То, чего случиться не могло - 2

Колечко оказалось не единственным подарком нового хозяина. На второй день ко мне явился худощавый сероглазый юноша в стандартном сиреневом костюме. Хорошо, что я уже лежал, а то упал бы. Мой фурнитур. МОЙ! Парень встал перед кроватью и вытянулся, как на параде. - Меня зовут Тимми, Катце-сан, я ваш фурнитур. Не удивлюсь, если его только недавно выпустили. Хлипкое телосложение, каштановые волосы слегка завиты, приятные черты лица и в больших серо-зелёных глазах та праведная юношеская наивность, которая отличает ещё каким-то чудом не битых жизнью коллег. Он смотрел на меня во все глаза. Ещё бы - обычный пет и я, найди пять тысяч отличий… - Здравствуй, Тимми. Твоя специализация? - Общий курс, углублённо - первая медицинская помощь, помощь при ранениях различной степени тяжести, дополнительно - курс рукопашного боя, умение обращаться с оружием. Образованный мальчик. Наверно, учили на сопровождающего при космических перевозках - и пету может помощь понадобиться, и нападают на корабли нередко, так что ушами там не хлопают. Многие ребята мечтают туда попасть, сны о подвигах и путешествиях спать не дают … Лучше бы они поменьше спали и побольше думали. Перевозки и есть перевозки, ничего кроме порта ты не увидишь, опасность - выше, личного пространства никакого, а если ещё, сохрани Юпитер, приглянешься капитану, тебя не спросят… куда ты денешься с космического корабля? - Хорошо…Тимми. Что входит в твои обязанности в отношении меня? Докладывать Раулю об опасных ситуациях? Он слегка покраснел. - Информация о критических ситуациях поступит ко мне и к хозяину одновременно. У него в браслет на правой руке вмонтировано устройство, реагирующее на ваше кольцо. - А ты тогда зачем? - Отслеживание соответствия состояния и местонахождения… - Это ещё что? - Ну, например, вы спите, а я вижу, что вы находитесь на улице. Это несоответствие. - И что? Тимми замялся. - Ну, я обязан найти и перевезти вас домой. - Что ещё? - Готовить, убирать… У вас… Два раза в неделю - меньше нельзя… Я мрачнел с каждым словом - парень весь сжался. И всё же у него хватило смелости спросить - Катце-сан… правда, что вы были фурнитуром? Тимми с опаской посмотрел на меня, размышляя, видимо, не ляпнул ли он чего лишнего. Я кивнул. - Тогда вы знаете, что я не могу ослушаться нашего хозяина. Знаю. Разрыв контракта за невыполнение приказаний - худшее, что может произойти с фурнитуром. Его никуда больше не возьмут. И не зря, ой не зря этот хирург-человеколюб выбрал тебя - молодого, начинающего, ещё полного надежд и амбиций юношу быть хранителем для того, кто сам был таким. НАШ хозяин разбирается в чувствах. Чужих. И скучно, и грустно, и некому в морду дать – все свои… *** Разумеется, я заявил Раулю, что это перебор. И что фурнитур мне нужен, как пету учебник по высшей математике. Рауль меня слушал. Очень внимательно. Приблизительно как любящая мамочка, когда её семимесячный ребёнок делает первые попытки в искусстве вербального общения… - Рауль, объясни, в конце концов, зачем мне фурнитур? Блонди усмехнулся и поднял глаза к потолку. Но потолок, видимо, тоже не был расположен отвечать, поэтому пришлось вернуться взглядом на меня. - За петами должны следить фурнитуры. Есть такое правило. Ты разве не знал? Опешив от такой наглости, я замолчал. Рауль ласково потрепал мои волосы. - Тимми очень хороший фурнитур. Спасибо. Всю жизнь мечтал иметь хорошего фурнитура. - Когда я смогу вернутся домой? - Ты уже чувствуешь себя здоровым? Ну что ж… Я это проверю. Вечером… *** Блонди, который увлечён своей профессией, никого в Танагре не удивишь. То, что они задерживаются