Let's start with a clean slate

      Проснувшись, я еле разлепила веки. Голова раскалывалась, руки, и ноги чуть дрожали, после того, как я встала с постели и одела шорты. В полудреме доковыляла до ванной, там умылась и приняла прохладный душ. Он помог мне окончательно проснуться, и даже немного взбодриться. После ванны я направилась на кухню. После вчерашнего похода в магазин, холодильник и полки были забиты всякими вкусностями. Одного только взгляда на еду хватило, чтобы понять, как сильно я голодна. Ведь, кажется, я не ела со вчерашнего утра.       Для начала надо позавтракать, съесть что-нибудь легкое, а уж потом приготовлю что-нибудь. Через пару минут, решив все-таки сильно не наедаться, я нарезала себе пару бутербродов. С ними быстро было покончено, и, честно говоря, ими я наелась. А пока хочется выйти на улицу, подышать свежим воздухом. Ночью как раз был дождь, сейчас там должно быть свежо. Без обуви, в одних футболке и шортах я вышла на сырое крыльцо. Сразу подул прохладный ветерок, от чего на коже проступили мелкие мурашки. Солнце так и не вышло из-за темных туч, скорее всего сегодня снова будет дождь. Мокрая трава чуть блестела, хоть солнца и не было, и легкий туман еще не успел рассеяться окончательно, что придавало ощущение покоя. Идеально!       Неторопливо ступила босыми ступнями на мокрую траву, и сразу почувствовала холодные капельки, упавшие на мои щиколотки. Медленно и плавно я заскользила по влажной траве, оглянувшись, заметила, что за мной остаются разглаженные дорожки, которые представляли собой длинную кривую линию.       Вдоволь набегавшись по просторному двору, я, в конце концов, решила зайти в дом, но перед этим еще чуть-чуть постояла на крыльце, пыталась отдышаться. Теперь все ноги были сырыми, благодаря тому, что я не могла нормально затормозить, и несколько раз падала на свою «пятую» точку.       Первым делом, пройдя в дом, я почувствовала сильный запах гари. Я стала принюхиваться, и вскоре обнаружила, что он исходит с кухни. Распахнув дверь, я обнаружила Баки, старавшегося как можно быстрее распахнуть все окна, чтобы проветрить помещение. Он бегал по комнате с таким озабоченным лицом, что я не удержалась и тихо хихикнула, чем сразу привлекла его внимание. Он сразу повернулся ко мне, и настороженно посмотрел в глаза, как-будто ожидал вселенской кары. На одно мгновение его взгляд переместился в сторону, и снова вернулся ко мне. Вот тут уж я насторожилась, и посмотрела туда же. Оттого что я увидела, с губ сорвалось тихое «Ух». На некогда чистой плите, стояла крупная турка для варки кофе, а сама плита теперь была изгваздана в темной жидкости. Если присохнет, потом не отдерешь.       Я снова посмотрела на парня. - Кофе хотел сварить? – на губах все еще играла глупая улыбка, и я не могла с ней ничего поделать. Он кивнул. - Не получилось. - Ты мог позвать меня, - он посмотрел на меня и едва улыбнулся. - Не хотел отвлекать от важного дела, - я вспыхнула, причем в обоих смыслах этого слова, и возвела глаза к потолку, но все еще улыбалась. Черт, он видел, как я пляшу во дворе. Там только большого костра не хватало для вида. Представив себе столь любопытную картину, я почему-то засмеялась, подойдя к плите, спросила: - Что-нибудь добавляешь в кофе? - задала вопрос. - Нет, - он так и остался стоять на месте, наблюдая за моими действиями, что немного напрягало. Я не вытерпела первой минуты, и повернулась к нему. Он смотрел на меня все тем же опасливым взглядом. - Хватит смотреть так, будто я собираюсь тебе высказывать за это, - я указала пальцем на плиту, – выйди пока из кухни, – надеюсь, он не очень обидчив, и мои слова его не тронули. А то бывают такие люди, им слово не то скажи – сразу же оскорбляются. - Я буду на улице, - кивнула, и он вышел из комнаты. Голос был абсолютно равнодушным, без намека на обиду. Прямо камень с плеч!       