The Knights of Camelot

- Через неделю снова выступаем, так что – парни, и Леди,- короткий взгляд на Моргану,- не расслабляемся! Гвейн присвистнул с зажатым в зубах медиатором, за что был награжден брошенным вскользь, но от этого не менее горячим, взглядом Ланса. - Расслабишься тут, как же. Только вот, кажется, дождь собирается,- пробасил Перси, почесывая барабанными палочками шею и поглядывая в окно. Над дорогой повисли свинцовые тучи, поднялся ветер, от которого дрожали стекла. Казалось, до неба можно достать, если привстать на цыпочках. Сухие листья метались по аллее, на которую выходило окно студии, из стороны в сторону, закручиваясь вихрем, а случайные прохожие словно толкали головами невидимый крейсер – так низко им приходилось нагибаться против ветра. Мерлин смотрел на бушующую природу и понимал, что сегодня она как никогда точно описывает состояние его души. Все попытки напомнить Артуру о прошлом с треском проваливались, на работе случился какой-то аврал, и парень уже не помнил, когда в последний раз присаживался дольше, чем на минуту. Репетиция шла полным ходом, когда раскат грома тряхнул оконную раму, а последовавшая за ним вспышка молнии заставила замигать все лампы в помещении. - Та-а-ак… Что-то мне все это не нравится,- пробормотал Артур, и Ланс согласно закивал. - Нам ведь не нужны проблемы с испорченной аппаратурой?- Моргана отошла подальше от микрофона, опасливо косясь на него.- Мы уже почти выучили эту новую песню, Мерлин обещал записать для всех табулатуры – так зачем сейчас рисковать техникой и здоровьем? Гвейн что-то недовольно пробормотал, но его уже никто не слушал. Ланс отключил синтезатор, Артур поспешно вытаскивал вилку комбика из розетки, и лишь Перси не спеша перетаскивал установку в угол. Он вообще как-то пошутил, что в случае конца света (в прямом смысле этого слова) прокормить себя сможет только он один. Ну и Моргана, как успел он добавить до того, как вслед за опасным взглядом в него полетел микрофон. Мерлин уже потянулся отключать свой комбик, когда его окликнул Гвейн: - Слушай, как ты там играл в куплете? Что-то вот так, потом так… Выключенную гитару было не слышно, а Мерлин слишком устал, чтобы тащиться в другой угол комнаты. Не выпуская вилку, воткнутую в розетку, из рук, он присел на комбик. - Нет, третий аккорд другой. Там другой бас, Гвейн! О боги, Гвейн, да сыграй ты G… Вот! Теперь на лад выше… В следующий момент случилось сразу несколько вещей. Мерлин услышал оглушительный раскат грома и тихий вскрик Морганы, а потом увидел ярчайшую вспышку молнии и обращенный к нему полный ужаса взгляд Артура. Мгновением позже Эмриса отшвырнуло от стены на пол, и, кажется, во всех лампах вышибло пробки. Или это зрение оставило бывшего мага? Тем не менее, Мерлин понял, что вокруг тьма, а через секунду она добралась до его сознания и укрыла своим пуховым одеялом.