на работе, скорее правило, чем исключение. Заночевать на работе - что может быть естественней? И, разумеется, когда они всё же возвращаются домой, уставшие, и обессиленные, общественность просто закипает любовью к этим милым, добрым, трудолюбивым созданиям. Фурнитуры бесшумно порхают по коридорам, петам запрещено шуметь пока наэксперементировавшийся за ночь хозяин изволит почивать. Рауль (которого ещё не всякой дубиной возьмёшь) к утру уходя из моей комнаты, смотрелся именно таким уставшим героем труда. А я, соответственно, уже никак не смотрелся. Поскольку выступал орудием этого самого труда - именно на мне, с позднего вечера до утра, господин Эм проводил опыты. Когда вернусь домой, позову Рики на работу - если он выдержал такой темп три года, то выдержит всё. Даже открытый космос без скафандра. Я проспал где-то до полудня - внутренний ритм у меня уже сбился. Я не знаю, что им наболтал Господин Эм, но немногочисленный персонал секретной части возился со мной, как со стеклянным, а Тимми постоянно был на расстоянии двух минут от палаты на случай, если мне что-нибудь понадобится. В доступе к сети мне вежливо, но твёрдо отказали, из литературы позволили читать только какую-то энциклопедию по Терре. Занятные всё-таки люди были наши предки. Я просмотрел основы психиатрии - долго смеялся. Оказывается, развиваемые у элиты и у петов склонности в древние времена считались бы серьёзным отклонением. Почему меня это не удивляет? Заинтересовало слово “Хиромантия” но это оказалось совсем не то, что я подумал. Предсказание характера и судьбы по руке. Тоже посмеялся - у Блонди линия ума должна продавливать руку насквозь и заканчиваться где-то на заднице. Надо как-нибудь присмотреться... Шанс присмотреться мне выпал в тот же вечер. И в следующий… И в следующий… Похоже, кольцо сняло с Рауля последние тормоза - он приходил ежедневно. А уходил только утром - не знаю, когда точно, потому что я спал сном всех праведников старой Терры. Раз в неделю и раз в день - большая разница. И, пожалуй , кровопотеря - смерть полегче, чем быть за…мученым неудовлетворённым Блонди. Но мне это нравилось. Я ждал его, ждал лёгких шагов в коридоре, шороха отъезжающей двери… Он блокировал вход, снимал перчатки, садился рядом. Зарывался тонкими белыми пальцами в мои волосы, убирал чёлку с лица и спрашивал о моём самочувствии, о котором, наверняка, был осведомлён лучше меня. Ночи плодотворного общения заканчивались лёгким звоном в голове, слабостью в теле и чувством абсолютной удовлетворённости, которое таяло в аккурат к следующему вечеру, до того, как раздавался звук лёгких шагов в коридоре... Рауль Я плыл по белой реке. Тёплая вода ласкала моё тело, я чувствовал себя легко и невесомо. Как сквозь толщу ваты, вдалеке слышался какой-то звук. Он приближался, становился явственней…Такой знакомы, близкий… Я плыл на звук…я слышал, как голос звал меня по имени…Рауль… - Рауль!! Белая река вдруг превратилась в освещённый круг, в котором в разных позах исполняли своё предназначение многочисленный петы. Голос же обрёл вид и форму Ясона. Отстранённый расслабленный вид и полупустой бокал мог бы свидетельствовать о его увлечённости шоу, но в голубых глазах прыгали искорки. Зная Консула уже много лет, могу поклясться, что за этой маской он покатывался от смеха. - Прости Ясон, я… задумался. Ты что-то говорил? На слове “задумался” искорки запрыгали с опасной скоростью, и я приготовился к тому, что мой несдержанный друг засмеётся во весь голос. Но Ясон сдержался. Он схватил бокал и сделал вид, что пьёт, хотя плечи его чуть заметно тряслись. Когда он вернул ёмкость на место, на лице его была