Может любовь...

POV Китнисс. Ужасные две недели в больнице, как хорошо, что они подходят к концу. Я понимаю, что это ради безопасности моего здоровья и здоровья нашего с Пита ребенка. Пока я тут лежала, было полно свободного времени обо всем подумать. Все, что связанно с Питом, греет мне душу, а то, что с ребенком, вообще, как мелодия для меня. Пусть Пит и уходил очень редко в институт, что я не одобряла, зато он был рядом со мной, и я знала, что все будет хорошо! Ему даже поставили отдельную кровать в моей палате. Иногда, когда я не сплю, я смотрю на спокойное и умиротворенное лицо жениха. "Китнисс Мелларк", "наш ребенок", "рано или поздно, мы все равно поженимся", как приятно об этом думать, но так страшно думать, что будет потом. Это обязанность, и я не знаю, почему, но я хочу к своей прежней жизни, где мы с сестрой и мамой, и нет никого, кроме нас. Это легкость, но чувство под названием "любовь" всегда берет вверх. Какой мой парень заботливый. Как я могла подумать, что он со мной только из-за ребенка. Когда любимый покидает помещение, я опять остаюсь одна, но ненадолго. — Доброе утро! — бодрым голосом приветствует меня Финник. — Финник, привет! — радостно вскрикиваю я. — Ну, как у вас дела, скоро хоть выпишут, а то, наверно, надоело лежать тут целыми днями. — Все идеально, ну, кроме больницы. Вот Пит пошел узнавать, когда я вновь обрету свободу, — мы вдвоем заливаемся смехом, но Одейр первый прерывает и начинает говорить уже нерадостным голосом. — Кит, я люблю Энни, — да ладно, а я как будто не знала. — В общем в университете держись от нее подальше. Поверь, так будет лучше для всех, — заканчивает он и заключает в объятия. — Но Энни тебя тоже любит, тогда почему она так срывается из-за Пита, — шепчу я на ухо. — Это тяжело простить или забыть. Вот ты ко мне еще что-то испытываешь? — огорошивает меня Финн. Я закусываю нижнею губу, не зная, как ответить. — Но ты простил, и, Финник, я чувствую к тебе теплые чувства, но теперь это не так… не… — Они уже не такие сильные. Я простил, потому что от криков ничего не изменилось бы, а раз вы любите друг друга, то это было не напрасно, — отстраняясь, улыбается Финник. Я соврала, когда я услышала, что Крести и Финник вместе, я испытала ненужное чувство — ревность. Понимаю, что это глупо, но что-то мне не давало так просто его отпустить. Может, теперь я пойму Энни… но даже, если так, прошлого не вернуть. — Ладно, мне пора. До встречи, — грустно улыбается Финник и уходит. На выходе с ним столкнулся Пит и врач. Они обменялись парой фраз и разошлись. — Миссис Эвердин, я вас могу выписать, но перед этим еще раз осмотрю швы, — я ничего не говорю, а лишь киваю. Пит встает рядом со мной и берет за руку. Что все это значит?! Через несколько секунд я поняла, что врач не осмотреть швы пришел, а снять. Я закричала что есть силы, но неожиданно Пит накрыл мои губы своим. Тут же я растворилась в поцелуе, не было ни боли, ни врача, были только я и Пит. Наш поцелуй разорвал доктор. — Все, я закончил! Можно собирать вещи и выписываться, — чуть ли не торжественно объявляет он. Пит вновь поцеловал меня в губы. — Китнисс, ты пока переодевайся, а я за выпиской, — говорит Мелларк, выбегая из палаты. Наконец мы дома, Кай радостно бежит меня встречать, я подхватываю ее на руки и прижимаю к себе. — Ты будешь отличной матерью! — поглаживая по спине, тихо произносит Пит. — А ты папой! — я поворачиваюсь к нему лицом и впиваюсь в губы. Каждый поцелуй отличается друг от друга, все новые ощущения и чувства я испытываю. — Я хочу тебя! — неожиданно для себя выпаливаю я. Нет, так оно и есть, но… — Ки… — я вновь целую парня, он не в силах отказать. По пути вся наша одежда летит в разные стороны и по всему дому. В спальне я прижимаю Мелларка к стене и страстно целую губы, шею. Его руки расстегивают лифчик, и он благополучно падает на пол. Ох, а потом все это искать. Какая разница, меня волнует только то, что сейчас. Пит ласкает грудь, чувствую, как я больше не могу терпеть. — Пит, я хочу тебя! — шепчу я в губы Пита. Он берет меня, а я обвиваю его талию ногами. Через сколько мгновений я оказываюсь сидящей на тумбочке. И последний предмет нижнего белья улетел. Я обвиваю руками шею Пита и притягиваю его ближе к себе. Резко любимый вошел в меня, это заставило меня вскрикнуть, но не от боли, а от удовольствия. И вновь новые ощущения, еще острее, еще приятнее. Я стону, почти срывая голос, Пит же уткнулся мне в плече, обжигая кожу горячим дыханием и поцелуями. Волна удовольствия постепенно начала достигаться к своей