Логичная

— Ты слышала, у Блэка уже неделю одна и та же девушка! Я просто в шоке! Даже со мной он так долго не встречался… — Представляешь, кажется наш лавелас нашел себе парочку! Он с Логичной уже неделю! Это его личный рекорд!.. — Ты только подумай, значит эта «Логичка» лучше меня? С чего бы он вообще на неё внимание обратил? Тут ни форм, ни характера. Одна лишь логика. Фи!.. — Как думаешь, может при ближайшем рассмотрении она действительно ничего? Надо бы с ней начать общаться. Я-то думал, она совсем тю-тю!.. — Ты видел, чтобы она хоть раз улыбалась? Вот и я — нет. А с Блэком ещё как лыбится. И что в нём такого? Любая умная девушка давно поняла бы, что он чистейший Бродяга!.. Такие переговоры несмолкали уже несколько дней. Кажется, Аллиана начала понимать, как решил наказать её Блэк-младший. От этого внимания она была готова уже удавиться. А главное, (О, Мерлин!) она начала привыкать! И ей (О, панталоны короля Артура!) начинало нравится! Она позволяла себе меньше логики и больше простых рассуждений. Даже преподаватели это заметили. А мадам Пинс так вообще чуть в обморок не упала, когда Дримс пришла в библиотеку не за книгой «Электричество против магии», а за томом «Всё для свиданий. Идеальная причёска». Девушки стали преследовать её и пытаться либо насолить, либо подражать Аллиане. В один из обычных дней для Дримс произошло ЧП… — Лиана! Лин! Ну, подожди же ты! — в коридоре пятого этажа её нагнал Сириус. — А, Бл…любимый. Как прошёл день? — Ужасно! Но, надеюсь, ты скрасишь вечер? Да, и пора бы тебе избавится от этих ужасных резинок и заколок, — он совершенно наглым образом сорвал со своей девушки резинку, держащую её чёрные волосы, и снял заколочки, крепящие передние прядки. — Заче-е-ем, я так долго делала причёску, чтобы при работе ни один волосок в глаза не лез! — возмутилась она, пытаясь выхватить из рук Блэка её вещи. — Кто тебе сказал, что сегодня ты будешь работать? Мы идём на свидание! — Бродяга отбежал подальше, чтобы девушка не могла выхватить её «женские штучки». — Ты же знаешь, что нам задали гигантское сочинение по трансфигурации! Ты, что, его уже написал? — Да! Не без помощи Римуса. А ты у меня спишешь. А теперь мы идём подбирать тебе такой наряд. чтобы каждый день Хогвартс любовался тобой! В её голове всплыло воспоминание о том, что ей надо влюбить его в себя, а не просто побыть его девушкой. — Ладно, но для начала, — Блэка-старшего удивила смена настроения, — ты отдашь мне заколки! Она знала, что он это никогда не сделает, а будет заставлять её бежать за ним. Логика. Мужская логика, которую она всё равно понимала. Вот и ухмылочка на лице, как у хитрой лисы, чующей вскусную курочку. — Ты сначала догони! И они носились по всему Хогвартсу, сбивая учеников и учителей, получая в спину крики о штрафных баллах. В конце концов, Сириус резко затормозил в одном из коридоров и развернулся. Аллиана непроизвольно в него врезалась и он, не теряя времени, поцеловал её. «Странно, сейчас, когда она набегалась, её губы пахнут вишней…» «Чёрт, как же это прия…отвратительно. Запомни, Аллиана, это отвратительно. И никак по-другому.» — Ты не такая, как все думают. И я это докажу! — Что? — она ещё не очень осознавала, что происходит. Поцелуй и быстрый бег, во время которого она всё-таки умудрилась потерять контроль, полностью отбили возможность здраво мыслить. — Ничего. Одевать тебя покрасивее будем, говорю. И, поцеловав её в нос, Сириус взял девушку за руку и повёл в сторону потайного выхода в Хогсмид. А доклад так и остался не сделанным… Вернулся Блэк нескоро. И, как только он вошёл в гостиную (а было это уже ближе к десяти вечера), на него накинулся Поттер. — Бродяга, а ты, часом, не прифигел?! Ты помнишь, какое сегодня число?! — Двадцать третье октября, четверг. Да что такое-то?! И где Рем? — Блэк был в недоумении. Уже большая часть гостиной смотрела за ссорой друзей, и Джеймсу пришлось умерить пыл и громкость голоса. — Да то, что ты, дубина склерозная, забыл, что сегодня ночь полнолуния! А мы хотели опробовать превращаться и помочь Рему. Ты знаешь, что Пит так долго не может быть крысой, но мы-то с тобой договорились побыть с ним. Ты же знаешь, как Лунатику трудно в эти дни, — карие глаза друга светились болью, разочарованием (к Блэку) и сочувствием к Люпину. — Но я же всё-таки пришёл? Так что давай, поторопись. Луна встаёт через полчаса. Они под мантией невидимкой проскользнули на улицу. От Римуса они знали, что тайный ход находится под Гремучей ивой, а обездвижить её можно, нажав на сучок. Парни подошли к опасному дереву. — Ты возьми ту палку и «Левиосой» нажми на сучок, а я зачарую это место, чтобы мы сразу же узнали, если кто-то подойдёт сюда, — распорядился Поттер, снимая мантию и доставая палочку. Через некоторое время они уже были внутри. — Рем, ты где? — подал голос Бродяга, заходя в тёмный дом. — На втором этаже. Здесь замок, но его можно открыть обычным «Алохомора». Парни вы точно уверены на сто процентов? Это же крайне опасно! — Римус «Лунатик» Люпин! Заткни свою зубастую пасть, потому что Джим — олень, его никак не переубедишь. Да и «гримма»* мало кто осмеливался переубеждать. — Дураки вы всё-таки! Юноши поднялись к другу и попали в комнату, в которой находился Люпин. Это была обшарпанная спаленка с кучей сломанных предметов мебели. — Да ты тут здорово веселился, а, Лунатик? — пошутил Сириус, отпихивая обломки стула. — Слушайте, у вас последний шанс уйти. Вы просто не понимаете, как это рискованно! Я ведь могу и не принять ваши сущности даже в облике животных и укусить кого-то из вас! Вы хоть понимаете, на что идёте?! — Слушай, одним оборотнем больше, одним оборотнем меньше, какая разница? Это даже круто было бы! — «разрядил» обстановку Блэк. — Рем, пойми, в душе каждый из нас — олень, — Римус фыркнул на слова Поттера, а Сириус «серьёзно» закивал, — кто-то в меньшей степени, кто-то в большей. Мы с Сириусом — олени до мозга костей. Ни перед чем не остановимся. Так что, как ты нас не убеждай, мы не уйдём. — Ладно…ладно, — сдался Лунатик и, сев на кровать, спрятал лицо в ладонях, — но хотя бы выйдите на время трансформации. Не хочу, чтобы вы это видели. Поттер и Блэк кивнули, понимая, что хотя бы в этом должны уступить. Раз друг говорит «надо», значит — надо. — Всё, луна восходит, вам пора. — Крепись, друг, мы рядом, — Джим хлопнул русого по плечу и удалился в другую комнату. За ним последовал и Бродяга, на последок подмигнув Люпину, на что тот сдавленно улыбнулся. Сириус опёрся о стенку и воззрился на Поттера, который стал метаться по коридорчику, словно бешеный снитч. — Успокойся, всё будет нормально. Мы справимся, и Лунатик тоже справится. Ты, что, в себе не уверен? — Я-то уверен, только… — он не успел договорить, потому что тишину ночи прорезал душераздирающий вопль. Вскоре крик превратился в жалобный волчий вой. У парней сжались сердца. Теперь они понимали, как мучается их друг каждый месяц. — Пора, — только и сказал Блэк. Через секунду вместо них уже стояли величественный олень и гигантский чёрный пёс. Они медленно, будто крадучись, двинулись в комнату с оборотнем. Волк всё ещё лежал, поскуливая, на дощатом полу. Но вдруг его нос дёрнулся. Чужой запах витал в воздухе, раззадоривая волчье сердце. В комнату медленно вошёл пёс, а за ним олень. Оборотень встал в стойку и начал скалиться на чужаков. Острые, как бритва, и не менее смертоносные клыки показались наружу. Олень склонил голову, будто здороваясь, а пёс нагло подошёл к оборотню. Волк был сбит с толку, но чужаков принял. Всю ночь они находились в этой коморке. Поначалу волк стремился всё крушить и ломать, если это не удавалось, он начинал кусать самого себя. Только под утро олень и пёс смогли утихомирить строптивое животное. Кто бы знал, что Люпин в своей волчьей шкуре так дерзок и страшен. Когда луна скрылась за горизонтом, оборотень вновь стал меняться. Друзья не успели выйти и воочию наблюдали, как тело животного начало биться в конвульсиях, как протяжный вой вырвался из его пасти, как шерсть стала потихоньку пропадать. Через минуту на полу уже лежал их друг, всё ещё постанывая после трансформации. Вспомнив, что мадам Помфри крайне рано приходит за своим больным, парни не стали дожидаться, пока Рем очухается. Они ещё поговорят с ним после уроков, а теперь им самим надо было отдохнуть и выспаться, на сколько это возможно за три часа. Всё-таки такая продолжительная трансформация в животных была для них в первый раз… 　

