Поменявшись местами

Сражаясь с нешуточным волнением, Акаши открыл дверь спортзала и пошёл вперёд, ведя остатки команды за собой. Было странно не слышать привычного трёпа Кисе, который уехал к Rimfire в Минесотту, где проходил их концерт, сразу по завершении финальной игры. В той игре они победили, как и обещали Куроко, но даже это не особо радовало. Акаши продолжал во всём винить одного себя и уговоры Мидоримы не смогли изменить его мнения, но всё же ему придавала сил прощальная записка Тецуи. Сейчас его команда направлялась на тренировку JBL, надеясь в глубине души на непринятие. Никакие слова Фантома не смогли унять чувство вины, которое росло в геометрической прогрессии. — Здравствуйте... — громко, на весь спортзал, поздоровался Акаши, привлекая к себе внимание. Тренирующиеся игроки тут же повернули головы в сторону прибывших, временно прекратив занятие, и Чудеса узнали в толпе знакомые лица. Ханамия с Имаёши, Хайзаки с Касамацу, Вакамацу с Изуки, Хаяма, Мибучи и Небуя. Остальных ребята видели разве что по телевизору или в журналах, или же не узнавали совсем. И, в отличии от Чудес, они сразу же вернулись к тренировке, не интересуясь прибывшими и даже не обращая на них внимания. Но не Хайзаки. С прежней, неизменной за всё время ухмылкой он направился к ним. — Ну и ну! Смотрите, кто пришёл! — ещё шире улыбнулся он, издевательски сверкая глазами. — Меня предупредили, что вы, ребятки, заявитесь, и просили кое-что передать, но, думаю, вы и так понимаете, что, хоть вас и звали играть за Лос-Анджелес Лейкерс, особого отношения вам ждать не стоит. Поколение Чудес давно вошло в историю, и именно из-за своего отъезда. — Что ты имеешь в веду, ублюдок? — тут же вышел из себя Кагами, не собираясь осторожничать с Шого. А стоило, ох как стоило... — Хэй-хэй, легче, тигрёнок, — ухмылка стала ещё шире. — То, примут вас, или нет, зависит оттого, как к вам отнесётся команда, и больше ни от чего. Вам некого удивлять своими способностями, будь вы хоть сто раз гениями баскетбола, усекли? — Да, разумеется, — спокойно сказал Акаши, на корню пресекая попытку Кагами возмутится. — Проведи нас к тренеру. — Как скажешь, босс, — съязвил Хайзаки, махнув рукой. — Идём. Тренер отреагировал совсем не так, как ожидали Чудеса, если они вообще чего-то ожидали, но его позиция оказалась для ребят полнейшей неожиданностью. После пары вопросов он заявил: — Не я с вами играл когда-то, не мне с вами играть впредь, и не мне принимать решение, хотя я, естественно, сторонник того, чтобы вы остались с нами. Ребята пусть сами решать, каким будет условие — заметь, Хайзаки, только одно, — обязательное для вашего вступления в команду. Изуки, Имаёши, Касамацу, идите сюда. — Хотите, чтобы мы четверо всё обсудили, да? Это бессмысленно. Ответ тут один, — посерьёзнел Шого, дабы за миг вновь оскалится... — Вы сыграете с Трио Молний Токио, — начал Касамацу.— Если победите — а я искренне в этом сомневаюсь, — мы безоговорочно примем вашу силу, а тогда делайте, что хотите. Проиграете, и мы больше не будем напоминать себе и вам о вашем эгоизме и вместе поставим точку в этой истории, — пожал плечами юноша. — Что ещё за Трио Молний? — с недоверием спросил Дайки, внимательно наблюдая за поведением Хайзаки, который откровенно радовался происходящему. Медленно, но всё собиралось в одну картинку, и если бы Чудеса решились приплести ко всему новые невероятные способности Тецуи, они бы догадались полностью обо всём. — Небесная, Огненная, Чёрная. Межшкольные соревнования два года назад они превратили в войну с Ракузан и между собой. Хайзаки начал смеяться. По его мнению, с Небесной Молнией всё было более чем очевидно: у какого ещё игрока в Токио могут быть волосы и глаза цвета неба? Не догадаться мог только идиот. И как же те, кто теперь всегда рядом с ним? Химуро и Такао, огненного цвета форма последнего и его прозвище... По крайней мере Мидорима обязан был всё осознать, так как когда-то он играл за ту же школу... Ребята завалились домой к чертовски злому Кагами, и никому не хотелось его успокаивать. Одолеваемый плохим предчувствием капитан всего лишь взглянул на него, и протесты Тайги по поводу того, что ребята нагло ведут себя, как дома, мгновенно заглохли. Тем временем Дайки залез в компьютер, что чуть было не вызвало новой волны возмущения, пока хозяин квартиры не увидел, что именно делает форвард. Открыв браузер, он набрал в поисковике:

