То, чего случиться не могло - 2

Рауль В темноте эта комната не так уж неприятна. В принципе, свет почти никогда и не включается, а слишком хорошее зрение тут только мои проблемы. Я уже привык. И к серым стенам с трещинами, и к гудению вентилятора, и к ровному дыханию рядом с собой. Я часто думаю о нём в последнее время (о Катце, не о вентиляторе). А ещё о Маар. У нормальных элитёров крыша едет от осознания несовершенства системы, а у продвинутых - от кризиса личных отношений. Как она сейчас? Говорят, заинтересовалась торговлей, специалист по спиртным напиткам… А я по мужикам бегаю. Смотрю на Катце спящего, и в груди такое странное ощущение… вроде как тепло…Но ведь в этом ничего опасного нет. Почему же столько возни вокруг этого развели? Слежка, нейроккорекция, моральное осуждение. Это ведь даже полезно - стресс снимает, и всё такое. И у меня работы было бы поменьше - пациентам было бы кому выговариваться дома. А то, как не петов тиранят, так в криминал лезут, а всего-то и нужно - чтобы кто-нибудь дома ждал, понимал, принимал. Ну и физические контакты, конечно…Как говорил какой-то монгрел в разговоре с Катце, самое опасное извращение получать кайф от работы и только от работы. Я тогда подумал, что вся элита состоит из извращенцев, а Блонди - элита в элите - извращенцы самые страшные. Ну, ведь для того нас и создавали…А может, и не для того. Ясон дал сбой и я можно сказать, тоже. Какая вероятность повтора ошибки в таком геноме? Маленькая. Все мы с потенциальными глюками. Дело только в располагающих обстоятельствах. О чём только Юпитер думала, когда нас из кодов собирала? Встаю осторожно, иду на кухню заваривать чай. Я плохо его готовлю - никогда не увлекался фурнитурскими обязанностями, но это лучше, чем кофе хлебать. Катце чай не любит, в моём исполнении - тем более, он делает его гораздо лучше, но терпит и пьёт. Кухня. Хорошее место. В Эосе всегда немного холодно - всю жизнь думал, что так и надо. Прохлада в сине-фиолетовых апартаментах, в элитном ресторане, на рабочем месте, прохлада в одинокой постели, в сердце, в голове…А тут тепло. Если ещё чаю выпить и прижать к себе рыжего упрямого дилера, то Эос покажется дальним, ненужным призраком, фантастическим миром вверх ногами, и самый большой соблазн в такие моменты - навсегда забыть, где дверь. Сентиментальный Блонди, кто бы мог подумать… Катце Блонди очень талантливы. Я серьёзно. Потому что так испортить вкус нормального, в принципе, продукта - надо иметь талант и недюжинный. И этот талант страшно даже в землю закапывать - окружающая среда уже отравлена достаточно. Я понимаю, что сам факт хождения по моей крохотной кухне Блонди Рауля Эма должен приводить меня в неописуемый восторг и вызывать слёзы умиления. Слезы таки наворачиваются - когда я пью эту бурду. И мой маленький ай кью уже обломал себе все зубы об вопрос “зачем он это делает?”. Ну, хочешь чаю - меня разбуди. Нет, мы великие комбинаторы соотношения заварки и воды. А я - жертва эксперимента. По жизни. Надо сказать, отношения между нами оттаяли. Блонди, конечно, не фонтан, но от его взгляда уже не хочется стать плоским и заползти под шкаф. Может, просто я привык… Мы привыкли. Я перестал вздрагивать, когда он вне постели обнимал меня за талию, клал руку на плечо или целовал. Он стал делать это чаще. И уезжал на рассвете, а не ночью. В моей квартире Рауль вёл себя как дома. Не как у себя в апартаментах, а именно как дома веду себя я сам. Наверно это ненормально для элиты…не знаю. Но думаю, без глубокой психической травмы в детстве не обошлось. В доме начали появляться новые вещи, а когда он вымыл после себя чашку, я вообще в осадок выпал. Жалко, камеры не было под рукой - на таких кадрах можно заработать состояние. Разговоры от нейтральных о погоде, перешли на уровень профессиональных о петах, политике, терраформировании… Никогда не думал, что история спаривания двух мух может быть интереснее детективного романа… Конечно, Рауль мог дать мне фору по многим научным вопросам. А вот практика - мой конёк. Я долго думал, что же между нами происходит. Фигня - это то, что получается, когда пытаешься дать определение фигни. Весь мой предыдущий опыт говорил, что такого быть не может, потому что не может быть вообще, а я привык доверять опыту. Разум молчал и крутил пальцем у виска. Интуиция же подсказывала, что что-то изменится в самое ближайшее время. И кто её просил лезть с подсказками, интуицию эту… *** Ай… Нет, они сволочи. Однозначно. Какие-то все нервные в последнее время, чуть что - сразу за оружие. А ещё говорят, последним смеётся тот, кто стреляет первым... Эти ребята вообще без чувства юмора, почти как элита. Чего ж стрелять-то? Надо кровь остановить, жгут найти… Сил нет. Сердце, видимо, решило поискать себе тело попристойней - колотится изо всей мочи о грудную клетку, чтобы выпустили. Головокружение…Пройти столько с простреленной ногой - можно себе памятник поставить. Посмертно. Потому что спасти меня может только чудо. Не это чудо. Быстро набрасываем куртку на ногу. Нет, Рауль, я сегодня