Книга её жизни

Первые же строчки вызвали у Марка недоумение, а у Алекс – целый каскад воспоминаний. "Ближе к вечеру в доме Александры появился незваный гость – Леонид Петрович Варахудин, её отец. Он приехал в Омск вместе со своей дочерью от второй жены и попытался восстановить отношения с Алекс. Девушка приняла его в штыки, но появившаяся позже Лиза, его дочь, заставила Шервинову переменить своё мнение об отце". – Что это значит? Ведь твои родители развелись десять лет назад! – удивлённо вопросил Марк. Александра потрясла головой. – Я ничего не понимаю. Он ни разу не приезжал сюда, не писал писем, только присылал маме деньги, но она всегда отсылала их обратно. С чего он вдруг решил приехать? И ещё, я не знала, что у него есть дочь. Марк вдруг нахмурился: – Слушай, а ты не думаешь, что это он прислал тебе книгу? – Он не может так много знать обо мне. Разве что он переписывался с мамой... но нет, этого не может быть! Я бы знала... – Алекс обхватила голову руками. – Господи, это просто ужас какой-то! Я никому не могу доверять! – Не волнуйся, всё будет хорошо. Может быть, он хочет помириться с вами. – Даже если он и попытается это сделать, не надейся, что я его прощу, – Алекс вновь склонилась над книгой. Там в самых ярких красках была описана встреча родителей Александры и дальше – попытки Леонида Петровича найти путь к сердцу дочери. Вторая глава была намного короче первой и заканчивалась расплывчатой фразой "Через несколько дней Алекс встала пораньше и отправилась гулять, потому что ей надоело общество отца". Девушка выпрямилась и откинула от лица спутанные волосы. – Пожалуй, я так и поступлю, да не через несколько дней, а прямо сейчас. Иногда эта книга советует довольно умные вещи. – Не надо, Алекс, прошу тебя! Вдруг ты снова попадёшь в какую-нибудь неприятность! Лучше мы посидим здесь и поищем подобные истории в Интернете. – Спасибо, Марк, но я по горло сыта своей собственной историей. Я пойду к себе домой, но только... Ты проводишь меня? Мне не даёт покоя мысль, что кто-то мог забраться в квартиру, пока меня не было. – Конечно, провожу! *** В квартире никого не было. Марк проверил шкафы, пространство под кроватями и за шторами, туалет и ванную и, наконец, удалился, пожелав подруге ничего не бояться. Алекс легла на диван, свернувшись калачиком, и закрыла глаза. ... Была ясная ночь. Яркий лунный свет заливал комнату. Ветки выплясывали причудливый танец, повинуясь ветру. Маленькая Алекс сидела на кровати, прижав колени к груди и обхватив их руками. Там, за стеной, разговаривали её родители, и от их разговора зависела судьба девочки. Отец явно сердился, а мать говорила усталым, бесцветным голосом. – Не притворяйся, Лёня, я всё видела. Ты целовался с какой-то блондинкой, которая явно моложе тебя лет на десять, если не больше. Как ты нас по именам-то не путаешь? Или её зовут так же, как меня? – Геля, послушай, – начал отец, и Алекс живо представила, как её мать страдальчески сморщилась, – во-первых, её зовут Катя, во-вторых, я тебе всё объясню... – А в-третьих, не называй меня Гелей! Сколько ты уже встречаешься с ней? – Полгода. Был слышен судорожный вздох Ангелины. – Долго же ты скрывался, Джеймс Бонд... – Ангелина, пойми, я люблю её. Горький смешок. – Её ты любишь. А я тебе зачем нужна? – Когда я женился на тебе, я думал, что женюсь по любви. А потом оказалось, что это просто привязанность. А она... я с первого взгляда понял, что она – моя судьба. Ты умная женщина, ты должна понять. – Лёня, у тебя есть дочь. Хоть бы о ней подумал! – Ангелина, я, конечно, люблю Александру, но иногда она... понимаешь... слишком путается под ногами. И этот её дружок мне не нравится... На