Трио Молний Токио

Команда мгновенно столпилась вокруг парня, уставившись в монитор. Взору ребят открылись множество фан-групп, посвящённых этим Молниям на фэйсбуке, их общий аккаунт в твиттере, и, как бы ни странным это ни казалось, несколько страниц о Rimfire. Найдя электронную версию "Ежемесячного Баскетбола" почти двухлетней давности, Чудеса удивительным образом прояснили для себя вполне всё.

Величайшая потеря японского баскетбола и прекрасная находка в мире музыки!

Куроко Тецуя, Казунари Такао и Химуро Тацуя, широко известное Трио Молний, после своего выступления на Uprising Sun Rock Festival на всю страну заявили о своём намерении начать профессиональную музыкальную карьеру в качестве Rimfire. Появившиеся со сверхскоростью поклонники новоиспечённой группы восприняли эту новость с неописуемым восторгом, однако она существенно огорчила фанатов баскетбола. Оно и не удивительно: всё указывает на то, что на площадке они больше не появятся, не так ли? Но вот что говорит об этом сам Фантом: — Факт рождения Rimfire ни за что и никогда не станет смертью Молний. Дайки вдруг резко, даже не дочитав статью, опустил голову на руки, принявшись просто истерически ржать. Стоящий рядом Акаши лишь сжал спинку кресла, спросив у самого себя: — Это судьба, ведь так? Мы связанны её порванной нитью... Впрочем, разве может быть иначе после того, что мы наделали? Его голос сорвался. С другой стороны от всё ещё ржущего Аомине Мидорима без слов взял мышь и с горем пополам вернулся к поисковику, после чего перешёл на YouTube и повторно ввёл заветное название и выбрал первое попавшееся видео. — Ничего себе, — выдохнул парень, аж остальные удивлённо на него посмотрели. Шинтаро на это всего лишь привычным жестом поправил очки. — Что такое? Если он играет так ещё в самом начале, то что дальше? Выглядит так, будто вы никогда фан-видео не смотрели. — Вот я никогда бы не подумал, что ты, Мидорима, можешь увлекаться чем-то подобным, — немножко упокоившись после своей недавней истерики заявил Дайки.— С каких пор ты смотришь такое? — Было дело в детстве, — ответил тот. — Я начал играть, как и Куроко, пару раз посмотрев игры НБА, но это случилось со мной гораздо раньше, чем с ним. Тогда я очень увлекался подобными видео на YouTube и мечтал попробовать сыграть сам. — Ну, понятно, — вздохнул Акаши. — А теперь ешьте и пойдём на тренировку.

