Логичная

— Хей, Джульетта! — издевательски крикнул кто-то позади девушки. Ну, конечно, Блэк-младший. — Назвать Джульеттой меня совершенно нелогично, так как… — но её самым грубым образом перебили. — Мне всё равно, что там логично. Если помнишь, ты задолжала мне услугу, — скрипнув зубами брюнетка кивнула, — Ну, так вот. Мой братец, — последнее слово он буквально выплюнул, — ловелас ещё тот. Он встречался, наверное со всеми девушками, которые старше третьего курса и не замужем. Это обошло стороной только Стоун, Эванс и тебя. Не знаю, как это у него получается. На Эванс он не пойдёт — любовь Поттера, Стоун помолвлена с Лонгботтомом, так что остаёшься только ты. Вскоре он, возможно, постарается тебя завоевать. Ответь ему, а потом разбей сердце. — Я бы с удовольствием, правда, но он считает меня самой странной на курсе, так что не захочет ко мне даже подойти. — Ну, это я исправлю, — он зло усмехнулся. — Я не спрашиваю, согласна ли ты, так как выбора у тебя нет. Увидимся за столом Слизерина, Дримс.

***

— Знаешь, Сохатый, давно мы ничего не устраивали, — протянул Блэк, лёжа на своей кровати. — А котлы на Зельях не в счёт? — оторвался от конспектов Люпин, смотря на Бродягу с насмешкой. — Ох, Лунатик, ну, я же имею ввиду что-то реально крутое. Ну, например…превратить всю еду в большом зале в куриц. Представляешь, они будут бегать и кудахтать! — усмехнулся Сириус. — А что, не плохо! — пропищал Петтигрю, с благоговением наблюдая за тем, как Джеймс, сидя на подоконнике, отпускает и ловит снитч. Блэк фыркнул. Он никогда не любил Питера за эту его приниженную любовь и трусость — Вы бы лучше учёбой занялись! Уже провалились на уроке Слизнорта! — строго сказал Римус, откладывая конспекты по Истории Магии. — Ой, в Ремушке проснулся староста, — с доброй издёвкой сказал Блэк, за что моментально получил подушкой в голову, — А если серьёзно… — А ты так разве умеешь? — подколол Джеймс. — Ой, кто бы говорил, Сохатый! Ну, так вот, если серьёзно, то сегодня твоя соседочка жульничала, Лунатик. — Два вопроса: «тебе-то какое дело?» И «С чего ты взял, что она жульничала?» — Мне просто интересно смотреть за красивыми девушками, даже если их в детстве головой приложили. И у неё был листочек, по которому она всё делала. — Она сама его написала, Бродяга. Сразу же, как Слизнорт призвал начать, — с интонацией знатока сказал Люпин, убирая все пергаменты в сумку. — Кстати, о мисс «Всё в этом мире логично». Почему бы не прокрутить с ней какую-нибудь шутку? Пусть порадуется девочка? — вдруг предложил Поттер, вставая с окна и пряча золотой мячик. — Ой, не стоит, Джеймс. Ты знаешь, она никогда не была особо любима даже здесь, в Хогвартсе, а твою «шутку» может и вовсе воспринять, как издевательство, — рассудительно произнёс Рем, садясь на кровать и разламывая шоколадку на четыре части. По одной он кинул каждому из трёх друзей. — Флуфай, а Лунафик пхав. Её нихогда нэ лубыхи. А фто ефли сгегать хевоке похавок? Вхиде феня нафример, — жуя разглагольствовал Сириус. — Можешь повторить? — сконфуженно спросил Питер, явно ничего не понявший. — Цитирую, — сказал Джеймс, ещё не начавший жевать, — «Слушай, а Лунатик прав. Её никогда не любили. А что если сделать девочке подарок? Ввиде меня, например.» Кстати, Сиря, что значит «Ввиде тебя»? — Не называй меня «Сирей»! — рявкнул Блэк и бросил в Поттера аж две подушки — свою и Люпина. — А себя я имею ввиду в том смысле, что все девчонки Хогвартса жаждут повстречаться со мной хотя бы пару дней. А я ей дам аж две недели! — гордо воскликнул Сириус, весьма довольный собой. — Мда, от застенчивости не умрёшь, — подвёл итог Римус и моментально стал вразумлять друзей, — А ты не думал, что она не хочет с тобой встречаться, всё-таки есть такие, которые стоят под твоими чарами. — Пфф, всего-то трое — Эванс, Стоун и Дримс. Но к Богине Лили мне путь заказан, а Алиса помолвлена… — Что-то раньше тебя это не останавливало, — хихикнул Питер, но под взглядом Блэка моментально стушевался. — …С Фрэнком. А он мой друг. Остаётся только Дримс. Уж её-то я смогу покорить! — А ты не боишься разбить ей сердце, как делал это много раз? — из последних сил искал отговорки староста. — Да у неё только мозг есть, а сердце отсутствует, так что не волнуйся, Луни! — Сириус, уже пересёкший за время разговора всю спальню, потрепал серьёзного Люпина по голове. На что тот лишь покачал головой, вспоминая душевные и такие реалистичные рисунки прямо на бледной коже. Разве мог так рисовать человек без сердца?

