Маги могут все

Цири стояла рядом с широкой каменной лестницей и высматривала потенциальную жертву. Спустя некоторое время она обратила внимание на толстенького мужичка, поднимающегося по ступеням. Он был одет в дорогую одежду и всем своим видом напоминал скорее купца, чем воина. Цири направилась ему навстречу. Поравнявшись с мужчиной, она споткнулась и упала, вскрикнув от «боли». Толстячок тут же кинулся ее поднимать, а девушка с готовностью приняла его помощь. Встав на ноги, она отряхнула брюки и поморщилась. – Какая я неуклюжая! Спасибо тебе, добрый человек! – сказала девушка. – Идти сможешь? – заботливо спросил мужчина. Цири, прихрамывая, сделала несколько шагов. – Думаю, да. Он попрощался с ней и пошел дальше. Когда он удалился на достаточное расстояние, Цири присела на ступеньки. Она вытащила из кармана кожаный мешочек и подкинула на ладони, а затем открыла его. «Еще раз спасибо, добрый человек», – подумала она. Цири раньше не видела таких монет, поэтому не могла оценить, много или мало средств в украденном кошельке. Оставалось надеяться, что для покупки меча денег хватит. С этими мыслями она встала, и отправилась на нижние уровни, где она видела торговые ряды. *** Ночью Цири направилась в покои Боромира. Она тихонько подошла и коснулась ухом отполированной поверхности двери. Никаких звуков не было слышно, и она не могла понять, спит он или же просто лежит, не двигаясь, пытаясь заснуть. Рисковать она не хотела, поэтому прислонилась спиной к стене и стала ждать. Она чувствовала слабость и усталость во всем теле, сказывалась предыдущая, почти бессонная ночь. Еще вечером она вспомнила, что сутки ничего не ела, но при таком напряжении ей и не хотелось. Цири была вымотана морально и физически. Ведьмачка простояла под дверями довольно долго, прежде чем с облегчением услышала храп. В какой-то момент она подумала, что ситуация повторяется, но отбросила эти мысли. «Фродо пытался снять Кольцо, вот он и проснулся. У меня другая цель», – решила она. Цири толкнула дверь и обрадовалась, что та снова не заперта. Когда она прикрыла ее за собой, дверь тихонько скрипнула. Цири вздрогнула, и ее сердце бешено забилось. Девушка замерла, пытаясь выровнять дыхание. Когда прошло несколько минут и стало понятно, что она его не разбудила, Цири подошла к кровати. Глаза потихоньку привыкли к темноте, и она смогла рассмотреть лежавшего на кровати мужчину. Он лежал на спине, длинные волосы разметались по подушке. Широкая грудь не была прикрыта, на ней лежала цепочка с Кольцом. Цири обнажила меч. «Почему ты не убил Исилдура? Ты всерьез считаешь одну человеческую жизнь высокой платой за безопасность всего Средиземья?» – Цири вспомнились слова, сказанные ей Элронду. Ее всегда раздражали эльфы с их псевдогуманностью, и тогда ей казалось, что она легко бы сделала этот очевидный выбор. А сейчас она стояла и с ужасом смотрела на красивое лицо Боромира. Один взмах меча – и она больше никогда не увидит его улыбку, не услышит звучного приятного голоса, он больше не попытается ее поцеловать…. Цири подумала, что она ненавидит Кольцо, отравившее его разум. Один взмах меча – и победа светлых сил станет близка, будут спасены тысячи жизней, война не поглотит целые армии и не пройдется по мирным жителям. А на пути к победе его жизнь. «Что значит одна жизнь, пусть даже жизнь великого воина, по сравнению с судьбой всего мира?!» – теперь Цири вспомнила их разговор с Гендальфом. «А что бы сделала на месте эльфов ты? О, я вижу ответ в твоих глазах, и скажу тебе вот что: сделать подобный выбор совсем не так просто как тебе сейчас кажется, и я никому не пожелаю подобного испытания, но судьба часто наказывает тех, кто говорит подобные вещи», – ответил ей тогда Гендальф. В глазах Цири появились слезы. Жизнь самого дорогого ей человека – Геральта, тоже висела на волоске. «Не мне беспокоиться за весь мир. Все, что я могу – это попытаться помочь близким мне людям, – честно призналась она себе. – Меня волнует лишь жизнь Геральта. И Боромира». Цири поняла, что не сможет его убить, пусть даже от ее решения зависела бы судьба Средиземья. Поняла, что не сможет такой ценой спасти Геральта. Она вернула меч в ножны и подумала: «Я должна найти другой способ». Неожиданно Боромир открыл глаза. Цири испуганно посмотрела на него и попятилась. Боромир же неторопливо зажег свечу и сел на кровати. Он пристально посмотрел на нее, а затем усмехнулся и покачал головой. – Немного поздновато для дружеского визита, ты не находишь? – поинтересовался он. Цири замялась, не зная, что сказать. Напряжение последних минут давало о себе знать. – Я прекрасно понимаю, для чего ты пришла, но хочу предупредить, что