***

Сквозь сплошную стену дождя трудно было разглядеть даже товарищей по команде, идущих рядом. Даже зонтики не особо спасали. На памяти сопровождающей ребят Момои Сацуки никогда не было такого ливня. Или, может быть, она просто слишком давно в последний раз в разгаре зимы не гуляла по Токио. — Долго ещё переться? — раздражено спросил Кагами. Акаши отрезал: — Это ты нам расскажи. Ты случаем не должен был запомнить дорогу? Тем более что стадион в шаге от твоего дома. Кагами был далеко не так глуп, чтобы влезать в спор с Акаши, которого только пять минут назад до предела взбесил Мурасакибара, пытаясь набрать в спортивную сумку побольше вкусняшек. Что же, это его успокаивало, и, ко всему прочему, нервы ребят и так были чрезмерно напряжены, и малейшая искра разжигала между ними адское пламя постоянных ссор. А всё потому, что сегодня должна была состояться встреча с Тецуей, — прошлым вечером Хайзаки по телефону сообщил ребятам о нескольких вещах. Во-первых, игра Чудес с Молниями должна была состояться ровно через неделю, на протяжении которой друзья, враги и просто наблюдатели в виде игроков JBL будут тренироваться вместе, и во-вторых, предстоящий матч должны были придать огласке и провести его на профессиональном уровне. Наконец, парни решили прийти часика на три пораньше и немного позаниматься в пустом зале для успокоения расшатанных нервов, но там их уже кое-кто поджидал. Хайзаки сидел на одном из мест в третьем ряду позади Кисе, во что-то играя на телефоне. На краю площадки в позе лотоса приютились двое из трёх Молний, Такао и Химуро со свистком на шее. Зрачки Казунари были неестественно сужены, глаза светились настолько, что казались голубыми. Мидорима хорошо знал этот взгляд, в Шутоку он часто замечал подобные кратковременные вспышки, вот только сейчас странное сияние Ястребиного Глаза было ровным и постоянным. Юноша явно наблюдал за Тецуей, который быстро вёл мяч с завязанными глазами, резко останавливаясь и меняя направление, делая финты... — Ещё пять сантиметров вправо — и ты порвал бы связки, — вынес вердикт Такао. — Тебе необходимо немного замедлить ритм, но увеличить скорость, иначе есть риск полнейшего провала. Ещё раз. — Покажи снова, Тацуя, — попросил Фантом, стягивая повязку с глаз. — Или... У меня есть идея получше. Сыграем один на один. — Позволишь раскрыть свои секреты? — спросил он в ответ, кивнув на небольшую толпу, сформированную Чудесами, и Куроко повернул голову. Взглянув ему в глаза, Кагами сглотнул. Дайки же увидел в юноше отражение прошлого себя. Нахмуренные брови, суженные, смотревшие свысока потемневшие пустые глаза... — Не слишком ли рано вы сюда пришли? — спросил он тоном, соответствующим выражению лица. Холодным, малость дерзким, тихим голосом. — А как тогда насчёт тебя? — отбил удар Кагами. Аомине вздохнул. — Остаёшься на сверхурочную тренировку? — спросил он, тут же дав ответ самому себе. — Всё-таки некоторые вещи имеют свойство не меняться. — Да, ты всё правильно понял, — слегка улыбнулся голубоглазый. — И сколько времени ты уже здесь? — осторожно поинтересовался Дайки, выступив наперёд. Его настораживал тот факт, что Тецуя снова ведёт себя практически как прежде. Привычки в разговоре, рожа кирпичом... Но всё же... — Час и ещё перед этим два рано-утром, перед съёмками. После тренировки я ну никак не могу остаться, на мне ужин. — Ты научился готовить? — немного нахмурил двойные брови Тайга, припомнив нечто, однажды сказанное Фантомом: "Никто не может сварить яйца хуже, чем я." — А как же! Я должен хоть немного облегчить жизнь Хару... — ...А то я как скотина неблагодарная, — закончил фразу Казунари, однако Куроко даже не улыбнулся. — Хватит болтать, возвращаемся к работе, — на миг прервавшись, он прикрыл глаза и встряхнул головой. — Половина площадки вам, половина — нам. — Щедро, учитывая тот факт, что нас почти вдвое больше вашего. — Поместитесь. А мне необходимо много места для манёвра. Юноша снова завязал себе глаза, одновременно отвечая на вопрос Акаши, зачем он это делает. Как оказалось, его целью было "отключить" глаза и таким образом усилить восприятие других органов чувств, дабы более остро запомнить свои действия. — Ритм, Казу, — тихо попросил он, послав мяч адресату. Тот пару