Может любовь...

POV Китнисс. Никогда не верила в пословицу "От любви до ненависти один шаг", но сейчас... Сердце нестерпимо болит, душа разрывается на миллиарды кусочков — таких, что уже никто не смог бы собрать. Как он мог?! Писал, что будет все хорошо, а сам... а что сам? Он делал это только для себя. Я оказалась права, когда сказала Корту, что если Пит изменил Энни, то кто помешает ему изменить и мне. Я надеялась, что все же ребенок остановит Пита, как же я ошибалась. Может быть, Пит и с той блондинкой мне изменил? А что, мы, конечно, не ссорились, а не приятный осадок остался. Я скучаю по тому времени, когда жила с папой. Пусть это было совсем недавно, и мне было плохо без Пита, но это лучше, чем знать, что твой жених тебе изменил. Именно жених, я ведь планировала ответь "да, я согласна", но, видимо, это судьба! Один раз разошлись, вот и вторая попытка сорвалась. Я не успела оглянуться, как дошла до дома Энни и Финника. Теперь я познала в полной мере, каково это быть обманутой!  — Китнисс?! Ты... Так рано приехала, — заикаясь, пыталась сформулировать мысль Эн.  — Прости меня! Я... Я виновата, прости за Пита! — прижавшись к подруге, просила я прощение. — Господи, что же с тобой творится? Пошли в дом! — Энни практически затащила меня в дом. Тело абсолютно не слушалось, сознание затуманено. — Финник, принеси воды, — крикнула Креста, а сама села со мной на диван. — Успокойся и расскажи почему ты, беременная, и в таком состоянии? Тебе нельзя нервничать, вон один раз уже загремела, — нравоучительным тоном произнесла Креста. Смысла скрывать не было. Я рассказала все, все, что произвол в ближайшие недели. Как Пит прилетел в Филадельфию, как после этого я решилась передать обратно, мой поход к нему, мои мысли и план на будущие. Я хочу остаться здесь, а если мы будем видеться, а мы будем встречаться, то одаривать этого кобеля ухмылками. Я больше не буду страдать, намучилась уже! — Простите меня! Я очень перед вами виновата! — я не говорю причину, ее и так все знают. — Кит, сейчас уже глупо извиниться! Мы счастливы с Финником и любим друг друга. Так что в каком-то плане мы даже благодарны вам! Кто знает, были бы мы счастливы в старом составе, — пожала плечами подруга. — Я рада, что хоть кто-то из нас счастлив. — А ты уверенна, что все правильно поняла? — отрешенно спросил Одейр. — А тебе что-то известно? — вопросом на вопрос отвечаю я. — Нет, но Пит бы так не поступил! Когда ты уехала, он... Он будто с цепи сорвался, места себе не находил — он тебя любит! Не делай поспешных выводов! — поспешных? Однажды я уже видела, как он целовался с другой, а сейчас и вовсе застала с другой.  Не совсем застала, конечно, но другого объяснения у меня нет. Кого мог пригласить Пит в наш дом? Женевьеву, но ее голос я узнала бы точно. Из знакомых женского пола больше никого — значит, любовница!  — Финник, я бы хотела в это верить! Так было бы проще строить иллюзии, что я опять что-то не так поняла! Но... Когда ты во второй раз замечаешь его в чем-то таком... — я просто не могу это сказать... Слишком плохо! Закрываю лицо ладонями. — Ладно, думай как хочешь. Я не собираюсь копаться в чужих делах, и тебе, Китнисс, следует расслабится, а то я лично тебя в больницу отвезу, — влезает в разговор девушка. Пусть Энни и стала чуточку груба, но я это заслужила. — Кстати, ты все же будешь моей подружкой невесты? А хотя куда ты денешься, пойдем покажу платье! — я уже пришла в себя и могу передвигаться без посторонней помощи. 

