Это лето будет другим...

- Хм-м, а можно мне это? – тонкий палец указал на одежду, висевшую на манекене. Синеватую футболку с черными пятнами по бокам и с нетяжелой железной цепочкой у груди. - Да. - А это? – показал на насыщенно фиолетовые джинсы с заклёпками на карманах. - Бери. - А! Можно и вот это заодно? – перевёл на лежавший рядом прочный плетёный ремень, светло-коричневого цвета. - Конечно… - Ура! Тогда ещё возьму…? - Да бери всё, что хочешь!!! – не выдержав, вскипел Медведев. - Я всё оплачу! Так что молча забирай свою одёжку, которая тебе приглянулась, и пошли уже! Я не могу, как можно столько шляться по шмоткам?! - Чего ты так вскипел, Дим? – искренне удивился Иван, но взгляд от одежды не оторвал. – Мы тут всего ничего. - «Всего ничего»? Издеваешься? Ты посмотри, мои охранники уже загибаются от всего этого! Что неудивительно, ведь почти ЧЕТЫРЕ часа мы гробим в этом магазине ради шмоток! – мужчина едва не выл от негодования. – Да я столько со своей женой не ходил по бутикам… - Ладно-ладно, я понял, идём домой, - Дмитрий Анатольевич облегченно выдохнул. – Только ещё вон ту ветровку купим! - А-агх, Иван!

***

- Вот и всё, видишь! Спасибо за одежду, Дмитрий! – с интересом разглядывая свой новый наряд, чуть ли не припрыгивал от радости юноша. На Иване была одета лиловая, почти, что розовая (мне одной Польша вспомнился?) водолазка, поверх которой была белая гладкая объёмистая жилетка на молнии. Снизу ноги юноши несильно облегали светло-синие джинсы, на вид казавшиеся специально поношенными. Обувь на Брагинском были простые бело-синие кроссовки с высокой удобной платформой. Довольно теребя концы полюбившегося жилета, Россия обернулся к мужчине: - Крутую вещичку я себе купил, да? Мне она очень нравиться! Она такая мягкая и тёплая! А ещё быстро форму обратно принимает! - Мне, если честно, всё равно… Ты в нём немного на девчонку смахиваешь, кажется, словно грудь есть, - немного раздражённо бросил экс-президент, устало идя за Россией после изнурительной покупки. Следом за Медведевым плелись, нагружённые пакетами до отказа, высокие широкоплечие мужчины в чёрных костюмах. - Ха-ха-ха, да не пыхти ты! Лицо быстрее постареет, - пропустив мимо колкость, улыбнулся тому Брагинский. Настроение у юноши просто зашкаливало, так и хотелось скакать, петь и веселиться, но Иван сдерживался. Данный статус не позволял такого распутства, и самому славянину казались эти действия слишком уж детскими, что не мог допустить себе Россия. Ну не Альфред же он! Ваня никак не должен спускаться до такого поведения. - Эй, Дим, – неожиданно юноша замедлил темп, давая сравняться с собой Дмитрию Анатольевичу. Мужчина вопросительно посмотрел в фиолетовые глаза, сильно потемневшие в отличие от обычно нежно-лиловых, что были ещё у «взрослого» Ивана. - У меня к тебе вопрос… Может ли моё внешнее изменение как-то отразиться на населении? – лицо Ивана было сосредоточенным, брови слегка нахмуренны. - Хм, я не знаю… Возможно ли такое или нет, но в любом случае мы выясним это, - Медведев понимающе кивнул и отпустил взгляд. Он и сам об этом задумывался, сразу, как только увидел Брагинского таким. Так они в повисшем молчании проходили пару минут. Нарушил её экс-президент, подойдя к заранее открытой машине и обернувшись к стране: - Раз нормальную одежду мы тебе прикупили... Давай, встречать Владимира, он уже как час ждёт у тебя дома. Как раз обсудим с ним тот недавний вопрос, поехали. - Чего, он там час?! – выражение на лице Ивана мигом преобразилось в открытую панику. – Да Путин с меня шкуру сдерёт за такое! А-а, я не хочу, Дим, давай лучше попозже, например, завтра, что б Вова успокоился, а? - Нетушки, залезай внутрь или не увидишь ты своих шмоток! - Ты – изверг и шантажист, знаешь об этом? Как можно собственную страну заставлять что-то делать против воли?! Разве этому я вас учил? - Ничему ты меня не учил, Иван, чего врёшь? - Ну, стоило попробовать… - поникло сев на мягкое сидение, обшитое кожей, выдохнул Россия.

