Взгляд со стороны

- Современный мир стоит перед великим вызовом… Синдзи тоскливо вздохнул и взял пример с Аянами, посмотрев налево. Синеволосая девочка была занята тем, что изучала двор школы. Парень, чья парта находилась в центре класса, не мог наслаждаться аналогичным видом и вместо этого рассматривал верхушки деревьев, видневшиеся вдалеке высотные здания делового центра, а также, собственно, саму Рей. Вид был… крайне приятным глазу. Аянами, почуяв ведомым одним только ей загадочным образом чужое внимание, развернулась и встретилась с мальчиком взглядом. «Ты что-то хотел?» - легкое движение бровей. «Нет. Извини, просто смотрел», - ответил Синдзи растерянно-смущенной улыбкой, запоздало осознавая, как это может выглядеть со стороны. Подобные беззвучные диалоги уже и без того были источником непрерывных шуточек со стороны Тодзи и Кенске. Хорошо еще, что учитель, ведущий у них современную историю, отличался полным безразличием к происходящему в классе, большую часть времени стоя лицом к доске. Иначе пришлось бы действительно вслушиваться в монотонную речь, пытаясь уловить за размытыми фразами реальные события. «Суми-сан вчера рассказывала понятнее», - неохотно признал Синдзи. Воображение заменило сгорбленную фигурку их пожилого школьного преподавателя на девушку со всклокоченными волосами и горящим взглядом, размахивающую полупустой бутылкой и вещающую про современную геополитику. Мальчик успел улыбнуться, но быстро восстановил серьезное выражение на лице. Во-первых, у такой учительницы нереально отвлечься на уроке либо прийти с невыполненным заданием. Во-вторых, инспектор прямо сейчас могла размышлять над тем, каким именно образом убедить двух подростков хранить гробовое молчание обо всем, случившемся вчера. В мыслях Синдзи почему-то упорно возникал образ тазика со свежим цементом и спокойное лицо Китагавы, предлагающей ему там постоять немного. С одной стороны, это, конечно, полная ерунда, но с другой… «Просто нужно успеть напомнить ей, что пилоты Евангелионов стоят очень дорого и их нельзя топить в реке», - успокоил себя подросток. Был ряд людей, с которыми он совсем не желал портить отношения. Рей – просто потому, что Синдзи не хотел этого делать. Аска – кажется, к ней тоже были применимы законы квантовой физики, если подросток хоть чуточку уловил разъяснения доктора Акаги. Казалось, что настроение рыжей немки и впрямь находится одновременно в нескольких равновероятных состояниях, вот только Синдзи обычно заставлял его коллапсировать в исключительно негативные формы. Из тех же пояснений подросток установил, что единственный надежный способ избежать «детерминизации» - звучание слова мальчику очень понравилось – это оставить «функцию» в покое. Потому Синдзи старательно не интересовался ничем, связанным с Аской, мысленно пожелав Мисато побольше удачи, а также извинившись перед ней. К слову, доктор Акаги также занимала почетное место в этом списке. Подросток и без того часто чувствовал под ее взглядом, как будто его методично препарируют на составные части – под местным наркозом, но оставив в сознании. Ученая, в чьем ведении находилось все научное крыло НЕРВ, при возникновении такого желания могла легко обратить жизнь любого сотрудника в индивидуальный Ад. Или сколлапсировать его в состояние идеальной точки. Отец. Он же – Командующий Икари. Там все было совсем просто. Синдзи не собирался портить с ним отношения по причине практического отсутствия таковых. Мужчина вспоминал о наличии отпрыска исключительно по случаю визитов Ангелов и в памятные даты. Сын предпочел придерживаться аналогичной политики – хотя существование Икари Гендо игнорировать было куда сложнее, чем Синдзи. С недавних пор в перечень попала и инспектор Китагава. Как и в случае с начальницей Третьего отдела, ее глаза обещали «всестороннее исследование». Выяснять же границы полномочий чиновницы из ООН Синдзи вообще не планировал. Синхротестами она его замучить не могла, зато явно нашла бы иной способ отравить жизнь. Например, поинтересовалась бы тем, на каком основании несовершеннолетнему платят зарплату, или что-нибудь в том же духе. «Запомни, друг мой, - Кенске тогда расстроенно потирал скулу, на которой проступал след от крепкой пощечины. – Все девчонки крайне злопамятны. В смысле, запомни не это, а другое – никогда не попадайся». Младший Икари тогда весьма мудро распространил наблюдение своего товарища на весь женский род в принципе, на всякий случай не сделав исключения даже для Аянами. Продолжая наблюдать за периодически страдавшим от прекрасной части класса Кенске, Синдзи пошел еще дальше, выведя следующее правило: «Самый простой способ не попасться – не совершать ничего предосудительного». Еще через некоторое время последовало уточнение: «но если твоя репутация уже испорчена, то тебе достанется даже за то, чего ты и в самом деле не