***

Атласная струящиеся ткань очерчивала все мои изгибы. Платье было бесподобно. Оно было свободным, исключая подчеркнутую грудь. Наряд был выполнен в двух цветах: темно-синем, ближе к фиолетовому, а верх — в лазурном, как море в ясную погоду.  — Энни, оно прекрасно! — проводя руками по подолу платья, восклицаю я. — Знала, что понравится. — А сама уже выбрала платье?  — С этим ты мне и поможешь, — о, нет. Не люблю я все эти походы по магазинам! Точнее, я всегда одевалась со вкусом, но магазины терпеть не могу!  — Энни, ты же знаешь... — Знаю, но без тебя мне не справится. Китнисс, пожалуйста! — Креста состроила умилительное личико. Она всегда так делала, когда я что-то не хотела делать. И что мне с этим поделать? Конечно, я сдалась.  Пока я натягивала на себя свою одежду, Энни посвящала в детали свадьбы. Тематику они с Финником выбрали морскую. Одейр всегда любил море и все, что с ним связано. Девушка говорила еще что-то, но я не слушала, меня привлек шорох за дверью. Дабы не вызывать подозрения, я подсела поближе к выходу и, делая заинтересованный вид для Энни, же подслушивала чей-то разговор. Отчетливо я могла услышать Финника.  — Да... У нас. Это трудно скрывать... Попробую... Она не из тех, кому просто что-то внушить! Если взялась за что-то или уверена, то все — пиши пропало! Нет... Я верю тебе... Пока, — кусочки паззла все никак не могли сложиться. Однако я уверена, что это Пит, и они говорили о сегодняшнем происшествии. Фразы Финна не оставили во мне никаких сомнений — изменил. — Китнисс, ау-у! — я встряхнула головой и обратила взгляд на Кресту. — Все в порядке? Ты будто приведение увидела. — А? Да, полный порядок. Просто ребеночек пинается, — вру и не краснею, этому я научилась за время проживания с папой. Но с Эн не все так просто, мы давно дружим, и она легко умеет распознавать мою ложь. Не знаю, как у нее это получается...  Чтобы убедить подругу, встаю и подхожу к ней, молча беру ее руку и опускаю себе на живот. Ну, давай, малыш, не подведи!  Видимо, малыш действительно услышал мою просьбу, раз толкнулся. Легко, не так, как это было с Питом — наверное, почувствовал, кто это... А какая уже разница кто. Теперь Мелларк для ребенка... Моего ребенка просто напросто незнакомец! — Китнисс, это чудо! — глаза девушки заблестели, и на лице заиграла улыбка. — Какое же это счастье. — Только до этого счастья месяца три с унитазом в обнимку и с головокружением на "ты"! — смеюсь я.

***

Домой я пришла без сил, даже маме ни слова. Поднимаюсь к себе в комнату и ложусь на мягкую постель, утыкаясь носом в подушку. За что мне все это?! Почему я просто не могу быть счастлива с любимым человеком?  Сон как рукой сняло. Адреналин в крови уже испарился, и теперь ярость и ненависть к Питу ослабла. Пора признаться, что бы этот парень не натворил, я всегда буду любить его! Правда, теперь эта любовь будет ослеплять и ненависть!  Я ненавижу его и люблю! Разве такое может быть... Со мной — все что угодно.  Зачем, я только сюда приехала, ждала бы себе спокойно в домике у папы и не о чем не думала... Еще одна ложь! Думала бы, скучала, грустила о Пите. Сама не понимая этого, начинаю бесшумно плакать. Слезы одна за другой скатываются на подушку, оставляя мокрые темные пятна.  Мне так не хватает его крепких заботливых рук... Которые уже обнимали другую. Не хватает его мягких, нежных губ... Которые уже целовали другую. Он мой... Но не со мной! Отец ребенка... Коим уже не является! Все запуталось, и пусть так и останется, я привыкла к боли и к одиночеству. Только вот через месяц с лишним на свет появится маленькое солнышко, мое чудо. Которое будет единственным человеком на свете, кому я буду отдавать всю себя, доверять и охранять! Раньше я хотела, чтобы этот ребенок был копией своего папы, но сейчас... Это будет больно — каждый день видеть в малыше... или малышке того, кого ты любишь, но кто не любит тебя, того, кто предал тебя, того, кого ты попросту не можешь забыть, ведь он причинил тебе столько боли, а вместе с тем и радости! Любил ли он вообще меня? Или эти все нежности только из-за ребенка? Что было бы с нами после рождения? Может, это и к лучшему, что все разрешилось сейчас. Не знаю, не хочу знать! Через сжатую наволочку чувствую, как ногти впиваются в мою кожу, но физическая боль не сравнима с душевной!  Пит Мелларк — моя боль, Пит Мелларк — мое наказание, Пит Мелларк — моя любовь, приносящая тепло в груди.  Пит Мелларк — человек, который уже не будет моим!  POV Пит. Она убежала, подумав, что я ей изменил! Второй раз "изменил". Почему нельзя хотя бы вы слушать меня? Или она думает, что только ей тут плохо?! А как было больно мне, как мучился я, когда узнал, что у меня забрали и ребенка, и сердце. Девушка, что украла мое сердце, даже не знает этого?! Или просто не хочет этого видеть? — Пит, прости, я не думала, что Китнисс так отреагирует на меня.  — Серена, не сейчас. Спасибо тебе, конечно, но не могла бы ты уйти? — более грубо, чем надо, намекаю я девушке. — Да, конечно! И не сердись на нее, она все-таки под сердцем носит твоего ребенка, а это не так-то просто, — напоследок бросила блондинка и ушла. Она мысли читать умеет?  Но Серена права: Китнисс беременна, и из-за перепадов настроения эмоции усиливаются. Просто нужно подождать, и все наладится! Главное — успеть до рождения нашего чада!  Китнисс — единственная на свете девушка, в которой я так отчаянно нуждаюсь!