***

- Ха-ха-ха, привет, Вова! Как дела? – сделав как можно более беззаботное лицо, Иван резко распахнул дверь и прошествовал внутрь деревянного летнего домика, построенного рядом с главным зданием. Сидевший на широком кресле, мужчина в белоснежной рубашке и классический отглаженных до идеала брюках не спеша повернулся к задержавшемуся хозяину домика. Его до этого расслабленное немного уставшее лицо мигом напряжённо оглядело страну. - Иван, ты… - Ты прости уж за то, что я не предупредил тебя и не пришел на встречи, а? Знаешь… А сегодня просто чудесный день! Хоть уже давно за девятнадцать… Но лето ведь! Дни длиннее! А пошли – погуляем по Москве? Я и Гришу* позову, сейчас, подожди, позвоню ему! - Иван, - спокойный хорошо знакомый голос заставил юношу встать на месте, - повернись ко мне. Подавив застрявший в горле комок, Брагинский развернулся, избегая прямого контакта глаз со своим шефом. Минута молчания. Мучительно долгая и, казалось бы, разъедающая минута тишины повисла в маленьком помещении. После Владимир Владимирович медленно встал с кресла, и Россия невольно напрягся. Медведев, предатель, мудро решив оставить Ивана наедине с Путиным, отказался заходить в домик. Возможно, с ним бы не было так неловко перед президентом. - Послушай, Ваня, Мир так огромен для простого маленького человека, и если бы с этим самым человеком что-нибудь случилось или бы он что-то сделал, вряд ли Мир это заметил. Но страны это уже совсем другое. Каждое их слово и движение внимательно впитывает множество глаз по всему Миру, подобно падальщикам ожидая, когда их жертва полностью ослабеет и... отступиться. Но, несмотря на это, ты… смог. И сделал одну вещь, что так рискованно для страны, наплевав на мнения других. В общем, я горжусь тобой и, конечно, буду поддерживать тебя! Но ты мог хотя бы предупредить меня… - Погоди-ка, притормози-ка. В смысле «смог»? Что за речь ты развел? О чём ты, Вова? – без культурно оборвав президента, недоумевал юноша. - Как о чём? Можешь не стыдиться, я принимаю это. Поменять пол на женский достойно похвалы. Думаю, и народ это воспримет положительно, ведь ты всё-таки наша Родина… - ЧТО?! – снова прервав Путина, ошалело выпучил глаза Россия. – Чего я поменял?!!! Да я помолодел лет на десять и всё! Ничего я себе не менял, резал или пришивал! Бога ради упаси!!! - Эм… Так ты помолодел… - Да! – в сердцах воскликнул страна. - Вообще с чего ты взял, что я решился стать бабой?! - Вот как… Прости, Ваня, признал я в тебе по твоей жилетке девушку, - и хоть президент чувствовал вину, он всё же не смог сдержать приглушённый смех. – Ты в нём ночью по улицам один не бегал бы, хорошо? Пхаха… - Да чего вы заладили про жилетку? Нормальная она! – оскорбился за беленькую вещицу Брагинский, и вместо того, чтобы угрожающе принять милую улыбку, как обычно, он, насупившись, отвернулся. - Прости-прости, - сквозь слёзы выдавил мужчина. Президенту потребовалось немало времени, чтобы унять безудержный смех, но когда, наконец, всё закончилось (как не жаль, хорошее долго не длиться), Путин трезво оценил ситуацию. В летнем домике вместе с Россией и президентом на удобном диванчике сидел Дмитрий Анатольевич, который, всё же заглянув, недавно смеялся на пару с Владимир Владимировичем, доведя бедного Ивана до красны. - Получается, Ваня и сам не знает, как так вышло? – слегка уперев рукой голову, осведомился Путин. Оба собеседника кивнули. - Вчера я ничего, что могло хотя бы отдельно быть связанно с этим, не делал. Я долго размышлял, но так