Let's start with a clean slate

      Моурен являлся маленьким городком, построенным вдоль главной дороги. Здесь жило, наверное, две тысячи человек. Город не пестрил изобилием магазинов и супермаркетов, поэтому, надолго мы никогда не задерживались. В продуктовом мы как всегда распределили, кто, чем будет заниматься, чтобы управиться быстрее. Несмотря на различие обязанностей, мы старались быть на виду друг у друга.       Все время мне казалось, будто я нахожусь под прицелом. Оглянувшись один раз, я не заметила никого, кто пилил бы меня взглядом. И все оставшееся время в продуктовом мне пришлось терпеть это. Я надеялась, что это было не то, о чем я думала. Джеймса поблизости я не застала, это начинало меня тревожить. Я забросила все, что было у меня в руках, в корзину, и судорожно стала искать его по всему магазину.       Мне показалось, что я заметила его со спины стоящего у прилавка. Я раскатилась на тележке, чтобы догнать Джеймса. Я была уже почти близко, но мне пришлось отвлечься, когда я врезалась в тележку, вылетевшую на меня из-за угла. Я тут же принялась извиняться, еще толком не поняв, в чью телегу я врезалась. Но увидев пострадавшего от моей невнимательности, еще раз четко произнесла: «Простите». Он посмеялся и улыбнулся мне. - Все нормально, не суетитесь так, - он был очень вежлив и спокоен, что удивило меня, и смутило одновременно. - Хорошо, - я почувствовала, как начинают краснеть мои щеки, - простите еще раз за это, я очень спешила. - Вы кого-то искали? - Да, своего друга, - снова осмотрелась в поисках Бака, его нигде не было, - но, кажется, он снова ушел от меня, - взглянула на незнакомца. - Что ж, ну, тогда не буду отвлекать вас от поисков, - чуть тихо протянул он, но уже без той лучезарной улыбки. - Ну, тогда прощайте, - он кивнул, и я двинулась дальше по рядам.       После короткого разговора с ним остался неприятный осадок, даже не смотря на его вежливость. Он будто резко переменился, это, можно сказать, напугало меня. И всегда пугало в людях, когда ведешь разговор, и человек вдруг меняется. Становится злым или безразличным.       Я петляла между рядами, наконец-то, обнаружила его в отделе замороженных продуктов. Он тревожно озирался по сторонам, и, по всей видимости, пока не заметил меня в толпе. Осторожно лавируя между людьми, я подошла к Джеймсу, и коснулась его плеча, чтобы привлечь внимание. Он дернулся и оглянулся на меня. - Где ты была?! – чуть ли не кричал он, - Я тебя обыскался, минут десять не мог тебя найти! - Эй, потише. Я тоже искала тебя по всему магазину, - он недоверчиво зыркнул на меня. - Честно, я не вру! - Ты все собрала? – заглянул в корзину. - Да. Пошли скорей, - я оглянулась назад, потому что это чертовское чувство, будто за мной наблюдают, не покидало меня до сих пор. - Все нормально? – утверждающе закивала. - Ладно, пошли, поскорее бы смыться отсюда. - Да уж, не говори, - мы устремились к кассам, и простояли там еще минут пять, перешептываясь между собой.       Я все пыталась найти своего наблюдателя, если таковой вообще был. И все снова безуспешно, я уже было успокоилась, но мой взгляд случайно остановился на девчушке, стоявшей поодаль от нас. Она в упор смотрела на меня, и словно бы сквозь очки видела мои глаза. Ее взгляд вызывал во мне крайнюю степень тревоги. В нем было что-то безумное. Я, не подавая виду, отвернулась от нее, претворившись, что меня привлекло что-то другое. - Джеймс, пора валить, - он не подал виду, но все понял.       Мы быстро собрали пакеты, вышли и уложили их. Девушка больше не попадалась мне на глаза, и странное ощущение тоже пропало. Но все это мне не нравилось. Я коротко рассказала об этом Джеймсу, и, уезжая домой, мы сделали петлю. Не думала, что это поможет, но спорить с ним не стала. Мы вернулись домой в полдень. Впереди был еще весь день, и я не знала, чем его занять.       