это никак не повлияет на его судьбу. – Ты о чем? О ком? – не поняла Цири. – Не придуривайся. Ты решила отдаться мне, чтобы я помиловал Геральта. Не стану тебя обманывать: на судьбу Геральта наша близость никак не повлияет, – объяснил он. Цири захлопала глазами и подумала, что ей даже в голову такое не приходило. Но, разумеется, переубеждать его не стала: было бы гораздо хуже, если бы он догадался, для чего она пришла на самом деле. Боромир встал и подошел к ней, он расстегнул застежку и снял с нее плащ. – Откуда у тебя оружие? – он увидел меч и уставился на девушку, требуя ответа. – Нашла, – буркнула Цири, не потрудившись придумать более правдоподобный ответ. Боромир отстегнул ножны и положил их на стол. – Вздумаешь еще раз «найти» что-нибудь подобное и я запрещу тебе покидать покои, понятно? Цири кивнула. Боромир протянул руки к пуговицам на ее блузке. – Что ты делаешь? – дернулась девушка. – Раздеваю тебя. Хотя, можешь сама, если хочешь, – он махнул рукой приглашающим жестом. – Я не настаиваю. Цири уставилась на него с изумлением, Боромир же неправильно расценил ее бездействие. – Что, ты уже передумала? Теперь тебе эта идея уже не кажется такой привлекательной? – в его голосе слышалась издевка. – Нет… то есть я и не собиралась… – начала Цири, но Боромир не дал ей договорить. – Я понял! Ты пришла в такое время, чтобы мне сказку на ночь рассказать, так ведь? – съязвил он, и повалил ее на кровать. – Только я уже не маленький и сказка должна быть эротической. Он откинул цепочку с Кольцом на спину и стянул с Цири блузку. – Как ты на такое решилась? – наконец, оторвавшись от ее губ, спросил Боромир. – Тебя же тошнит от меня? Он лежал сверху, придавив ее своим телом так, что Цири почувствовала все особенности строения мужского организма. Это возбуждало ее и не давало сосредоточиться настолько, чтобы сказать что-то внятное. Цири не ответила. Она запустила руку ему в волосы и поцеловала его. Боромиру, как оказалось, такого молчаливого объяснения было недостаточно: что-то как будто распирало его изнутри, не давало покоя. – Что же ты будешь чувствовать, когда я войду в тебя? Закроешь глаза, и представишь, что это делает Геральт? – снова прервав поцелуй, выдохнул он ей в губы. – Знаешь, ты мне симпатичен и, наверное, я могла бы полюбить тебя, если бы ты не вел себя, как последняя сволочь! – обиделась Цири. – Ты хочешь сказать, что разлюбила его? – Боромир замер в ожидании ответа. – Нет, я люблю его, но мои чувства изменились, – честно ответила девушка. – Это уже не та слепая любовь. Появившиеся чувства к тебе помогли мне избавиться от наваждения… – Значит, любишь? – глаза Боромира гневно сверкнули. – Любишь его, целуешь меня … Боромир отстранился от нее и сел на кровати. Он потер пальцами виски и поморщился: – Какая же ты все-таки дрянь! – он поднял с пола ее одежду и кинул ей в лицо. – Пошла вон отсюда! *** Денетор сидел за столом и подписывал бумаги, когда вошел Боромир. – Ну, и чем ты меня порадуешь? – спросил он. Боромир вяло пожал плечами – радовать было особо нечем. Он был не выспавшийся, что сказывалось на его настроении. А с утра еще и совесть замучила – он жалел о том, что так грубо обошелся с Цири. Как будто читая его мысли, Денетор спросил: – Сделал ли ты предложение Цири? Я все жду, когда ты придешь и скажешь, на какую дату хочешь назначить свадьбу, а ты все время ухитряешься избегать этой темы. – Сделал, – грустно сказал Боромир. – Я дал ей время подумать. – Нечего тут думать! – рассердился Денетор. – Тебе следует поторопить ее! Боромир даже думать не хотел о том, чтобы показаться на глаза Цири. Он сам не мог понять, что на него нашло: безумная ревность в тот момент могла соперничать лишь с чувством обиды и несправедливости. «Ради него она готова на все», – эта единственная мысль заполняла его сознание. Теперь, когда Боромир успокоился и стал вспоминать произошедшее, он начал понимать, что вел себя отвратительно, в его груди толкалось и причиняло дискомфорт чувство вины. – Хорошо, – ответил он отцу и поспешил уйти. *** Цири лежала на кровати и смотрела в потолок. Она чувствовала себя разбитой после этой ужасной ночи. Боромир унизил ее как женщину, но Цири дала себе слово не думать об этом. Что значит растоптанная гордость по сравнению с той опасностью, в которой находится Геральт? Она не винила себя за проявленную слабость, за то, что оставила в живых Боромира, и считала, что сделала правильный выбор. Теперь она пыталась придумать, как вызволить пленников. «Интересно, Боромир действительно верит в то, что был заговор? Или ему просто выгодно так думать? – девушка на секунду прикрыла глаза. – Он жаждет власти и боится появления