Книга её жизни

После похорон Леонида Петровича Варахудина, которые запомнились Александре очень смутно, прошло несколько дней. Ангелина Степановна почти не разговаривала с дочерью, предпочитая находить утешение в кругу подруг и знакомых. Алекс же, как только выдался подходящий момент, вместе с Марком отправилась к Илоне Светозаровой, прихватив с собой книгу. – Она нам поможет, вот увидишь, – убеждала друга девушка, пока они шли к дому и поднимались по лестнице. – Она производит впечатление опытного человека. – А если она разозлится на тебя за то, что ты не уничтожила книгу, когда тебе велели? – Ничего страшного, я её успокою. Не заколдует же она меня, в самом деле! – отозвалась Алекс, хотя мысленно она тряслась от напряжения. На этот раз звонить в дверь пришлось долго, но та не открылась даже тогда, когда Марк в сердцах пнул её. – Может быть, она ушла? – предположила девушка. – Попробую у соседей спросить, – ответил Марк и позвонил в дверь, находящуюся напротив. Меньше чем через минуту на пороге предстала старушка – из тех, кого называют "божьими одуванчиками", хотя на самом деле они знают всю подноготную о жителях подъезда – или всего дома. – Простите, а вы не знаете, скоро ли вернётся Илона Светозарова – ну, та, которая живёт напротив? – вежливо поинтересовался Марк. – Илоночка-то? Как не знать! Через месяц только вернётся! – Как через месяц? – Алекс побледнела. – Уехала она, на Алтай. Сказала, какие-то срочные дела обнаружились! А вам что нужно? – Да мы... в общем-то, просто хотели кое-что спросить. Но это не важно, – промямлил Марк и добавив "до свиданья", поспешил вниз, расстроенная девушка – за ним. – Как мы могли подумать, что она будет сидеть и дожидаться парочки подростков! – сокрушалась Алекс по дороге домой. – А в книге про это написано не было? – неожиданно прищурился Марк. Шервинова ещё больше погрустнела. – Знаешь, я теперь читаю главу только в конце дня. Так легче – читать о том, что уже произошло. Иначе очень страшно. Ты представь – знать всё, что будет с тобой в будущем, и не иметь возможности изменить это! Да и главы появляются не ночью, как раньше, а в любое время суток. – Алекс, послушай, а ты уверена, что Илона уехала не из-за книги? Неужели книга её настолько напугала? Девушка отмахнулась от его предположения. – Не думаю. Скорее всего, у неё какие-то свои дела. Вообще мне кажется, что я понимаю её. Она была уверена, что я сожгу книгу, и поэтому сразу забыла обо мне. Знаешь, сколько таких клиенток к ней приходит? – Получается, что она никакой не экстрасенс? – Почему это? Она как раз самый настоящий экстрасенс! Просто Илона недооценила эту книгу. Она не считала её чем-то по-настоящему опасным. А меня просто пугала, чтобы заставить сжечь книгу. Она с меня даже денег не взяла! Светозарова была уверена, что когда я уничтожу книгу, всё прекратится. – Увольнять надо таких экстрасенсов! – горячо воскликнул Штильман. – Кто же её уволит, если она сама себя назначила экстрасенсом? – улыбнулась девушка. *** Следующими в списке тех, к кому можно было обратиться за помощью, стояли Колтышев и Кигач. Алекс и Марк решили не откладывать дело в долгий ящик и, перекусив у Штильмана, отправились к "сатанисту". Родиона не оказалось дома, но друзей это не обескуражило. Они сели на автобус и, сделав несколько пересадок, устав от длительного сидения и порядком поплутав по дворам, добрались всё-таки до дома Кигача. Когда они поднимались на девятый этаж (по лестнице, потому что Алекс боялась застрять в лифте), Марка посетило чувство "дежавю". Он уже был здесь и так же стоял у двери, слушая трескучие трели звонка. И точно так же дверь открыл слегка взъерошенный "экстрасенс наоборот". – Алекс? Марк? Что случилось? – удивился Павел. – Поговорить надо, – ответил Штильман, проходя внутрь. Колтышев был тут же, возле клетки с Люцифером. Когда друзья вошли в комнату, он вытащил наушники и неловко