***

— Мисс «Логичная», не соизволите остановиться? — не без яда в голосе окликнул её Блэк-младщий. — С удовольствием, мистер Блэк, — так же ответила Аллиана, поворачиваясь к брюнету. — Завтра ты должна его бросить. Перед всей школой. — Ладно. А теперь я опаздываю на Травологию

***

— Сириус, привет, у меня есть к тебе дело, — догнала парня его девушка. — Да, милая, я слушаю, — они стояли в коридоре перед выходом из школы. На данный момент тут было крайне много народу. — Сириус, я хотела тебе сказать, — начала она намного громче, от чего вокруг них стали собираться люди. — Что я… Я… — она зажмурилась, будто не хотела видеть его реакцию, синие глаза. Она ведь, как истинная дурочка (каковой она явно стала за последнюю неделю) считала, что уже дорога ему и может разбить ему сердце, — …хотела сказать, что тебе очень идёт эта рубашка. Блэки были в шоке. Оба. Младший потому что не верил, что даже Дримс пала под чарами его брата. А старший потому что не ожидал, что так громко можно хвалить рубашку, которую он носил уже третий день. — Э…спасибо. — Угу, я побежала, пока, — и она унеслась ураганом. За поворотом её поймал Регулус. — Не уж-то и ты в него влюбилась? Пффф., от тебя не ожидал такой глупости. — Я не влюбилась, просто я…благодарна ему. Ведь он действительно пытался меня изменить. — Хм, странный случай. Ну, что ж, всё равно, ты же не бужешь ждать, пока он сам тебя бросит? Так что иди! Девушка развернулась, подошла к Мародёрам и произнесла на весь коридор: — Сириус Орион Блэк! Ты — нелогичная свинья, я бросаю тебя! — и убежала, пока он ничего не понял.