раз неравномерно отбил его от пола, после чего вернул его обратно Куроко, что воспроизвёл услышанное в движении, а именно ещё раз повторил тот самый финт. Заблокировав глаза, Тецуя усилил восприятие слуха и воспроизвёл заданный Такао ритм с лёгкостью. Со стороны казалось, мол повторить за ним проще простого, но Глаз императора видел, насколько проработано каждое оное движение. — Ладно, Тецу, молодец, а теперь уступи другу место. — А не помнишь ли ты, как мы делили площадку ранее? — с хитринкой в глазах спросил юноша, стянув повязку. Такао поёжился. — Разыгрывали один на один, втроём, каждый сам за себя, — напомнил Химуро, поднимаясь с пола. Казунари нехотя последовал за ним. Чудеса тем временем словно и забыли, что должны были делать, уставившись на не менее забавную компашку, чем та, которую образовывали они сами. Акаши же погрузился в собственные мысли. Он никак не мог понять, что толкало Тецую так поступать. В отличии от остальных, один он простил им всё и просто отпустил. Именно по вине Чудес он пережил то, что другим и в страшном сне приснится не могло, и нашёл в себе силы сделать это. Они четверо продолжали терпеть предателей рядом с собой... Раз Тецуя главный среди них, что было заметно с первого взгляда, не он ли, значит, попросил их делать так, как он хочет? Но зачем? Можно ли попытаться узнать, что у него на уме, если сейчас он — совсем другой человек. — Слушай, странно, почему они не действуют сообща, чтобы отобрать мяч у Такао? — ни у кого спросил Дайки, вернув капитана на грешную землю и заставив присмотреться к происходящему на другой половине площадки. И вправду, как Тацуя и говорил ранее, каждый был сам за себя. Судя по всему, они даже думать не думали о том, чтобы хотя бы попробовать объединится против общего врага или скоординировать действия друг с другом. Это была война... Снова. Тот Куроко, который мог только положится на своих товарищей... Это был не он. Новый Тецуя всматривался в противника до того пристально, что его глаза бегали туда-сюда с нечеловеческой скоростью и светились изнутри подобно Ястребиному или Императорскому Глазу. Сам парень ничуть не стал быстрее, если сравнивать с ним же из трёхлетнего прошлого, но теперь он умудрялся с лихвой это компенсировать благодаря исключительной наблюдательности, избегая таким образом любых лишних движений. — Вам не кажется, что Куро-чин как-то странно двигается? — спросил Ацуши, из ниоткуда добыв очередной леденец, однако тот замер на полпути в руке гиганта. Акаши тут же заметил, что тот, наверное, из-за нервов, ведёт себя слишком неестественно. Кроме того, этот сладкоежка обычно и думать не думал о том, чтобы спокойно себе наблюдать за чужой игрой и отслеживать чужой стиль. — Дело в его способности, придурки, — донеслось из-за спины Кагами. Сейджуро из последних моральных сил проигнорировал пренебрежительный тон и повернул голову в сторону говорящего. Тайга же взвыл, подскочив вверх почти на метр. — Кисе, какого черта?!. Не копируй Куроко! Погодь-ка, что? — Из-за того случая он надолго перешёл в состояние Зоны, правда только сейчас по нему и не скажешь. От этого проклятия он до сих пор окончательно не избавился, но за это время он полностью взял под контроль свои разум и тело, а ещё приобрёл мою способность. Разобравшись в себе, он так же нашёл свою настоящую силу, подняв уровень своей наблюдательности. Теперь, если он сосредоточится по-настоящему, то сможет замедлить происходящее в своих глазах, и реагировать на всё в разы быстрее, таким образом его нельзя застать врасплох. Дело в том, что возрастает его скорость мышления. — Ого... серьёзно, что ли? — проснулся Ацуши, содрав обёртку с леденца и засунув его в рот. Думать во время игры было для него чем-то немыслимым — он всегда играл, полагаясь на исключительно на интуицию, и никогда ничего не анализировал, однако из-за достаточного количества преимуществ это было ему вполне простительно. — Вполне, — на ходу бросил Химуро, догоняя мяч, что его только что выбил из рук Такао Куроко. Как он успевал следить одновременно и за игрой и за разговором — загадка, тем не менее, ему удалось даже забить, пройдя парой финтов Ястреба и обогнав Тецу. — Ну что тут поделаешь, — вздохнул последний. — Площадка