Тот, кто стоит за спиной

2. - Послание? Кому? От кого? - Тереза начала выгружать из пакета с продуктами пучок салата, помидоры, персики, рагу из кролика, кукурузные хлопья, кусок сыра, булочки и большую упаковку мороженого. Одно уже хорошо - несмотря на все свои заморочки, Джейн накормил детей, помыл посуду, почитал детям сказку на ночь и уложил сына спать. Ливи разрешалось еще часок поиграть. На кухне идеальная чистота, игрушки убраны, белье, которое было в стиральной машине, постирано, просушено и сложено в стопочку. Просто удивительно, как он ловко все успевает, да еще с двумя детьми. Определенно, муж, которому нравится вести домашнее хозяйство, – настоящая находка. Просто отчаянный домохозяин! - Кому – мне, конечно, - хмуро ответил Джейн, укладывая продукты в холодильник. - Никто кроме меня не понял бы, что это за кукла. От кого? Не знаю. Даже приблизительно не представляю, в каком направлении искать. – Патрик, ты уверен? Может, это просто твои подозрения? Ты какой-то сам не свой в последнее время, - Тереза посмотрел на него с тревогой и жалостью. - Когда у тебя последний раз была бессонница? По-моему, лет пять назад, не меньше. А сегодня ты всю ночь ворочался и брыкался. - Прости, я не хотел тебя будить, - пробормотал Джейн и глянул на Терезу исподлобья. – Так ты думаешь, что я спятил? - Нет, я считаю, что ты… зацикливаешься на безопасности, - мягко сказала Тереза. - Тебе все время мерещится угроза. Я понимаю, что не может быть абсолютной безопасности, ни для кого – ни для копов, ни для агентов ФБР, ни для гражданских. Мы живем в жестоком мире. Но нельзя же постоянно думать об этом! - Спасибо, что напомнила, - вздохнул Джейн. - И совсем не обязательно доводить себя до навязчивой идеи. Ты уверен, что хорошо помнишь куклу Шарлотты? Прошло столько лет, Патрик. Может быть, это обман памяти, ложное воспоминание. Мало ли похожих игрушек! - У меня – обман памяти? – усмехнулся Джейн. - Знаешь, все дворцы с годами ветшают. - Ладно, пусть я выжил из ума. Но тебе не кажется подозрительным хотя бы то, что незнакомый мужчина подарил нашей дочери дорогую куклу и назвал ее по имени? - Кажется. Школьные дворы всегда привлекают педофилов, а Ливи такая хорошенькая. Надо пожаловаться школьной охране, пусть смотрят в оба. - Мама, скажи папе, пусть он отдаст мне куклу! – попросила Ливи. – Он положил ее в пакет и не отдает! - Ах ты, маленькая ябеда! – хихикнул Джейн. - Милая, если папа решил, что этой куклой нельзя играть, значит, он сделал правильно, - ответила Тереза. – Ты же знаешь, что такое улики? Дочь агентов ФБР должна это знать. - Это вещи, которые помогают поймать плохих людей, - сказала Ливи. – Только папа не агент, а костылянт. - Консультант, Ливи, - поправила Тереза. – Тот, кто подсказывает агентам, как надо ловить плохих людей. Да, эта кукла – улика, и она поможет поймать плохих людей. На ней могли остаться отпечатки пальцев. – Значит, дядя, который мне ее дал, был плохой? - Мы не уверены, но возможно, он хотел сделать что-то плохое, - объяснила Тереза. – И лучше ничего не брать у незнакомых людей, согласна? - Но я же не знала, что это плохой дядя, - Ливи шмыгнула носом, приготовившись заплакать. - Сладкая, тебя никто ни в чем не винит, - Джейн поцеловал девочку и ласково взъерошил ее курчавые волосы. – Завтра же заедем в магазин игрушек и купим тебе другую куклу, какую пожелаешь. Ливи радостно запрыгала. - С розовыми волосами! - Хоть с красными, - согласился Джейн. – Даже если мне не нравится этот цвет. Тереза прошла в детскую, где уже спал Сими, но когда она нагнулась, чтобы поцеловать его, мальчик проснулся и обнял ее за шею. - Мамочка пришла, - радостно проговорил он, хлопая сонными глазенками. Терез взяла его на руки, вдыхая сладкий молочный запах его золотистых волос. - Мамочка тоже скучала по тебе весь день. Зато завтра мне не надо идти на работу, и мы весь день будем вместе. А сейчас давай спать, - и она уложила сына обратно в кроватку. – Ливи тоже ложится спать, видишь? Или сюда, Ливи, мамочка тебя поцелует на ночь. Когда дети угомонились, Тереза достала из шкафа бутылку вина. - Нам не помешает выпить по бокалу на ночь, - сказала она. – Чтобы тебе лучше спалось. - Бокалом не обойтись, - усмехнулся Джейн, когда вино было выпито. - Мне понадобилась бы бутылка виски. - Ничего, есть и другие средства для крепкого сна, - Тереза ласково провела рукой по его щеке. – Тем более, ты в последние дни пренебрегаешь своими супружескими обязанностями. - Я пренебрегаю?! Вчера, между прочим, ты заснула, пока я был в душе, и я уж не стал докучать тебе своими похотливыми намерениями. А утром тебя ни свет ни заря поднял по тревоге Эббот, - напомнил