Будет легче

Еще даже не начало светать, а в мой дворец пришла стража и сказали, что султан ждет меня. Я зашел обратно в свою комнату, быстро оделся и, поцеловав спящую Хатидже, вышел из покоев. Утро было достаточно холодным. Я сидел в карете и старался не заснуть, но дремота так и окутывала меня. Подъехав к дворцу, я заметил, что над Стамбулом уже поднималось солнце. Я невольно зажмурился и улыбнулся, когда первые лучи ослепили меня. Сразу же перехотелось спать, и на душе стало хорошо, я с удовольствием вдохнул прохладный, утренний воздух. Проходя через сад, я услышал чьи-то громкие рыдания. Я замер прислушиваясь, а потом двинулся к беседке, чью крышу было видно за высокими кустами гортензий. Прямо на деревянном полу сидела рыжеволосая девушка. Она сидела спиной ко мне, и я не мог понять знаю я ее или нет. Девушка горько рыдала, и ее трясло, скорее всего, от холода и от обиды которую ей кто-то нанес. - Ты кто такая? Почему не в гареме в такой час? – твердо спросил я. Девушка тут же перестала плакать и, отняв руки от лица, медленно поднялась и обернулась. Аллах, да это же Хюррем! Моему удивлению не было предела! Она была вся заплаканная с синяком на щеке и разбитым носом и дураку понятно, что ее кто-то побил. Но кто? Наверное, поэтому Сулейман вызвал меня в столь ранний час. Но почему она тогда сейчас не плачется султану как обычно или хотя бы не пошла к лекарю, а сидит тут и рыдает? Из-за удивления я не мог выстроить логическую цепочку происходящего. - Что с тобой? – ошарашено спросил я. Хюррем сейчас казалась такой беззащитной, несчастной, что мне даже стало в какой-то степени, жаль ее. - Убирайся! – крикнула она. – Пошел вон! Но я почему-то не ушел сразу, появилась острая востребованность помочь ей. - Кто тебя так избил? – требовательно спросил я. - Тебе это знать необязательно, - сказала она. – А сейчас прошу, уйди. Что ж делать нечего, придется уйти, но оставить ее вот так в одном халате, продрогшую, я не мог. Поэтому я тихонько подошел к ней и накрыл ее плечи своим кафтаном, чтобы она согрелась. Повелитель метался по своим покоям как загнанный в клетку зверь. Никогда не видел его таким. Он в бешенстве хватал со стола книги, подсвечники и кидал их об стену, громко ругаясь. - Повелитель! – громко сказал я, чтобы он обратил на меня внимание. - Ибрагим! – Сулейман повернулся ко мне и с каким-то бессилием опустился на кровать. – Что я сделал? - Что вы сделали? – не понял я. - Я очень сильно обидел Хюррем, когда опомнился, приказал найти ее и привести к себе, но ее нигде не могут найти, она ушла от меня! Она покинула меня! Сулейман, неужели это ты так сильно ее избил!? Что ты и вправду наделал? За что ее так? Ты бы ведь никогда не поднял руку на любимую женщину, что же изменилось сейчас? Я стоял, не зная, сказать, что Хюррем в саду или нет. Учитывая то, как она рыдала, Сулеймана ей сейчас не хочется видеть. Но если султан потом разгневается за ее долгое отсутствие и накажет еще сильнее… почему я, вообще переживаю за девушку, которая принесла мне кучу неприятностей и проблем? Которую я терпеть не могу? Кажется, я беспокоюсь за нее. - Что именно случилось? – наконец спросил я. - Я очень сильно ее приревновал, - ответил Сулейман. - К кому в гареме можно ее ревновать? – Я задал этот вопрос чуть ли не с сарказмом. - Какая разница? Мало ли мужчин что ли? - Действительно! – Я подошел к падишаху поближе. – Сулейман, я понимаю, что ты расстроен, а главное, что ты безумно любишь ее. Но не позволяй этой любви ослепить себя настолько, чтобы причинить вред любимому человеку. Повелитель лишь грустно усмехнулся и сказал: - Я уже позволил себе причинить ей вред. Но сейчас прошу только об одном, найди и приведи ее ко мне. Я хотел возразить, потому что прекрасно понимал, что Хюррем откажется прийти к падишаху. Но и возражать я не мог. - Как прикажете, - проговорил я и, поклонившись, вышел из покоев. Я не знал, ушла ли Хюррем из сада или по-прежнему находится там. Но на всякий случай я двинулся в ее покои. Подойдя к дверям, я спросил у служанок, что стояли снаружи, в покоях ли госпожа, на что они кивнули головой. - Скажите госпоже, что ее ждет Повелитель. Одна из служанок скрылась за дверями. Не прошло и пяти минут, как я услышал встревоженный крик: - Я никуда не пойду! Даже силой не заставите! Я глубоко вздохнул и решил, что надо вмешаться самому. Войдя в покои Хюррем, я увидел ее сидящей на кровати. Она так и оставалась в моем кафтане. - Госпожа, - тихонько позвала ее служанка. - Нет! – рявкнула Хюррем, а затем обратила свой взор на меня. – А ты чего пришел, убирайся к черту! - Выйди, - приказал я служанке, та быстро удалилась. После этого я подошел к столику, на котором стоял кувшин с водой, и налив воды в стакан, подал султанше. - Выпей воды и успокойся, Повелитель приказал тебя привести. - Я никуда не пойду! - Пойдешь! - Нет, убирайся, пошел прочь! - Хюррем! – Я посмотрел на эту ужасную, рыжую бестию угрожающим взглядом. – Ты мне надоела, собирайся и иди к Сулейману, а не то… Но я не успел договорить, в меня полетела книга. - Прочь из моих покоев! – крикнула султанша. - Хорошо, - спокойно произнес я, - я уйду, но прежде чем отказывать падишаху, подумайте о разлуке с детьми и ссылке в старый дворец и о том, что вряд ли кто-либо по-настоящему позаботится о ваших детях. Уж кому, а Махидевран-султан они будут по-настоящему мешать. Я развернулся и вышел за дверь. Надо было только чуточку подождать. Медленно, медленно я двинулся по коридору и тут услышал, как открывается дверь и торопливые шаги. - Ибрагим! – Я не обернулся на этот зов. - Ибрагим! Вот теперь я с важным видом повернулся к Хюррем и снисходительно посмотрел на нее. - Да госпожа? Хюррем подошла ко мне ближе и посмотрела в мои глаза. - Как бы ужасно это не звучало, но ты прав. Я пойду к Повелителю. - Хорошо, - проговорил я, кивнув. Она сняла с себя мой кафтан и внезапно слегка улыбнулась. Эта улыбка просто поразила меня. - Спасибо, - шепнула Хюррем и, отдав мне кафтан, двинулась в свои покои, а я как идиот, смотрел ей вслед.