Novacaine

Солнце приятно светит в лицо. Я зеваю, но глаза не открываю. Лениво улыбаюсь и отдаюсь воспоминаниям… вчера все было столь прекрасно, что мне просто не верится, что это не сон. Подтягиваюсь и чувствую теплое дыхание над ухом. Знакомый и столь ласковый голос шепчет: — Просыпайся, Билли. Солнце уже взошло. — Майк, нет… — Да, — отвечает он и толкает меня локтем под ребра. Я открываю глаза и вижу его лицо перед собой. Майк целует меня в губы. Я улыбаюсь, чувствуя его руку. Он нежно переплетает свои пальцы с моими, слегка сжимает мою ладонь. Мой рот приоткрыт, Майк целует меня глубоко и очень чувственно. Вчера был такой прекрасный день. Я растворяюсь в его обществе. И пусть я ничего о нем не знаю, но он дарит мне покой. Что еще нужно для счастья? Когда ты начинаешь жить, когда можешь вздохнуть полной грудью, а воспоминания отходят на задний план. И пусть все это действительно неправильно, мне все равно. Я обрел в нем новую веру, новую жизнь и самого себя. Майк сделал мне тот подарок, о котором я мечтал все время со смерти папы. Мой Майки столь нежен со мной, что мне хочется остановить время. Я обрел его, когда пришел в тот бар, когда он вытащил меня из передряги. Это лучший подарок, которой только был у меня в жизни. Пытаюсь вспомнить, когда и где я уснул, но последние, что помню — вкус апельсинового сока и мятной жвачки у Майка во рту. — Ты вчера уснул на камне, когда я отошел. Я решил тебя не будить и перетащил в машину, — отвечает парень, отстраняясь, будто читая мои мысли. — Не надорвался? — спрашиваю я с усмешкой. — Ты не такая тяжелая, принцесса, — ржет в ответ Майк. — Ты давно встал? — Посмотри, где мы и, я думаю, догадаешься. Я оглянулся и увидел, что передо мной не вчерашний город ангелов, а пляж. Побережье океана, где находимся только мы вдвоем. Здесь невероятно красиво. Сейчас рассвет, солнце выглядывает из-за горизонта, огромные волны разбиваются о песчаный берег, а на побережье полумрак. Все затянуто тучами, но это разряжает обстановку после вчерашнего зноя. Обстановка похожа на Родео, но воспоминаний нет. Они просто исчезли. Люди еще спят, поэтому мне становится еще приятнее. Сейчас совсем рано, даже машин нет. В городе ангелов правит сон. Улицы пусты и безлюдны, движение полностью остановлено. Не спим только мы. Майки держит меня за руку и целует за ухом, а я наслаждаюсь его обществом, ведь больше мне ничего не нужно. Это волшебное состояние полного забвения, я ничего не помню из жизни в Родео, мое спокойствие со свистом проносится по венам, а сам я чувствую безграничную любовь к Майку. Я понимаю, что он изменил меня. Полностью, всецело, навсегда. И это действительно бесценно. — Это очаровательно, Майки. — Пошли, — говорит он, стягивая с себя майку, после чего выбегает из машины на пляж и бежит в воду. Майк ныряет с головой, после чего улыбается мне. — Ну давай! — и он бьет рукой по воде. Лениво потягиваюсь, стягиваю футболку и бегу к воде. Прохладный морской ветер дует мне в лицо, вызывая мурашки. Солнце еле видно из-за набежавших туч, и лицо Майка становится трудно разглядеть. Я разбегаюсь и через пару секунд оказываюсь в океане. Мне дико холодно, вода обжигает и мне хочется вылезть, но я плыву к Майку. Вода еще не прогрелась, и это, несомненно, заставляет плыть еще быстрее. Я уже не чувствую дна, когда подплываю к Майку, поэтому просто висну на его шее. Блин, а ведь он выше меня. Ну и ладно. Я целую Майка в губы, но он отстраняется и произносит: — Я вызываю вас на бой, Билли Джо! — и брызгает в меня водой. — Я принимаю вызов! И мы начинаем дурачится. Мы играли, как дети. Миллиарды брызг летели в разные стороны, а мы просто громко смеялись. Я терял счет времени рядом с Майком. Я чувствовал себя настолько живым, что лучше и быть не могло. Я терял счет времени, когда он был рядом. Я прыгал на Майка, а он топил меня. Это было безумно весело. Мы прыгали и резвились долго, но настала пора расстаться. Из желанной тени забвения вывел теплый голос Майка, пронизанный тем же счастьем, что окутывало меня: — Пора, Билли Джо. Мне нужно идти. Я грустно покачал головой, и мы пошли к машине. Всю дорогу мы молчали, наслаждаясь обществом друг друга. Я смотрел в окно, где проносились высокие здания и люди, идущие на работу. Майк вел аккуратно, но весьма уверенно, мы ехали быстро, адреналин поступал в кровь. Он с моим спокойствием создавал дикие, совершенно новые и непонятные ощущения. Я взял Майка за руку и улыбнулся. Мы ехали к бару невероятно долго, а когда мы приехали, я спросил: — Ты же придешь сегодня, да? — Конечно, Билли. Ступай, — и он нежно поцеловал меня в щеку. Тонкие губы коснулись кожи, и я почувствовал, как краска заливает мое лицо. — До встречи, Майки. — До встречи, Билли Джо. И я вышел из машины. Сейчас около часа, наверно. Мне не особо хотелось топать домой, но я знал, что если не приду, то от дяди мне конкретно влетит. К тому же, я не ночевал дома, а за это придется оправдываться. Не то что бы дядя был надоедливым ублюдком, просто нужно к нему хоть чуть-чуть уважения. И вопреки своей природе я понимаю, что