кульминации. Пару толчков и поцелуев ,и уже нет ничего вокруг нас, только мы. После отдыха я все же нашла силы натянуть нижнее белье, а парень, завернувшись в полотенце, пошел в ванну. Как только дверь в ванную, за ним закрывается в спальню входит… мама. — Мама! — вскрикиваю я. — Как… как ты здесь оказалась?! — я встаю у двери в ванну, чтобы Пит отсюда не вышел, понимаю, глупо, но все-таки. — Пит позвонил, сказал, что тебя выписывают, а я была неподалеку, вот и решила заскочить, — беспристрастно отвечает мама. Тут звуки воды утихают, и Пит пытается открыть дверь. Я всеми силами пытаюсь удержать его, но дверь больно бьет по спине, и я отскакиваю. Выходит мой красавец в одном полотенце. — Ну, я же говорила тебе, — цежу я сквозь зубы. Пит в шоке. — Мам, может ты пока нас на кухне или в гостиной подождешь, — мягко выпроваживаю я. — Конечно! – она улыбается и уходит, не забывая закрыть дверь. — Ты мне ничего не говорила, — удивляется парень. А то, что я дверь держала и не давала тебе выйти, это тоже ничего не значит?! — повышаю голос я. Пит тут же захватывает меня в плен и валит меня на кровать, а сам оказывается сверху. — Тут мама, — напоминаю я. — Думаешь, она против?! — ехидно улыбается Пит и целует меня. — Думаю, она нас ждет! — говорю я, разрывая наши губы. Блондин издает протяжный вздох и встает. — Так зачем ты приехала? — грубо интересуюсь я. В последнее время наши с ней отношения охладились, она не звонит, не пишет, конечно, обидно. — Во-первых, ты была в больнице, а во-вторых, у меня будет внук, — не обращая внимания на мой тон, отвечает мама. — Внучка, — сказали мы с Питом хором, только он радостно, а я холодно. — Мы просто знаем, что девочка! — отвечает Мелларк на еще не заданный вопрос. Мама лишь улыбается. Весь день мама провела с нами, рассказывая истории "маленькая Китнисс". Мы с ней помирились, что не может не радовать. Оказывается, Пит пригласил всех моих и его родственников, еще Финника с Энни, но я знаю, что Одейр придет один. И подругу с вечеринки, с помощью чего мы и начали наш роман, который превратился в любовь. Мама готовила ужин, а я накрывала на стол. После я побежала переодеваться. Выбрала приталенное платье с чуть пышной юбкой с абстрактным узором. Пока я готовилась к приему, гости начали приходить. Первыми пришли Финник и однокурсница, дальше — Прим и Хеймитч, как долго я их не видела. И, наконец, семья Пита: мама, папа и двое братьев. Все расселись по своим местам. Мы с любимым во главе. Рядом со мной мама Пита, очень приятная женщина. Все оживленно разговаривали, и каждый о своем. — Кхм, можно минуту вашего внимания! — прерывает нас Пит. Все с интересом на него смотрят, но не я — в моих глазах читается изумление. — Спасибо! Я пригласил вас всех сегодня сюда, чтобы показать, как сильно я люблю Китнисс. Мы познакомились в университете, вместе сидели в столовой, вместе проводили время, со временем дружба перерастала во что-то большее. И каждый раз, когда я видел ее, сердце останавливалось. Тогда в лесу, я окончательно понял, что влюблен в эту девушку, что всегда буду рядом и не причиню вреда, — только я, Финник и Пит понимаем весь смысл сказанного, но мне большего и не надо. — Китнисс Эвердин… — неожиданно он встает на одно колено. Сердце начинает бешено колотиться, я понимаю, к чему он ведет. Я его люблю, но страх овладевает мной. Не знаю, почему, но я не хочу быть чей-то женой, я хочу быть Эвердин, Китнисс Эвердин. Я запаниковала, я не могу, я не хочу! Всегда мечтала о счастливой семье, но когда это так близко… — ты станешь моей женой? — сердце упало, он достает маленькую коробочку и открывает, там золотое кольцо, две золотые птички около гнезда с жемчужиной в виде яйца. Как символично, но это только сильнее пугает меня. Я перевожу взгляд с Мелларка на гостей: все ожидают моего ответа. Я знаю, что не имею права сказать "нет", но я не хочу говорить "да". Я не нахожу ничего лучшего, кроме как расплакаться и убежать. Я быстро схватила куртку и выбежала из дома. Бегом я направилась к поляне, где раньше я гуляла с друзьями и их собаками. Путь занимает от силы минут семь, я быстро нахожу скамейку и плюхаюсь. Закрываю лицо руками и пытаюсь не сильно плакать, но крики и завывания сами вылетают. Почему я плачу, я же хотела этого, я же люблю его. Я пока не могу ответить на свой вопрос. — Девушка, здесь с собаками гуляют, — говорит чей-то голос, знакомый голос. Я поднимаю голову с заплаканным лицом. — Китнисс! — вскрикивает Корт. Но потом сразу же понимает, что мне сейчас не до смеха. — Что