Через какое-то время турка и плита снова были чистыми, не без усилий конечно. Быстренько сварив кофе, с горячими чашками в руках я вышла из кухни. В гостиной его не было, поэтому я вышла на улицу. Стоя без обуви, он опирался на деревянную колонну, и задумчиво вглядывался в туманный лес. Я быстро двинулась в его сторону. - Держи, - он принял чашку с горячим кофе из моих рук, и молча наблюдал, как я усаживаюсь на влажные ступеньки. - Спасибо, - он произнес это почти шепотом, но я все равно услышала. - Обращайся, - я сделала маленький глоток, и вдруг почувствовала, как язык больно обожгло. Руки уже горели от сильно нагревшейся емкости, пришлось поставить дымящуюся чашку на пол рядом с собой и ждать пока она остынет. - Да нет, - он медленно опустился на ступеньку рядом со мной, - спасибо за то, что позволила остаться здесь, и за опеку. - Это не опека, я просто слежу, чтобы ты не умер от голода, - он грустно хохотнул, а я посмотрела ему в глаза. – А что бы ты сделал, если бы я не разрешила? – он смолк, когда я задала вопрос. На его лице было выражение печали и еще чего-то. Уныния? Горя? Чего-то, что не давало покоя его душе. - Не знаю, - он медлил с ответом, - Наверное, поехал бы дальше, - он посмотрел себе под ноги, – повезло, что заметил тропинку. - О да, тебе действительно очень повезло, что ты заметил ее, - даже мне мой голос показался слишком уж радостным, - потому что дальше ничего нет. До населенной местности три дня непрерывной езды. - Ты ехала из Вашингтона? – понятно как он узнал, но кивнула только спустя несколько секунд. - Откуда знаешь? – не знаю, почему и откуда, но в моей голове появились не очень хорошие мысли на счет него, и я все же задала вопрос. - Догадался, - и отпил из чашки, в то время как я не отрывала от него глаз, – Вкусно кстати, - произнес он. - Спасибо, - я взяла в руки уже холодную чашку, и сделала маленький глоток кофе. Напиток был горячим, но уже не обжигал, поэтому я пила большими глотками. Люблю кофе! Просто обожаю этот чудный напиток.       Если у большинства людей он вызывает бодрость по утрам, то во мне кофе опять пробуждает сонливость. Дремать во время дождя. Не знаю, почему мне это так нравится, просто приятно смотреть на скользящие по оконному стеклу мокрые дорожки, и слушать успокаивающее постукивание дождевых капель по подоконнику. А дождь-то будет, и, причем совсем скоро. Со стороны леса подул сильный ветер, пригоняя оттуда тучи, темнее, чем были здесь, и вдали уже гремела молния. - Что ты делала вчера в той комнате? – внезапно задал он вопрос, я чуть не поперхнулась. - В какой комнате? – спустя миг тихо ответила я. Неужели услышал как я плачу? Ох, черт! Я ведь только один раз не сдержалась! - Ты знаешь в какой, - он смущенно перевел взгляд на свои руки, в которых держал красную чашку. – Когда ты выбежала из нее, ты была сильно расстроена. - Я читала, - мне не удалось сдержать дрожь в голосе, что выдало меня с потрохами. Я снова вспыхнула. Черт, как же я это ненавижу! Надо было написать: «Светится при переживании любых эмоций» не только бурных. Руки задрожали, и чтобы он не заметил этого, я поставила чашку рядом с собой, и зажала сложенные ладони меж коленок. - Что было в той папке? – и это заметил. - А тебе какая разница? – тихо произнесла я. – Тебя это точно не касается.       И тут мое внимание привлекла его железная рука, и я тут же усомнилась в своих словах. Если они знали, что я приеду сюда, то могли подослать человека. Но не могли же они заранее предугадать, что я появлюсь здесь? И даже если так, у него в голове не было мыслей о подобном. Если бы ему надо было забрать меня, он бы сделал это сразу, как я появилась здесь. Но прошло уже три дня, и все нормально.       Вообще, как и почему он здесь очутился? Если спрошу, он мне точно не ответит, но попробовать стоит. - Ты от кого-то бежишь? – наконец-то озвучила интересовавший меня вопрос, все еще глядя невидящим взглядом перед собой. - Тебя это не касается, - ответил намного грубее, чем я ожидала. Голова сама собой опустилась, и я решила все-таки допить свой кофе и свалить к себе в комнату. Быстренько выпив теплый напиток, я уже собиралась вставать со ступенек, но остановилась когда услышала тихое «Стой». - Если расскажешь о себе, я, возможно, расскажу кто я, - выжидающе посмотрел на меня. - Возможно, - возмущенно отозвалась я, и почувствовала, как на ногу стали падать холодные капельки, - Пообещай мне, что расскажешь, - он немного подумал, и вымученно выдохнув, ответил: - Обещаю, - я взглянула на него, и, увидев серьезное выражение его лица, расплылась в глупой улыбочке. - Тогда договорились, - с чашкой в руках я живенько вскочила на ноги, – Дождь начинается, пошли в дом, - и, не дождавшись пока он встанет, вбежала в помещение.       