произнёс: – Ну вы это там... в общем, привет. Марк как можно более подробно объяснил сложившуюся ситуацию. Рассказал и про обман Шервиновой, и про отъезд Илоны Светозаровой, и про то, что главы продолжают появляться и – что самое страшное – сбываться. Парни слушали напряжённо, нахмурившись, с одинаково суровым выражением на лице. Когда Штильман закончил, они повернулись к Александре, и Родион спросил, обвиняющее глядя на девушку: – И зачем ты солгала? Почему не сказала сразу? – Можно подумать, что это бы что-нибудь изменило! – с обидой воскликнула та. – Мы бы могли тебе помочь, – осторожно начал Павел. – Интересно, чем? – ядовито поинтересовалась Шервинова. – Ты что-то не похож на великого колдуна! Я считаю, что ты обыкновенный парень, который пытается строить из себя чернокнижника, а на самом деле не разбирается в элементарной тёмной магии! Павел Кигач был явно уязвлён: – А ты что, разбираешься в ней лучше меня? – Я, по крайней мере, не дарю людям ложных надежд! – Отлично! – Кигач вскочил с места и зашагал по комнате. Люцифер, взволнованный поведением своего хозяина, заметался по клетке. – Если ты считаешь, что я не могу тебе помочь – пускай! Я не буду с тобой спорить! – Но разве это не так? – вставил молчавший до этого момента Марк. – Так! – Павел остановился и посмотрел на него. – Всё так! Я действительно ничего не смыслю в колдовстве! Но я хотя бы пытался помочь! – Но раз ты уверена, что мы бесполезны, то мы уезжаем! – встрял Родион. – Как уезжаете? – ахнула Александра. – А вот так! Здесь мы всё равно никому не нужны, а один знакомый давно приглашал нас в Подмосковье. Говорят, там есть одно шикарное озеро с окунями... – Значит, вы будете ловить окуней, в то время, когда мне угрожает смертельная опасность? – девушка задохнулась от негодования. – Вот именно – смертельная! – воскликнул Кигач. – Алекс, я не хочу тебя расстраивать, но я совсем не хочу умирать. Меня мама просила ещё жить и жить... – В общем, как говорится, Платон мне друг, но своя рубаха ближе к телу, – добавил Родион. Марку вдруг неудержимо захотелось подойти к Колтышеву и изо всех сил ударить его по лицу. Он бы так и сделал – благо весовая категория у парней была одна – но тут вмешалась Алекс. Она резко поднялась с места и прошествовала к двери. На самом пороге девушка развернулась и выкрикнула: – Знаете, кто вы? Вы – крысы! Крысы, которые бегут с тонущего корабля! Под эхо этого звенящего крика Штильман и Шервинова покинули квартиру Кигача. *** – Трýсы! Жалкие трýсы! – кипятилась Алекс, когда друзья возвращались домой. – Я так надеялась, что они мне помогут! – Ну во-первых, не "мне", а "нам", – поправил её Марк. – Я тебя бросать не собираюсь. Алекс посмотрела на него, и её лицо просветлело. – Да, если они крысы, то мы с тобой – капитаны корабля, которые покидают его последними! – А во-вторых, может быть, это и к лучшему. Ты же сама хотела, чтобы здесь было замешано как можно меньшее количество людей. – Но они же всё знают! – Я уверен, что они постараются всё побыстрее забыть. Если и будут рассказывать эту историю, то только своим внукам, в виде сказки. Представим седобородых Родиона и Павла с внуками, Александра рассмеялась. – Спасибо тебе, Марк. Ты всегда умеешь поднять настроение! Марк неожиданно задумался. В его глазах засверкали искорки – они появлялись там всегда когда его посещала какая-нибудь идея. – Знаешь, что я подумал? Мои родители скоро вернутся с дачи. А это значит, что мы можем туда поехать. Тебе необходимо отдохнуть, развеяться. – Не думаю, что мне поможет дача, – пробормотала девушка. – Алекс, я серьёзно! Там у нас красиво – цветы, беседка... И соседей рядом нет! Пробудем там хотя бы несколько дней. Заодно и придумаем, как искать создателя книги. Алекс хотела ему возразить, но у неё уже не было сил спорить. – Хорошо, Марк, – она вымученно улыбнулась. – Я поговорю с мамой. Но думаю, она не станет возражать.