***

Как и говорил Регулус, Сириус уже со следующего дня начал проявлять к ней внимание, началось всё с завтрака… — Эй, красавица, можно с тобой сесть? — заигрывающе спросил Блэк-старший, возвышаясь над ней. — Мы живём в свободной стране, Блэк, ты имеешь права садиться там, где захочешь, — холодно ответила Аллиана. Ещё вчера она продумала логичный план действий. ________________________________________________________________________ Логичный план действий. 1) Игнорировать. Продолжительность — два/три дня (при надобности сократить) 2) Постепенное «оттаивание». Продолжительность — неделя (при надобности сократить) 3) Влюблённая дурочка. Продолжительность — неделя (не сокращать) 4) Я тебя бросаю — Продолжительность — одна минута ------------------------------------------------------------------------- Сириус приземлился рядом с девушкой. Он долго испепелял её взглядом. Сначала простым, протом — заискивающим, под конец он просто таращился на неё, а она даже не взглянула на него. — На следующей неделе Хогсмид, пойдёшь со мной, красавица? — решил перепрыгнуть через все пять пунктов «Намёкиваний» Бродяга. — Нет, — просто ответила она и развернула газету. — Как это «нет»? — не понял Блэк и поставил локоть прямо в миску с овсянкой. Ругнувшись так, что некоторые девушки, да и парни, покраснели и уткнулись в тарелки, Сириус очистил рубашку. — Нет, значит «Я не пойду с тобой никуда», — разъяснила Дримс, встала и пошла на заклинания. К Бродяге подошли посмеивающиеся Мародёры. — Что-то мне это напоминает, — совершенно не по-старостовски хохотнул Люпин. — Случаем не так же ты, Сохатый, впервые подкатывал к Лили? — О, не-е-ет! — фактически взвыл Блэк, — То-то я думаю, эффет де-жавю! Если она будет такой же упрямой.! — А спорим, что ты не сможешь её добиться, — вдруг предложил до этого тихий Петтигрю. — А спорим! — отозвался Сириус. Римус застонал. Он-то подумал, что от бедной девушки отстанут.

***

Уже на второй день вся школа знала, что Сириус Блэк клеится к «Той самой зазнайке». Девушки рвали на себе волосы, парни хмуро и недоверчиво посматривали на девушку, словно ища в ней то, что привлекло главного лавеласа Хогвартса. Такого Аллиана не ожидала, но и не растерялась. В принципе, такая реакция была логичной и само-собой разумеющейся. На третий день совершилось чудо и она сказала «я подумаю» на его приглашение погулять. В тот день Джеймс бесновал… — Как так?! Мерлин, если ты там на небесах ещё не оглох, то скажи, почему у Блэка на третий день девушка начала таять, а у меня уже три года никаких прогрессов?! А, старый маразматик?! — Сохатый хлопнул по подоконнику под дружный смех мародёров. — Ладно, предположим, она начала, как сказал Джеймс, «оттаивать», но её надо как-то настроить на тебя, чтобы она захотела быть твоей девушкой, — выдал умную мысль Питер. — Ну, я подумывал о романтическом ужине при свечах в Выручай комнате, — подёрнул плечами Сириус, будто это было, как само собой разумеющееся. — Ну, конечно, плюс шикарный букет роз и пачка лучшего альпийского шоколада. — Ты хорошо подготовился, только вряд ли она это оценит, — сказал Римус, отрываясь от проверки работы Сохатого, — лучше подари ей букет ромашек — мило и скромно, — и книгу о совмещении науки и магии — она умная девушка. — Да ты гений, Рем! Вот, всегда знал, что из нас ты самый умный! — воскликнул Поттер, встряхнув Люпина за плечи. Тот вымученно улыбнулся.

