Лили Поттер, Сириус Блэк
23 декабря 2019 г., 20:47
Лили привыкает к нему за несколько месяцев; Сириус постоянно рядом с Джеймсом, а потом исчезает всегда незаметно, оставляет их вдвоем. Язык не повернется назвать его докучливым. Любимец девчонок Блэк оказывается хорошим и понимающим другом, и она не понимает, в какой момент вдруг случается все это, но Сириус с полным ртом как-то выдает за завтраком на седьмом курсе:
— Мы же друзья, да, Эванс?
И она кивает, улыбаясь ему. Совсем не потому, что друзья Джеймса должны быть ее друзьями. Совсем не потому, что парень Марлен, с которой они делили семь лет спальню, должен быть ее другом.
Сириус гармонично вписывается в ее жизнь за пару месяцев до окончания школы.
— Он если тебя обидит, ты мне только скажи, — шутливо говорит он, получая подзатыльник от Джеймса.
— Я тебя обижу, Бродяга. Дуй отсюда.
И она смеется, обнимает Джеймса за шею, пока Сириус губами повторяет: «Если только обидит, Эванс!»
Она привыкает к нему быстро. Привыкает открывать ему дверь в доме в Годриковой впадине, передавать ему на руки Гарри, непременно сказав перед этим:
— Руки сначала помой.
Привыкает кричать на него на чем свет стоит, когда в очередной рейд Джеймс суется один, когда в очередной рейд Сириус не идет вместе с ним. Привыкает рыдать ему в плечо, пока он уверенно повторяет одно и то же, гладя ее по спине:
— С ним все будет хорошо, Лили. Это же Джеймс. А в следующий раз я с него не слезу, так что ему придется все равно идти со мной.
Сириус Блэк из закадычного друга ее парня становится самым близким другом семьи. Строит рожи перепуганному от криков мамы Гарри, смешит их обоих и всегда приходит как никогда кстати. Лили слезы с лица вытирает, улыбается, наблюдая за тем, как он тормошит Гарри, подпихивая ему то погремушку, то плюшевую игрушку.
Лишь вспоминает, как в школе он ее раздражал (Джеймс тоже в школе раздражал, если не считать последний курс), как она раздражалась от одного звука его голоса. И ловит себя на том, что в школе все было совсем не таким, как сейчас. Может, она просто повзрослела. В отличие от него так точно.
Он называет себя изгоем и никчемным. Лили хмурится.
— Тебе всегда рады в этом доме, Сириус. И мы всегда тебя ждем.
И во взгляде видит то, от чего почти что виноватой себя чувствует: ему и правда это услышать нужно. Несмотря на все прошедшие годы Сириус и правда думает, что про него могут забыть, что его просто могут выкинуть из жизни.
— Спасибо тебе, Лили.
— Ты наш друг.
Не Джеймса, а их. И это, пожалуй, большее, о чем он вообще может просить. А выгораживать Джеймса после рейдов перед Лили давно уже стало чем-то привычно-будничным.
В конце концов, что бы он вообще без них делал.