улыбка. Стоило заснуть на пет-шоу, чтобы её увидеть, честное слово. Я думал, у него уже все мимические мышцы атрофировались после ухода Рики. - Ещё ничего. Но мог бы сказать, что полностью разделяю твоё мнение по поводу этого шоу. Я лениво огляделся. Ближайший от нас Блонди, с волосами очень чистого, золотого оттенка, говорил что-то своему рыжему фурнитуру. Кажется, он сегодня выставлял двоих петов - шестнадцатилетнего юношу, с мягкими, немного кошачьими повадками, и стройную девушку с длинными тёмными волосами. Я честно попытался вспомнить его имя, но не смог. Однако тон разговора с фурнитуром мне показался неуловимо странным… Я теперь всех буду подозревать в неформальных отношениях? - Я очень устаю в лаборатории… Ясон чуть не поперхнулся вином … Нет, ну это уже слишком! Я у него сегодня в качестве бесплатного развлечения? - Видимо, ты не считаешь нужным уделять свободное время работе. Ясон всё так же с улыбкой наблюдал за мной. - Ещё не так давно застать тебя в лаборатории было - как застукать. А у меня сейчас работы не так уж много. Катце недоступен, чёрный рынок действует сам по себе. - Ты, между прочим, мог бы побеспокоиться о своём подчинённом… Ясон бросил на меня весёлый и пронзительный взгляд. - Уже вторую неделю я имею счастье наблюдать самого довольного и самого сонного Блонди на этой планете. Это почему-то убеждает меня в полной безопасности одного рыжеволосого дилера, который если и пострадает, то совсем немного, и уж точно не от пули. Ты же просто светишься, Рауль. Никогда не думал, что тебя может так изменить… Договорить нам не дали. Какой-то сильвер отвлёк Ясона, я же, посчитав свой общественный долг выполненным, решил уехать. Спать и вправду хотелось невозможно. К тому же, в зал вошёл один федераст…то есть, федерал, чьи сальные шуточки и намёки выводят меня уже не первый год. Была даже мысль повесить над Эосом огромный транспарант “Блонди не занимаются сексом!”, но после появления Рики она потеряла смысл. В общем, причин уйти было предостаточно, чем я и воспользовался. Катце - Тимми! Меня всего лишь ранили в ногу. Рук мне не отрезали. Я способен есть самостоятельно. - Нет, Катце-сан, вы опять выбросите водоросли в унитаз, а их надо есть, вам эта диета прописана… Этот ежедневный ритуальный бой всегда заканчивался моим позорным поражением. Моя нянька-телохранитель Тимми, наверно, подцепил где-то ген Рауля - спорить с ним было как с ветром воевать. Он как дитя радовался каждому съеденному мной кусочку и был совершенно непрошибаем по части Раулевых приказаний. Наши диалоги представляли собой примерно следующее: - Ты можешь принести мне сигареты? Или стаут хотя бы? - Катце-сан, как можно! Приятное надо искать среди полезного. Вы совсем не заботитесь о своём здоровье. Если вы будете себя вести подобным образом, я всё расскажу господину Раулю! - Тимми, ты серьёзно собираешься приходить в мой дом в Цересе? Мне не нужны твои услуги, я прекрасно сам способен о себе позаботиться, а тебе в Цересе будет небезопасно… - А жить вообще вредно. Господин Рауль предупредил меня, что вы будете так реагировать. И просил вам передать в таком случае, что хозяин по контракту обязан заботиться о здоровье пета, и если что-то будет мешать этому в Цересе, то в Апатии и в Эосе полно свободного места… И что для вас в апартаментах давно приготовлена комната, которую фурнитуры тщательно убирают ежедневно, с нетерпением ожидая вашего приезда. Да и у меня работы поубавится - всё время будете на глазах… - Но я же не пет, Тимми! Ты же сам видишь! Я бывший фурнитур, к тому же моя работа… - Я знаю, кто вы, Катце-сан. И для меня большая честь познакомиться