твоя. Но вдруг на бледном лице расцвела широкая, не лишена коварства улыбка: — Однако, только на десять минут. — Разумеется, — ответил Тацуя, поворачиваясь к кольцу; он отрабатывал бросок с середины площадки. Мидорима переспросил: — Вы играете только до первого удачного броска? И в самом начале мяч у того, кто победил в предыдущий раз? — Не совсем, — ответил тот же Кисе. — Тот, за кем была предыдущая победа, вбрасывает. Главная проблема в том, что все трое умеют делать обманку, бросая незаметно для других двоих, и могут забрать мяч до того, как противники успеют сориентироваться. Естественно, все трое так же знают, в чём фокус, потому такое не всегда проходит. — Мы научились предугадывать, когда будет вбрасывание по правилам, а когда — обманка, хотя занимались вместе всего ничего, меньше года, — добавил подошедший Куроко, которому без мяча, гитары и микрофона было чертовски скучно. — Те межшкольные, летние и Зимние игры, в которых мы брали участие без вас... Схватка асов в матчах всегда рано или поздно становилась безнадёжной затеей. Мы оставались полезными на площадке лишь до тех пор, пока не сталкивались друг с другом, так как мы делали друг друга полностью бесполезными. Никто не мог пройти другого из-за глухой блокировки, ведь мы слишком друг к другу привыкли. — После нашего отъезда вы стали асами своих команд? — уточнил Дайки. Нечто всё не давало ему покоя. — Что насчёт Хайзаки? — Он перевёлся ко мне в Сейрин, но баскетбол бросил, — нагло соврал Тецуя. Химуро остановился в процессе броска, выпустив мяч из рук; Такао нахмурился и отвернулся; Кисе, цыкнув языком, с ненавистью уставился на объект вопроса. Куроко, заметив мгновенно наступившее замешательство Чудес, что уже начали что-то подозревать, слегка засмеялся, потрепав новоиспечённого брата по золотистой макушке. Хайзаки же отвёл глаза в сторону. — Если я говорю «хватит», значит — хватит, полудурки. Дружба дружбой, но такого отношения я не потерплю, потому что вы лезете не в своё дело, а мне впадлу снова об этом базарить. Юноша снова излучал ту опасную ауру, что за считанные секунды накрыла Мэдисон Сквер Гарден, стоило Тецуе вступить в конфронтацию с капитаном Нью-Йорк Никс... — Хэй, ребятки, не бесите демона в нём, если не знаете, чем это может быть чревато, хотя очевидно же, что на самом деле всё вы прекрасно знаете. Узнав голос, Хайзаки скис ещё больше, в то время как остальные ребята напрочь о нём забыли, тут же засияв от счастья, как дети. — Йо, Куроко-кун, ребята. Привет. Я наконец к вам вернулся. — Киёши!!! — заорали вместе все трое, сорвавшись с мест, и налетели на центрового, чуть его не оглушив. Тот, бедолага, от такого совсем перепугался. — Вы что, настолько не рады меня видеть, что решили убить? — жалобно спросил он. Кагами переполнило ощущение дежавю. Благодаря Теппею они смогли закончить матч с Шутоку в ничью и, пытаясь дать ему пять, сбили с ног. Киёши тогда подумал так же. — Ты чего? Мы же тебя три года не видели! Как нога? — Я решил — и могу — вернутся на площадку. — Придётся тебе нас догонять, дружок, — ухмыльнулся Хайзаки, быстро придя в себя. — Да знаю, знаю... — наигранно тяжело вздохнул Теппей. — Поезд ждать не будет. — Тецу, дай блокнот. — ...Ась? — У меня идея. — Хм, не часто Тацу песни пишет. Но это значит, что площадка теперь свободна. Киёши, Шо — вы против нас с Казу. Два на два. — Идёт. Идеально для разминки. — Надеюсь, ты любишь проигрывать, — Такао ответил на оскал Хайзаки таким же. — Дадим вам фору, так и быть. Юноша бросил форварду мяч, отступив на насколько метров, и тут же согнулся, как хищник перед прыжком. — Вперёд! — скомандовал Куроко, и уже за миг все пятеро перестали обращать внимание на Чудес, погружены каждый в своё занятие. — А обо мне забыли. Нечестно. Аомине, не хочешь махнуться? Глаза Рёты светились вызовом, а на лице играла такая дерзкая полуулыбка, что Дайки не сумел устоять. Остальные же на миг замерли, даже прекратив дышать. Кисе впервые за три года попросил Аомине о таком. — Между прочим, я в Америке играл далеко не в полную силу, — предупредил он, ещё больше разжигая азарт у оппонента. Тот зашипел. — Ну-ну, не смотри на меня так. Даже войди я в Зону, в матчах это бы всё равно не помогло. Сконцентрируйся.

