Князь. Тёмный князь

Скорее всего, вы хотите спросить: «Что ты так переполошился, Ирандриэль? Это же чёрная магия». Да, чёрная. Но мы, жители Гревошера, используем в своих целях только магию Хаоса. Некромантия строго запрещена на территории всех трёх королевств. Все фолианты безжалостно сжигались вместе с самими некромантами. Остались лишь тома в столицах, запертые в личных библиотеках монархов. Диларнис давал когда-то почитать несколько свитков. Уже тысячи две лет не было ничего слышно о некромантах. И вот, на моих землях появилась эта пакость. Немыслимо! Могильники находятся на приличном расстоянии – на пересечении границ трёх государств. Как воины княжества Арши могли пропустить нежить? Ворвавшись в свою комнату, я кинулся к столу, на котором в беспорядке были разбросаны карты. Вчера перед сном мне почему-то захотелось посмотреть на них. Быстро нашёл карты с пейзажем Ульмия и портретом Диларниса, или, как мы его называли, Дилара. Сосредоточившись на изображении, я мысленно позвал его по имени. Через несколько секунд появился контакт. Изображение поменялось. Дилар сидел в саду и читал какую-то книгу. Подняв голову, он посмотрел на меня и расплылся в искренней улыбке. – Ирандриэль? Это ты? – Да, Диларнис. Извини, что неожиданно, но я по делу. На моих землях нежить. Дилар мгновенно напрягся. – Некромант на наших землях? Это же… – Дилар, я сейчас переношусь в Ульмий вместе с Олианом. Хочешь – присоединяйся через свою карту. – Буду через пять минут. – Кивнув в ответ, я накрыл карту рукой, прервав контакт. Тут в комнату вбежал Олиан, на ходу застёгивая пояс с ножнами. – Я связался с Диларнисом, он к нам присоединится, – сказал я, вешая за спину два меча крест-накрест. Сгрёб карты в мешочек и сунул его за пояс. – Пора отправляться, мы и так уже задержались. Олиан подошёл ко мне и встал слева за спиной. Я сосредоточился на карте. Установив связь, я шагнул сквозь карту. Всегда это завораживает: в твоей руке карта, и спустя мгновение ты уже там. Мы возникли на границе города. Слева темнело море, вдалеке виднелся лес, а на поле между ним и городом сражалась с чудовищами городская стража. До них метров шестьсот. Как же я ненавижу бегать… Мы с Олианом рванули в ту сторону. Я не заметил того момента, когда рядом с нами возник Император. Вот мы бежали вдвоём, а вот справа подстраивается Диларнис. В толпе мы могли различить мелькающие когти и клыки. Осталось бежать недолго. – Что ты можешь мне сказать? – спросил у меня Император. Везёт ему, он даже не запыхался, а у меня в боку уже покалывает. Давно не тренировался. – Ничего нового, – отозвался я, пыхтя, как кузнечные мехи. Наверное, я нелепо выгляжу: в рабочей одежде, измазанной маслом, с двумя клинками за спиной и чересчур серьёзным, медленно краснеющим лицом. – Олиан, кто сообщил о нападении? – В твою комнату был через телепорт вестник. Я и прочитал послание, – ответил он, вглядываясь в нападающих. – Ладно, на месте разберёмся, – Диларнис ускорился. Земля, влажная после дождя, немного проминалась под нашими ногами. Со стороны моря доносился запах соли и водорослей. Приблизившись на расстояние пятидесяти метров, я увидел некромантских «зверюшек». Баньши и три химеры, напоминающие внешне полуразложившихся гончих собак. Больших собак. Ещё две химеры неподвижно лежали неподалёку на земле. Я выхватил из-за спины клинки. – Вы с Олианом возьмёте на себя баньши, а я помогу с химерами, – Диларнис также вынул из ножен утяжелённый фламберг*, который ему преподнесли в дар гномы. Я кивнул в знак согласия. Поскольку баньши – дух, то мои мечи оказались весьма кстати. Это фамильные клинки, подаренные первому представителю рода Шарронг демонами. Они создали их из металла, полученного из вулкана Дарк, с применением знаний мира Морау. Помимо кромки, не тупеющей со временем, они обладали и другими полезными магическими свойствами. – Олиан, заходи справа! – крикнул я, пробегая мимо сражавшихся с химерой стражников. Пылающие глаза призрака уставились на меня. Она открыла рот, и на меня обрушилась звуковая волна. Скрестив перед собой мечи, я частично блокировал её магическую составляющую, параллельно создавая свою точную копию и накидывая на себя невидимость. Продержится секунд двадцать. Перекатившись через бок, я зашёл к баньши с левой стороны. В этот момент на меня сзади напала химера, вонзая зубы в левое плечо. Вскрикнув, я не глядя ударил правой рукой за спину. Хватка на плече ослабла, и я смог вырваться и перерубить шею нежити. Левая рука онемела. Нехорошо. Очень нехорошо. Клинок выскальзывает из моей руки. Ненавижу собак… Олиан напал на баньши справа, но клинок прошёл сквозь неё, не причинив вреда. Говорил же я ему когда-то: «Возьми чёрную сталь!», нет, ему его железяка важнее… А против духов только серебро и чёрная сталь годится. А покрепче сжал клинок в правой руке и кинулся вперёд. Новая звуковая волна, направленная в сторону рахиши. Он падает на колени, зажав руками уши. Баньши пронзает мой клинок, словно поглощающий свет, и разрубает магические связи внутри призрака. С шипением она тает в воздухе, истекая кислотой. – Ты в порядке? – спрашиваю у друга, оглядываясь по сторонам. – Могло бы быть и лучше, – дорожка крови идёт у него из носа. Стражи приканчивают последнюю тварь. А где Диларнис? Оглядываюсь по сторонам. Знакомая фигура бежит к лесу и замирает у его границы. Постояв там несколько секунд, он возвращается к нам. Через пол минуты он уже стоит рядом с нами, вытирая меч от гнили. – Олиан, не мог бы ты принести мой клинок? – Рахиши кивнул, направляясь в сторону трупа химеры. Я обратился к Диларнису: – Ты что-нибудь обнаружил? – Я заметил, что глаза у нечисти светились необычайно ярко, что указывало на то, что некромант где-то рядом и контролирует свои создания. Расправившись с химерой, я заметил на границе леса фигуру в плаще, наблюдающую за битвой, и ринулся туда. Но он воспользовался «Плетью», а потом телепортом. Точку выхода мне не удалось обнаружить… – недовольно отозвался он. – Но «Плеть» у него была… необычная, – в это время к нам присоединился Олиан, вгоняя клинок в ножны. Я шикнул от боли. – В чём именно была необычность? – спросил я, отрывая рукав и осматривая рану. – Это моё… ощущение. «Плеть» была нестабильна и иного оттенка, чем должна быть. Дай я посмотрю, – не выдержал моего шебуршания он. Я подставил ему раненое плечо. Он тут же накинул на него обеззараживающее заклинание, и из раны сразу полилась тёмная жидкость. Я вздохнул: – Ладно. Спасибо, что помог, Дилар, – я склонил голову. – Через полторы недели увидимся… – Нет, – хмуро перебил он меня. – Через неделю. Ты нужен мне до начала праздника. Я внутренне содрогнулся. Видимо, спать мне не придётся, чтобы дописать картину. И я буду изображать упыря на балу. – Как прикажете, Ваше величество, – я опустился на колено и склонил голову. Дилар, хмыкнув, достал из-за пояса карту и растаял в воздухе. Я неуклюже повалился набок. – Кэрн Шарронг! – ко мне подбежали оставшиеся в живых стражники. Трое людей и один тёмный эльф. – Надеюсь, ваш врач недалеко, – произнёс я, цепляясь за реальность. Кажется, всё-таки сорвался…