случилось? — встревожено спрашивает парень. — Случилось, что я не хочу выходить замуж. — За Финника? — не отстает он. — За Пита, — ухмыляясь, говорю я. — Это больно. Для вас обоих, — я поворачиваю голову в сторону только что подсевшего Корта. Его взгляд устремляется куда-то далеко. — А ты откуда знаешь?! — неожиданно даже для себя огрызаюсь я. — Знаю, потому что был на месте Пита. Ты же его любишь, я читал это по твоим глазам, — и это правда. — Я встречался с девушкой, она была старше меня на два года, но все было идеально. Мы были вместе год и три месяца. Ее все устраивало, мы любили друг друга, и тогда я решился. Предложил ей свою руку и сердце, но она сказала, что не согласна, и убежала в слезах. Тогда мир для меня рухнул, я не знал причины, не знал, что теперь делать. После мы не виделись неделю, я ей звонил, приходил домой, но телефон она не брала, а дома говорили, что она заболела и никого не хочет видеть. Я метался из угла в угол, я вспоминал, что сделал не так, но в голове лишь счастливое лицо любимой. Но однажды, спустя еще неделю, она пришла ко мне, сказала, что любит меня, но она боится, боится ответственности, боится того, что семейная жизнь, как рутина, из которой уже не выберешься, что все станет одинаковым и скучным. Она была счастлива просто находиться со мной. Позже я сам понял, что, когда вы пара, все по-другому, не знаю, почему, но кольцо на пальце и штамп в паспорте меняют все. Отношения — это легкость, и этому не найти объяснений. Мы с ней расстались. Но буквально через полгода я узнал, что она вышла замуж за другого. Было очень больно, но я нашел девушку, в которую влюбился вновь. Встречались мы пять месяцев, а потом она стала моей женой, и все изменилось. Пока ты не становишься женой или мужем, у вас столько планов, столько возможностей, но когда вы становитесь единым целым, не знаю, почему, но все меняется. Казалось бы, просто кольцо на пальце, но ВСЕ МЕНЯЕТСЯ! Мы развелись спустя два месяца после женитьбы, — по щеке Корта скатилась одинокая слеза. — А как звали девушку, которая сбежала? — интересуюсь я. — Ты ее знаешь. Это Женевьева, — да, я ее знала, она живет рядом с моим домом, и мы вместе с компанией гуляем с собаками. — Мне жаль… — теперь я понимаю, что боюсь того же самого. Это когда ты чего-то очень сильно хочешь, а потом получаешь, и тебе становится не интересно. — Лучше поговори с парнем. Китнисс, после предложения стать его женой все изменится. Ты не вернешь отношения, те, которые у вас были, даже если скажешь, что хочешь повременить со свадьбой. Мне пора! — он кидает взгляд на приближающийся силуэт. После разговора с Кортом мне стало легче, но когда рядом оказался, Пит, я снова разрыдалась. — Китнисс, что случилось? — он обнимает меня, но мне становится только тяжелее. — Не надо! Пожалуйста, отпусти! — прошу я, и он меня выпускает из своих рук. — Пит, я боюсь! Я люблю тебя, но не знаю почему… — я не успеваю договорить, как слезы накатывают с новой силой. Из горла вырывается крик отчаяния. — Ты хочешь побыть одна? — спрашивает парень, но это не нежный и ласковый Пит. Он другой — грубый жесткий. Я киваю. Мелларк встает и удаляется. Я уже знаю ответ на вопрос: "Почему не хочу выходить за него?", но все равно задаю его вновь и вновь. "Я люблю его, и у нас будет ребенок!" — твержу я себе, но теперь это звучит не так успокаивающе, как раньше, теперь это звучит устрашающе. Я перестаю плакать только через полтора часа, но потом, как ненормальная, сижу с окаменевшим лицом и качаюсь из стороны в сторону. Легче не стало, но я должна, я его люблю. Но теперь передо мной всплывает образ подруги — Женевьевы. Она же вышла замуж, и она счастлива, так почему же и я не могу. Судорожно достаю телефон и набираю номер Женевьевы. — Алло. — Привет, это Китнисс! — Ой, привет, давно не разговаривали. — Женевьева, мне нужно у тебя узнать кое-что, если ты не против? — как она может быть против, если даже не знает, о чем я хочу спросить ее. — Я… Мне предложили выйти замуж, но я расплакалась и убежала. Я знаю… знаю про вас с Кортом. И хотела узнать, ты же вышла все-таки замуж, но что ты тогда чувствовала? — Китнисс, давай лучше встретимся лично! Ты где? — вздыхает подруга. — На поляне, на нашем месте, — отчеканиваю я. — Хорошо, я скоро приеду, — говорит она и кладет трубку. Я же смотрю на время. Сейчас 21:34. Тогда я решаюсь набрать сообщение. Выбираю пункт кому: Пит. Не жди меня, буду поздно.. Дрожащим пальцем, все же нажимаю "отправить". Через минуту приходит ответ. Надеюсь, ты взяла ключи. Меня не будет дома.