Never say never

- Поднимите руки и выйдите из машины. Я замираю. Спина застывает скрюченной, в горле клокочет стон пополам с истеричным хохотом. Выйти из машины... В двух сантиметрах от меня лицо Стайлза - покрасневшее, губы еще ярче румянца. Он смотрит на меня чуть снизу вверх, в глазах - веселый ужас. - Повторяю, выйдите из машины! - Офицер, - сипло просит Стайлз, - Мы выйдем. Через минуту. - Выйти. Из машины! - над нами как будто передергивают затвор, и Стайлз, чуть сморщившись, гладит меня по коленке, кивая в сторону дверцы. Я медленно перетекаю туда, пытаясь заставить влажные пальцы не соскальзывать с ручки, и украдкой одергиваю юбку. - Выйти!! - Истеричка, - бормочет Стилински, царапая покрытие сиденья в попытке выпасть из машины с другой стороны. Меня впервые в жизни закатывают в наручники. Интересное ощущение, но цепочка - укрепленная сталь, по словам Стайлза - отлично гнется, и мне приходится соединить звенья обратно, пока толстый патрульный не заметил. Нас с помпой тащат в участок. - Нарушение общественного порядка и развратные действия без применения насилия! - бодро рапортует патрульный, и шериф, столкнувшийся с нами в холле, краснеет, - Прав и других документов, в том числе и на машину, не обнаружено! В КПЗ их? - Д-да, - скрипит Джон, замечая и наш расхристанный вид, и погнутое кольцо моих наручников. - Права у меня есть. Дома, - бурчит Стайлз. - Мы всего лишь тренировались. У Малии завтра как раз экзамен. Это раз. А во-вторых, мы несовершеннолетние. Патрульный с бездной внимания пялится на шерифа, ожидая его реакции. Я не вижу, зато отлично слышу, как за углом сдавленно ржет Пэрриш. - В камеру предварительного, - сквозь зубы ценит Джон. - Я их через полчаса навещ-щу. - В... Разные? - с тайной надеждой интересуется патрульный. - Во избежании... Оргии? - Хадсон! Выполнять! - Есть выполнять! - в мой бок тыкают немытым пальцем, и я даже не огрызаюсь. - О, сэр... - Хадсон лезет в карман и вытаскивает оттуда пакет для улик. - Что делать с этим? - Какой день на службе? - устало вопрошает шериф, и мне становится немножко стыдно. Устал человек от идиотов, а тут мы. - Второй. Пакетику не суждено быть приобщенным к официальным уликам, потому что Джон двумя пальцами забирает его из руки патрульного и сует мне. - Валите, - с вселенской печалью в глазах благословляет он. Мы идем по коридорчику к камерам предварительного заключения, Пэрриш уже не ржет, а рыдает от хохота, спрятавшись в чьем-то кабинете, а Стайлз, скалясь и блестя глазами, пытается стянуть скованным руками пакетик с трусиками из моего кулака. Я уворачиваюсь, но кольцо на запястье от рывка раскрывается, и едва не падает на пол. Укрепленная сталь, ага. Упс. - Ну что поделаешь, - кивает он на топающего в шаге впереди патрульного и пихает меня в бок, внезапно чмокая в плечо, и тут же делая вид, что ни при чем. - Что с него возьмешь? Новенький.