Князь. Тёмный князь

Первое, что я почувствовал после пробуждения, это солнечные лучи, падающие мне на лицо. Оглядев комнату, я обнаружил, что нахожусь в своём доме в Ульмии. Я повернул голову и увидел дремлющего в кресле Олиана. Судя по всему, прошло всего несколько часов, потому что он прибежал в мастерскую около девяти утра. Сейчас около четырнадцати. Эх, придётся потрудиться, чтобы успеть закончить подарок кэрнессе Лиоре. Ещё и Дил хочет раньше видеть… Попытавшись повернуться набок, я скрипнул кроватью. Ухо рахиши дёрнулось, и Олиан открыл сонные глаза. – Уже проснулся? – он потянулся всем телом, сцепив руки в замок. Это после тысячи ста лет руки у них постепенно превращаются в лапы, а до этого возраста у них вполне человеческие конечности. – Ты, наверное, голоден? – ответом ему была трель обделённого едой желудка. Друг понятливо хмыкнул. – Лежи уж, сейчас что-нибудь принесу, – после чего он встал с кресла и вышел из комнаты. Я лёг на спину и упёрся взглядом в потолок. За окном колыхались перебираемые ветром ветви берёз. Мой дом находился на окраине города. Всё равно с помощью карты смогу попасть в главный зал своей резиденции. Мысли неспешно плыли друг за другом, не цепляя сознание. Именно в таком состоянии меня нашёл Олиан, принёсший огромный полностью загруженный поднос еды. – Риэль, с тобой всё хорошо? – он поставил свою ношу на столик у кровати. – Ты когда-нибудь задумывался над значением слов? – медленно произнёс я. – Вот слово «умирать». У мира, грубо говоря… Если разобрать слово на составляющие, то открывается много новых смыслов. Слово «умирать» стоит в одном ряду со словами «примирять», «умиротворять». Какое интересное слово – «умирать»… – Почему тебе в голову пришло именно это слово? – Олиан опустился в своё кресло, прихватив с подноса булочку с яблочным джемом, и закинул ногу на подлокотник. – Впереди ещё как минимум семь тысяч лет. Всё же ты не рядовой эльф, а член тёмного совета. – Не знаю… – я, тихо зашипев, сел та кровати, стараясь не опираться на больную руку. – Олиан, не подашь поднос? – стол стоял вне зоны моей досягаемости, а остатки магии шли на регенерацию. Надо будет позже посетить место силы. Рахиши посмотрел на стол, потом на меня, словно прикидывая: как не вставая с удобного кресла передать мне поднос. Потом, наморщив нос, он всё-таки встал, подхватил поднос и поставил мне его на колени. Ироничное слово – «поднос». Так… Супчик, картошечка с укропом и маслом, салатик, травяной отвар с ягодами. Всё как я люблю. Отбросив пессимистичные мысли на задний план, я взял вилку в одну руку и кусок хлеба в другую и стал поглощать свой обед за обе щеки. Утолив первый голод, я посмотрел на Олиана. – Что-нибудь удалось узнать о недавнем нападении? – несколько невнятно спросил я, пытаясь прожевать слишком большой кусок картофелины. – Немного, – рахиши чуть сморщил нос. – Напали на них с запада. Шесть химер и баньши. Произошло это через двадцать минут после открытия ворот в город. Две химеры вбежали в город, и одна из них успела загрызть человека. Её убили, успев избежать новых жертв, но вторая выбежала за стену. Стражники тут же послали в Дэйнор вестника, а сами решили попробовать устранить их часть самостоятельно. В итоге они лишились трёх воинов, успев зарубить до нашего появления ещё двух химер. Я задумчиво покрутил в пальцах ягоду. – А свидетели не заметили ничего странного? – Куда уж там, – кончик золотистого хвоста изгибался то влево, то вправо, выдавая раздражение рахиши. – Им было важнее ноги унести. Но стражники подметили, что в городе нажить была немного медлительнее, чем в поле. – Да, чем ближе некромант, тем легче ему управлять своими созданиями. – Допив травяной отвар, я отставил поднос и свесил ноги с кровати. Мои одежда и оружие были на стуле неподалёку. Встав, я подошёл к нему. Олиан молча наблюдал за мной. С сомнением оглядев заляпанную краской, а кое-где даже порванную одежду, я вздохнул и пошёл к шкафу, в котором всегда висело несколько костюмов. Найдя приличные рубашку и брюки, я со счастливым вздохом натянул их на себя. Боль в руке постепенно отступала, становясь не столь заметной. Бросив мимолётный взгляд в настенное зеркало, я обернулся к Олиану: – Надо поговорить с наместником города. Леопард посмотрел на меня, а потом ответил: – Думаю, что лучше перенестись прямо к нему в кабинет. У тебя ведь есть эта карта. А твоя колода осталась в Дэйноре? – Да. С