с таким человеком. Именно поэтому я приложу все усилия, чтобы выполнить почётную и очень важную задачу - заботиться о вас и вашем здоровье. Чего бы мне это ни стоило. Прошу вас, ешьте как следует… В общем, у меня не было шансов. Я умею общаться с такими прохиндеями, которые и Юпитер надуют, дай только возможность, а вот навыков бесед с честными людьми до сих пор не приобрёл. Когда я попробовал его подкупить, он с невозмутимой улыбкой превратил это в шутку, все попытки его достать разбивались об абсолютное принятие и доброжелательность: и стакан воды в середине ночи, и просьба помочь поменять позу (что я давно уже могу делать сам) в пять утра, и дёрганье его в течение двух часов каждые 10 минут по поводу и без оного, воспринимались с такой радостью, будто именно об этом он мечтал всю жизнь. Я бы сам уже придушил такого пета. Трогательный процесс кормления прервал невесть откуда взявшийся средь бела дня Рауль. - Здравствуй Катце. Тимми, как дела? - Всё в порядке, господин Рауль, справляюсь. Сосредоточившись на моём кормлении, он даже не повернул головы. Мои глаза скоро перестанут быть узкими. Такое поведение в присутствии хозяина... Но Рауль как будто не обратил внимания. То ли, пока я тут лежал, на Амой прогремела фурнитурская революция, то ли я не первый фурнитур, на которого господин нейрокорректор обратил внимание столь экзотическим способом. Может, он себе домой персонал через постель подбирает? Для пущей преданности… И на какое же место претендую я? Стоп, что-то меня заносит. Должно быть разумное объяснение. Я посмотрел на своё кольцо. Разумное объяснение, по-видимому, не считало себя что-то должным в моей жизни уже довольно длительное время. Рауль тем временем обошёл кровать и сел с другой стороны. Тимми всё-таки вышел. - Какими судьбами? - буркнул я, чтоб не молчать. - Сегодня приём в честь заключения договора, подбираю подарки нашим гостям - неожиданно честно ответил Рауль. Опять, небось, что-нибудь пятнистое, пятиногое, кусачее. Гарантированно, ни один федерал не сможет уснуть после вида этого “подарочка”. Чем же они провинились, бедняги, если Рауль выбирает им презент из своей лаборатории? Не слишком уступчивые? Рауль провёл рукой в перчатке по моей щеке, по той, где шрам. Я отвернулся. Игра. Игрушка. Ему всё игрушки. - Я приду вечером - лёгкое шуршание. Может быть. Мне всё равно ...только ждать остается. И надеяться. Чёрт. А на что ты рассчитывал, когда связался с Блонди? Что вы будете жить долго и счастливо? Это Рики простительно – у него до головы мало крови добирается. А ты чем думал, когда лапать его лез? И вообще, больше всего меня должно удивлять, что я ещё жив. И если я таким и останусь, когда Раулю приестся экзотика, я ещё наиграюсь свой независимостью по самое не хочу, а скорее, по самое не могу. Потому что сгорю, как Рики горит, в собственном персональном аду воспоминаний. Любовь к Блонди – пожалуй, как раз тот случай, когда, находясь хоть в некоторой памяти, не можешь остаться в здравом уме. Вот этого момента мне и предстоит ждать и не рыпаться… Вопреки здравости рассуждений, захотелось срочно сделать что-нибудь глупое. Поэтому, почти без участия сознания поднос, который Тимми не успел унести, вместе с содержимым полетел в стену и кувыркнулся на ковёр. Моментально, как из воздуха, возник мой фурнитур и бросился подбирать посуду и остатки еды. Мне стало неловко за свою вспышку. - Извини. Я погорячился. Тимми поднял на меня грустные детские глаза, которые, казалось, видят даже то, чего я сам не вижу. - Это ничего, Катце-сан, я ещё принесу. Можете делать это сколько пожелаете, если только вам от этого будет легче…