законного наследника трона. Арагорну и впрямь придется нелегко, если пленников с помощью пыток заставят дать признательные показания». Беспорядочно толкавшиеся в голове мысли наконец-то оформились в полноценную идею. В этой закрытой горной крепости нечего и думать сделать что-либо силой. А магии она снова лишена, Боромир вовремя об этом позаботился. Цири решила, что действовать придется хитростью. Цири, решив выйти на улицу, распахнула дверь и уперлась в Боромира. Она не поняла, что он делал под дверью: то ли прислушивался, то ли стоял, не решаясь постучать. – Ты ко мне? – спросила Цири не здороваясь. – Да, – чуть замявшись, ответил он. – Что ж, проходи, – пригласила она его. Боромир сел в кресло, и помолчав немного, произнес: – Я обидел тебя. Прости, если сможешь. Не могу ничего с собой поделать, когда я думаю, о том, что ты испытываешь к Геральту, у меня случаются вот такие вот вспышки ревности, гнева, и еще чего угодно. – Если ты думаешь, что можно сначала выгнать меня, а потом просто прийти и извиниться… – начала Цири. – Что мне сделать, чтобы ты меня простила? – не дал ей договорить он. Цири стояла напротив и смотрела на сидевшего Боромира сверху вниз. Она скрестила руки на груди. – Выпусти Геральта, – попросила она. – Опять ты за свое! Я сюда не о нем пришел говорить, – запротестовал Боромир. Он не знал, как после такого начала разговора, заговорить о сделанном им предложении и понимал, что после всего, что случилось, шансы получить положительный ответ сводятся к нулю. – Зато я хочу поговорить именно об этом. Ты можешь просто выдворить Геральта и хоббитов за пределы своей страны. Зачем тебе казнить их? – Я уже все решил, и это не обсуждается! – начал злиться Боромир. Цири набрала воздуха в грудь и выдохнула: – Ты изменишь свое решение! – С чего бы это? – лениво поинтересовался он. – Я сделаю тебя королем, – чуть слышно прошептала девушка. Судя по его реакции, ее шепот просыпался солью на свежую рану. Взгляд Боромира налился свинцом, тело напряглось, а крылья носа раздулись. Он подался вперед и облизал пересохшие губы. – Разве такое возможно? Цири задрала подбородок и постаралась унять предательскую дрожь в голосе. – Маги могут все, – с вызовом заявила она, надеясь, что ее слова прозвучали достаточно уверенно. – Если такова цена за жизнь Геральта – я заплачу ее. Боромир с подозрением прищурился. – Я тебе не верю. Каким образом ты собираешься это сделать? – Знать подробности тебе не нужно. А если в общих чертах – то я проведу магический ритуал, после которого обстоятельства сами начнут складываться так, что это приведет к исполнению твоего желания, – на ходу придумывала Цири. – А, тебе еще и способность колдовать придется вернуть? – Боромир рассмеялся. – За идиота меня держишь? – Этот ошейник тебе действительно нужно будет с меня снять, иначе как я смогу провести ритуал? Ты, конечно, можешь отказаться, если не доверяешь мне. Но простишь ли ты потом себя за то, что не использовал такую возможность? – Я не соглашусь на это, потому что прекрасно понимаю, зачем ты все придумала – хочешь любой ценой спасти Геральта, не так ли? Хочу тебя огорчить: в то, что ты насочиняла, даже ребенок не поверит. – Я клянусь тебе, это правда! – крикнула Цири. – Клянешься, значит? Может ты мне и Нерушимую Клятву дать готова? Такую, как Элронду? – зло выплюнул Боромир. Цири, не ожидавшая такого поворота, опустила глаза, но потом быстро взяла себя в руки. – Фарамир рассказал тебе? – севшим голосом спросила она. – Конечно. А как ты думала? – Боромир усмехнулся. – Не забывай, он мой брат. Знаешь, а я ведь тогда почти поверил тебе. Решил, что ты действительно хочешь изменить свою жизнь, жить в большом городе, как нормальные люди живут. Даже была такая мысль, что я тебе приглянулся. Его слова были пропитаны горечью. – И ты не ошибся, – поспешила успокоить его Цири. – А ты, оказывается, просто рядом с Кольцом находиться должна, – продолжил Боромир, не обращая внимания на ее слова. – Ну, так как? Готова ты такую клятву дать? Цири на мгновение задумалась. – Готова. Только и ты в таком случае поклянешься выпустить из тюрьмы Геральта и хоббитов. Боромир смотрел на нее с изумлением. Он был уверен в том, что все сказанное ею – блеф, поэтому не ожидал, что она согласится. – Я дам тебе клятву в любое время, нужен будет лишь один свидетель, – сказала Цири. Боромир и не ожидал, что в следующую секунду Цири удивит его еще больше, заговорив о том, за чем он к ней пришел. – Что касается твоего предложения… если оно еще в силе, то я согласна, – сказала девушка, хитро улыбнувшись. Боромир, полчаса назад направляясь к ней, и подумать не мог, что все сложиться так удачно.