***

- Мерлин! Мерлин, ты слышишь меня?! - Он вообще живой?.. - Заткнись, Гвейн! Черт, я нихрена не вижу, Перси, подай свечу!.. Ну же, Мерлин открой глаза… Эмрис разлепил веки и увидел над собой склонившееся и крайне обеспокоенное лицо Артура. Голубые глаза на миг встретились с синими, и блондин облегченно выдохнул. - Слава богу! Ох, идиот, мы так испугались… - А некоторые – чуть больше, чем остальные,- инфантильно вставил Ланс, в глазах которого, однако, читалось облегчение. - О боже, да заткнитесь вы все! - Откуда свечка?- прохрипел Мерлин, делая попытку сесть, и заваливаясь обратно со стоном. - Из кладовой… Что с тобой?- Моргана попыталась оттеснить Артура, но тот вытолкнул ее, заняв собой практически все личное пространство Эмриса. - Башка… Раскалывается. Я в норме,- Мерлин медленно сел, потирая виски, и обернулся к притихшим друзьям.- Что? Перси как-то странно напряженно хмыкнул. - Брат… После такого не выживают. Розетка сгорела к чертям. Мерлин повернулся к стене и увидел обуглившуюся пластмассу в том месте, куда еще недавно был подключен его комбик. - Э-э-э… Ну, бывает… - Нет, не бывает,- Ланс прищурился, подходя ближе.- Я видел ожог на твоей руке за секунду до того, как вышибло пробки, а еще уверен, что заметил, как у тебя волосы дыбом встали. Как ты объяснишь то, что сейчас ты выглядишь, будто просто прилег поспать на полу? Мерлин напряженно замер под взглядами пяти пар глаз. За полторы тысячи лет он усвоил одно: чтобы тебе не поверили, нужно говорить правду. - Эм… Я бессмертен. На секунду в кругу обступивших его друзей повисло молчание, после чего парни разразились гоготом, а Моргана лишь закатила глаза. - Ну да. Конечно. Может, ты еще и по воде ходишь, и вино из воды делаешь?- фыркнул Гвейн. - Не знаю. Не пробовал,- Мерлин пожал плечами и улыбнулся. Чтож, на первый раз пронесло.

***

Гвейн трепался по телефону с Лансом в дальней от кухни комнате, пока Мерлин готовил ужин. В последнее время эти «разговоры на ночь» двух парней стали обычным явлением. Эмрис улыбнулся. Его настроение стремительно поднималось. Он даже не знал, что повлияло на это больше: то, что у его друзей все постепенно складывается, или же то, а точнее тот, кого Мерлин увидел первым, когда очнулся пару часов назад на полу в студии… То, что он увидел в глазах Артура, вселяло надежду. Надежду в то, что еще не все потеряно. По радио играла какая-то популярная песня, и Мерлин, забывшись, начал ей подпевать. Мотив был ненавязчивый, текст не слишком располагал к размышлению, поэтому парень чувствовал лишь тепло и небольшую тоску по своему любимому занятию, которому давно не посвящал времени. К концу первого куплета он как-то незаметно для себя разошелся на полную громкость, а после припева вдруг понял, что больше не слышит голоса Гвейна. Обернувшись, Эмрис увидел его в дверях и резко замолчал. - Говнюк…- все, что смог сказать его сосед.- Чего я еще не знаю о тебе? Ты ходишь на руках? Спишь стоя? Жонглируешь? При упоминании последнего Мерлин невольно улыбнулся, припоминая давний опыт. - А что?.. - И ты еще спрашиваешь?! Как ты можешь зарывать такой голос, тьфу, талант в землю?!- Гвейн, кажется, не на шутку вскипятился.- Я давно не слышал, чтобы кто-то пел… так. А ты все это время молчал?! Да мне после тебя даже рот раскрыть стыдно будет!.. - О нет, не начинай… - …я не хочу это обсуждать. Завтра на репетиции ты будешь петь. Мерлин застонал. - Гвейн, я не пою, потому что у меня есть на то причины. И я не собираюсь делать исключений. - Идиот! У тебя прекрасный голос, как ты можешь… - Ты понял это по моему исполнению какой-то песни Тейлор Свифт?! - Да какая разница, что ты пел!- Гвейн яростно тряхнул челкой.- Тем более… Он внезапно покраснел, но все же закончил: - Ее песни вызывают у меня чувства. Мерлин усмехнулся. - Ее песни у всех вызывают чувства.* Гвейн слабо улыбнулся и посмотрел на друга. - Почему ты не поешь? Эмрис устало закрыл глаза. Разве поймет такой человек с полным отсутствием комплексов, как Гвейн, что это за чувство, когда душа за три минуты успевает сгореть и возродиться заново тысячи раз, и неизвестно, в каком из этих состояний она окажется на момент последнего аккорда?.. - Я боюсь микрофона. И публики. Глаза бывшего рыцаря от удивления полезли на лоб. - Ты серьезно? Ты же выступал на сцене и… - Микрофон, Гвейн. Микрофон. Парень вздохнул, и Мерлин уже понадеялся, что тот сдался. Но это же Гвейн… - Пожалуйста, пообещай, что хотя бы попытаешься. И разве у Мерлина был выбор?..

