Happily

На дворе октябрь, холод и мерзлота. Лужи уже замерзли до самого основания, и даже на озере недалеко от города уже была тоненькая корочка льда. И с каждым днем становилось все холоднее и холоднее, так что я все чаще и чаще оставался дома — у себя или у Зейна. Кстати, мы с ним вместе уже почти три месяца, и знаете, что? Это были три самых великолепных месяца в моей жизни. Я проводил почти все свободное время с ним. И, конечно же, Луи начал это замечать. Однако, новость о том, что мы с Зейном встречаемся, он переварил довольно легко. Как оказалось, он сам вместе с Гарри, причем с того самого первого июня, так что гейских шуточек практически не было. Если честно, они с Гарри прекрасная пара, очень хорошо смотрятся вместе. А недавно Луи спросил у меня, кто из нас с Зейном топ, а кто боттом. Мне было очень неловко, пожалуй, так что я отвел взгляд в пол и покачал головой. - В смысле? У вас что, еще не было..? - ну, что ты прикопался, Томлинсон? У нас отношения не такие, как у тебя — они не состоят из одного лишь секса! Однако Луи этот ответ явно бы не понравился, так что я только помотал головой во второй раз. Ах, как же он был удивлен. Еще у меня был день рождения, почти недавно. Мне исполнилось 18 лет. Вроде бы — такая дата! Надо закатить вечеринку с бухлом и девочками! Но нет. Свой день рождения я провел с Зейном, Луи и Гарри — мы сидели в футбольном баре. Играли сборные Бразилии и Нидерландов, кажется. Это не самое главное. Интереснее то, что домой я пришел в таком состоянии, что на ногах стоять нормально не мог, и мама была в жутком шоке. На утро она читала мне лекции, что еще слишком молод, что бы столько выпивать, но — что поделать? Я люблю выпить, особенно в хорошей компании. Из нас не пил только Гарри — ему еще и семнадцати нет. А Луи уже девятнадцать в этом году. «Нет, не посадят!» - отмахивался он каждый раз, как я напоминал ему о возрасте Стайлса. Однако, его это, вроде бы, не особо волновало. А сейчас мы с Зейном собираемся к нему — у меня нам обоим сидеть надоело. К тому же, он хотел познакомить меня со своей семьей. Я, на самом деле, очень боялся этого — они ведь мусульмане, у них, вроде бы, запрещено такое. Но Зейн говорит, что у него добрые родители, и они все поймут. Что ж. Мама у него, вроде бы, и правда довольно милая. Только вот я не знаю, что одеть. Малик говорит, что на улице холодно, а у меня и куртки теплой нет. В смысле, она есть, но на чердаке, а доставать мне ее лень. Так что я решаю одеть свою серую кофту и кожанку поверх нее, а на ноги джинсы и любимые кеды. С укладкой волос я долго не заморачиваюсь — встряхнул головой по-хлеще, вот и идеальная прическа. Как же я чертовски рад, что я не девочка. - Ты выглядишь прекрасно, малыш, - Зейн обнимает меня у самого выхода, берет за руку и выводит на улицу. Агх, тут и правда холодно. Я решаю все-таки застегнуть черную кожанку, а то воспаление чего-нибудь — не то, чего мне бы хотелось иметь. Придя к Зейну, я облегченно вздохнул — дома у него было уютно и тепло. Миссис Малик готовила еду, Валия и Сафаа играли на ковре в кукол, а мистер Малик читал газету. Был включен телевизор, канал, на котором шел футбол, и вкусно пахло домашней курочкой. Однако сердце у меня колотилось, как заведенное, когда Зейн взял меня за руку и повел на кухню, где были его родители. - Пап. Это Найл, - я сглотнул, когда мистер Малик отвлекся от газеты, осматривая меня оценивающим взглядом. Миссис Малик только улыбалась — мы с ней уже были знакомы, и довольно давно. Вроде бы, я ей даже нравлюсь. — Он мой молодой человек. Мистер Малик еле заметно улыбнулся. Что это значит? Я ему понравился? Или наоборот? Он протянул мне руку, и я, не желая показаться невоспитанным ублюдком, пожал ее. Отец у Зейна колоритный. - Приятно познакомиться, Найл, - протянул он тяжелым и глубоким голосом, но это звучало даже как-то по-доброму. - Мне тоже, мистер Малик, - я улыбнулся. Я ему понравился? Все хорошо? - Мы пойдем ко мне в комнату, - заявил Зейн и тут же потащил меня на второй этаж. Войдя к нему в комнату, я повалился на кровать. Как камень с души, ей Богу. Зейн рассмеялся и улегся рядом со мной, кладя голову на мою грудь, а рукой приобнимая меня за талию. - Я говорил, что все будет хорошо? - он улыбался, и я ответил тем же, накручивая на пальчики черные волосы своего парня. Своего парня. Уже несколько месяцев, а все не могу привыкнуть к этому. Зейн начал шевелить пальчиками на моей талии, и я слегка поежился и тихо рассмеялся. Кажется, моему хулигану это понравилось, потому что он начал щекотать меня, удерживая меня одной рукой за плечи. Затем он и вовсе уселся мне на бедра и с нескрываемым удовольствием наблюдал, как я смеюсь и ругаюсь на него. Это было очень щекотно! - Все, стой, Зейн. прекрати! - сквозь смех, еле выдавил я. Малик и не подумал останавливаться, будто он и вовсе не слышал моих слов. Честно, мне уже дышать было тяжело от смеха! - Зейн! Что мне… хах, да подожди! Что мне сделать? Малик перестал меня щекотать, и я наконец смог вдохнуть полной грудью, все еще отсмеиваясь. Зейн делано задумался, по-удобнее устраиваясь на мне, как на диване. - Зейн? - донесся со стороны двери детский голосок. Мы с моим мальчиком одновременно перевели взгляды на звук, и увидели маленькую Сафаа. Она держала плюшевого мишку в руках и улыбалась. - Что такое, солнышко? - Малик-старший слез с меня и поманил сестренку рукой. Она забралась на его кровать, вручила мишку мне со словами «Поиграй с миссис Флаффи» и показала маленьким пальчиком на окно в комнате. - Там идет снежок. Можно мы пойдем посмотрим на него? - Сафаа невероятно прелестная малышка. Зейн улыбнулся, увидев меня с миссис Флаффи в руках, затем обнял сестренку и сказал: - Конечно, можно. Но попозже, когда снежка будет по-больше, и мы сможем слепить снеговика. Хорошо? - Сафаа закивала, улыбаясь, и слезла с кровати. Когда я протянул ей мишку, она предложила: - Ты можешь поиграть с ней. Ты ей понравился, - и она убежала из комнаты, неловко закрывая за собой большую дверь. Зейн рассмеялся. - Ты понравился миссис Флаффи, - он толкнул меня в бок с широкой улыбкой на лице. Мне тоже захотелось улыбаться. Мне всегда хочется улыбаться, когда он так сияет.