Пока что, разложив все продукты по полочкам, снова осталась торчать на кухне и пялиться в окно. Меня все еще тревожила та особа. Она выглядела, как обычная девушка, ничего необычного во внешности или одежде. Но то, как она смотрела. Это был взгляд безумца. Ее светлые глаза были широко раскрыты, а зрачки сужены, это выглядело очень неестественно и пугающе. Я не осмелилась залезть к ней в голову, так как побоялась, что она действительно может оказаться сумасшедшей. Казалось, еще секунда, и она отправится ко мне. Но стоило мне отвлечься, и девушка исчезла. Место, где она стояла, было пусто. Просто так об этом не забудешь, учитывая наше нынешнее положение.       Я решила заварить себе чай, и посидеть у телевизора. Поставив чайник, пошла в комнату, переодеться в домашнюю одежду. По пути на кухню захватила с собой кучу всякого барахла для рукоделия, чтоб было чем заняться. Дождавшись, пока чайник закипит, заварила новый чай, и пошла в гостиную. Столик перед телевизором был достаточно низок, чтобы спокойно усесться перед ним на пол и заняться делом.       По телевизору шел какой-то фантастический боевик, его и решила оставить, чтобы играл на фоне, ибо в тишине было невозможно сидеть. Руки так и тянулись сплести, склеить или сшить что-нибудь интересное, но ненужное. Я вспомнила одну занятную вещицу и немедленно взялась ее сооружать.       Давно не занималась рукоделием, но в далеком прошлом, чем я только не занималась. И шила, и вязала, и строила, занималась всем, чему пытались меня обучить. Меня записывали в кружок рисования, я проходила год, и весь год учителя жаловались, мол, медленно рисую, отстаю от программы и многого не понимаю. Мало полезного извлекла из этих уроков, и поэтому мы с мамой решили, что смысла ходить туда нет.       Очень хотела научиться играть на каком-нибудь музыкальном инструменте, но поняла, что с моей способность усваивать все со скоростью черепахи, успех мне не сулил. Пришлось оставить эту мечту и попробовать заняться чем-нибудь другим. Мама учила меня вязать спицами и крючком, но все, что у меня получалось – это маленькие одеяльца для кукол.       Шло время, несколько раз приходилось переделывать поделку, потому что узор получался неровным. Я часто отвлекалась на кино, оно оказалось весьма пригодным не только для фонового шума, но и для просмотра. Новый чай, кстати, просто отменный, имел легкий привкус карамели и молока, чем и понравился мне.       Прошло уже несколько фильмов, интересных и не очень. Примерно на втором кино вниз спустился Джеймс и улегся на диван. Несколько часов передо мной на столе лежал недоделанный ловец снов, которому не хватало только перьев. Получилось вполне сносно, можно даже повесить куда-нибудь.       Сейчас по телевизору начался какой-то японский ужастик. Японцы-то ужастики снимать умеют, поэтому я редко их смотрела. Несмотря на появившийся интерес, я собралась переключить канал, но не тут-то было. - Не переключай, мне интересно, - он уже поудобнее устроился на диване и приготовился к просмотру фильма.       Не могла же я ему отказать, вот и оставила эту программу. Типичный сюжет для японских фильмов – старый дом, злой дух, жертва. И этот не отличается ничем, но все равно страшно. Мало ли на каких моментах скример появится, поэтому приходилось зажмуриваться на моментах, когда музыка утихала, и было слишком спокойно. Это вызывало насмешку Джеймса. - Да чего ты жмуришься? Ничего страшного же нет, - сказал он в очередной раз, смеясь над моей реакцией. - Да потому что это противно.       Каждый раз на жутких моментах я начинала жмуриться и отстраняться дальше от телевизора, думая, что меньше испугаюсь, как сейчас. Это забавляло Джеймса. За весь фильм он ни разу не испугался, даже не моргнул от страха. - Подвинься, - быстро повернулась к нему, пока не начался страшный момент, - я сяду на диван.       Быстро запрыгнула к нему, и в этот же момент накрыла глаза рукой, даже не пытаясь подсмотреть. Но от одних только голосов было достаточно, чтобы мои руки задрожали. Свет в комнате не горел, сейчас я светилась, как накаленная лампочка. Боюсь, скоро Джеймсу придется надевать солнцезащитные очки, чтобы смотреть со мной ужастики.       Но спустя момент раздался звук, который заставил вздрогнуть нас обоих. На кухне зазвонил телефон.