***

Только через неделю (строго по своему плану) Аллиана согласилась пойти с ним на свидание. — Так, народ, я должен быть обворожителен, так что колитесь, какая рубашка лучше — белая или чёрная? — Белая, — хором ответили Мародёры. — А ботинки или кеды? — вновь спросил Блэк. Вот тут-то мнения разошлись. — Ну, тогда кеды, в них удобнее. — Всё, успокойся, Бродяга, ты шикарен, — сказал Джеймс и хлопнул друга по плечу.

***

«Он сказал, что я должна покорить сердце Сириуса, значит надо быть шикарной. Потому что это логично — на красивых и спрос больше,» — думала девушка, выбирая между синим платьем впол без бретелек и чёрным платьем по колено с вырезом-лодочкой. Остановилась всё-таки на втором. Туфли тоже пришлось подбирать, хотя выбор моментально пал на целый комплект — тонкий синий поясок, такого же цвета туфли на небольшом каблучке и сумка-клатч в тон. Причёску пришлось наколдовывать с помощью заклинаний, найденых в библиотеке. Когда девушка посмотрела на себя в зеркало, она себя не узнала. На голове был высокий пучок из свободно лежащих и слегка вьющихся волос, две пряди по бокам от лица сохранили изначальную прямость и блеск. Платье сидело, будто его шили специально для неё, а туфли были изнутри трансфигурированы в мягкие тапочки. На веках лежали вполне уместные тёмно-синие тени, а губы подкрашены блестящим, но прозрачным гелем. Она была готова к своему первому свиданию.

