Never say never

Они подавленно молчат, пока я топчу ковер: - Хоть кто-нибудь... - начинаю я и впивается взглядом в окружающих, - Хоть кто-нибудь из вас не знал? Я смотрю на Киру, опустившую взгляд в пол. Ладно, ей хотя бы стыдно. Скотт - прямой, как палка, и готовый принять осуждение. Лидия, делающая вид, что здесь вообще не причем. (Смотреть сквозь Стайлза, насквозь) - Хоть кто-нибудь?!! - в отчаянье вопрошаю я. (Стайлз изо льда, и я вижу сквозь него обои) - О чем вообще речь?! - не выдерживает Лиам, и я почти делаю шаг, чтобы обнять его, но осекаюсь и неловко хлопаю его плечу. (Стеклянный проклятый Стайлз приучил рефлекторно лезть с обьятиями. Придется отвыкать) - Они не виноваты! - вопит Стилински без разбега, - Это я, это было мое решение! Я давлю клекот в горле. Зрение подергивается алой пеленой, а мои карие глаза наверняка вспыхивают убийственно-синим. (Я действительно это делаю?) - Кто? Кто тебе разрешил управлять моей жизнью?! - нечетко из-за вылезших клыков рычу я. - Я боялся тебя потерять! - орет он с той же злобой. (Отличное оправдание) - Он мой отец!! - Он обведет тебя вокруг пальца!! Я злобно хихикаю: - Теперь-то точно, кто я без всемогущего Стайлза Стилински?! Неоперившийся цыпленок! - Я боялся, что он заберет тебя у меня, - без сил выдыхает он, и я вдруг замечаю, что комната абсолютно пуста. - Тут неувязка, потому что ты сделал это за него, - с той же горечью парирую я, - Ты меня отдал. - Нет! - А что ты сделал? - Я смалодушничал. Пожадничал. Решил, - он поджимает тонкие губы, и меня сотрясает воспоминание-чувство: как изумительно в поцелуе с этими мягкими, гладкими, теплыми губами, - что, если сделать вид, что этого нет, оно исчезнет. - Исчезло? - рявкаю я, - Ну как, исчезло, Стилински?! Я все еще биологическая дочь Питера Хейла, но что-то между мной и Стайлзом действительно исчезло. Наверно, доверие.