERV – нерв. LID – веко. AUGE – глаз, основной инструмент познания окружающего мира. Китагаву Суми иногда звали «Ледяной принцессой» не только за нелюдимый характер, но и потому, что она была видимой верхушкой айсберга одной из самых закрытых контор, подчиненных напрямую SEELE. Кадзи вышел из кабины лифта следом за девушкой, но теперь приостановился, оценивая изменившийся расклад. Продолжала ли брюнетка играть роль невинной жертвы, прикинувшись, что незнакома с присланным оперативником, или же действительно вызвала уже вторую группу прикрытия? Мужчина остановился на предположении, что Китагава предпочла пожертвовать инкогнито своих телохранителей ради возможности совершенно открыто находиться в их компании. «Слишком много «если», - признался себе Кадзи. Цели девушки или, если говорить точнее, цели Лоренца оставались неясными, а без этого было сложно прогнозировать дальнейшие действия SEELE. Но агент давно уже решил, что лучше пытаться удержаться на гребне волны, чем стоять на берегу и наблюдать за тем, как другие играют со стихией. – Она, разумеется, не доверяет мне, но и подозревать в двойной игре пока не должна». - Суми-сан, означает ли это, что моя просьба позволить сопроводить вас домой будет безжалостно отвергнута, или у меня есть шанс? – обратился мужчина к Китагаве, которая уже готовилась сесть на место пассажира. Оперативник LID уже завел машину и теперь спокойно ожидал ее. Чиновница уставилась на Рёдзи своим фирменным равнодушным взглядом, о чем-то раздумывая. - Вряд ли вы узнаете это, если так и не обратитесь с этой просьбой, - сообщила она наконец. - Позволите составить компанию? – обезоруживающе-самоуверенно улыбнулся Кадзи. Рубаха-парень, повеса, встречающий неприятности веселыми шутками. Тот, кого не воспринимают всерьез. - Не возражаю, - девушка безразлично пожала плечами. Короткое, почти брезгливое движение. – Но я еду восстановить силы и еще немного поспать, после чего вернусь сюда. Секс меня не интересует, как и доверительные беседы. Если вас это устраивает, то садитесь, - она забралась в «Мицубиси», и мужчина поспешил следом. «И в мыслях не было», - мысленно прокомментировал он слова Суми. Следовало ловить момент и попробовать разобраться в ближайших планах SEELE. Кроме того, неплохая фигурка – это еще далеко не все. Женственности в агенте AUGE было примерно столько же, сколько в Евангелионе-01. То есть, наверняка под угловатой броней пряталась ранимая и чуткая душа, но Рёдзи трезво осознавал, что времени на терпеливую осаду этого бункера, окруженного колючей проволокой, у него просто нет. Приходилось играть теми картами, которые имелись у него на руках прямо сейчас. Возможно, если бы Кадзи знал, что ошибся в одном из своих отправных предположений касательно личности своей «коллеги», то он бы пересмотрел часть тактических планов в отношении Китагавы. В тот день, когда Ангел Ируил почти заполучил полный контроль над системами Геофронта и лишь секунда отделяла жизнь от смерти, доктор Акаги Рицко сказала, что ее мать оставалась женщиной до самого конца. Китагава Суми встретила этот конец три года назад и успешно продолжила жить дальше. Ее старые знакомые, с которыми она более не поддерживала почти никаких контактов, говорили, что подобная жуткая травма должна была оставить след на любом человеке. Но прежняя жизнь девушки оборвалась не тогда, когда кислота прожигала свой путь сквозь сжатые веки к ее глазам, а в тот день, когда Суми смогла вновь увидеть окружающий мир. Она ни секунды не жалела о случившемся и ни разу не поинтересовалась судьбой мужчины, который почти убил ее. Сначала на это просто не было времени – слишком большой объем информации, интенсивное обучение, тренировки – а потом поняла, что такие вещи ее больше не интересуют. У нее были куда более важные дела, чем бессмысленная месть или же переживания семьи. Родителям Суми регулярно отсылала вполне приличные деньги и писала короткие письма, в которых неизменно сообщала, что у нее все хорошо и она очень довольна новой работой, а коллеги всецело ее поддерживают. Китагава находила забавным, что данные утверждения были вполне точны, хотя вряд ли кто-то, читавший их, мог представить, чем она сейчас занимается. Впрочем, странное название нового места работы, перекликавшееся с ее травмой, смешило еще больше. Год назад Суми переложила обязанность сочинять тексты для сообщений родным и старым друзьям на одного из своих подчиненных в AUGE. Тот мужчина справлялся с этим занятием намного лучше нее. Китагава ожидала дня, когда адресаты умрут или осознают, что безразличны ей. Это означало бы, что более не придется тратить финансовые и временные ресурсы на столь бессмысленные вещи. Впрочем, это было вопросом слишком отдаленной перспективы, чтобы девушка концентрировалась на таких мыслях дольше нескольких секунд. Собрать информацию, проанализировать, выработать оптимальную линию поведения, действовать соответственно. Прошлое не имело значения, а будущее Китагавы – особенно продолжительность этого будущего – зависело от ее полезности. Все прочее было несущественно. От: Грэй Кому: Роза, Нецах, Л. Марек, Т. Черный, К. Адамс, Амбел, Сави, Танд. До получения дальнейших указаний вам приказано приостановить любые самостоятельные операции на территории Токио-3. В случае неподчинения Сообщество оставляет за собой право применить к нарушителю любые меры воздействия вплоть до ограничения свободы или физического уничтожения.