собой только карты Диларниса и Ульмия. – Тогда можно сначала к тебе за картой, а потом переместиться к наместнику. Держи, – он протянул мне свою карту с изображением моих покоев. Взяв её в руки, я сконцентрировался на изображении, и когда оно стало объёмным, шагнул вперёд. Олиан шагнул следом. Солнце уже вышло из зенита, мимо окон носились чайки. Отдав карту Олиану и подойдя к столу, я стал разбирать завал карт. Люди, комнаты, города, храмы, места силы, горы… Карт много, но зато я могу попасть практически в любую точку исследованного мира, потратив на дорогу не более семи часов. Сложив все карты по порядку, я, вынув изображение кабинета наместника Ульмия, убрал ненужные сейчас карты в чехол. Всё-таки пространственная магия полезная вещь, хоть и доступная не всем и невероятно сложная. Такой вот чехол как у меня стоил бы на магическом рынке около пятисот золотых. Всё зависит от её вместимости. Мой чехол вмещает до ста-ста тридцати карт. Я покрутил карту в пальцах: – Олиан, а кто занимался моей раной? – задал я интересующий меня вопрос. – Твой помощник, Эйрен. Только мы принесли тебя в твой дом, он воспользовался картой и перенёсся к тебе. Мы с ним и занимались раной. Потом он ушёл, сказав что-то о работе, – он пожал плечами и дёрнул хвостом. – Ясно, – я уже настраивался на переход к наместнику. *** Переговорив с главой города и выдав ему указания насчёт нежити и других подобных ситуаций, я вернулся в Дэйнор вместе с Олианом, который почти сразу ушёл к себе. Я решил отдохнуть около часа, а после, посетив место силы, продолжить работу над картиной. Поставив свой внутренний будильник на два часа вперёд, я прямо в одежде завалился на кровать с планами отдохнуть. Только я начал постепенно проваливаться в сон, как в дверь тихо постучали. Мысленно вздохнув, я крикнул: – Войдите! Дверь, скрипнув, приоткрылась, и в образовавшуюся щель скользнул Эйрен, аккуратно притворив за собой дверь. – А, Рен. Ты что-то хотел, – я приподнялся на левом локте. Эльф подошёл к моей кровати и сел рядом со мной. – Да, Риэль, хотел. Я волновался за тебя! – это он почти выкрикнул. – Почему ты не сказал мне о нападении? – он упрямо сжал губы. – Я, вообще-то, торопился, – буркнул я, недовольный его тоном. – И у меня не было времени связаться с тобой. А потом у меня не было карт. Эйрен медленно выдохнул сквозь сжатые зубы, прикрыв глаза. – В следующий раз предупреждай, – уже спокойно произнёс он, открывая глаза. После чего наклонился ко мне и, запустив руку в мои волосы, притянул меня к себе, уткнувшись лицом в моё плечо. Он влюблён в меня. Я знаю. Но я не могу быть с ним. Во-первых, из-за своего долга Князя. Во-вторых, я не очень люблю парней. Хотя я совру, если скажу, что не пробовал. И с парнями, и с девушками, и с несколькими разом. Но нет, не совсем это моё. Впервые Эйрен сказал мне о своих чувствах, когда я вернулся из путешествия. То есть, около шестидесяти лет назад. Я тогда был несколько ошарашен, потому что после окончания войны мне сказали о том, что Эйрен будет моим помощником – сишом, – с которым мы будем связаны ментальной связью. На эту должность попадал самый доверенный эльф, доказавший свою преданность. Именно таким был Эйрен. Ответственный, исполнительный, ироничный, заслуживший такое обращение к себе. Но… долг и вкусы не позволяли мне откликнуться на его чувства, особенно после внезапной смерти отца. Тогда я замкнулся в себе, и только Эйрен мог меня поддержать. Олиан связывался со мной по карте, но этого было недостаточно. Рен был… тёплым. Успокаивающим. Расслабляющим. Может, он частично пользовался светлоэльфийской магией на интуитивном уровне, ведь никто его этому не учил… После того, как я заканчивал работу, мы шли в сад или в мастерскую. Он играл на тёмно-зелёном хирилле, я писал картины. В тёмных тонах. Именно в один из таких дней он мне и сказал это. А сейчас я полулежу на своей кровати и тереблю в руке одну из его многочисленных косичек. Он перебирает мои чёрные с фиолетовым отливом волосы, среди которых виднелась пара белоснежных прядей, поглаживая кончиками тонких пальцев шею. – Не переживай, ничего ведь не случилось со мной… – вполголоса сказал я, склонившись к его уху. – Ага… – его голос прозвучал глухо. Вздохнув, он выпустил меня из объятий. Эйрен уже повернулся, чтобы уйти, но внезапно остановился. – Ах, да, чуть не забыл, – он ехидно ухмыльнулся. – Инирра Дайанниэль приехала час назад. – Сестра?!