обязан его проявить. Ведь я обещал себе, что начну жить, а тогда нужно обзавестись совестью. Я быстро шагаю по людной улице. Людей много до чертей, но меня не колышет. Я занят мыслями о голубоглазом парне. Он был сегодня столь живым и нежным, что я действительно млел. Я не заметил, как знакомыми переулками дошел до дома. Я уже стою около двери, перевожу дыхание и звоню. Мелодия эхом отзывается в коридоре, и на пороге появляется дядя. — Здравствуй, Билли. Где ты был? — Я… гулял. — В следующий раз предупреждай, если решил развлечься. Погуляй с Алексом, — холодно произнес дядя. — Ко мне, — скомандовал я. Пес подошел. Я пристегиваю поводок и иду на улицу. К счастью, здесь никого нет, и из состояния полного покоя меня ничто не выводит. Я бреду по пустынной улочке и потихоньку обдумываю происходящее. Медленно подхожу к парку. Сегодня сумрачно. Тени высоких деревьев падают на лицо. Дует прохладный ветер, и я начинаю слегка дрожать. Дергаю Алекса и иду к озеру. Мутная вода отражает мой силуэт. Смотрю в водоем и замечаю пару рыбок. Опускаю руку в прохладную воду и выдыхаю. Алекс весело прыгает вокруг меня и манит за собой. Бегу за псом в рощу, и мы начинаем носиться по парку. Как же чертовски хорошо. Я бегу за своим псом, а он несется дальше, и я начинаю смеяться. Просто потому, что мне чертовски хорошо. Перепрыгиваю через пни и ветки, а пес только растворяется в дали. Наконец догоняю его и перевожу дыхание, но гневные голоса вырывают меня из состояния эйфории. — Кто же это здесь? Неужели сам Билли Джо? — спрашивает мрачный силуэт, и люди начинают ко мне приближаться. Вижу две огромные фигуры, которые имели телосложение Пита. Не к добру… — Кто вы? — спрашиваю я, хватая пса за ошейник. — Не с теми связываешься, дружок. Имя Майк Дернт тебе знакомо? — Да, а зачем это вам? — происходящие начинает меня слегка запугивать. Почему он замешан здесь? Что-то здесь не так… — Не с теми связался, парень, — и мужчины начинают подходить. Резко дергаюсь назад, но сильная рука останавливает меня, и я чувствую чье-то дыхание за ухом. Оборачиваюсь вокруг себя и понимаю, что нападавших семеро. Семь огромных ломов окружили меня и зажали, не давая пройти. — Засада? Окружили? Как же подло. Знаете, а ведь это достойно вас. Жалкие людишки. Ни черта вы не стоите, гаденыши. Идите к своим приятелям, а то самостоятельно до вас не доходит, что ко мне не стоит лезть. — Знаешь, а жалко тебя. Ты ведь ничего не знаешь. — Оставьте меня в покое, — произношу ледяным голосом. — Страшно? — голос со спины. — Не уже ли бесстрашный дружок Майка испугался? Ну, Билли, так же совсем не интересно... Знаешь, ведь это не так уж и страшно. Настоящий страх — видеть то, как убивают твоих близких. Как пули пронзают головы твоих родителей. Страшно — это когда ты видишь, как из тела вылетает душа твой матери. О, это страшно. А потом ты видишь стройную фигуру парня с голубыми глазами… и это чувство мести в тебе. Не дает спать, не дает жить… тебе это знакомо? — Да… — выдыхаю я. Происходящие начинает меня волновать. Причем здесь Майк? Что за бред? — Тогда ты поймешь нас. Ты ведь ничего не знаешь о Майке, да? Ты ведь не знаешь, что он убийца? — Что? — в ужасе спросил я, но в ответ получил оглушающий удар по голове. Чувствую, как она начинает кружиться, перед глазами все плывет. Удар, еще… невольно падаю на землю. Чьи-то сильные руки хватают меня за тонкую талию. Удар по лицу, из губы начинает течь кровь. Глаза начинают закатываться от адской боли, но удар ногой по животу приводит в себя. Боль снова окутывает меня. Тело горит и раздирает на куски. Мне дико больно. Меня бьют руками и ногами, боль становилась частью меня. Болезненные прикосновения заставляли меня дрожать. Я уже слабо осознавал, что происходит, когда сильные руки стали расстегивать мои узкие джинсы. Где-то вдали я слышу собачьи визги. — Не трогайте пса… Алекс, беги, — и снова удар. Лицом о колено. Кровь течет струйками по моему лицу. Меня кладут на землю и раздвигают мне ноги. Страх подступает к моему горлу. Тихо всхлипываю от ужаса. — Чего ты такой нервный, а? Успокойся, — говорит парень, снимая штаны. Закрываю глаза и изо всех сил сжимаюсь. Руки кладут мне на плечи, и вспышка боли проходит по всему телу. Я чувствую чей-то большой член внутри. Толчки резкие и до безумия болезненные. — Да, я у тебя первый? Какая честь иметь твой зад, Билли Джо! — пытаюсь пихнуть его ногой, но тело держат, а сам я уже не в силах что-либо делать. Я уже не чувствую боль, она просто стала мной. Мой зад горит, органы внутри будто разрывает на куски, а сверху сыплются удары. Мне открывают рот и заставляют сосать. В глотку упирается чей-то член. Мне настолько противно, что по глазам текут слезы. Сперма и кровь текут по моему лицу, и дрянь, в которую меня окунули отвратительна. Боль пронзает тело, я начинаю давиться и не справляться с рвотными рефлексами. — Какой ты узкий. Майк бы оценил! — голос становится хриплым, а толчки рваными. Меня трахают во все дыры, боль становится сильнее с каждой секундой, а когда ее становится слишком много, я проваливаюсь во мрак…