несколько минут в комнате повисла тишина, которую прервал голос матери: – Какой же ты негодяй, Варахудин... Страшно подумать, что я прожила с тобой десять лет. Но теперь всё кончено. Я подаю на развод. И, – в голосе Ангелины зазвучали язвительные нотки, – никто больше не будет путаться у тебя под ногами и препятствовать твоей "большой любви". И маленькая Алекс поняла, что в этот миг разрушилась её судьба. Алекс открыла глаза и глубоко вздохнула. Снова этот старый сон, от которого накатывала жуткая тоска! В семье Шервиновых очень редко говорили про Леонида Петровича. Он исправно платил алименты и сверх этого присылал Ангелине деньги, но та отправляла всё обратно, лаконично добавляя "Справимся сами". Алекс встала с постели, потянулась, подошла к окну и замерла. Прямо под её окном стоял роскошный серебристо-серый автомобиль. И из него выходил мужчина, которого девушка хотела видеть меньше всего на свете. Леонид Петрович Варахудин и в свои сорок с лишним лет сохранил хорошую фигуру. Его тёмно-русые волосы поредели, и в них виднелась седина, но черты лица остались прежними – острыми и чуть хищноватыми. На мужчине был дорогой костюм. Спуск во двор занял у девушки чуть меньше минуты. Когда она вышла из дома, Леонид как раз повернулся к двери дома. Отец и дочь встретились взглядами. Первым молчание нарушил он: – Здравствуй, Саша. Ты так похожа на свою мать... – Я не Саша! – не самый лучший вариант приветствия, но Алекс просто коробило, когда её так называли. – Хорошо, – отец с неожиданной покорностью склонил голову. – Как мне тебя называть? – Я Алекс. Алекс Шервинова. Привет, папочка, – она нарочно выделила последнее слово. – Ты как будто ждала, что я приеду. Тебе кто-нибудь рассказал об этом? – Да так, одна маленькая птичка напела. Что тебе нужно? Или твоя Катя бросила тебя, и ты пришёл клясться моей матери в вечной любви? Поздно, поезд ушёл! – Я понимаю, почему ты так ко мне относишься. Пожалуйста, выслушай меня. Я приехал сюда по просьбе своей дочери, Лизы. Да, Алекс, у тебя есть единокровная сестра. И она всё о тебе знает. – Зачем ты ей об этом рассказал? – Я ничего не рассказывал. Лиза нашла Катин дневник и прочитала его. Затем посыпались вопросы, и нам пришлось всё ей объяснить. С тех пор она возненавидела меня. Лиза взяла с меня клятву, что я приеду в Омск и примирюсь с вами. И даже сама поехала со мной. Алекс скептически подняла бровь: – И ты её послушался? Десятилетнюю девочку? Леонид глубоко вздохнул и помрачнел: – Са... Алекс, пойми, Лиза – необычная девочка. Она мне очень дорога. – Так же как была дорога тебе я десять лет назад? – Не надо так, Алекс. Я достаточно наказан за свой поступок. Ты сама всё поймёшь, когда увидишь её. От этих слов Алекс нахмурилась. Она почувствовала что-то неладное. – Что с ней такое? – Я всё тебе объясню, только, пожалуйста, не торопи события. – Он улыбнулся. – Ты такая красивая, Алекс. Ты очень изменилась, стала совсем взрослой. Я всё это время думал о тебе, хотел приехать в Омск, но... – ... но предпочёл откупаться деньгами! – Я был занят. Алекс, я понимаю, ты меня ненавидишь, но прошу тебя: не переноси свою ненависть на Лизу. Она этого не заслужила. – Меня вообще не интересует твоя Лиза. – А вот ты её очень интересуешь. Алекс, я могу познакомить вас прямо сейчас, но потом, пожалуйста, пусти нас к себе домой. Во дворе разговаривать неудобно, а разговор предстоит долгий. Некоторое время Алекс колебалась, но потом любопытство взяло верх над доводами разума, и она сказала: – Хорошо. Так где же твоя дочь? Леонид Петрович подошёл к машине, открыл дверь и осторожно помог выбраться из неё миниатюрной девочке. Увидев её, Александра ахнула.