***

Дни летели незаметно, и первый из них запомнился Мидориме кое-чем не самым приятным. — Эй, Мидорима, тут Тецу решил подбросить Аомине и Момои, а ещё он слишком неоднозначно таращится на меня, — по окончании тренировки буркнул Такао, подойдя почти впритык, но смотря совсем в другую сторону. — И так как я несмотря на всё разговариваю с тобой более или менее нормально, сделай одолжение: я тебя подбрасываю и мы об этом забываем. Этим «кое-чем» и стала поездка на мотоцикле. Такао летел по ночному городу так, что казалось, мол на малейшей неровности дороги они взлетят в воздух и в один присест попадут на Луну, если не на Марс. Прекратившийся в то время дождь с новой силой возобновился на полпути, и поездка превратилась в приём душа со скоростью триста — триста!!! — километров в час. Бывали моменты, когда Мидорима думал, что не доживёт до следующего поворота. Тем временем те самые Аомине и Момои испытали такой же стресс, только Тецуя летел чуточку быстрее, да и на дождь он отреагировал совершенно иначе. Когда Такао с удовольствием пытался утопить и заморозить Шинтаро одновременно, Куроко заявил, что они могут переждать дождь, согреться и обсушится у него дома. Сацуки старательно отказывалась, чувствуя себя неловко, но Тецуя только засмеялся и сказал, что из-за рёва мотоцикла ничего не слышно. Кончилось всё тем, что они втроём, истекая водой, перешагнули порог огромной и очень уютной квартиры. — Простите за вторжение, — тихо умоляла девушка, кланяясь во всех направлениях по десять раз, пока нежная тёплая рука не легла ей на плечо. Сацуки подняла голову, и с одного взгляда поняла, кто перед ней. Форма глаз женщины была точно такой же, как у Кисе Рёты, но светло-серого цвета; они словно светились изнутри. Короткие пепельные волосы торчали во все стороны. Хару приветливо улыбалась, и вдруг смутилась, когда муж всего лишь на миг прикоснулся губами к её макушке. — Хару, я на кухню. — Тецу... — Да? — Кацура-кун звонил, пока тебя не было. Сказал, что определился с тем, что будет изюминкой вашего следующего альбома. — Уточнил? — О, ещё как. К вам в группу добавят нового участника. Юноша от неожиданности даже лук выронил. — А ещё вы с этим альбомом дебютируете в Штатах. — Ну, это не удивительно. Так что насчёт новичка? — О, она с вами постоянно не будет, только недолго, на один альбом. Я о Сакуре Ёсино-чан, вернее, её теперь зовут А.І. А в планах в следующем мировом туре вы кроме Китая, Кореи и США поедете в Тайвань, Малайзию, Канаду и Австралию. А потом, своего рода второй волной, в Европу. В этот раз на пол полетел, судя по звуку, пакет с рисом, а затем с кухни раздался полный отчаяния вопль: — Дык мы так лапы протянем!!! Хару, чтобы не разбудить детишек, совсем тихо засмеялась.