Я сразу же рванула на кухню, закинула чашку в раковину, и побежала наверх за папкой. Не понимаю, я больше радуюсь или волнуюсь? Наконец-то я узнаю о нем хоть что-то! На губах играла безумная улыбка, в голове каша, руки дрожат, и все из-за того, что я волнуюсь. Не понимаю, откуда такая бурная реакция, он еще даже ничего не рассказал. Схватив папку, я первым делом вынула оттуда письма и документ обо мне. Письма сложила вдвое, и зажала в руке, а документ полетел в папку. Переоделась в более закрытую одежду, чем та, что была на мне, и спустилась вниз. Я нашла его на том же месте, что и всегда. Он сидел на диване, запрокинув голову на спинку дивана, на закрытых глазах покоилась прядь темных волос, которую так и тянулась зачесать назад, а расслабленные кисти его рук покоились на его коленях. Я подлетела к дивану, и с разбегу плюхнулась рядом с ним, чем вызвала его внезапное пробуждение. Он удивленно оглядел меня, держащую в руках папку и странно улыбающуюся ему. - В ней все, что ты хочешь знать, - он забрал ее у меня из рук. В возбужденном состоянии у меня появляются странные желания, которые непременно хочется выполнить. Порой, даже очень глупые. - Там не только о тебе написано? – он бросил на меня любопытный взгляд. - Обо мне там один лист, все остальное: подробности о работе моих родителей, - при упоминании о них внутри сердце больно защемило.       Он быстро нашел нужную ему информацию, и принялся внимательно ее изучать. В то время пока он читал, я сидела напротив него, и старалась обнаружить признаки хоть каких-то эмоций на его лице. Ни интереса в глазах, ни отвращения, только безразличие. Что ж посмотрим, что он скажет! В ожидании его комментариев я себе места не находила. Уже десятки раз сменила сидячую позу, а он все молчит. Сколько раз он успел перечитать этот гребанный документ? Уже три минуты прошло, что он там вычитывает? Я уже и за диваном постояла, и вверх ногами посидела, и что только не сделала. - Правду написали, - со смешком произнес он, когда заметил что я начинаю светиться ярче чем раньше. Я вопросительно на него посмотрела, – Ты действительно эмоциональный ребенок, - он еле сдерживался, чтобы не рассмеяться, глядя на возмущенное выражение моего лица. - Я то думала, ты дар речи потерял, пока читал, - и почему я сейчас улыбаюсь, когда надо быть серьезной? – Ну, как тебе? - Знаю и похуже, - он вложил листок в папку, и его взгляд метнулся к сложенным письмам, валявшимся на диване. По его краткому задорному взгляду я поняла, что началась моя любимая игра «Кто быстрей». Руки тут же метнулись к листкам, но он уже немного опережал меня. Когда наши руки приблизились к бумажкам, он успел задеть их, и они разлетелись, но я вовремя перехватила его кисть, чем малость сбила его прицел, и молниеносным движением второй руки успела ухватить одну из бумажек. Я отлетела от дивана, и стала пробегать глазами по строчкам. Пронесло! Этого письма он еще не читал!       Я подняла на него глаза и победно улыбнулась, он, в свою очередь стоя «гипнотизировал» письмо, которое я держала в руках, но когда я завела его за спину, он красноречиво посмотрел мне в глаза. Такой грустной моськи я еще не видела, но в ответ на это только помотала головой, и расплылась в еще более широкой улыбке. Он простоял еще пару секунд, и бухнулся в кресло. Я осторожно, но все же села на диван, лицом к креслу на котором сидел Баки. С выражение лица «Вселенская грусть» он посмотрел на меня, и угрюмо отвернулся. Глядя на него сейчас, и умиляешься, и злишься на себя. - Да читай уже, - не выдержала я, и мы в это же мгновенье обменялись письмами, он принял его, но теперь победная улыбка не сходила с его губ. - Знал, что это подействует, - принялся он читать письмо, все еще улыбаясь. Гаденыш! Ну, ничего, еще поквитаемся!