***

- Ребята, это пушка! С его голосом мы будем собирать стадионы!- трындел Гвейн, пока красный как рак Мерлин настраивал гитару, с опаской поглядывая на микрофон. - А как же протоптавшиеся по твоим ушам медведи?- в голосе Артура послышалась такая знакомая королевская насмешка, что Эмрис невольно обернулся и наткнулся на заинтересованный взгляд. «Что ты еще скрываешь от меня, Мерлин?..» - Ох, мать его, давайте просто начнем,- неожиданно бросил Эмрис, и друзья, воззрившиеся на него с удивлением, заняли позиции. С первых же аккордов Мерлин понял, что не сможет. Он не боялся микрофона, поэтому, глядя только на него, пытался представить, что он в комнате наедине с собой. Он пытался поймать волну в начавшейся мелодии, но слова, готовые сорваться с языка, распадались на немые звуки, не долетая до губ. Он пытался снова и снова, заверял себя в том, что кроме него сейчас в целом мире никого нет, и никто не увидит, как он умирает, как трепещут оголенные провода его души, как жалит током каждое слово и какой болью в сердце отдается каждая фраза. Но ничего не получалось. Он чувствовал буравящий затылок взгляд Артура, слышал подгоняющий его шепот Гвейна, видел краем глаза напрягшуюся Моргану… - Я не могу. Простите. Мерлин обернулся, но лучше бы он этого не делал. Ибо боль, которой он только что избежал, не шла ни в какое сравнение от той, что он испытал, наткнувшись на разочарование в голубых глазах.