занят. Угу… Пока. А ты говорил, что меня курение убьёт… Прощай, золото моё. Не поминай плохим рыжего. Если и было у меня в жизни что-нибудь хорошее, то это ты. Если чай не учитывать. Чёрт, как обидно всё же умирать в одиночестве. Вроде жил - один, вроде и легче не станет, но хотя бы за руку взять… Кому я нужен. Сейчас вырублюсь - и всё… Писк… Чего пищать, спрашивается? Кому какое дело уже, закрыл я дверь или…Вот только Блонди мне не хватало. - Уйди. Дай помереть достойно хотя бы в собственных глазах. Я уже готов и со всеми мысленно попрощался, а ты сбиваешь настроение. Услышал? Реакции никакой. Смотрит будто сквозь меня. Эстет, как тебе подыхающий фурнитур? Сорванная с ноги куртка художественно парит в направлении противоположной стены. Джинсы разъезжаются под перчатками, как мокрая бумага. Между прочим, любимые джинсы… Ловлю его за палец, пытаюсь оттянуть руку со своей ноги. Не надо, Рауль… Не хочу остаться у тебя в памяти таким... Ого… вот это взгляд. Задушевный. От слова “задушу”. Кажется, похоронен я буду здесь и сейчас, без всяких сантиментов. Моя рука резко и бесцеремонно отталкивается. Жгут .. ай! слишком сильно! Мне, между прочим, и так не сладко! А что, с поднятой ногой я интереснее выгляжу? Сказал бы хоть что-нибудь. А то, как с порога зашёл - молчит, на мои слова не реагирует. Автоматическое включение программы “первая помощь”? Рауль Обезболивающее, успокоительное, кровезаменяющий раствор…Всё. Катце уснул. А я развлекаюсь. Острым ногтём - вдоль белого цилиндра, тонкая бумага расходится по начерченной прямой и, вместе с содержимым, сгорает в утилизаторе. Третья пачка. Последняя. Сам знаю, что глупое занятие. Ничего умного в голову не приходит. На редкость. Сильный цересский парень Катце спит, закутанный в четыре одеяла. Почему? Больше я не нашел. А удерживать тепло сам, естественным человеческим способом, он не может – слишком мало крови. И мозгов тоже, но это другая история. Конечно, не все Блонди одинаково полезны, но чувство ответственности - наша неоспоримо сильная сторона. Уж что-что в нас вдалбливают с детства, так это его. Он это знал. И всё-таки…не сказал. Сам я тоже хорош. Думал, что без взаимных обязательств всем будет лучше. Вот мне и определили место в жизни…место редкой, высококачественной постельной принадлежности. Поболтать, переспать, чаю вместе выпить. Пусть мне Ясон только заикнётся, что его Рики не уважает - по стенке тонким слоем разотру … словесно. Счастливый Консул, он и не догадывается, как можно унизить, если постараться. Только не из-за этого, ой, не из-за этого мне хочется разнести вдребезги эту долбаную квартиру. А почему? Потому что… Если бы я не позвонил, если бы не догадался, если бы под рукой не было нужных медикаментов, если бы я не гнал машину, как угорелый, если бы я приехал на 10 минут позже… Слишком много если, и даже когда я делаю всё идеально, результат скользит по краю пропасти…О, Юпитер… Кстати, Юпитер права, в общем-то. У меня сейчас завалился ответственный эксперимент. Один звонок - и я отменяю опыты, посылаю протестующего лаборанта … не угадали – подготовить всё на завтра, а сам срываюсь в Церес. Недопустимое поведение – предпочтение личных интересов государственным. Ещё более недопустимо не сожалеть о таком поведении. Плохой, плохой Блонди… Вроде дыхание участилось… нет, показалось, ворочается просто. Монгрел… Теперь я никуда не уйду, и не поможет тебе ни твоя хитрость, ни бывший хозяин, ни все боги старой Терры... Иначе однажды Ясон мне скажет, что трудно найти хорошего управляющего для чёрного рынка и как недолго живут те, кто взялся за это. И мне будет хуже, чем после ухода Маар, потому что тогда от меня ничего не зависело. Нет уж. Не в этот раз. Не с тобой. Тебя я так просто не отпущу, на это моих сил хватить должно, иначе чего стоят все наши способности? На диване мы вдвоём не помещаемся, я отодвигаю одеяло, сажусь. Катце открывает глаза, с минуту смотрит невидящим взглядом, потом узнаёт… - Почему ты не сказал? Может, вопрос не вовремя, зато есть шанс услышать правду. Он шевелит губами, я еле разбираю. - Ты Блонди. Да ну? Вот это новость. Прям глаза мне открыл - то-то я смотрю, и волосы у меня светлые, и Юпитер снится по ночам… Чего ещё интересного тебе рассказали в загробном мире? - Это было всегда. Собственный голос кажется чужим. Он пытается сказать ещё что-то, но результат не впечатляет. Я прикладываю ладонь к его губам. Береги силы, рыжий, потом поговорим. Он успокаивается и проваливается назад - в сон. Я, и правда, Блонди. Спасибо, что напомнил. Только и тебе не мешало бы помнить об этом. Дверь тихо открывается, серые глаза смотрят на диван и на меня. Вопросительно. Быстро приехал. Молодец. - Я сам отнесу его. Разберись с кодом. Тебе придётся тут бывать. Чуть помедлив, жест в направлении дивана. - Он будет твоим. Ну, жестикуляция это излишний пафос - кроме нас тут всё равно никого нет. Но вошедшему всё равно, он уже забыл про меня, его взгляд прикован к Катце. Что ж, рыжий упрямец. Ты не доверяешь мне - посмотрим, как ты справишься с ним.