***

Дайки в ожидании матча не мог усидеть на месте. Роковой день наконец наступил. Понятия не имея, чего ждать от бывшего напарника, от переизбытка адреналина мужчина мерил шагами раздевалку, не в состоянии успокоится. Мидорима сердито косился сначала на него, а потом на Акаши, который совершено никак не реагировал на это. И то и другое уже порядком надоело, а вкупе с расшатанными нервами заставляло реагировать на каждое движение, каждое слово подобно вспыльчивому форварду. — Аомине-кун, успокойся, пожалуйста, — тихо попросила Сацуки и Дайки резко остановился, почти что дико взглянув на неё. Девушка поёжилась, но всё же произнесла: — Уже пора. Зал поприветствовал их рёвом трибун, но он не шёл ни в какое сравнение с реакцией на появление Молний. Сам матч, пусть он и был только один, удостоили почти самой настоящей церемонией открытия, и новоиспечённой певице А.І (которая выполнила японскую версию песни 2NE1 — I Am The Best, дебютировав таким образом) неплохо удалось раззадорить и толпу, и самих баскетболистов.

Это я лучше всех Это я лучше всех Это я лучше всех Это я лучше всех Я-я-я-я лучше всех

Не ожидавший такого Аомине попросту выпал в каплю. Сацуки, заметив, что у него уже дёргается бровь, сдавленно хихикнула.

Меня пытаешься догнать, Но спину видишь вдалеке На твой стол могу запрыгнуть Ты сидишь там? I don’t care!

Приподнятый настрой, однако, вовсе не помог им победить, — в вооружении Тецуи, в добавок к прежнему оружию, которого им и так с лихвой хватило для проигрыша, были Некоронованный Генерал (1 штука в виде Киёши) и Непризнанное Восьмое Чудо (1 штука в виде Хайзаки), плюс поменявший сторону сражения Рёта. А также, естественно, двое невероятно умелых бойцов-певцов (СМИ потом с месяц поражались этому в сотнях статей, но к тому времени ребята снова были заграницей вопреки обещанию Тецуи). А вот один приём голубоглазого Фантома ещё долго снился ребятам в кошмарах, — совершенно никто не мог его остановить... — Нет ну что это была за хрень??? — возмущался Дайки после игры в раздевалке. — Блин, плагиат, это, плагиат!!! Как он додумался скопировать наши способности, как Кисе, и соединить их вот так??? Бросок с середины, как у Мидоримы, даже траектория та же, такой же бесформенный, как у меня, плюс преобразовал свой собственный Ураганный пас в вот это! — Прекрати бесится, только из-за того, что не смог остановить его, — холодно оборвал его Мидорима. Его настроение упало ниже некуда из-за этого самого Ураганного броска, против которого не смог ничего поделать не то что Акаши, а даже Мурасакибара. А вот технология была донельзя проста: Тецуя, разогнавшись, словно на крыльях взлетал вверх, и тем же движением, что когда-то пасовал, отправлял мяч в корзину по сумасшедше-высокой траектории, паря в воздухе... — Да уж, это было не смешно, — истерически хихикнул Кагами. От него в плане защиты было толку, как от козла молока.

***

Касамацу сдержал своё обещание, данное от имени всего состава японской сборной. Они снова играли в баскетбол в родной стране, в свободное время гуляли по родным улицам, и... ...И смотрели на по-прежнему возвышающегося на сцене родного Фантома. Параллельно со съёмками фильма он успевал ездить по всему свету, с теперь весьма разнообразным репертуаром, начиная, естественно, роком, и смешивая его с рэпом и поп-музыкой. Популярность группы, как и каждого участника отдельно, росла как на дрожжах, но в то же время казалась очень шаткой. На них даже неоднократно покушались, но к счастью всё было тщетно. Без скандалов также не обходилось, но они преодолевали каждый, пока не всплыл тот факт, что Хайзаки когда-то в буквальном смысле этого слова всадил нож в спину Фантому; что он не должен был жить... Фанаты «затравили» как и самого Шого, так и Кисе, который, как ни странно, за него заступился. Они удержали популярность, это да. Но не сумели удержать друг друга...