и не нашел возможной причины, - вкрадчиво проговорил юноша, отпив горячего какао так любезно приготовленное подчинённой Владимира Владимировича. Сладкая жидкость приятно обожгла горло. - Возможно причина твоего «омоложения» и не была вчера, - Россия с Медведевым заинтересованно уставились на прикрывшего глаза президента. – Ведь никто не отменял возможность, что это могло произойти после нескольких дней. Иван, ты чувствовал какие-нибудь малейшие изменения у себя? Славянин призадумался. - Нет… вроде, - юноша усердно нахмурил брови, пытаясь хоть что-то подобное уловить. - Не напрягайся сильно, в этом нет нужды. Узнаем другим путём. А как у тебя обстоят дела сейчас, кроме внешнего изменения, ты что-нибудь еще заметил? Тут и Брагинский помедлил, а Медведев еле заметно вздрогнул, осознав кое-что, но виду не подал. - Хм… Силы я при себе оставил, но иногда почему-то не могу их сдержать, хотя раньше это не было так трудно. Боли нигде нет. Да и в памяти я, кажется, ничего не потерял. Неа, ничего не изменилось, только внешность, - приняв нетипичный для себя тон (развязной, что ли), протянул последнюю фразу юноша и уныло выдохнул. Владимир Владимирович проницательно глянул на своего председателя, неуловимо передав взглядом что-то другу. Тот согласно кивнул и встал с насиженного места. - Ладно, я пойду разузнавать про состояние людей, не повлияло ли твое состояние на них или это они на тебя повлияли. Что ж пока, Иван, - попрощался Дмитрий Анатольевич.- Твои вещи в спальне. Владимир, встретимся попозже. - Покедова, Дим! Дверь захлопнулась, оставив президента и страну вдвоём. - Скорее всего, тебе будет необходимо некоторое время для свыкания со своим новым телом. Я дам тебе двухдневной отгул от обязанностей, - что-то записав в телефоне, начал Путин. - Только два дня?- взвыл славянин. – Но почему-у? - Россия, ты забыл? У тебя саммит G8 через два дня в Берлине, - перейдя на международное обращение, укоризненно покачал головой Владимир Владимирович. - Мы с Димой разузнаем, что же с тобой стало, но, думаю, ты понимаешь, что займёт это времени много. У меня, к сожалению, и так слишком много дел. А ты тоже просто не сиди, может связаться с этим колдуном у вас… Анг… - Нет, не стоит, - отрицательно замотал белобрысой шевелюрой юноша. – В моменты, когда в чём-то замешан Англия, я хоть немного, но чувствую это. И сейчас я сомневаюсь, что Кёркленд с этим как-то связан. Поверь мне. - Ну как знаешь, Ваня, как знаешь! Мне уже пора… - заметив открывшуюся дверь, выдал президент. В проёме оказался какой-то мужчина в сером костюме. Чинно представившись стране, он не без смущения предупредил о скором предстоящем заседании. - Я зайду еще вечером… - Не утруждайся, всё со мной в порядке. Я уже немного привык к такому телу, - успокаивающе улыбнувшись, сказал Брагинский. - Хорошо, тогда позвоню, - настаивал на своём Путин. – До свидания. - Пока-пока! - усмехнувшись своим мыслям, ещё шире улыбнулся Иван. В домике всё стихло. Приехавшие с президентом подчинённые покинули его дом, кроме пары охранников, что стояли во дворе. Даже та милая девушка, сделавшая России какао, больше здесь нет. А сладкий напиток давно выпит. Стало вновь как-то одиноко и грустно. Этот дом всегда будет так пуст и холоден? Посидев так где-то три минуты, Брагинский встал с кресла. У него ещё много дел впереди, а времени всего два дня! Надо быстрее приниматься за работу и… свыкаться с нынешним телом. Вдруг навсегда? «Свят-свят-свят**!»

***

      Конец 2-ой части 2 главы...