Джейн. - Сегодня наверстаем, милая, я ужасно соскучился, - шепотом сказал он и взял ее руку в свои ладони. Они любили эти тихие вечерние часы, когда дети уже спали. Именно в это время, когда все дневные заботы были позади, Джейн снова понимал, какое это счастье – быть мужем и отцом. То, чего он был лишен столько лет, наконец вернулось, и он мог наслаждаться своим счастьем. Если бы еще не страх за детей… – Поешь чего-нибудь? Смотри, совсем исхудала. Когда сбрасываешь вес после родов, важно вовремя остановиться, - он приблизил свое лицо к лицу Терезы, его дыхание щекотало ее ухо. - Я всегда подозревала, что тебе нравятся толстушки, - улыбнулась Тереза. – Неспроста ты пялишься на Ханну из архива. - Я пялюсь?! Да она же еле в дверь пролезает! - Вот поэтому и пялишься. - Милая, тебе определенно надо поесть. Недоедание – хорошая почва для беспочвенных подозрений. Есть паста, правда, без соуса болоньезе, зато с сыром и кетчупом. Могу еще сделать салат. - Кулинар ты мой, - Тереза положила руки ему на плечи. - Потом поем. - Когда потом? – спросил Джейн шепотом. - Ты понял, - рассмеялась Тереза. - Обожаю твои ямочки на щеках, когда ты смеешься… Иди ко мне, - Джейн подхватил Терезу на руки и понес в спальню. - Закрой дверь, дети услышат, - предупредила она. - А мы тихо, - шепнул Джейн, и они начали быстро раздеваться. - Я… я не могу тихо, когда ты… когда ты вот так… о-о-о! – Тереза вспыхнула от страсти, едва Джейн начал ласкать ее соски своими губами. - Ш-ш-ш, тише, детей разбудишь, - напомнил он. - Ах, тебе надо тише? Сейчас посмотрим, кто из нас самый тихий! – губы Терезы прикоснулись к его животу, опускаясь все ниже. Она почувствовала, что по его телу пробежала дрожь. - О нет, что ты делаешь, перестань! – воскликнул Джейн. - Просто расслабься, я же знаю, ты это любишь, - сказала Тереза и продолжила ласки. - Милая, нет, нет, хватит! - Ш-ш-ш, можно потише? Детей разбудишь. Я хочу, чтобы тебе сейчас было хорошо. Невероятным усилием воли он прервал ее ласки. - Милая, мне нужно немного остыть, - пробормотал Джейн.- Не будем торопиться, ладно? - Остывать лучше всего в бассейне, - подсказала Тереза. В ту же минуту они вскочили и совершенно голые выбежали в патио. Взметнув фонтан брызг своими разгоряченными телами, они приникли друг к другу, и никакая сила не смогла бы их разъединить. - Надеюсь, дети спят? – спросил Джейн, когда они немного отдышались, лежа на траве возле бортика. – Возьми полотенце с шезлонга. Обмотавшись полотенцами, Джейн и Тереза зашли в детскую. Слабый свет ночника освещал комнату. Саймон и Оливия крепко спали. - Какие они красивые, - шепнула Тереза. - В маму, - ответил Джейн еле слышно. - И в папу, - добавила Тереза. Супруги погасили ночник и на цыпочках вышли из детской, как вдруг в салоне Джейн удивленно вскрикнул: - Что это?! На столе лежала туфелька Ливи. Он точно помнил, что они вместе убирали по местам игрушки, обувь и одежду, и когда пришла Тереза, на столе ничего не было. - Здесь кто-то был, - сказал Джейн, чувствуя, как по спине бежит холодок. - Брось, кто здесь мог быть? Как он вошел? – возразила Тереза, но все же рванулась к сумочке, достал ключ и открыла ящик стола, в котором лежал пистолет. Они подошли к входной двери. Она была закрыта. - Вот видишь, замок не взломан, - сказала Тереза. - Я закрывал на два замка! - Ты забыл. Ты сразу же взял у меня пакет с продуктами и понес на кухню, а я захлопнула дверь. На второй замок мы не закрывали. - Возможно. Но туфельки не было, не было! Она лежала в ящике для обуви! Я сам ее туда положил. - Ты положил, а Ливи достала. - Господи, Тереза, да я чувствую! Я всей кожей чувствую, что здесь кто-то был! – Джейна охватило почти отчаяние. – Я знаю, что здесь только что был чужой. Не знаю, откуда, но чувствую. Может, запах? Это чужой запах. - У тебя хорошее обоняние, Джейн, но ты все же не собака... Оставайся с детьми, я проверю двор и калитку. Тереза, подняв пистолет, вышла в патио. Когда она вернулась, не обнаружив ничего подозрительного, Джейн сидел в детской, напряженно всматриваясь в темноту. - Патрик, ты в порядке? – спросила она. – Знаешь, тебе нужно показаться доктору. - Замолчи! – оборвал он ее. – Я знаю, что я видел! - Нет, не психиатру, - мягко возразила Тереза. – Кардиологу. Я заметила, что в случае волнения ты хватаешься за левую сторону груди. Тебе следует проверить сердце. Риск инфаркта в твоем возрасте… - Ну вот, теперь я уже старый маразматик, старый параноик и вообще старая развалина! - Я этого не говорила, - Тереза подошла к сидящему Джейну и поцеловала его в кудрявую макушку. - Иди спать, Тереза, - сказал Джейн. - А ты? - Я лягу в детской. Не могу оставить их одних в комнате.