совершал». Подросток не знал, какой была его репутация в глазах инспектора, но надеялся на лучшее. Никакой утечки информации точно не будет – Аянами не знала сути понятия «сплетничать с подружками», а Синдзи слишком хотелось жить, чтобы наживать еще одного врага. «Двое хорошо хранят тайну, если один из них – Рей», - мальчик широко улыбнулся, снова бросив взгляд на свою напарницу. - Это не соответствует истине, - спокойный голос Аянами прозвучал совершенно неожиданно, так что подросток на мгновение испугался, что последнюю фразу произнес вслух. - С учетом текущего состояния их экономики американцы будут вынуждены смягчить миграционную политику, что является из основных пунктов предвыборной программы сенатора Беннета, - Рей продолжала говорить, и Синдзи понял, что девочка отреагировала на одну из фраз учителя. – Данные социологических исследований позволяют говорить о том, что эта проблема окажет серьезное влияние на внутреннюю политику администрации Белого Дома вне зависимости от того, кто победит на ближайших выборах – демократы или республиканцы. Синдзи видел, как округляются глаза у его одноклассников, да и учитель для разнообразия оторвался от своей доски, развернувшись к классу лицом и подслеповато щурясь. «Да Рей ведь почти дословно пересказывает часть из того, что нам вчера Суми-сан говорила!» - подросток не знал, как именно выпутаться из этой кошмарной ситуации, отчетливо ощущая, что еще немного – и грянет натуральная буря. Синеволосая девочка продолжала невозмутимо разъяснять перипетии избирательной кампании в США, перечисляя иностранные фамилии и ссылаясь на официальные данные о динамике экономики. «Только не говори про Неваду!» - отчаянно взмолился Синдзи, разом воззвав ко всем богам. Китагава перед их уходом, смотря на детей своим все столь же мрачным и давящим взглядом, мягко заметила, что рассчитывает на то, что информация о катастрофе, уничтожившей филиал, не пойдет дальше. Если сейчас Аянами перед всем классом заявит о происшествии, то – зная оперативность Кенске – через пару минут об этом будет знать полшколы, а к исходу дня – вся планета. К счастью, девочка остановилась, не дойдя до упоминания о судьбе второго филиала в США. - Да, да… - учитель покивал головой, то ли действительно соглашаясь с внезапно перебившей его Рей, то ли просто размышляя над ответом. – Да, Америка… Во время Второго удара многие города на побережье были почти полностью уничтожены. Великое бедствие не пощадило тогда ни одной страны. И все же человеческий дух позволил… - Ф-фу… - Синдзи облегченно выдохнул. Преподаватель снова вернулся к своему излюбленному занятию – монотонному бормотанию о «несгибаемой воле» и «тяжких испытаниях», зато все взоры в классе были прикованы к Рей. Девочка отреагировала на столь пристальное внимание вполне привычным образом – отвернувшись к окну. Сигнал, возвестивший о перемене, прозвучал для подростка траурным звоном. Практически мгновенно в него вцепился Тодзи, увлекая в коридор. Рядом возник и Кенске с лихорадочно горящими глазами. - Итак? – очкарик требовательно ткнул пальцем в плечо Третьего Дитя. – Выкладывай! Что ты сделал с нашей Аянами? Тихой, незаметной Аянами, которая и слова не скажет, пока преподаватель не спросит? Куда ты ее дел и где достал двойника? - Э-э… - Синдзи замялся, пытаясь решить, как же лучше обратить внимание Кенске на тот скромный факт, что некто стоит у него прямо за спиной. - Я не двойник, - в голосе Рей прозвучала нотка недовольства. Айда чуть ли не подпрыгнул от испуга, но затем немедленно расплылся в хитрой улыбке. - Но чем же объяснить столь внезапную перемену? - Утверждение о продолжающейся самоизоляции США противоречит фактам, изложенным вчера инспектором Китагавой, - Аянами моргнула. – Уроки современной истории необходимы для лучшего понимания мира после Второго удара. Неверная исходная информация может привести к формированию искаженного восприятия нации и ее представителей. - А… про это тоже Суми-сан говорила? – осторожно уточнил Синдзи, пока его товарищи молча переваривали услышанное. - Нет. Учитель на прошлой неделе, - Рей развернулась и направилась по своим делам. - Блин… - Тодзи покачал головой, проводив девочку взглядом. – Так чего?.. Она и впрямь слушала всю ту болтовню? - Синдзи… - в поле зрения парня снова возникло лицо Кенске. – Так что там было о частных уроках, которые вам дает Суми-сан? - Да хватит тебе издеваться! Мы просто вчера встретились перед подъездом, вот так и вышло, - подросток спешно придумывал убедительное объяснение, которое не будет включать пьяных инспекторов ООН и взорвавшихся филиалов. – Я тогда Рей про Америку говорил, а Суми-сан услышала, сказала, что я несу ерунду, и минут пять читала нам лекцию про американскую политику прямо посреди улицы. - И еще сказала, что я неуч, - вздохнув, добавил Синдзи для правдоподобности.