***

Мерлин напивался в каком-то клубе в полном одиночестве. В один миг он пустил все под откос. Магия, раздразнив его, снова перестала подчиняться, перебороть себя не вышло, да еще и Артур с этим своим взглядом… Мерлину было плохо и пьяно. Именно в таком состоянии его и нашел Мордред. Эмрис узнал его сразу, и остатки трезвого здравого смысла велели ему держаться от бывшего врага подальше. Но парни, познакомившись, быстро разговорились, и Мерлин подумал о том, что тот, как и Моргана, не помнит своего темного прошлого. Мордред оказался студентом с отличными отметками. Он был очень умен и вежлив, и Мерлин предложил ему выпить. А потом и сам не заметил, как согласился попробовать какую-то дрянь, которую ему впихнул бывший друид. Мордред испарился вместе с деньгами Мерлина и приятной тяжестью в голове от легкого опьянения. Эмрис чувствовал, как внутри что-то умирает и корчится в агонии, перед глазами все то плыло, то резко обретало очертания, постоянно меняя цвет и форму. В каком-то наркотическом бреду он умудрился услышать звонок от Гвейна, которого начало волновать его долгое отсутствие, и коротко описал свое состояние. - Мать твою! Мерлин! Идиот, что ты принял?- вопил парень на другом конце провода. - Я н-наю,- язык казался чем-то чужеродным, мешающимся, и Мерлин осоловело пытался его выплюнуть. - Адрес. Быстро, скажи мне адрес! Мерлин постарался более или менее членораздельно сообщить Гвейну координаты своего местонахождения. - Чтоб тебя! Это ж на другом конце города! Я не успею и за полчаса, а тебе, кажется, уже… Стой! Там же Артур живет рядом! Я ему сейчас позвоню… - Нт! Тльк не Артр!- пытался кричать Мерлин, но собственная дикция явно решила послать его подальше. - Заткнись и никуда не уходи! И Гвейн бросил трубку. Мерлин застонал и действительно попытался уйти, но сил хватило только на то, чтобы пересесть с одного стула у барной стойки на другой. Он уронил голову на руки, но уже через секунду – или через часы? – сильная и такая знакомая рука потянула его за плечо, заставляя сесть прямо. Кто-то развернул стул, и Мерлин, открыв глаза, увидел перед собой бешено сверкающего глазами Артура. -Артур… - Придурок! Идиот! Что ты натворил?! Эмрис не в силах был вымолвить хоть что-то. Он просто сидел и смотрел на своего идола. Частые вспышки стробоскопа вырисовывали над светлой головой нимб, а зрачки глаз в темноте клуба были темными, и, если совсем чуть-чуть напрячься, можно было представить, что это от вожделения… Артур смотрел на глупо улыбающегося Мерлина, зрачки пустых глаз которого сузились до размеров спичечной головки. Что произошло? Как он довел себя до такого? Неужели, все из-за сегодняшнего… - Я отвезу тебя в больницу. - Ещщще чего,- почти четко произнес Эмрис, чему немало сам же и обрадовался.- Все пройдет. У меня всегда все проходит. Так всегда, б-бывает, да-а… - Ты что, уже принимал?! - Нт, что ты,- Мерлин сделал испуганные глаза, но после этого сразу обмяк на руках парня.- Ты ж помнишь. Молния… Рзряд… Все пршло… И эт тож… - Что мне с тобой делать?- простонал Артур, понимая, что до дома Мерлин не доберется. - Что хочшь,- улыбнулся тот, сощурившись, и зевнул. Организм запустил процесс исцеления, но Эмрис очень не хотел уснуть именно сейчас. Однако он, видимо, отрубился, так как, проснувшись посреди ночи, обнаружил себя лежащим на диване в квартире Артура, хозяин которой сидел подле него на полу. - Пей,- жестко сказал он, и от его тона по телу Мерлина побежали мурашки. Хотя, судя по самочувствию, действие наркотика еще не закончилось. - Спасибо,- тихо произнес он и осушил стакан до дна. Артур, сходив на кухню и наполнив его снова, сел на диван около его бедра. - Ничего не хочешь мне рассказать? Мерлин закрыл глаза. А что он может? Признаться в своих чувствах, в которых и сам еще не убедился? Рассказать о своей никчемной жизни и умении все портить? Или, может, о том, что кое-кто затянул со своей амнезией?.. - Ложись ко мне,- прошептал он внезапно даже для себя. А Артур внезапно действительно лег рядом. - Мерлин… Что с тобой происходит? Эмрис прикрыл глаза и ощутил сильный холод, его начал колотить озноб, но когда секундой спустя он почувствовал уютное тепло и разлепил веки, то с удивлением обнаружил, что Артур обнял его своими сильными и такими горячими руками. Мерлин закрыл глаза. Где-то в глубине души ему было так хорошо, что стало даже больно. Он и сам не заметил, как начал плакать, а когда заметил, подумал, что это из-за той дряни, что он принял. В самом деле, разве есть у него повод для слез, когда он лежит в объятиях лучшего друга, мужчины, в которого совершенно-точно-абсолютно-бесспорно влюбился? - Как же я хочу, чтобы ты все вспомнил,- прошептал он и поцеловал Артура. И плевать, что тот сочтет эту молитву-неизвестно-кому бредом недо-наркомана. Плевать, что завтра утром они, скорее всего, обоюдно и негласно решат не вспоминать об этом. Плевать на то, что магия так и не проснулась, как не проснулся и тот-самый-Артур. Главное – это то, что этот Артур обнимает и целует его в ответ. ___________________________________________________________ * цитата из сериала "Бруклин 9-9". Кстати, советую всем, кто знаком с группой The Lonely Island и просто любит посмеяться.