***

Блэк ожидал всего, но только не настолько красивую вариацию Аллианы Дримс. — Блэк, закрой рот, у тебя совершенно глупый и нелогичный вид! — не выдержала девушка. Она знала, что сейчас растрачивать свои эмоции на него нелогично, поэтому заставила себя успокоиться. — А, ну, да, — спохватился Сириус и взял свою даму под руку. — Не желаете ли отужинать со мной, прекрасная леди, — нацепил на себя «Блэковскую» манеру Бродяга. Девушка совершенно фальшиво, по её мнению, и очень даже мило, по мнению Сириуса, покраснела и захихикала. Нет, Бродяга не терял головы. Он всегда холодно и даже немного с презрением относился к глупо похихикивающим девушкам. Но его приятно удивило то, что такая, как Дримс могла так себя вести. Это оставалось для него неразрешимой загадкой. Вечер прошёл в общем счёте хорошо. Выручай-комната создала им прекрасный столик на двоих. Блэк успел принести сюда прекрасный лёгкий ужин и бокалы с изысканным вином. Девушка, на самом деле, пила вишнёвый сок, хотя Сириусу об этом было знать не обязательно. Под конец, Комната создала им площадку для танцев и «включила» нежную спокойную мелодию, под которую было легко вальсировать по комнате. «Что за бред — танцевать? Ведь совершенно нелогично растрачивать силы на то, что неинтересно и даже глупо. Хотя, признаю, это довольно приятно — двигаться под музыку, выпуская все чувства на волю…наверное. Я-то просто иду за ним, а вот Блэк, кажется, действительно готов предо мной открыться. Интересно, зачем его брату это? Хотя совершенно нелогично сейчас лезть в их дела. Вот, если бы мы планировали и дальше общаться, то я бы постаралась о нём всё узнать, понять его. А так — зачем забивать голову тем, что не пригодится?» «Она слишком напряжена. Хотя, рядом со мной многие теряют голову. А она, кстати, ничего, я-то даже не думал, что за девочкой-ботанкой прячется такая фея. Хм, может и вправду этот роман раскроет её со всех сторон. Желательно, чтобы ещё не только передо мной. О, ради Артуровых панталонов, когда я стал таким благодетелем?» — Уже поздно, нам пора по гостиным, — остановилась Дримс, высвобождая руки из сильных ладоней Сириуса. — Да сейчас же детское время? Ну, Лиана, — девушка вздрогнула, её так никогда не называли. Родители пытались, но она считала нелогичным сокращать имена, — давай ещё немного побудем вдвоём? Нам же так хорошо вместе? — он обворожительно улыбнулся. Но она покачала головой. — Прости, любимый, но мне завтра ещё от твоих поклонниц отбиваться. Неужели, они считают логичным убивать твою девушку?! — Такая ты мне очень нравишься, — вдруг сказал Блэк. У обоих была фальшь. У неё в слове «любимый», у него — во всей фразе. Он не знал её, и уж тем более, ему не нравилась её «логичность». — Я провожу тебя до подземелий. Пока они шли, он обнимал её и начинал привыкать. Чувство собственности внутри начинало говорить о себе. Что-то начиналось, по крайней мере, для Сириуса Блэка, а для Аллианы… У неё в голове разгорался спор двух сторон её характера… «— Ну, признайся, тебе нравится, что он рядом? А? — Может, но это всё игра. Вот, что за логика у влюблённых — дарить цветы, подарки? Разве нельзя по-другому выказать свою любовь? — Не ворчи, это ведь приятно, признайся? — Нисколько! Ну, да, подарил он мне интересную книгу и букет, ну, и что с того? Ведь от этого мало что изменилось? — Ты поняла, что он учитывает твоё мнение! Он подарил тебе книгу, о которой ты мечтала, а ромашки нравятся тебе намного больше всяких пафосных роз! Это цветы мечтателей! ОН ПОНИМАЕТ ТЕБЯ! — Заткнись.» — Ну, вот мы и пришли, Лиана. Жаль, что так скоро, — вздохнул Бродяга. И вдруг сделал то, чего девушка уж точно не ожидала. Он наклонился и аккуратно поцеловал её в губы. «Ну, конечно, она никогда не целовалась…» — Сириус усмехнулся, но поцелуй не разорвал. Обычно у девушек от этого ноги подкашивались. Ну, что ж поделать, если он так потрясающе целуется? Но она стояла и неуверенно отвечала на поцелуй, — «Ну, ничего, скоро ты станешь целоваться лучше всех в Хогвартсе!» Сириус разорвал поцелуй и с толикой нежности и усмешки смотрел, как Дримс пытается вернуть в лёгкие кислород. «— Чёёёрт, я позволила ему себя поцеловать! Что ж я за человек-то такой?! — Это было в плане, не забывай. Кстати, тебе же понравилось. Я же вижу! Точнее, чувствую! — Заткнись! Заткнись! Заткнись! Не хочу думать об этом! Это нелогично — лизаться! Фу! Нет чтоб по другому любовь выражать! Цветочками там, открыточками! — Сама же говорила, что это глупо? — Ох, заткнись, не хочу думать о том, что начинаю отступать от логики!» — Ну…кхах, …пока, …Сириус, — нервно усмехнулась Аллиана, покраснев, причём сейчас вполне по-настоящему. — Пока, цветочек, — и на прощание Блэк поцеловал её в щёчку. Но когда он ушёл, девушка не пошла в гостиную, а прислонилась к стене и сползла по ней. Что-то внутри перегорело и постепенно стало сдвигать принципы, которые были заложены с детства. С того момента Аллиана Дримс запретила себе мечтать. Потому что боялась, что встречи с Блэком и поцелуи и так начали сдвигать её мироздание. А если она потеряет логику, она потеряет себя.

***

— Ну, как всё прошло, Бродяга? — накинулся на Сириуса Джеймс, когда Блэк-старший только вошёл в спальню. Из Мародёров спал только Хвост. — Ну, нормально. Начал учить её танцевать и целоваться. Вроде бы под конец в ней даже что-то изменилось. И, знаете, друзья, она просто офигенно выглядела! Я ещё никогда не видел, чтобы макияж и красивая одежда так меняли людей! — Значит, всё по плану! — воскликнул Поттер и повалился спать. Его примеру последовали и Римус с Сириусом, правда первый ещё долго думал над словами друга. Может, и правда, не зря они всё это затеяли?